ГЛАВА 17

Георг

Утром меня разбудила вибрация. Надо же, не помню, чтобы ставил будильник на утро. Странно, что никакой мелодии не слышно. Убрал звук?

Поспешил взять телефон и отключить будильник, рванул на себя, и… объяснение нашлось под боком — на лицо упал Эмильен. Точнее, его часть. Задняя, хвостатая. На меня обиженно зашипели, угрожающе продемонстрировав когти, затем с громким стуком спрыгнули вниз.

— Я тебя предупреждал! — погрозил коту пальцем вслед.

В ответ получил презрительное виляние хвостом и демонстративное игнорирование.

— Попросишь у меня завтрак, — добавил вдогонку.

Реакции не последовало. Либо Эмильен научился сам открывать банки с едой, либо не сомневался в покорности двуногого раба, готового подать все необходимое. По надменному выражению рыжей морды понял, что, скорее всего, кот склонялся ко второму варианту.

Выдавая завтрак хвостатому соседу, неожиданно поймал себя на мысли, что предвкушаю встречу с Ириной. Я поглядывал на темный экран телефона в ожидании ее звонка, а настроение заметно улучшилось по сравнению со вчерашним.

Что Юлиана может сделать? Попытаться нас рассорить? Так мы и не пара. Не в смысле совсем не пара, а в том, что связывает нас договор, который не предусматривает романтических отношений. Но ведь нам никто не запретит воспользоваться возможностью. И да, я с нетерпением ожидал встречи с Ириной.

После завтрака Эмильен посматривал на меня ленивым, но внимательным взглядом. Сквозь прищур он наблюдал за моими передвижениями по квартире, развалившись на диване. Почему-то я постоянно чувствовал его внимание и косился в его сторону. Мысли о скорой встрече не давали покоя, а еще кот наблюдал, словно забавлялся над моими размышлениями.

Перед выходом из квартиры шагнул к Эмильену.

— Не знаю, что ты себе думаешь, и, собственно говоря, мне без разницы. Но имей в виду! Я ухожу, а ты остаешься один. И если ты попытаешься напакостить…

Строго погрозил ему пальцем. Чувствовал себя необычно. С котом разговариваю, как с разумным существом! Вчера это не казалось странным, а сегодня ощущал неловкость.

Эмильен спокойно выслушал мою проникновенную речь и слегка дернул кончиком хвоста. Осталась непонятна его реакция, но я все сильней начинал беспокоиться о его поведении в мое отсутствие. Ирина знает, как обращаться с монстром, а я могу разве что мясо в ресторане заказать.

Такси ожидало в положенном месте. Назвал адрес и прикрыл глаза, вспоминая темные завитушки с медным отливом, обрамлявшие милое лицо. Хотелось вновь до них дотронуться и почувствовать шелковистость.

Центр города «порадовал» пробками, поэтому в спальный район тащились долго, кланяясь каждому светофору по нескольку раз.

Когда доехали до знакомого двора-колодца, выдохнул с облегчением. Мотоцикл стоял на прежнем месте, а вокруг него собралась компания женщин в возрасте. Они волновались, переговаривались и возбужденно размахивали руками. Причем сразу в несколько сторон, так что была непонятна причина, собравшая соседок в одном месте.

— Здравствуйте, — проявил вежливость я, подходя ближе. — О чем разговор?

— Пришел!

— Вернулся!

Сразу несколько рук вцепились в джинсовую куртку и затрясли меня.

— За мотоциклом, — попытался вырвать рукав из цепкой хватки.

— А ты все Рыжак, Рыжак! — Одна из старушек передразнила кого-то. — Обычный человек. Из плоти и крови.

— Матрена, он вчера кота искал? — выступила еще одна пенсионерка вперед.

— Он, — подтвердила мою личность старая знакомая. — Истинно он!

— Что случилось-то? — вклинился в оживленную дискуссию, пытаясь разобраться в происходящем.

— Привиделось тут Симке, а Антонина Егоровна выдумала нелепицу. — Матрена пренебрежительно потыкала в подружку пальцем.

— Что привиделось? Что за нелепица? — запутывался все больше.

— Голубь! — распахнув глаза, нараспев выдала Антонина Егоровна.

— Голубь, — повторил за ней, — и что?

— Симка в квартиру к Ритке пришла утром, а там голубь!

По лицам собравшихся бабулек стало понятно: мне выдали потрясающую сенсацию.

— Влетел, наверное. Стекла в окнах выбиты, — пожал плечами, найдя самое простое объяснение.

