ГЛАВА 5

За прошедшие семь дней на лекциях появлялась только мельком. Вбегала, плюхалась за парту, просила помочь с записями, обещала шоколадку в награду и, подхватив полегчавшую без конспектов сумку, неслась к подземке. Бешеный ритм последних дней кружил голову. Единственное время, когда я могла немного перевести дыхание, — это пока добиралась до места работы или домой. Я честно пыталась читать конспекты и почти успевала что-то запомнить, но времени не хватало катастрофически. Ночью буквы расплывались, Светка ворчала на ночник, в итоге я сдавалась и засыпала сразу, как только голова касалась подушки.

Каждый день клятвенно себе обещала любую свободную минуту посвящать чтению пройденного в мое отсутствие предмета, но выполняла зарок наполовину. Хотя кому я вру? На треть в лучшем случае.

Шоколадки делали свое волшебное дело, конспекты, написанные с помощью магии моим почерком, заполняли тетради, а я все никак не могла привыкнуть к новому распорядку дня.

Утром вскакивала до рассвета, наскоро умывалась и, прихватив термос с горячим чаем, приготовленным Светкой по моей просьбе накануне вечером, неслась к подземке. В полупустом вагоне раскрывала тетради и завтракала, почти не чувствуя вкуса. Соседка не возражала проявить немного заботы обо мне. Во-первых, моя порция в столовой доставалась ей, а во-вторых, вечером я приносила заработок и устраивала роскошный, по студенческим меркам, ужин.

Подруга сочувствовала, достала откуда-то конспекты отличников за первый год, давно обучающихся на старших курсах. В обед в столовой заранее получала мою порцию и сторожила место, отпугивая конкурентов толпой поклонников, специально для этой цели призванных. Вечером, пока я возилась с продуктами, зачитывала последние записи вслух и комментировала своими соображениями.

В общем, неделя получилась насыщенной, а я пока не знала, каким образом успеть все и сразу.

В квартире мадам Строем время текло размеренно. Утром и вечером заботы об Эмильене ложились на мои плечи. Хозяйка проявляла мало внимания работнице, старающейся уложиться в предоставленный распорядок дня. Рыжий кот порой проявлял свой монструозный характер, и тогда приходилось прилагать немыслимые усилия, чтобы его переубедить. Конечно, в трудных ситуациях обращалась за помощью к Игорю, но порой и он не мог совладать с упрямым животным. Невероятно красивым, но упертым, вредным и самовлюбленным.

Бальзамом на душу в конце дня ложилось осознание полученного вознаграждения, переведенного на карточку.

Огорчал один факт — с памятного дня знакомства ни разу не встречала Георга. То ли мы с ним не совпадали по режиму, то ли виконт был занят или вообще уехал. Надеюсь, не навсегда.

Каждое утро я вставала пораньше, чтобы прихорошиться перед возможной встречей. Для меня было главное — создать образ интеллигентной девушки, эффектно отличающийся от внешнего вида блондинки, выставленной за дверь мистером Совершенство. Завтрак и прочие потребности стояли на втором месте. Спрашивать о Георге у Игоря опасалась. Мне показалось, дворецкий мадам Строем недолюбливал виконта, к тому же не хотелось отвечать на неудобные вопросы. А они наверняка возникнут, прояви я заинтересованность жильцом с третьего этажа.

Утро восьмого рабочего дня ничем не отличалось от предыдущих. Спокойно миновала охранную систему на входных дверях, бросила рассеянный взгляд в сторону ресторана. Посетителей еще не было, и обслуживающий персонал неторопливо выполнял свои обязанности. В раннее время широкие двери распахивали, позволяя полюбоваться роскошной обстановкой всем желающим; чуть позже их закроют, пропуская только клиентов, а ближе к вечеру заиграет небольшой оркестр. Репертуар отличался от привычного молодежного «тумц-бумд», но частенько я останавливалась, прислушиваясь к приглушенным, завораживающим звукам. Эмильен не возражал, используя заминку для обнюхивания обстановки.

Прикасаясь к кнопкам в лифте, все время ловила себя на мысли, что могу случайно ошибиться и вместо цифры «два» нажать на «три». Сделать глупость подталкивало любопытство, а еще озорство. Легко объяснить неожиданный визит случайностью, но рисковать не хотелось. Взгляд, полный негодования, хорошо запомнила, а испытывать его на себе снова боязно.

