ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Обратную дорогу через лес Ральф находил легко, ориентировался на оставленные вчера отметки. Отдохнуть и перекусить мы присели пару раз, да и то ненадолго: очень хотели поскорее вернуться к «Восходу». Корабль и небольшие домики представлялись отсюда, из враждебной чащи, надежными убежищами.

— Смотрите, Арина, — позвал меня спутник, — наши товарищи проходили здесь.

Я внимательно посмотрела в ту сторону, куда он указывал, но не заметила ничего необычного.

— Вы меня разыгрываете? Или ободряете?

— Что вы! Видите, вот здесь мох чуть ободран? А здесь сломана веточка.

Мне стало страшно, и я схватила Ральфа за руку.

— Что с вами? — удивился он.

— А что, если здесь были вовсе не они? А кто-то другой, понимаете?

Он внимательно посмотрел мне в лицо и медленно покачал головой.

— Не думаю. Ладно, пора идти. Сильно устали?

Конечно, я устала. Никакие занятия в спортзале не могли подготовить современную женщину к тому, что ей придется совершать поход в диких, варварских условиях, да еще и в состоянии стресса, но я ни словом не обмолвилась о том, что ноги гудят, а руки приходится постоянно сжимать в кулаки, чтобы пальцы не дрожали.

— Немного, — ответила как можно более веселым тоном. — Пора идти, да?

Ральф кивнул. Он не сводил с меня взгляда, немного любопытного, немного настороженного, и мне, несмотря на непростую ситуацию, в которой мы находились, стало несколько обидно. Надо же, такое приключение — оказаться наедине с привлекательным молодым мужчиной среди опасностей, а этот чурбан совсем не видит во мне женщину. Я подумала, что становлюсь похожей на Макси, и нервно хихикнула.

— Что? — тут же спросил Ральф.

Я мотнула головой.

— Нет, ничего. Можно идти, я готова.

Он подал мне руку, крепкую и теплую, помог подняться и забрал оба рюкзака.

— Вам лучше идти налегке.

Что же, женщину он во мне, похоже, видит, вот только эта женщина не слишком его привлекает. Ну ладно, не больно-то и хотелось.

***

Опасения не оправдались — лес поредел задолго до заката. Мы дружно прибавили шаг: идти через непролазную чащобу уже не приходилось, а близость жилья и товарищей ободряла, так что на луг мы вышли засветло. Встретил нас восторженный вопль:

— А-а-а! Смотрите, смотрите, Ральф и Арина вернулись!

Кричала Эмма. Бледная, с растрепанными волосами, она сидела в шезлонге возле домика, а у ее ног устроился Рикардо.

— Эмма! — воскликнула я и рванула к ней. — Эмма, ты жива. Какое счастье!

Она вскочила на ноги и бросилась навстречу, сжала в объятиях с такой силой, которой я никак не ожидала в хрупком теле, уткнулась мне в плечо. Сразу же стало горячо и мокро: Эмма плакала. Я погладила ее по спутанным рыжим локонам.

— Хватит, хватит, все в порядке. Ρасскажи лучше, как тебе удалось спастись.

Она оторвалась от меня и хихикнула, а мне в который раз за эти безумные дни стало страшно. Что с ней? Повредилась рассудком?

— Мы перешли на «ты», — пояснила она, заметив, вероятно, мое недоумение. — И, кажется, подружились, причем все. Ну, если не считать, Тревора и Макси, они до сих пор дуются.

Упоминание прозаика и стриптизерши вызвало смешок и у меня.

— Как они?

— Требуют представителя консульства, — ответила Эмма и опять засмеялась. — Макси, во всяком случае, так точно. Она строчит жалобы. Во все инстанции.

Мне тоже поведение стриптизерши показалось забавным, и я присоединилась к заливистому смеху.

— Что с ними? — спросил где-то совсем рядом знакомый голос. Сай.

— Реакция на стресс, — а это вступил Ральф.

Его слова тоже были смешными. Реакция на стресс, ха-ха. Да разве так реагируют? Мы ведь не плачем, не впадаем в истерику, мы просто хохочем, потому что все вокруг такие забавные.

— Пустите! — сердитый голос Гарди. — Пустите, сейчас я им помогу!

В предплечье меня ужалила пчела — и я пошатнулась, перед глазами потемнело. Уже почти теряя сознание, я почувствовала, как меня подхватывают сильные руки и прошептала:

— Ральф…

Меня опустили в шезлонг, в котором совсем недавно отдыхала Эмма, к губам приложили бутылку.

— Вот, пейте.

Я отхлебнула теплой воды, закашлялась. В голове прояснялось, зрение восстанавливалось.

— Как вы, Арина? — обеспокоенно спросила Гарди. — Может, укрепляющее?

