Глава 13. Гиймон.

Гиймон.

Вервольф завершал отправку письмо-шара с подробным отчетом о происшествиях в зоне Третьего болота, когда его острого слуха достигли обрывки фраз Оркчих.

Сомнений быть не могло, его морская заноза успела познакомиться с Болотными. И судя по крикам, доносящимся снаружи, знакомство это проходило бурно.

- Кто ж тебя за чешуйки дёргал, туда соваться?! Рыбина ты недалекая, - раздосадованно покачал Гиймон головой.

Он только-только успокаивался после недавней стычки с девушкой. Соблазнительная паршивка мало того, что источала притягательнейший аромат, не позволявший Гиймону трезво мыслить, так еще и иномирянкой вздумала прикидываться!

Она что, действительно, за идиота Гиймона держит? Думает, он её за свою Лунную примет? Ошибается хитрая, но недалёкая Сирена! Так легко, как в первую встречу, ей вервольфа больше не провести!

Запах у девчонки хоть и привлекательный, но не настолько же, чтобы посчитать ее парой! Сейчас даже внутренний Зверь настороженно дёргал воображаемыми ноздрями, силясь понять, с чего это он в ней Избранную тогда учуял? Всё это крайне подозрительно. И требует подробного изучения.

К слову сказать, почти так же Волк реагировал и на Минику из Серого клана. Вроде и тянет к ней непреодолимо, как в топи зыбучие. И в то же время - нет более желания метку поставить. Как оно было в первую встречу. И с той и с другой Гиймон испытал небывалый восторг при первой встрече, первом прикосновении... поцелуе. Однако при более близком знакомстве ощутил, как что-то в обеих девушках отталкивает, причем настолько же сильно, насколько и влечет.

- Да-а.., - протянул вдруг Гиймон вслух, осознав эту странность. - В них положительно есть нечто общее.

Нет, не внешность. И далеко не характер. Ведь если в чертах девушек еще было нечто неуловимо-схожее, пусть даже и исключительно необычный серебристый цвет волос, то натуры их коренным образом разнились! И тут Гиймону было особенно сложно сказать, какая из них привлекает его больше. Потому что, с одной стороны - Сирена откровенно бесила и повадками, и всем своим видом! В то время как с другой - Миника не вызывала ровно никаких эмоций. Разве что мощное желание утолить низменные потребности... И поди тут разбери, чей нрав из них двоих можно назвать приятным вервольфу...

А если рассуждать о внешности - то они обе очень хороши собой. И, если не кривить душой, то правда будет таковой: не Минике с ее тонкими чертами и точеной фигуркой соперничать с соблазнительными округлостями Сирены. Но и тут однозначного ответа не было. В том-то и беда, что Гиймона с ума сводили и аккуратная небольшая грудь Серой Волчицы, и её крошечный носик на нежном личике со словно нарисованными губками. Да и вообще весь ее вид хрупкой, но весёлой девчушки, которая просто создана сеять вокруг себя жизнерадостность. Однако Миника не была такой. На деле Волчица оказалась прожженной и хладнокровной...

- Зачем я вообще их сравниваю?! - с досадой спросил себя вервольф. - Даже Зверь внутри уже угомонился и признал, что ни одна из них не является моей парой... Скорее всего.

На самом деле, Гиймон никогда не слышал, чтобы внутренние ипостаси ошибались. А его Волк промахнулся. Причем ДВАЖДЫ!

Сначала скулил и просил отметить Минику, при этом передумав сразу после первой же ночи любви. А недавно чуть Сирену не порадовал меткой! И тоже ушёл в глубины сознания, стоило ему сделать своё отвратное дело и притащить её в дом. И теперь Зверь лишь время от времени высовывается, рявкает что-то несуразное и только крепче запутывает и себя, и Гиймона!

Однако подспудное беспокойство за глупую Сирену не позволило парню долго сидеть в раздумьях, отвернувшись от происходящего снаружи. Внутреннего Зверя как магнитом тянуло проверить, всё ли в порядке с их коварной пленницей. И, в конце концов, Гиймон понуро встал и поплелся к распахнутому окну.

