Глава 18. Яд и пламя ночи

Химера яростно трепала львиру, вырывала перья из крыльев и все никак не сдавалась несмотря на то, что ни один ее укус не пробил волшебную шкуру соперника. Она лишь сильнее злилась, от чего ее кровожадность только увеличивалась. Неумело взмахнув крыльями, нежить попыталась унести Каису поймав за шкирку, но та вцепилась зубами в ее переднюю лапу и резким рывком вернула нежить обратно на землю. Львиры покатились по отрогу вниз.

Высвободившись из захвата, Каиса приземлилась на все четыре и утробно зарычала. Новый противник уже не казался таким же страшным, как пять минут назад. Теперь преимущество на ее стороне, а значит химере только и остается, что уйти ни с чем. Но нежить так не считала. Развернувшись, она понеслась вверх по склону к лежащему без сознания Нивертону.

«Не смей!!!» — заревела внутри Каиса и взмахнула крыльями. Секунда, вторая, третья… Осталось совсем немного до того, как добыча окажется в львиной пасти. Нежить вдруг перевоплотилась и принялась набирать скорость. Спикировав на химеру, Каиса отчаянно вцепилась ей в загривок. Нежить взвыла и яростно брыкнулась. Она снова вырвалась вперед. В клыках остался лишь кусок смердящей плоти. Выплюнув из пасти гнилое мясо, Каиса вновь рванула за своей жертвой.

Несколько громадных прыжков и химера очутилась прямо у Нивертона. Свирепая морда прильнула к телу стража. «Не-е-е-е-е-ет!!!» — еще один мощный взмах крыльями белого феникса, и Каиса вцепилась в шею, покрытую бурыми струпьями. Оттащив химеру в сторону, она сжала челюсть и принялась крошить ей кости. Душераздирающие крики нежити пронзили мертвую тишину. Еще немного усилий и мерзкая голова плюхнулась на отрог и покатилась с его склона.

Каиса перевоплотилась и подбежала к Нивертону. Упав около него, девушка задрала синюю рубаху стража и создала сферы света. На теле алела глубокая рана, от которой, словно ветвистое дерево, разрасталось заражение, окрашивая кожу в черный цвет.

Слезы потоком брызнули из золотисто-карие глаз. Все сдержанные эмоции вдруг вырвались в один миг и захлестнули с головой. Горло издало сдавленный протяжный крик и сжалось до рези, а губы судорожно затряслись. Перестало хватать воздуха.

Непослушными руками Каиса потянулась к книге Магии Слова. Судорожно перелистывая страницы, она искала хоть что-то, способное излечить укус химеры. Тело ломило от слабости и холода, а мысли едва ворочались в утомленном сознании, но Каиса не могла позволить себе расслабится ни на секунду. Она не знала, как быстро действует яд и какие у него последствия.

— Виды заклинаний, травы, зелья… — переворачивала она страницы без остановки, заставляя тех вздыматься веером. — Магические камни… Волшебные существа! Тролли, кентавры, василиски, грифоны, львиры… — взгляд на секунду задержался на заголовке, но затем метнулся к следующему. — Горные великаны, пегасы… Это все нам не нужно… — пальцы, переворачивающие одну страницу за другой, тряслись словно через них проходили мощные разряды молнии, а дыхание сбивалось от несущегося галопом пульса. — Русалки, волколаки, мацины, химеры! — почти выкрикнули губы и глаза забегали по изящным строчкам под заголовком:

«Химеры — существа, вышедшие из земли с помощью древней магии жизни. Их способность менять облик и незаметно подкрадываться использовалась в разведывательных целях волшебниками старого времени. Созданные лазутчиками, химеры имели в своем теле жажду крови, которую магам не удалось обуздать. Будучи мертвыми, они стремились поглотить живое, дабы уравновесить свое существование. Голод поработил их, сделав своими заложниками. С тех пор нежить утратила первоначальный облик и начала разлагаться телом. Разумная речь пропала, остались лишь звуки и рычание. Острые клыки распространяют смерть, а их яд начинает действовать мгновенно. Через сутки раненный превращается в нежить, которая с первым убийством невинного становится химерой. Яд смертелен для всех, имеющих в себе дух живой. Спасти раненного может лишь Цветок Смерти, что изгонит семя погибели из умирающего, но убьет живого. Уничтожить же химеру возможно лишь одним способом — отрубить голову и сжечь тело…

— О духи… — прошептала Каиса и медленно обернулась назад. Спину сковал липкий холод. Тело химеры неестественно изогнувшись подбиралось все ближе.