Вопреки привычному распорядку, сегодня меня встретила мадам Строем и окинула пронизывающим взглядом. Мысленно прикинула, где могла накосячить и за что сейчас меня будут отчитывать. Вариантов была масса. За несколько дней удалось немного узнать свою работодательницу и ее отношение к жизни. Так вот, наши взгляды на многие вещи не совпадали, точнее, кардинально расходились. Поэтому от представления, где и в чем оказалась не права, голова слегка закружилась.

— Госпожа Симочкина, вы вовремя. — Слова мадам Строем произнесла с осуждением.

— Здравствуйте, — проявила вежливость я.

Женщина замолчала и недовольно поджала губы, ее колкий взгляд прошелся по мне от макушки до стоптанных пяток кроссовок, а потом она оглянулась в сторону гостиной. Тогда я заметила мужчину, сидящего в кресле.

Вид он имел диковатый, встрепанный. Коротко остриженные волосы топорщились во все стороны, будто никогда не знали расчески. Хотя кто-то должен был его стричь? Хорошего качества летний костюм сизо-серого цвета сидел криво, лацканы расходились пузырями в стороны, а поддернутые штанины открывали вид на носки. Обувь рассмотреть не удалось, в ногах у незнакомца вальяжно развалился Эмильен.

— Здравствуйте, — поздоровалась с незнакомцем.

Нас не представили друг другу, но проявлять невоспитанность не стоит. Гость мадам Строем может оказаться кем угодно.

— Кур! — подпрыгнул на месте мужчина.

Эмильен поднял голову и с удивлением посмотрел на него.

— Здравствуйте, — с акцентом произнес незнакомец и снова едва заметно подпрыгнул.

Нервный какой-то. Или ему перед моим приходом досталось от строгой мадам? Тогда могу понять странное поведение. В ее присутствии забудешь слова и начнешь разговаривать междометиями.

— Госпожа Симочкина, это господин Курланд. Он приехал удостовериться, что с Эмильеном все в порядке перед выставкой. — Работодательница соизволила представить нас друг другу.

В ответ я коротко кивнула, ожидая продолжения.

— Господин Курланд остался недоволен физической формой Эмильена. Вы с ним мало гуляете? — Идеально очерченные брови высокомерно приподнялись от негодования. — В нашем контракте четко прописаны прогулки и игры на свежем воздухе. Если вы не справляетесь…

— Я не торопилась устраивать игры, давая возможность Эмильену привыкнуть ко мне, — чистосердечно заверила я.

Надеюсь, она не заметила испуганно сжатые пальцы, стиснувшие ремешок сумочки. Забыла я про игры! Заботы навалились все и сразу, а гуляли мы очень энергично. Эмильен предпочитал без предупреждения переходить на рысь, стоило немного отвлечься или засмотреться в сторону. Так что приходилось быть настороже. В нервной обстановке попробуй вспомнить о развлечениях, а не только следить, чтобы кот не убежал и не поранился.

— На мой взгляд, очень разумно. — Снова подпрыгнул на месте гость.

— С сегодняшнего дня будете проводить с Эмильеном активные игры, — приказали мне и взмахом руки разрешили удалиться.

Поторопилась скрыться в комнате Эмильена, но долго находиться там одна не смогла и прошмыгнула на кухню, где как раз хозяйничал Игорь.

— Привет, — поприветствовала мужчину и скромно присела на стул.

— Доброе утро, — вежливо отозвался он.

— Господин Курланд пожаловал, — нейтрально затронула тему я.

— Его визита ожидали.

Игорь занимался чаем для хозяйки и ее гостя, а я следила за его движениями и пыталась подобрать слова, чтобы ненавязчиво выспросить про сизого господина.

— Вам пора на прогулку, — взяв поднос, напомнил Игорь.

— Спасибо, — поблагодарила я, не найдя возможности поговорить по душам.

Собственно, дворецкий мадам Строем не отличался словоохотливостью. Он отвечал на вопросы, если спрашивала, помогал советами, но никогда не обсуждал хозяйку. Игорь преданно ей служил, и слово мадам Строем для него было законом.

В комнате Эмильена расставила по местам раскиданные игрушки, взяла шлейку и направилась в гостиную за рыжим красавцем.

