1

Статная миловидная женщина, длинной косы которой едва коснулась седина, а в уголках глаз обозначились первые смеющиеся морщинки, приподняла длинную тонкую ветвь, с которой свешивались такие же длинные, словно кроличьи ушки, листья – и в небо поднялось несколько сотен недовольных, неторопливых светляков. На небольшой поляне в окружении цветов сидела Фрейя, совсем молодая дриада, которая едва переступила порог совершеннолетия. Её обнажённое тело с алебастровой кожей было покрыто лишь тонким слоем листвы вьюнов. Устроившись на стволе дерева, которое выросло столь причудливо, что напоминало витиеватое кресло, она неторопливо расчёсывала волосы, глядя в маленькое потёртое зеркало. Вместо свечи она использовала волшебный огонёк, озарявший поляну мягким лунным светом.

Женщина подошла ближе, взяла из рук девушки гребень и принялась медленно, бережно расчёсывать длинные, ручьём ниспадающие волосы.

 — Фрейя, – сказала она мягко, но с ноткой недовольства. – Дорогая. Ты совсем не выходишь в город. Так можно и забыть, как общаться с людьми.

 — Зачем мне общаться с людьми, – ответила девушка, глядя в глаза собственному отражению. – Мой долг – защищать от них лес.

 — Дорогая, неужели ты хочешь всю жизнь прожить, не выходя из леса? Мы не так сильно от них отличаемся: у нас тоже две руки и две ноги, те же лица, такие же бездонные глаза. 

Женщина наклонилась, чтобы заглянуть в зеркало и встретилась взглядом с отражением Фрейи. 

 — Но мы – не они, – ответила та, в который раз заводя разговор в тупик.

 — Хотя бы сегодня, – женщина провела ладонью по волосам девушки и прижалась щекой к её щеке. – Ты ведь знаешь, какая сегодня ночь. 

Девушка тяжело вздохнула и примерно сложила руки на коленях.

 — Лунный бал, – сказала она. 

 — Лунный бал, – повторила женщина. – Ночь, которая случается один раз в сотню лет, когда сама Луна указывает путь нашим сердцам к тем, с кем нам суждено соединиться. Кто знает, быть может, и тебя Луна приведёт сегодня к предначертанному тебе мужчине. 

 — Я не могу, – непослушные губы Фрейи едва шевелились.

 — Ты уже совсем не дитя, – брови на зрелом лице выразительно изогнулись. – Ты прошла обучение, выросла, повзрослела. Вырастила свой сад, – женщина рукой указала на цветы вокруг, – и он прекрасен. Ты доказала, что можешь быть внимательной и ответственной. Неужели тебе этого мало? 

 — Всё это не меняет того, что я больше не человек, и мне нечего делать среди них.

 — Фрейя, – женщина взяла её за руку. – То сделала не ты, но дитя – запуганное, не обладающее своей силой дитя. Его здесь больше нет. Вместо него я вижу красивую молодую женщину, которой пришло время искать собственный путь.

Фрейя отвернулась. На её глаза давно уже не наворачивались слёзы при страшных воспоминаниях, но позволить, чтобы подобное повторилось, она не могла.

 — Если Луна желает указать мне на того, кто предначертан быть моей судьбой, она найдёт способ привести его сюда. Только боюсь, кого бы она мне ни предначертала, его ждёт та же участь.

 — Мы все проходим тернистый путь, чтобы обрести силу. Иногда допускаем ошибки. Твоя вина давно искуплена, пора жить дальше, милая. 

Женщина села на траву. Она была одета в простое лёгкое платье, и если бы кто увидел её, ни за что не узнал бы в ней дриаду, которой уже давно за две сотни лет. 

 — Лунный бал – редкое событие. Упустив его, можешь упустить свой шанс на долгие десятилетия. Танцуй, пока молода. 

Неподалёку раздался девичий смех, и Фрейя, ступив на влажную от росы траву, босиком прошла по ней к краю поляны и, раздвинув ветви кустов, посмотрела на своих сестёр, которые плескались в озере, распустив волосы. 

 — Тебе не нужно быть одной, – добавила женщина, которая так бесшумно подошла к Фрейе сзади, что та вздрогнула от неожиданности. – Ступай. Я приготовлю тебе платье.