Девушка вскочила на ноги. Рука взметнулась в воздухе, и тишину рассек громкий возглас: Фе́ра!

Вместо ожидаемого заливистого пламени, вокруг заплясали небольшие огоньки. Тело подбиралось все ближе. Каису бросило в жар, а затем резко в мертвецкий холод. Слова не слушались ее.

— Фе́ра! — вновь закричала она, но из ладони взметнулись лишь несколько искорок. Едва появившись, они мгновенно потухли, не причинив ни малейшего вреда обезглавленной химере, которая с еще большим остервенением рванула вперед. Из-под длинных саблевидных когтей взметалась земля, а прямо между лапами торчала обгрызенная шея, из которой выступала изуродованная клыками кость. Химере не требовалась голова, чтобы понимать, где находится ее жертва. Нежить руководствовалась слепыми инстинктами, с древних времен живущих в ее мертвых жилах — жаждой убийства.

— Фе́ла… — язык перестал слушаться, выдав какой-то бред. Колени заходили ходуном. Сильный удар отбросил на землю. Когти прошлись по животу, вспоров кожу. Каиса хотела крикнуть, но звук застрял в горле. Она вновь покатилась по склону вниз, а химера бежала следом, трепля лапами мягкое тело. Теперь львира чувствовала все то, от чего раньше защищала шкура. Словно острые лезвия рассекают масло, когти химеры снова и снова пронзали плоть. Лоскуты на рукавах пропитались кровью и облепили руки. Пальцы врезались в землю, стабилизируя тело.

Падение прекратилось, но остановившись Каиса вновь подставила себя под смертоносные когти. Обезумев от боли, она собрала волю в кулак и оглушительно заорала:

— ФЕРА!!! — крик, идущий прямо из-под живота, разорвал горло. Вокруг вспыхнуло мощное пламя, закрыв собой горизонт и обдав своим пылким жаром. Химера загорелась. Отвратительное тело задергалось и принялось кататься по земле, но огонь не угасал. Повеяло жареным мясом. С трудом переводя дыхание и едва стоя на ногах, Каиса молча наблюдала за этим ужасающим зрелищем, окутанная едким дымом. По рукам струилась кровь. Ее вкус Каиса ощущала и на языке из-за рассеченной губы. Сплюнув на землю, львира сделала еще один глубокий вдох, собираясь с силами.

Лишь мутная мысль пронеслась у нее в голове в тот момент: «Как же вкусно пахнет…» Несмотря на отвращение к гнилой плоти, во рту не было ничего съестного с самого Друидэйна, и от этого живот жалобно заныл.

Окровавленная и потрепанная, Каиса что-то искала глазами. Смахнув капли пота с лица и слизав пару соленых с сухих губ, она спустилась чуть ниже по отрогу, где валялась откушенная голова. Подняв ту за пару волосинок (потому что больше и не было), львира отправила вонючую башку с яростно лязгающими челюстями прямиком за телом. Огонь бодро вспыхнул и с аппетитом проглотил добавку.

Каиса обогнула пламя и принялась подниматься обратно. Тело химеры безжизненно лежало обугленное, когда голова все еще немного шевелилась. Отвернувшись от этого зрелища, которое чуть не вывернуло пустой желудок наизнанку, девушка упрямо заставляла ноги идти, прикладывая немалое усилие для каждого нового шага. Мышцы ныли, а усталость навалилась настолько сильная, что, казалось, самым лучшим выходом будет просто упасть на землю там, где стоишь. Вся в крови, поту и пламени, следующим за ней по пятам, Каиса из последних сил брела к Нивертону. Ей уже начало казаться, что глупо пытаться еще раз. Что яд убьет стража еще до того, как глупая львира сообразит, как спасти своего наставника. Руки потихоньку стали опускаться, а во рту ощущался мерзкий вкус гнилой плоти, оставшийся после схватки с химерой.

Наконец, доковыляв до Нивертона, Каиса упала подле и вновь схватилась за книгу. Пальцы принялись стремительно отлистывать назад, марая кровью желтые листы бумаги. «Где только что были эти травы?!»

Страницы вновь взметнулись веером, всколыхнув вязкий воздух. Львира не знала сколько времени прошло. Минут десять или быть может несколько часов? Время в этих горах застыло, подобно ветру, которого вместе с вивернами унес собой смерч.

