42

Земля задрожала под ногами, разгоняя морок. Чары рассеялись, и вот Темира ощутила тяжесть собственного тела и в глаза её врезался высокий потолок возвышавшегося над ней Латрапиуса.

Жрец лежал рядом, столь же неистово хватая воздух пересохшим ртом – должно быть, во время путешествия по Нави они и впрямь не дышали.

Вырвавшись из крепкой хватки державших его братьев по клану, к Темире подскочил Анриш – глаза горят, лицо перемазано кровью, что сочилась из разбитых губ и скулы. Он словно не верил, что девушка очнулась, и созерцать её живой казалось чем-то невероятным.

- Темира, - прошептал он, опускаясь перед ней, всё ещё лежавшей на полу, на колени, - я думал, что потерял тебя…

Их объятия на виду у всех вызвали шепоток среди девушек-жриц, да и парни, добро усмехаясь, переглядывались, кивая друг другу.

- Мне холодно, - Темира задрожала, каменный пол казался просто ледяным, а объятия Анриша только подчёркивали этот контраст.

Тогда молодой охотник быстро вскочил, помогая подняться и девушке. Он уже намеревался увести её подальше отсюда, но жрец, придя в себя и тоже успев оказаться на ногах, преградил им дорогу.

- Гойд назвал тебе имя! – Грозно произнёс он, явно намереваясь, чтобы и все услышали его. – Имя убийцы, дитя! Скажи его всем!

Темира, виновато взглянув на Анриша, перевела взгляд на хмурого старейшину солнечных, потом на Верховную Мать, что готова была придушить её или сделать так, чтобы девушка никогда в себя больше не приходила, лишь бы не открывала сейчас рот.

Но то, что она услышала от Гойда, не хотело укладываться в её голове. Шанна… Не может быть!

Или может?!

Но как? И зачем? Множество вопросов, на которые у неё не было ни единого ответа.

Шанна…

Темира мешкала, ей не хотелось очернять память безвременно ушедшей сестры по клану, но та уже была мертва, а за попытку сокрытия правды она могла лишиться своей жизни, и это в тот момент, когда она только повстречала свою судьбу в лице Анриша.

- Шанна…

Выдохнула она, едва осознав это, под громкие ошарашенные возгласы других жриц.

Верховная Мать становилась мрачнее тучи, вот-вот и ударит молнией, и Темира знала в кого.

Поднявшийся шум перекрыл голос Анриша, разошедшегося не на шутку.

- Довольны?! Мы уходим!

Больше никто не смел их задерживать, потому как Келбер и жрец направились прямиком к Мелиссе, до Темиры им больше не было дела.

***

- Кто тебя так? – Спросила Темира, склонившись на сидевшим перед ней Анришем – свежие раны ещё сочились сукровицей, и девушка была намерена их обработать.

Тот, насупившись, нехотя сознался:

- Отец. Братья бы меня трогать не стали, не так.

Девушка нахмурилась.

- Но – за что?

Анриш вновь не торопился с ответом.

- Когда ты потеряла сознание, я решил, что Касьян убил тебя. Ты не дышала. Клянусь всеми богами, я видел, что это так! Тогда я бросился к тебе, чтобы, пока не поздно, вытряхнуть эту дрянь из твоего тела! Я хотел унести тебя, но отец мне не позволил. И мы с ним сцепились…

Темира, почувствовав, как трепетное тепло от этих слов разливается по всему телу. Он защищал её, даже перед собственным отцом, будь он не ладен! Её ладони очень нежно легли на израненные щёки парня, отчего красивые серые глаза наполнились умиротворением и надеждой, а губы потянулись к губам…

- Милуются, голубки! – Торжественный и предупреждающий голос бабки нарушил идиллию происходящего, отчего молодые люди шарахнулись друг от друга в сторону, смущаясь и краснея, но было поздно. - Лучше б за хворостом сходила, трясогузка! – Потчевала Аркела свою любимую внучку. – А ты! – Грозный морщинистый палец ткнул воздух по направлению к молодому охотнику. – Ты… Это ж кто так тебя, милок?! …

Кажется, весь боевой настрой бабушки испарился, едва глянула она на «разукрашенное» побоями лицо Анриша.

Тот упрямо качнул головой, отказываясь отвечать. Темире-то одно, но всем знать не обязательно.

- Дайка я. – Аркела бесцеремонно забрала из рук внучки намоченное водой чистое полотенце и сама провела им по ранам охотника.

Анриш послушно терпел, хоть и было больно, но не показывать же свою слабость при будущей жене! Бабка что-то зашептала, перебирая пальцами над каждой из ран, и вот они затянулись в еле заметные красноватые шрамики, переставая кровоточить и даже болеть…

После Аркела сплюнула трижды через левое плечо и невозмутимо уставилась на внучку, что так и стояла с открытым ртом, не веря в происходящее.

- Что ты на меня так смотришь? – Спросила она, умывая руки свежей водой. – Али ум потеряла?

- Бабушка! – Словно обретя дар речи, воскликнула Темира. – Да как же так… Ты что, магией владеешь?!

Анриш, ощупывая лицо и тоже до конца не веря в происходящее, так же ждал ответа, только молча.

- Это другое. – Уклончиво пояснила Аркела. – А теперь  марш по делам, кормить я вас за так не собираюсь. Да по отдельности, по отдельности! Не хватало мне ещё с этих пор в няньках с вашим дитём сидеть! Ишь, распоясались! Ну, пошли работать!

Темира с Анришем, переглянувшись, не сдержали смеха – оба понимали, что злость Аркелы напускная и ворчала она скорее для порядка, нежели взаправду. Но спорить не стали. Темира одела свою тёплую накидку, собираясь в лес, а Анриш отправился искать Яна, чтобы заняться остатками дров, которые стоило ещё подготовить к долгой зиме.

Разогнав всех, Аркела устало опустилась на лавку, переводя дух. Лишь бы не наворочали дел со своей любовью. А там, глядишь, до свадьбы рукой подать будет. А после…