— До свидания, господин Курланд, — прощалась хозяйка, стоя у открытых дверей гостиной. — Благодарю за помощь. В обед вылетаю. Игорь вас проводит.

Из лифта раздался голос гостя, он попрощался и вскоре покинул нас. Мадам Строем развернулась ко мне и снова осмотрела нехорошим взглядом. Разнос за игры я уже получила, что на этот раз?

Перебирая шлейку и поводок в руках, проскользнула в гостиную и присела перед Эмильеном. Надо сказать, кошачий монстр никак не отреагировал на мое появление. Он продолжал валяться у кресла, где недавно сидел гость, и делал вид, будто спит. Причем очень давно спит. Со вчерашнего дня, не меньше.

— Госпожа Симочкина, вы хорошо прочитали подписанный нами договор? — остановила неожиданным вопросом мадам Строем.

Молчаливо кивнула.

— Вы поняли каждый пункт? — не отставала она.

— Более чем, — вздохнула, припомнив штрафы в случае, если кот поранится или, не приведи творцы, потеряется.

— Очень хорошо. — Недовольный тон противоречил ее словам. — Значит, мне не придется напоминать о ваших обязанностях во время моего отсутствия.

— Вы уезжаете? — вежливо переспросила, не особо волнуясь.

Игорь останется, он квартиру не бросит. В любом случае за котом будет присмотр, а я продолжу приходить два раза в день, как и раньше.

— Господин Курланд напомнил о необходимых документах для выставки. — В голосе мадам отчетливо послышалась досада. — Придется заняться этим сегодня.

Надев шлейку на Эмильена, я попыталась поставить его на ноги. Обвисший, как кисель, и недовольный моими намерениями кот отказывался подчиняться. Пришлось почесать за ушком, потом перебраться на шею, и в итоге рыжий красавец проникся симпатией к ожидаемой прогулке и соизволил подняться, сладко потягиваясь.

— Вы останетесь с Эмильеном, — строгим тоном сообщила мадам Строем. — Очень надеюсь, вы справитесь.

— Хорошо, — покладисто произнесла я, направляясь к дверям лифта.

— Хорошо? — догнал меня вопрос, произнесенный недовольным тоном.

— Я приложу все усилия. — Развернулась и посмотрела прямо в глаза.

Надеюсь, мой преданный взгляд развеял любые сомнения.

— Допуск в квартиру Игорь вам выдаст. Сможете приходить в любое время, — скрепя сердце приняла решение работодательница.

— Зачем? — удивилась я.

Двери лифта со звоном распахнулись, и к нам присоединился Игорь. Эмильен не стал дожидаться окончания разговора и вошел в кабину. Давно заметила: мохнатого зверюгу мало заботили человеческие проблемы, кот жил в свое удовольствие, иногда позволяя ухаживать за собой. Если он решил, что пора отправляться на прогулку, то никакие серьезные диалоги не могли остановить его в принципе.

— Ирина, — коротко кивнул Игорь.

— Зачем мне допуск? — поспешила выяснить странное обстоятельство.

Двери лифта стали закрываться.

— Придется присмотреть за квартирой и Эмильеном, — сообщил дворецкий в оставшуюся щель между створками.

— Я не согласна! — успела выкрикнуть, и мы остались с котом одни в кабине.

Торопливо нажала кнопку второго этажа и поспешила вернуться к разговору, едва представ перед мадам Строем.

— Простите, но в договоре ничего о квартире и ее сохранности не было, — решительно шагнула в квартиру.

— Мяу! — возмущенно выдали мне за спиной.

— Идите, госпожа Симочкина. Не заставляйте нервничать Эмильена, — отрезали мне.

А мне, значит, волноваться можно? То есть на меня вешают кота, чужую недвижимость, и я должна оставаться спокойной?

— Простите, мадам Строем, но я учусь… — Договорить мне не дали.

— Игорь, приготовь договор. — Меня окатили надменным взглядом, и на этом разговор закончился.

Огромные когтистые лапы опустились на мой зад.

— Мя-ау! — напомнило о себе чудовище.

— Ай! — тихо зашипела на него, почувствовав когти, впившиеся в джинсовую ткань. — Отцепись, Эмильен.

Мы встретились взглядами, его зеленые глаза смотрели строго и с предупреждением.

— Да идем мы, — досадливо заверила его.