— Спасибо, — хриплым голосом отозвалась я. — Не надо, мне уже лучше. Как Эмма?

— Я здесь.

Она присела прямо на траву, уставилась на меня снизу вверх своими огромными глазищами.

— Эмма…

— Простите, — горячо заговорила она, — я со вчерашнего дня сама не своя, то реву, то хохочу.

— Кажется, мы перешли на «ты», — напомнила я, слабо улыбнувшись.

Эмма прижала ладошки с трогательными розовыми ноготками к покрасневшим щекам. Рикардо опустился с ней рядом, поморщился, неловко вытянул ногу. «Болит», — догадалась я.

— Алия не появилась? — громко спросил Ральф, и мне стало стыдно: в круговерти последних событий я совсем позабыла о целительнице.

— Нет, — расстроено ответил Кай.

— Никаких вестей, — подхватил его брат.

— Ни догадок…

— …ни намеков.

Эмма дернула меня за штанину.

— Они меня вытащили, — прошептала она, когда я наклонилась к ней. — Из того озера. Правда, я ничего не помню. Только как вышли к водопаду и мне стало жарко, захотелось искупаться. И все. А потом помню уже лес, и близнецы и Рик тащат меня на руках. Бедный Рик, у него после похода опять нога разболелась.

Рикардо ласково погладил ее по волосам.

— Ничего, терпимо. Вот когда я не смог плыть — думал, всю оставшуюся жизнь проклинать себя буду, урод, калека!

— Не говори так! — возмутилась Эмма.

Близнецы подошли к нашей маленькой группке и прислушивались к разговору. После горьких слов Рика они тут же стали на сторону Эммы.

— Ты пытался!

— Мы видели!

— Это было храбро!

— Отважно!

— Великолепно!

— Потрясающе!

И они дружно утерли глаза тыльными сторонами ладоней, показывая, как их восхитило и растрогало поведение Рикардо.

— Прекрасная пара! — хором завершили они.

Эмма зарделась, Рик смутился и уставился на травинку, по которой полз крохотный ярко-желтый жучок.

— Ральф, такой экземпляр тебе не нужен?

— Что? — переспросил капитан. — А, жук. Нет, спасибо, он интереса для меня не представляет. Лучше расскажите, что случилось, когда нас с Ариной затянуло под воду. Кай и Май бросились на помощь, так?

Все разом загалдели, и мне стоило немалого труда составить картину происшедшего. Итак, когда Эмма начала тонуть, в озеро бросились я, Ральф и близнецы. Еще Рикардо, но ему судорога свела травмированную ногу, и далеко он не уплыл, барахтался у берега. Кай и Май вытащили пострадавшую и только потом заметили, что капитан и ведущая шоу исчезли. Сквозь прозрачную воду виднелось дно — и никаких безжизненных тел.

— Мы звали вас!

— Ждали!

— Долго!

— До вечера!

Когда начало темнеть, Сай распорядился сворачивать поиски и возвращаться. Мою обувь и два рюкзака ран-де-ранцы предложили оставить у озера, мотивируя тем, что если мы живы, то можем вернуться к водопаду и обрадуемся находке. Собственно, так оно и получилось, разве что Ρальф скорее раздосадовался, обнаружив вещи.

Вернувшись к лугу у реки, поселенцы и съемочная бригада немного растерялись. Дело в том, что разделяться на ночь никому не хотелось. После того, как исчезли двое участников шоу и ведущая, каждый боялся, что следующая очередь — его. Сай предложил переночевать всем вместе в нашем доме, но сумерки уже мягко опускались на опушку леса, скрывая деревья из вида. Новостройка показалась режиссеру слишком хлипкой, и он предложил устроиться на ночлег в корабле и задраить люк. С ним согласились все, кроме Максимиллианы и Тревора. Эти двое провели весь день в обществе друг друга и, похоже, успели поругаться.

— Похоже? — перебила я. — Их камеры что, отказались работать? Днем? В доме?

Известие пугало, но Сай тут же успокоил меня.

— Мы не знаем, — пробормотал он со смущенным видом. — Не успели посмотреть запись.

— Как это? — изумилась я. — Ладно, вчера вам было не до камер. Но чем вы занимались сегодня весь день?

Режиссер упорно отводил взгляд в сторону, Норд и Гарди внезапно заинтересовались ярко-фиолетовым крупным цветком под ногами, а Тарог бесхитростно бухнул:

— Спорили они.

Я хотела поинтересоваться предметом спора, но Ральф успел задать вопрос раньше:

— Кстати, а где наши герои? Макси и Тревор, имею в виду.

— В доме, где им еще быть, — ответил молчавший до сих пор Дан. — Дуются по углам.

Так, это уже что-то интересное. Похоже, за время нашего отсутствия стриптизерша и прозаик успели поругаться не только друг с другом.