Словоохотливые соседки переглянулись. Кажется, мне удалось немного сбить таинственность с простого события.

— Не будет голубь по ночам летать и в квартире после пожара прятаться, — обиженно поджав губы, авторитетно заявила Антонина Егоровна.

— А я о чем?! — убежденная доводом, встала на сторону подруги Матрена.

— Почему ночью? День уже, — удивился я.

— Пока Тошка спал, Симка в квартиру пошла, чтобы детские вещи поискать. Переодеть-то мальчонку надо! Утро было раннее. Вон Семеновна едва проснулась, когда заметила ее у дверей Ритки. — Антонина Егоровна потыкала в соседку погорельцев, принявшую меня за афериста. — Симка из квартиры выскочила. Сама вся белая, руки трясутся. Семеновна к ней, а та твердит одно: «Голубь там, голубь».

— Голубя взрослая девица испугалась, — презрительно фыркнула одна из соседок, до этого не принимавшая активного участия в обсуждении.

— Кинулся он на нее, крыльями хлопал. Симка перепугалась и сбежала, — точно передала события Семеновна. — Сама небось тоже бы перетрусила.

Оппонентка обиженно замолчала, посрамленная аргументами. Симпатии пенсионерок переметнулись к Семеновне.

— Допустим, голубь случайно влетел в окно, испугался, когда кто-то вошел в квартиру. Не вижу ничего необычного, — подвел итог спору я.

— Ночью влетел!

— Ночью птица спит.

— Пожар был, не мог он влететь.

Меня закидали доводами.

— Хорошо. Тогда, по-вашему, что произошло? — сдался под напором я.

— Голубь тот — Рыжак! — авторитетно выдала Антонина Егоровна.

— Неужели? — вежливо удивился, удержавшись от желания покрутить у виска.

Все понимаю, женщинам скучно, а тут столько событий. Как из этого не сделать сенсацию, даже если ее нет?

— Вот, смотри. — Матрена придвинулась ко мне и принялась загибать пальцы. — Огонь ты увидел, когда только занялся. Пожарные сами сказали, что их вызвали вовремя. Раз! Ритка спала в той комнате, откуда пламя пошло, а сама почти не пострадала. Два!

— Угорела малость, но уже пришла в себя, и скоро врачи ее отпустят. Симка утром звонила в больницу, — со знанием дела покивала головой Антонина Егоровна.

— Пожарный объяснил, что диван последним загорелся, — попытался достучаться до разума подружек.

— А почему?! — Матрена потрясла передо мной кистью руки с согнутыми двумя пальцами.

— Не знаю я. Огонь стеной стоял, не мог за него заглянуть, потому не увидел ее.

— Вот! — победно подняла палец женщина. — Рыжак ее оберегал! Потому не тронул Ритку огонь!

— Ожоги были, — встрял кто-то из соседок в пламенную речь.

— Небольшие. Считай, что и нет их, мазями помажет и забудет, — отмахнулась Матрена. — Огонь Ритку не тронул, а ночью Рыжак квартиру охранял! — Она с торжеством осмотрела присутствующих.

— Это голубь? — снисходительно уточнил я.

— Он! Не летает птица ночью. Спит она. Ночью на второй этаж мог любой злодей в окно залезть. А Рыжак Ритку уберег и за квартирой присмотрел. Вот какие дела!

Богатая фантазия у старушек. Я восхищенно покачал головой. Вступать в дискуссию себе дороже. Доказывать, что творцам до нас нет никакого дела, бессмысленно. Свято верующая женщина найдет множество доказательств своей правоты.

— Рыжак мог. Его время, — поддакнула Антонина Егоровна.

Пенсионерки воодушевленно зашумели, обсуждая сенсацию. Подумать только, их соседку сам творец спас! Чем не повод собраться и поговорить об этом. Непонятно только, почему у моего мотоцикла? Или они решили обсуждение совместить с охраной?

— Спасибо вам, что присмотрели за моим железным конем, — произнес громко, прорываясь сквозь нарастающий шум. — Мне ехать пора.

— Зовут тебя как? — Матрена расплылась в широкой улыбке.

— Георг, — представился одним именем, не желая объяснять происхождение фамилии.

— Человек он. Я же говорила, — шепнула Семеновна кому-то из собеседниц. — Видела его вчера. Ничего от творцов в нем нет.

— Самый обыкновенный, — одарил улыбкой сплетницу.