Пот щипал, заливаясь в глаза и делая их мутными. Строчки расплывались, но зрачки упрямо изучали их. На помощь больше не приходили слезы, вся лишняя влага, что была в организме, оказалась растраченной и безумно хотелось пить. Слюна стала вязкой, горло противно першило. Боль пульсировала в многочисленных ранах, мешая трезво соображать.

— Златоцвет, лот, амброзия, — едва шептали губы. Неожиданно мир сделал кувырок и строчки куда-то поплыли, став размытыми. Звуки разом все пропали, и с боков принялась подбираться темнота. «Нет, только не сейчас» — приказала себе Каиса. «Нельзя сдаваться. Еще немного. Потерпи еще чуть-чуть…» Строчки вновь стали четкими, а мрак развеялся. Каиса даже не смогла обрадоваться такому легкому избавлению от потери сознания. Организм сигнализировал о растрате всех сил, но пока было не время и не место его слушать.

— Амброзия, — вновь приступила она к изучению отдела растений. — Цветок Смерти! — палец принялся бегать по строчкам, оставляя за собой темный след.

… — произрастают в сырых местах вдали от солнца, — прочитала нужный отрывок Каиса. — Пещеры!

Взглянув на проход, где стремительный поток едва не утопил ее, девушка поняла, искать в этих пещерах глупо. Вода смыла все живое на своем пути. Значит, нужно найти новые. Ночью, в горах, одной. План абсолютно провальный, но все же стоит попытаться. Каиса заботливо накрыла Нивертона своим одеяльцем, что отдала Сирра, и с трудом вновь поднялась на ноги.

— Я спасу тебя чего бы мне это не стоило, — твердо произнесла она в его отсутствующее лицо. — Аке́лио!

Заклинание полностью сокрыло стража от глаз. Каиса принялась спускаться со склона. Пламя сожгло все перья, что потеряла львира в бою, и расправилось с останками химеры. Разгораясь все сильнее, оно принялось пожирать все на своем пути. Во избежание пожара, девушка ослабила волю и затушила его.

Тяжело шагая по выжженной земле, Каиса не знала, куда бредет. Она не знала, как исцелиться, не знала, как остановить кровь. Порезов было так много, что, казалось, на теле не осталось ни единого целого места. Мышцы сводило от усталости, а ноги то и дело спотыкались. Мутные глаза исследовали скалы в поисках хоть какой-нибудь расщелины, которая могла бы оказаться пещерой. Огибая кривые силуэты деревьев, Каиса продиралась через их корявые ветви.

В лунном свете мир в горах Тарука выглядел иначе. Спокойствия не ощущалось в этом месте. Царила лишь мертвая тишина, напоминающая поминки. Любой шорох — предвестник опасности. Ни разу за все время Каиса не заметила здесь птиц или какой другой живности, кроме той, что хотела ее убить. Не глядя под ноги, она в глубине души уже надеялась провалиться хоть куда-нибудь, просто, чтобы сразу оказаться в пещере, откуда она совсем недавно так рьяно выбиралась.

Впереди чернели громадные валуны. Шаг, еще один. Едва сапог был готов вновь коснуться земли, как глаз уловил движение. Замерев с поднятой ногой, Каиса медленно повернула голову. Вдалеке, за темными стволами корявых деревьев, кто-то шел, причем совсем беззвучно. Не было ясно человек это, друид или опять злосчастная химера, поэтому на всякий случай Каиса решила не шевелиться, пока ее не заметили. Проводив силуэт глазами, пока тот не скрылся из виду, львира продолжила свой путь между валунами. Обогнув громадные камни, рассыпанные по округе, словно каштаны под деревом, девушка вскарабкалась на седловину невысоких гор и перебралась на другую сторону. Перед ней открылся захватывающий дух вид: небольшая круглая лощина, которую обрамляют высоченные пики скалистых гор. «Ну, здесь уж точно должна быть пещера» — подумала Каиса и воскликнула: «Шои́р» и сразу поняла — заклинание удалось. Прямо напротив нее, у подножия самой высокой горы, появилось холодное свечение. Оно исходило из камня и имело четкую овальную форму, словно кто-то зажег яркое пламя за закрытой дверью.