Но спасать там было некого. Разве что несчастных Орков, покорно выполнявших указания мелкой девчушки!

- Как?! – нахмурился Гиймон, наблюдая за дикими обитателями болот, которые впервые на его памяти вели себя дис-ци-пли-ни-рованно!

- Послушнее, чем адепты на Боевом факультете, - проморгался вервольф, глазея на невиданные чудеса. – Они её слушаются. Что это магия Голоса?

Однако пения он не слышал. Выходит, Сирена vj;tn и простыми слова управлять другими существами??

- Бова меня подери! – взревел Гиймон, направляясь к опасной командирше, которой ничего не стоит настроить против него толпу Болотных созданий.

Пока он тут занимался бессмысленным самокопанием, маленькая мерзавка обзавелась чуть ли не армией!

- Сейчас же пошла в Башню! – крикнул вервольф, выбежав наружу.

- Ась? – невинно захлопала Сирена своими чарующими глазищами. – Я помогаю тут.

- В Тьму твою помощь! – рыкнул Гиймон, поравнявшись с ней и схватив за руку повыше локтя. – Внутрь, я сказал. Немедленно.

Браслеты на запястьях девушки среагировали на приказ в тот же миг. Таинственно сверкнув, они прыснули магическим разрядом, заставив Сирену болезненно поморщиться. Она больше не перечила. Только смерила Гиймона ненавидящим взглядом, хмуро зашагав к Башне.

Еще и подбородок вздернула, всем своим горделивым видом показывая его правоту! Нахалка!

- Никогда больше не смей применять магию Голоса на ком бы то ни было, поняла меня? – развернул Гиймон ее к себе, как только за ними захлопнулась тяжелая входная дверь.

- Нет, не поняла, - прошипела мелкая фурия сквозь сжатые губки.

- Что?

«Нет, ну не нагло ли вот так, в открытую заявлять, что она продолжит свои грязные уловки!», - негодовал Гиймон про себя.

- Вообще никакого понятия не имею, о чем ты! – продолжала тем временем бесячая девчонка. – Я Болотным жителям всего-то объясняла, что нужен порядок. А ты, олух неуравновешенный, набросился опять на меня! И снова не пойми почему! - криком пояснила она, пока Гиймон решал крайне сложную для себя задачу:

«Как перестать пялиться на её раскрасневшиеся от гнева щечки. На манящие алые губки, что, несмотря на изрыгаемые проклятия, притягивали с каждой секундой всё сильнее. На вздымающуюся в возмущении высокую грудь, при взгляде на которую Зверя в дрожь кидало от нетерпения...»

- Так что сам заруби на носу, - грозно ткнула она пальчиком в грудь Гиймона, совсем не замечая, в каком состоянии он находится, - я не стану мириться с твоим хамством и паранойей! – вырывались из неподражаемой Сирены слова на неизвестном вервольфам болотном диалекте в то время, как стоявший перед ней Волк был напрочь оглушен очарованием боевого настроя девушки.

Она кричала и возмущалась, а вервольф, лишившийся последних крупиц выдержки, молча наступал на неё. Пока девушка не оказалась прижатой к широченным каменным перилам, с которых начиналась винтовая лестница.

На этот вместительный выступ Гиймон и усадил шумную красотку, без устали сыпавшую упреками. Девушка дернулась, подхваченная его сильными руками и вопросительно уставилась на вервольфа, задыхающегося от неистового желания попробовать ее.

- Что... что ты делаешь? – промямлила она, мигом растеряв весь свой пыл, восхитивший Зверя. Однако вопреки ожиданиям это ничуть не убавило её привлекательности. Напротив, такой она понравилась ему еще сильнее. Притихшей, чуток обескураженной. С опаской и в то же время с явным предвкушением облизывающей аппетитные губки...

И вот уже Гиймон не просто целует их. Он врывается в её дерзкий ротик, подавляя, сплетая их языки в безумном танце первобытной стихии. Жестко, голодно. Более не отказывая себе в необходимом. Трогая, сжимая, распаляя их обоих абсолютностью несдержанности. Он сорвался.