— Будто Рыжак признается, — фыркнула Антонина Егоровна.

Я сел в седло, и амортизаторы спружинили. Дожил. Меня за творца приняли.

— Голубь — творец, а я самый обыкновенный жених, который едет в аэропорт встречать невесту, — решил поставить точку в разговоре и повернул ключ зажигания.

Мотор взревел, обдав выхлопными газами дружную компанию пенсионерок. Возмущаться они не стали, зато быстро отошли в сторону, позволив выехать со двора. Не оборачиваясь, я знал, что обсуждение не окончено, и мой отъезд лишь ненадолго задержал выяснение: был ли залетный голубь Рыжаком или нет?

Телефон в куртке тревожно молчал. Я ожидал звонка Ирины с нетерпением, но с каждой минутой на душе становилось беспокойней. Вылетела или нет? На какой рейс купила билет? Когда ее встречать? И самый главный вопрос: с ней все в порядке? Почему не звонит с самого утра?

Свернул с проспекта в сторону и припарковался на свободном месте. Мне просто необходимо услышать ее голос и убедиться, что с ней ничего не случилось.

— Ира! — почти выкрикнул, когда гудки прекратились, и вместо слов послышалась непонятная возня.

Спит? Не собирается вылетать домой?

— Я в дороге, — тихо прошептала Ирина.

— Где ты? Когда будешь дома? Я тебя встречу!

— Я не знаю. Кажется, я перепутала направление, — так же тихо прошептала она, — ой, пока!

Связь оборвалась.

Творцы всемогущие! Что это значит? В какой дороге? И почему разговаривала шепотом, словно опасалась быть услышанной?

Набрал номер справочной службы аэропорта и запросил сведения об Ирине Симочкиной. В ответ услышал, что пассажирка с таким именем билет не покупала. Я долго выпытывал подробности, но ответ оставался прежним. Ирина не вылетела домой.

Не в багажном же отделении она в самом деле летит? Замерзнет! К тому же с чего бы ей говорить шепотом. Вроде в ее голосе я не услышал, что она дрожит.

Не в состоянии терпеть неизвестность, снова вызвал ее номер.

Ирина

На экране снова высветилось имя Георга.

— Тьфу! — Едва приняла вызов, как почувствовала травинку во рту. — Что?

— Где ты?! — рявкнули на меня.

— Тьфу! Зараза колючая. Еду я в аэропорт. — Относительный комфорт в начале пути сменился абсолютным дискомфортом в его середине.

— Кто колючий? — сурово переспросили меня.

— Трава, — объяснила непонятливому Георгу, почесываясь сразу во всех местах.

— На чем ты едешь?

— На грузовике твоей бабушки.

— У нее нет грузовика!

— Есть. Она на нем перевозит скошенную траву.

— Бабушка? — опешил Георг.

— Алекс. Водитель. Что пристал? Ты зачем звонишь?

Решила, что лучшая защита — это нападение. Пусть лучше он оправдывается, чем я буду объяснять, на каком транспорте покинула особняк графини Ристоль.

— Беспокоился о тебе, — немного помолчав, произнес Георг.

— Как Эмильен? — спросила, почувствовав, как сердце сладко ухнуло вниз.

— Что с ним сделается? Спит, ест, — спокойно отозвался он.

— Ты его на прогулку выводил? — обеспокоилась я.

— Даже не подумаю. Не хочу его снова ловить по городу, — весело хмыкнул Георг.

— Сегодня мадам Строем возвращается. Игорь позвонил и предупредил. Мне обязательно надо быть дома, — призналась ему.

— Будешь.

— Угу. Ой, пока. Алекс останавливается. — Нажав на отбой, скрючилась на колючей траве.

Водитель с хорошим аппетитом не пропускал ни одного кафе по дороге. Первый раз он остановился на заправке долить бензин. Купил себе стакан кофе и сладкую выпечку, от запаха которой едва не захлебнулась голодной слюной.

В тот момент, когда Георг позвонил в первый раз, Алекс допил кофе и направился к кабине. Я смотрела на него сквозь щели борта и боялась попасться ему на глаза, чтобы он не доложил о сбежавшей гостье графине Ристоль. Уверена, Полия тщательно допросит всех слуг. А так у Алекса будет чистая совесть, и он меня не сдаст.

Вторая остановка случилась у небольшого магазинчика. Открыла навигатор и постаралась определить правильное направление. По всему выходило, пора покидать колючее гнездышко. Дорога, по которой направлялся Алекс, все больше отклонялась от необходимого мне аэропорта. Надо найти более подходящий транспорт — покомфортнее и в правильном направлении.