— Случилось что-то, о чем мне нужно знать?

— Ерунда, — заюлил Сай. — Не стоит внимания, правда.

— Эти двое нас всех достали, — бухнул Норд.

Гарди закивала, впрочем, и без ее молчаливой поддержки я охотно поверила оператору. Танаску и Максимиллиана успели надоесть мне и самой до зубовного скрежета.

— И все же, — вклинился Ральф, — что случилось?

Теперь нам отвечали неохотно, но бравому энтомологу все-таки удалось вытянуть на поверхность всю историю. Ничего неожиданного, честно говоря, но мерзковатый привкус остался.

Когда поисковая команда вернулась из леса, уставшая, испуганная и растерянная, ее встретили злые как осы Тревор и Макси. Судя по их кислым лицам. Парочка уже успела не раз поругаться, а царапины на щеке прозаика неоднозначно указывали на то, что словесной перепалкой спорщики не ограничились. Тревор тут же занудил, что он настаивает на неотложном вызове Чрезвычайной Комиссии, угрожал обратиться в Межгалактический Совет, упоминал какие-то связи на самом высоком уровне. Макси отмалчивалась, демонстративно отворачивалась от любого, кто пытался с ней заговорить. Судьбой пропавших ни один, ни вторая не поинтересовались.

— Ну, мы разозлились, — закончил Сай.

— Близнецы и Рикардо занимались Эммой, — добавил Тарог. — Может, они и остановили бы перепалку, а так вышло то, что вышло.

Я похолодела.

— Это ты о чем?

— Ничего серьезного, правда. Просто Дитмар сломал этому выскочке нос… кажется.

Я обхватила голову руками.

— С ума сошли? Это же скандал. Травма во время съемок. Да нас съедят всухомятку! Межгалактическая конвенция по правам гуманоидов…

— Арина, — перебил меня Ральф, — мне кажется, сейчас Межгалактическая конвенция — это последнее, что должно нас заботить. Увы, на данный момент на Альфу-А она не распространяется. Во всяком случае, никакие права гуманоидов здесь не соблюдаются.

Крыть было нечем. Действительно, все мы сейчас оказались в таком положении, что не до жалоб в различные инстанции — выжить бы. Похоже, наше шоу незапланированно превратилось из постановки в реальность. Нас бросили на неосвоенной планете и предоставили судьбе. Сумеем побарахтаться и выплыть — отлично, нет — никто жалеть не станет. От внезапной догадки я похолодела. Хотела подманить Сая, поговорить с ним, но отказалась от затеи: такие вещи лучше обсуждать наедине.

— Я вылечила Тревору нос, — доложила Гарди. — Он меня даже не поблагодарил. Уселся строчить жалобы. Макси от него заразилась, похоже. Тоже ухватилась за сенсор.

— Их занятию решили не мешать, — добавил Дан. — В общем, ночевать на корабль мы их не позвали. Ни Тревора, ни Макси.

Ρальф нахмурился.

— Вы уверены, что сейчас они в доме?

— А где им ещё быть? — в унисон удивились Сай, Дитмар и Норд.

Капитана вопрос не успокоил.

— Кто-нибудь их сегодня видел?

Опять смущенные взгляды и молчание.

— Нет, — отважился, наконец, признаться Кай.

— Мы к ним не заглядывали, — подхватил его брат.

— Решили, пусть сидят…

— …и дуются…

— …дальше.

Ральф с немым осуждением посмотрел на Сая. Кританец принялся оправдываться:

— Но ведь ничего дурного произойти не могло. Ночью в доме безопасно, вода у них есть, пища тоже. Мы решили, что эта мерзкая парочка просто разобиделась на всех.

Я вскочила, пошатнулась и ухватилась за плечо начавшего подниматься Ральфа. Голова закружилась. Гарди тут же шагнула ко мне, бормоча, что не следует делать резких движений ещё хотя бы пару часов, но я отмахнулась от нее.

— Нужно проверить, как они там. Немедленно!

Мое волнение передалось и всем остальным. Γурьбой мы побежали к домику. Сай несся впереди огромными скачками, от него почти не отставал Дитмар. Рикардо, напротив, заметно прихрамывал, было заметно, что быстрая ходьба дается ему с трудом. Эмма заботливо поддерживала его под локоть. Ральф держался рядом со мной — я, как и Ρик, нестись сломя голову не могла, так что плелась в хвосте. Когда замыкающие (я, капитан, бывший гонщик и красотка-искусствовед) преодолели не слишком большое расстояние до домика, остальные уже рассредоточились по немногочисленным комнатам, на все голоса выкрикивая:

— Тревор!

— Макси!

— Максимиллиана!

— Танаску!

— Где вы? Ау!

— Отзовитесь!

Распахнулась дверка в конце коридора, и оттуда выглянула стриптизерша, замотанная в полотенце.