После этого когти оставили в покое пострадавший филей, а кот снова вернулся в кабину, где прозвенел звонок-предупреждение. Сосед с третьего этажа вызвал лифт и ожидает своей очереди.

В холле я постаралась идти нога за ногу, медленно двигаясь к выходу. Могу я посмотреть на многоярусную люстру и восхититься игрой света в ее подвесках? Или полюбоваться буйной растительностью в кадках? Опять же шнурки надо проверить перед выходом на улицу. Вдруг они развязались?

Кот воспринимал мои ухищрения спокойно, его не волновали мои выкрутасы, зато он воспользовался возможностью и сунул нос в приоткрытые двери ресторана. Посетители начинали подходить к завтраку, и персонал оживился.

Из лифта вышла сухонькая старушка. Одета просто и опрятно, без бросающихся в глаза аксессуаров. Темно-коричневые туфли почти без каблуков, легкий плащ темно-бежевого цвета не привлекали внимания, если специально не задержать взгляд на женщине. Только выражение лица контрастировало со скромной одеждой. Она надменно взглянула на меня, уверенной походкой прошла к дверям, и те послушно распахнулись перед ней.

Интересно, кто она и по какому поводу приходила к Георгу?

Немного порассуждав, решила не ломать голову. В конце концов, мало ли какие знакомые есть у виконта? Может быть, старушка приходила просить денег на благотворительную организацию для кошек или собак?

На улице Эмильен сегодня оправдал опасения хозяйки. Вел себя возбужденно, все время куда-то ломился, пытался взобраться на деревья, кидался на голубей. Один раз зашипел на комнатную собачку и выгнул спину дугой. Бедная шавка от испуга залилась лаем и попыталась запрыгнуть на руки хозяина, а когда тот подхватил ее, стала забираться еще выше.

Мне пришлось долго извиняться и строгим голосом выговаривать коту, забывшему о хорошем воспитании. Эмильену мои слова оказались до фонаря. Возмущенные слова хозяина испуганного животного еще долго доносились нам вслед.

Задание обеспечить хвостатого активными играми воплотилось простейшим способом: воровато оглядываясь, я сломала ветку дерева, растущего в дальнем углу парка. Эмильен с интересом наблюдал за моими действиями, но прыгать за прутиком с листочками отказывался, выказывая презрение к простейшим играм.

Выбившись из сил в попытке заинтересовать кота, я устало присела на лавочку. Мне требовалось время для отдыха, а заодно для придумывания развлечений для растолстевшего монстра.

Ветер налетел порывом и зашуршал листьями по аллее. Воробьи пригоршней кинулись к нам под ноги и устроили невыносимый гвалт, заметили рыжего хищника, прищурившего зеленые глаза, и кинулись прочь. Эмильен стремительно метнулся за ними, сдернув меня со скамейки. Стая приземлилась невдалеке, дразня охотника, и тот повелся на провокацию. Я летела за хвостатым монстром, утянутая поводком, и едва успевала переставлять ноги. Пернатые проходимцы забавлялись игрой и мелькали перед нами, дразня и не отлетая далеко.

Все, на что я оказалась способна, — удержать равновесие и не расквасить себе нос, когда Эмильен круто заворачивал, или спотыкалась на рытвинах.

Погоня закончилась неожиданно, когда стая, наигравшись, решила оставить нас в покое.

Потерпевший неудачу Эмильен остановился, и я замерла рядом с ним. Оперлась ладонями о колени, тяжело дыша, и согнулась, не в состоянии двигаться.

Активные игры удались. Правда, и мне досталось, но зато мадам Строем останется довольна.

Возвращались в особняк медленно, никуда не торопясь. Набегавшись за котом, я не чувствовала в себе сил торопиться на учебу. Подумаешь, пропущу еще одну пару! Мне бы сердце обратно в грудную клетку засунуть, а то оно решило выпрыгнуть и жить подальше от своей хозяйки.

Георг

Графиня Ристоль не думала уезжать. Мои поначалу скромные, а потом откровенные намеки, что ей пора восвояси, она игнорировала, ловко лавируя в светском разговоре. Даже испытал нечто, похожее на ностальгию. Давно не играл словами и не старался уловить подтекст в вежливых фразах. И все равно не собирался жертвовать свободой ради титула.