Выпрыгнуть из кузова легче, чем в него залезть. Осторожно оглянулась на стеклянные двери магазинчика, куда направился Алекс, и поспешила прочь, отряхивая пожухлую траву с одежды и волос. Если час назад я была свежа после принятого душа, то сейчас меня основательно присыпало трухой и пылью.

Ничего. Мне бы до аэропорта добраться, а там я приведу себя в порядок.

Расспросы местных очень помогли. Мне подсказали, как проехать, сколько будет стоить билет на автобус и много другой полезной информации. На меня, правда, подозрительно косились из-за непрезентабельного вида, но я решила не обращать внимания.

Автобус нужного маршрута быстро довез до аэропорта. Приветливый водитель, которому пришлось вкратце объяснить причину своего запыленного вида, потыкал рукой в направлении, где смогу привести себя в порядок.

Но сейчас важнее было оплатить билет. Я боялась, что мне может не хватить наличности. Во время поисков Георг брал расходы на себя, а потому у меня оставалась достаточная сумма, но точную цену перелета я не знала.

У кассы, где продавали билеты на мое направление, разгорался скандал. Точнее, мне показалось, что он набирал обороты, но вполне возможно, что шел он давно. Мужчина средних лет потрясал бумагами и убедительно доказывал свою правоту. В ответ он получал вежливые стандартные ответы. Люди в очереди, потеряв терпение, разделились на три лагеря: первые встали на защиту прав скандалиста, вторые поддерживали авиакомпанию, третьи пытались терпеливо дождаться своей очереди. Я примкнула к последним. Все равно мне неизвестна причина вспыхнувшего конфликта, да и втягиваться в чужие разборки не хотелось.

— Ричард полетит со мной! У него все бумаги! — громогласно басил скандалист.

— Вес превышает норму, — донеслось глухо из-за стойки.

— Людей вы не взвешиваете! Начните отказывать пассажирам из-за их веса!

— Правила авиакомпании не позволяют провоз в салоне ручной клади, превышающей установленный вес, — тем же уставшим монотонным голосом проговорила кассирша.

— Ричард не кладь! У него все документы!

— В самом деле, девушка, как можно кота отправлять в багажное отделение? — поддержала скандалиста женщина средних лет.

— Ничего, у него столько жира, что не успеет замерзнуть, — парировали защитнице животных.

Как выяснилось, Ричарда не разрешали брать в салон самолета, потому что вес кота превышал допустимую норму. Мадам Строем переживала из-за лишних килограммов у Эмильена, но она собиралась его показывать на выставке. Здесь же хозяин пламенно защищал все наеденное котом за свою жизнь.

Упоминание о еде сразу отозвалось потребностью чем-нибудь подкрепиться.

— Госпожа Ирина Симочкина, пройдите к администратору. Госпожа Ирина Симочкина, пройдите к администратору, — прокашлял на весь зал громкоговоритель.

Я сделала вид, что не имею понятия, кто такая вызываемая гражданка. Я помнила о связях графини Ристоль, которая оказалась способна провезти через границу без досмотра мага, не получившего диплом. Недаром она хвалилась перед гостями на ужине у герцогини своими связями. Наверняка Полия уже доложила о моем побеге, и меня разыскивают с полицией. Ни в коем случае нельзя признаваться, что я имею отношение к Ирине Симочкиной.

Скандал набирал обороты. Мужчина все громче негодовал, девушка в кассе твердо держала оборону, а очередь возмущалась задержкой. Собственно, я тоже. Время неумолимо убегало. Мадам Строем в любой момент может оказаться в своей квартире, а ни меня, ни Эмильена там нет.

Медленно передвигаясь между людьми, я приблизилась к эпицентру конфликта, а точнее, к мужчине с котом. Ричард с флегматичным видом наблюдал за хозяином и окружающими его людьми. Только кончик хвоста подрагивал, выдавая нервозность животного. Выглядел толстячок великолепно. Набитая дымчатая шерсть смотрелась плюшевой. Хотелось погладить красивое животное, послушать, как он умеет мурчать. И я прекрасно понимала хозяина, разгневанного решением летной компании отправить Ричарда в грузовой отсек. Их величество должно путешествовать исключительно первым классом в удобном кресле. О чем, в сущности, и говорил вид кота-красавца.

В очереди обстановка накалялась.