Львира приблизилась к скале. На ее поверхности не было ни скола, ни трещинки. Все указывало на то, что никакой двери здесь и в помине нет. Все, кроме свечения от заклинания, которое используется для поиска секретных ходов. Каиса положила ладони на холодный камень и навалилась на него всем своим телом. Скала дрогнула и поддалась! Отъехав назад, она развернулась боком, пропуская в непроглядный мрак подземелья.

Перед девушкой открылся темный длинный туннель. Такой длинный, что даже заклинание не могло осветить его полностью. Аккуратно выточенный в скале, он был совсем не похож на предыдущий. И не удивительно, ведь данный туннель был создан специально, а вот кем, уже другой вопрос.

Не медля ни секунды, Каиса чуть ли не бегом бросилась вперед. Ей было все равно, что за твари живут в этом подземелье. Усталость так давила на плечи, что чувства страха и самосохранения разом притупились. Ни что не имело сейчас большего значения, чем время. Конечно, когда-то она сравнивала стража с химерой, но всерьез никогда не могла бы согласиться с тем, чтобы ее наставник вдруг стал нежитью. Потерять Альвисса, Друидэйн, а затем и Нивертона… Это было для нее слишком.

Здесь оказался не один, не два и не три, а целая вереница туннелей. Одни являли собой узкие ходы и шли круто вверх и вниз, напоминая детские горки, а какие-то были покрупнее, более плавными и где-то даже со ступеньками. Стараясь издавать как можно меньше шума, Каиса скользила тенью по этому подземному лабиринту, выбирая туннели посуше. Ей нужно было найти место, не затронутое потоком, где могли еще сохраниться цветы Смерти.

То и дело проверяя стены на ощупь, львира принялась карабкаться вверх по отвесному ходу, напоминающему глубокий колодец, в самое сердце горы. Упираясь руками и ногами в края каменного туннеля, Каиса боялась взглянуть вниз и обнаружить под собой зияющую непроглядной тьмой пропасть. Хоть с виду стены казались гладкими, без острых выступающих краев, на деле их грубая шлифовка царапала кожу на ладонях зазубренными краями, а сапоги, как назло, безжалостно скользили по камню. Окончательно выбившись из сил, Каиса на мгновение замерла в едва устойчивом положении — упершись ногами, руками и спиной в края крутого туннеля. Находясь в эдакой позе «звезды», девушка инстинктивно вздрогнула, услышав совсем рядом низкий шипящий голос:

— Чую незнакомый запах… — голос эхом доносился из-за стены, сразу за которой, видимо, проходил еще один туннель. Послышался звук втягивания носом воздуха. Каиса притаилась и убрала сферы света. Издаст она хотя бы шорох и мигом будет обнаружена.

— Да-а-а… — ответил второй. — Будто химера забралась к нам в подземелье. Мясо у нее тухлое, но хоть что-то. Я бы сейчас ничем брезговать не стал.

— Нет, дурень, это не химера! — рявкнул первый. — Я чую живую кровь! Она дразнит меня своим соблазнительным запахом…

— Тогда нужно доложить… — предложил было второй, но первый его осек.

— Сколько можно жрать объедки?! Я не собираюсь делиться! И если ты тоже хочешь наконец-то полакомиться живой плотью, то помалкивай! Разделим свежатинку! — раздался злобный смех, мигом подхваченный вторым. Шаги стали удаляться.

Ужас пронзил каждую клеточку тела. Каиса прекрасно понимала, что подземелье эти существа знают намного лучше, а, значит, очень скоро ее найдут, учитывая следы крови на стенах туннелей и едкую вонь химеры, от которой, казалось, теперь во век не избавиться. Попадать в плен было никак нельзя. Каиса еще могла смириться со своим мрачным концом, но отпустить в мир теней нарекшего ее было уже слишком. Прибавив ходу, львира принялась активно карабкаться вверх, пока туннель не вывел ее на пологое место, напоминающее грот. Наконец-то можно встать на твердый камень и выпрямиться во весь рост.

Каиса создала свет и осмотрелась. Пол пещеры пересекала глубокая трещина в скале, уходящая на много миль вниз. Прямо в нескольких шагах от ее противоположной границы, за пропастью, в самом темном уголке грота одиноко рос желтый цветок. Он выглядел совсем как на рисунке в книге Магии Слова, и не было никаких сомнений в том, что это самый настоящий цветок Смерти.

Если вам нравится произведение, оставьте лайк или комментарий. Порадуйте автора! :)