— Что за шум?

Мужчины, наверное, массово онемели при виде едва прикрытой роскошной фигуры звезды, так что после некоторого молчания ответить пришлось мне:

— Мы ищем тебя и Тревора. У вас все в порядке?

Макси фыркнула.

— Глупый вопрос! Я застряла невесть где, на какой-то дикой зачуханной планетке, мне не предоставили элементарных бытовых условий, лишили связи с внешним миром, а теперь еще и спрашивают, все ли в порядке. Конечно, нет!

— Эта в норме, — непочтительно констатировал Сай. — А где второй?

— Макси, где Тревор? — повторил вопрос Ральф.

Стриптизерша закатила глаза.

— Я что, нанималась за ним следить? Здесь где-то. Ищите сами, если он вам так нужен.

— Его нигде нет! — с истерическими нотками взвизгнул Тарог, и у меня по спине побежал холодный пот.

Максимиллиана скривилась.

— Посмотрите в кладовой. Готова держать пари: он там, подкрепляется сардельками в томатном соусе из жестянок. И лакает лимонад, раз уж ничего крепкого нам не дали. Сокрушался вчера, что пива нет — фу!

В небольшую кладовую капитан распорядился перенести часть съестных припасов из корабля, чтобы не бегать туда-сюда всякий раз при готовке. Надо отдать Ральфу должное: вскоре после постройки дома для переселенцев он велел команде разбить небольшой огород и посеять там обнаруженные на «Восходе» семена. Уверенности, что шоу продлиться достаточно долго, чтобы снять хотя бы первый урожай, на тот момент не было ни у кого, но поселенцы с энтузиазмом принялись за дело. Отлынивали, опять-таки, только прозаик и стриптизерша, нo и тех загнали на грядки угрозой лишить доли пищи.

— Кто не работает… — лукаво поблескивая глазами, заявил Кай.

— …тот не ест! — подхватил Май.

Но пока что не проклюнулись даже первые ростки, собирать в лесу грибы-ягоды команда не рисковала, так что в ход по-прежнему шли припасы с корабля, благо, их хватило бы на десять человек надолго. Дитмар и Дан приловчились удить рыбу, которую после исследований в экспресс-лаборатории объявили съедобной, и таки образом разнообразили меню, но Танаску, если решил перекусить, на рыболовлю точно не отправился. Следовательно, находиться он мог либо на кухне, либо в кладовой, раз ни в спальне, ни в общей гостиной его не обнаружили.

— Здесь его тоже нет! — выкрикнул Норд, распахивая дверцу в кладовую.

Несколько раз обойдя все комнаты и даже заглянув под раскладные койки, мы вынуждены были признать: Танаску исчез. Взволновались и перепугались все, кроме оставшейся невозмутимой Максимиллианы.

— Поду-умаешь, — протянула она, полируя ногти. — Прогуляться вышел, всего-то. И нечего устраивать из-за ерунды переполох.

Молчание напоминало воздух перед грозой: тяжелый, душный, сгустившийся. Все взгляды скрестились на Макси, но она ничего не замечала. Вытянула перед собой руку, пошевелила пальцами, беспечно улыбнулась.

— Самое модное покрытие сезона. Золотой аквариум Дарроса.

Ногти поблескивали золотом, по которому шли радужные разводы, так похожие на маленьких юрких змеек горячей полупустынной планеты Даррос.

Первой не выдержала Эмма.

— Это невыносимо! — выкрикнула она, сжала кулачки и сделала шаг вперед.

Рик обхватил ее за плечи, прижал к себе и укоризненно произнес:

— Действительно, Максимиллиана, ты слишком легкомысленна. Пропали уже двое участников.

Стриптизерша повернулась к бывшему любовнику, смерила его взглядом, задержалась на обнимавших соперницу крепких смуглых руках и выпалила:

— Может, они заодно?

— Кто? — не понял окончательно растерявшийся Тарог.

— Да эти блаженные. Горе-писака и фиглярка с бубном. Договорились где-нибудь отсидеться вдвоем и похихикать над тем, как вы будете суетиться и разыскивать их. Как вариант, хорош?

Ее цинизм меня возмутил, но… но… но я, немного подумав, не поручилась бы за то, что ее предположение так уж неправдоподобно. В конце концов, кто вызвался дежурить вместе с Танаску? Кто не реагировал на его язвительность? Кто старательно демонстрировал дружелюбие, но при этом не сошелся близко ни с кем из команды?

— Алия, — выдохнули в унисон со мной Норди и Дан.

— Алия? — удивленно повторил стилист.

— Но зачем бы ей это понадобилось? — дружно удивились Кай и Май.

На лицах близнецов тоже была написана растерянность, причем куда более сильная, чем у не слишком смышленого Тарога.