— Я могу помочь, — тихо произнесла хозяину кота, пока кто-то внушал девушке за стойкой, насколько она не права.

— Чем? — одарили меня хмурым взглядом.

— Это не совсем законно, — кашлянула я, стараясь скрыть от всех свои слова.

— Я согласен, — в тон мне отозвался мужчина и воровато оглянулся по сторонам.

— У меня нет багажа, я возьму ваш и… хм… спрячу его от всех.

— Спрячете? — От удивления мужчина позабыл о конспирации.

Я демонстративно отвернулась, приняв независимый вид и пережидая момент. Пусть все снова отвлекутся, а мы продолжим разговор. Хозяин кота мой намек понял и поддакнул одной из своих защитниц. Вдохновленная женщина пошла на новый виток скандала.

— Уходим, — повела взглядом в сторону.

Мужчина послушно взял переноску с котом, громко выразил протест и гордо зашагал прочь. Следом поплелась я, рассматривая взлетное поле через стеклянную стену.

— Ну? — накинулся на меня хозяин дымчатого красавца, едва мы исчезли из поля зрения очереди.

— Я маг, — поспешила озвучить свой план, — багажа у меня нет, значит, ничего предъявлять не буду. Ричарда накрою заклинанием невидимости и тишины.

— Понимаю, — обрадовался мужчина.

От радости он потер ладони и расплылся в довольной улыбке.

— Сколько я вам должен? — спросил он.

— Ничего. Я же из любви к котам вам помогаю, — пожала плечами и с теплотой посмотрела на кошачье величество.

Конечно, Ричард размерами уступал Эмильену, но в красоте вполне мог поспорить. Глаза цвета янтаря посмотрели на меня внимательно и равнодушно. Все правильно, двуногие рабы должны сами решать возникшие проблемы и не беспокоить их величество.

— Госпожа Ирина Симочкина, подойдите, пожалуйста, к администратору! — снова раздалось из всех динамиков в зале.

— Позвольте я вам оплачу билет! — не сдавался мужчина.

— Пожалуй, — смутилась я.

— У меня бронь на два места, — засуетился он.

— Хорошо, — сдалась я.

В конце концов, я понятия не имею, хватит ли мне денег на дорогу. К тому же дома надо будет брать такси, чтобы успеть к возвращению домой мадам Строем.

— Значит, договорились! — окончательно повеселел мужчина.

Искры окутали Ричарда, который озадаченно осмотрел их ворох и даже попытался достать одну лапой, мяукнул недовольно и уставился на меня серьезным взглядом.

— Надо же! — восхитился мужчина и протянул руку к переноске. — На ощупь чувствую, а глазами не вижу. — Он приложил ухо к клетке. — И не слышу, — добавил он.

— Я вас здесь подожду, только вы сделайте печальное лицо, — посоветовала я.

— Буду серьезным, — пообещал хозяин кота.

— Вы светитесь от счастья, — покачала головой, — потерпите хотя бы до самолета. Когда взлетим, всем будет все равно. А пока покажите, как опечалены тем, что пришлось отправлять кота домой.

— Я бы и не смог, — стушевался мужчина, — мне некого попросить отвезти его обратно.

— Об этом мы никому не скажем, — подмигнула ему. — Идите за билетами. Вроде очередь рассосалась.

Все прошло, как я и предполагала. Тяжеленный кот сидел смирно, не мешал нести переноску, но от этого меньше весить не стал. Мне же приходилось делать вид, будто иду с пустыми руками. Хозяин кота выкупил два билета на свое имя и один из них вручил мне. Досмотр мы проходили порознь у разных служащих. Повышенный интерес к скандалисту, желающему пронести неположенную кладь на борт самолета, отвлек внимание от остальных пассажиров, и меня пропустили без проблем. Единственный вопрос, который мне задали, почему нет отметки о моем прибытии в страну. Пришлось рассказать о частном самолете графини Ристоль. Очень надеюсь, что ей не сообщат обо мне незамедлительно и позволят улететь.

В самолете стюардесса встретила приветливо, усадила на положенные места и предложила легкий завтрак. Мы облегченно выдохнули. Я и хозяин кота. Потом одновременно засмеялись одинаковой реакции.

— Вы меня так выручили, — произнес мужчина и протянул руку для пожатия. — Теодор Пирс.

— Ирина Симочкина, — представилась в ответ.

— Домой или путешествуете? — вежливо поинтересовались у меня.

— Домой.

— Мяу, — раздалось из переноски.

Ричард решил тоже принять участие в разговоре.