Прекрасно помню нахмуренное лицо отца, проверяющего дела графства. Даже в моем присутствии он никогда не расслаблялся, всегда заботы одолевали его. Распоряжение о запрете на передачу мне банковских средств не сильно подкосит мое благосостояние. Еще во время учебы в колледже мне открыли отдельный счет, которым я мог распоряжаться по своему усмотрению. Конфиденциальность между банком и клиентом не позволяла бабушке и отцу контролировать ведение моих дел, поэтому я использовал возможность в полной мере. Играл на бирже, делал ставки, вкладывал средства в предприятия друзей. В итоге в финансовом плане стал абсолютно независимым от семьи. Конечно, я не отказался от содержания отца, принимая на счет ежемесячные перечисления. Дополнительный источник доходов никогда не помешает. Глупо не брать деньги, если они сами идут в руки.

Именно поэтому в семье Ристоль за мной закрепилась репутация повесы, транжиры и кутилы, хотя обстоятельства складывались иначе. Я был независим от отца, бабушки и титула.

Оставалось найти способ избавиться от графини Ристоль и отправить ее домой заниматься делами.

Каждое утро бабушка наносила визит вежливости, как она это называла. На самом деле она пыталась застать в моей постели девицу и потребовать немедленно на ней жениться. Ее хитрый план понял сразу, когда увидел рядом с кроватью перед рассветом на второй день приезда. На прямой вопрос о цели визита получил пространный и витиеватый монолог, из которого можно сделать массу выводов и ни разу не угадать правильный.

Надо признать, несмотря на заверения, графиня Ристоль решила во что бы то ни стало женить меня до конца срока, указанного в завещании.

Кстати, на отца по этому пункту я особенно обижался. Он понимал последствия выдвинутого условия, знал, что я откажусь от титула, и все равно попытался принудить принять его волю. Ольхард Ристоль отличался твердостью характера и шел к намеченной цели любыми путями. Но он должен был понимать, что я — его сын и из меня невозможно веревки вить. Характеры одинаковые.

Прошла неделя моего примерного поведения. Бабушкины визиты ранним утром стали почти привычными. Она заходила в спальню, голосом, далеким от приветливого, желала доброго утра, а удостоверившись в отсутствии в моей постели потенциальной графини Ристоль, удалялась из квартиры. Лишь иногда ритуал менялся, и она заваривала себе чашку чая, пока я принимал душ.

Сегодня проснулся под звук открываемых дверей лифта, а потом ответил на утреннее приветствие. Бабушка решила выпить чаю, на прощанье сообщила о вечернем визите и оставила меня в покое.

Можно выдохнуть на какое-то время. Приличный завтрак в ресторане на первом этаже настроил на рабочий лад, и я занялся делами. Обещание вечернего визита подтолкнуло проверить финансовые дела. Конечно, я не собираюсь бабушке рассказывать о своем положении полностью, но показать основные вложения не помешает. В любом случае цифры выбьют у нее почву из-под ног, и она не сможет манипулировать мной. Пора вести себя по-взрослому.

Разговоры с партнерами, банкирами, переговоры с брокерами и выстраивание стратегии развития на будущее вырвали из действительности. Позабыв о времени и привыкнув делать заказ в ресторане с доставкой в квартиру, я почти позабыл о предстоящем вечернем визите графини Ристоль. Трезвон открывшихся дверей лифта оказался неожиданным.

— Юлиана? — С удивлением уставился на знакомую фигуру.

— Кто там, Георг? — с огромного экрана плазмы веселым тоном поинтересовался Луис, отдыхающий на берегу теплого моря, но продолжающий держать руку на пульсе своей риелторской компании.

— Графиня Ристоль, — высокомерно представилась бабушка. — С кем имею честь разговаривать?

— Луис. Луис Вишаль, — охолонув под горячим солнцем юга, вскочил на ноги старый друг, увидевший бабушку по видеосвязи.

— Кто вы? — пристально посмотрела на него графиня Ристоль.

— До связи, Лу, — попрощался я, нажав на кнопку пульта.

— Твой друг? — взгляд достался мне.

— Совершенно верно. Отдыхает, — широко улыбнулся в ответ.

— Еще один прожигатель жизни, — презрительно хмыкнула бабушка.

Я расцвел сильней. Если бы она знала, какой трудоголик Луи.

— Проводи на ужин, — приказала графиня Ристоль.

— С удовольствием.