Глава 22. Клинок времен Великой Битвы

На следующее утро друидов разбудил громогласный рев:

— Выбирайте, какую дрянь будете жрать сегодня!

Каиса с трудом, но достаточно быстро, разлепила глаза. Над ними торжественно возвышался Вестагар держа в левой руке что-то мохнатое, а в правой нечто похожее на большой комок слизи. Не сомневаясь ни секунды, львира молча указала на левую руку, выбрав из двух зол меньшее. Содержимое той хоть знакомый образ напоминало, вроде белки или очень усталого зайца.

— Суп так суп, — кратко озвучил воин последствия нелегкого выбора и твердой поступью покинул пещеру. Каиса поймала недоумевающий взгляд Нивертона. Он тоже не представлял, чем их собрался почивать верзила. Собрав одеяла, друиды сонно выбрались на свежий воздух.

В нос ударил запах жженых сапог. Умопомрачающий аромат исходил от «завтрака», варящегося на огне в небольшом котелке, у которого безмятежно стоял Вестагар. Судя по отсутствию с его стороны попыток исправить ситуацию, можно было предположить, готовка идет по плану. Сморщив нос, Каиса кинула жалостливый взгляд на Нивертона, но тот уже подошел к воину и, к несчастью для бедной львиры, начал разговор совсем не о насущной проблеме, едким ароматом зависшей в воздухе.

— Вижу, погода тут каждый день новая, — прозаично начал разговор страж. Несмотря на немудреный выбор темы, это была чистая правда. Сегодня черные горы Тарука встречали серым порывистым ветром и мутной вуалью облаков.

— Так и есть, друид, — отозвался Вестагар, созидательно помешивая жижу в котелке. — Никогда не знаешь, утром тебя встретит снег, дождь или, как вчера, безмятежный летний день. Дорогу-то хоть знаете до Темного леса? Ну и путь вы себе выбрали, конечно…

— Мы планировали идти иначе, — поделился Нивертон, направив свой взгляд на восток. — Добраться до устья Лунной реки и по ней доплыть до самого Эвенгилла.

— Губа не дура, — насмешливо фыркнул Вестагар. — Там теперь не пройти. Остроухие никому не разрешают приближаться к Лунной реке, стреляют на поражение сразу же. Там ведь проходят торговые пути их, вот и защищают свое добро. А человек ли, омрок или же друид — тем не важно.

Нивертон нахмурился, да так, как Каиса еще никогда не видела. Все его лицо в миг поменялось и выглядело теперь весьма пугающе. Очередной порыв ветра растрепал и спутал рыжие локоны, оттого вид стража теперь казался совсем безумным.

— Но есть и другой путь, верно? — попыталась подбодрить она. — Через Темный лес…

— Есть, — участливо отозвался воин, — но горы Тарука по сравнению с ним сущий пустяк. Лучшая дорога по Лунной реке, но вам там грозит верная смерть, точно говорю.

— Значит, решено! — махнула рукой Каиса, — идем через лес.

— Это очень плохо, — тихо сказал Нивертон, серьезно взглянув на подопечную тем серым взглядом, не предвещающим обычно ничего хорошего. — И отнимет в разы больше времени. Садись, учи книгу. И начни с волшебных существ.

Каиса на этот раз вовсе не собиралась спорить. Книгой Магии Слова она планировала заняться давно, но ей постоянно мешали всякие стражи, химеры и другие нелицеприятные твари. С содроганием ожидая завтрак из куска шерсти, Каиса уселась на траве около пещеры и погрузилась в медитативное чтение. Тем временем Нивертон с Вестагаром продолжили беседу, которую краем уха все-таки подслушивала любопытная львира.

— Значит, найти вход в Фарьяр так и не вышло? — аккуратно поинтересовался страж.

— Не вышло, — с досадой отозвался воин, швырнув половник в котелок, к безмерному счастью Каисы разбрызгав часть супа на землю. — Пропади пропадом этот ход Тарука!

— А что, если я скажу, — загадочно прищурился страж, — что уже бывал там…

— Брешешь! — вскричал тот, ошеломленно уставившись на друида.

— Нисколько, — улыбнулся Нивертон, положив свою тяжелую ладонь на широкое плечо воина и с силой сжав его. — Что скажешь? Ты проводишь нас до Темного леса, я покажу тебе этот тайный ход.

— По рукам! — горячо воскликнул Вестагар, на радостях сжимая друида в стальных объятиях. Тот охнул, но оказался весьма доволен собой. Заметив, что Каиса сидит, оторвавшись от книги, и смотрит на него приоткрыв рот, страж лукаво подмигнул ей. Помотав головой, словно прогоняя мираж, львира вновь погрузилась в чтение в глубине души надеясь, что ее горячо любимый наставник не спятил, а имеет при себе хоть какой-нибудь захудалый план, в который, (что у ж привыкать) ее вновь не удосужились посвятить.

Вскоре завтрак был готов. Это стало понятно по усилившемуся бодрящему аромату. Быстро проглотив содержимое мутного котелка так, чтобы не почувствовать его ужасного вкуса, путники спешно собрались и отправились на север.

Идти было непросто. Дело оказалось не только в каменистой местности и острых скалах. Настоящая причина заключалась в болтливости нового знакомого, которая родилась от долгого одиночества в горах. Вестагар не мог нарадоваться, что наконец рядом живые люди, с которыми можно вести пусть и немногословный с их стороны, но все же настоящий диалог (местами или целиком напоминающий монолог). Едва Каиса упомянула его броню, как воин принялся в мельчайших деталях рассказывать, как он ее приобрел и какой ценой.

— … я значит, как мечом замахнусь, а виверна на меня такая «Веее!», — изобразил он громогласный рык разъяренного дракона. — Самая вредная попалась, гнала меня почти через все горы Тарука! Где-то у границы все же вспомнил, что лучшая защита, это нападение, и как сиганул на нее с горы! Обо все скалы меня обтерла, гадина, меч из руки вырвала, но я не сдался! Два часа горячей схватки, и я ей кишки через глотку вытянул. Склизкие такие, скользкие… Смотрю, трепыхается еще… И обратно через нос засунул! Только тогда сдохла. Отныне эта тварь всегда со мной, защищает, — любовно погладил он свою кожаную одежду.

Каиса с ужасом представила красочную сцену того, что с ними сделает Вестагар, если не найдет Чашу Жизни в секретном ходе Тарука и где тогда окажутся ее кишки… Потрогав нос и успокоив себя, что туда они точно не пролезут, ровно, как и оттуда, Каиса с надеждой в глазах обернулась на Нивертона, шагающего сзади, но не получила никакого ответа. Страж оставался скуп в своих эмоциях. Лишь у львиры получалось его на них расщедрить и то при правильном непослушании…

— …нет, с ними глаз да глаз нужен! Вот скажи, что мы делаем с вивернами, если встретим? — задал вопрос воин и, не дав львире ответить, выпалил. — Отрубаем голову, снимаем шкуру, шьем броню! Отлично!

Вдохновленно предаваясь ностальгическим веяниям, Вестагар пружинистыми шагом направлялся в самое сердце гор Тарука так, словно был на дневной прогулке. Охотно веря в бесстрашие и доблесть воина, Каиса шла рядом, все более заинтригованно вникая в его рассказы. Из них она почерпнула много нового о Проклятых землях.

— Вот, представь себе всех наиболее кровожадных тварей, что можно встретить в самых отдаленных частях необъятного Солмира, — вещал Вестагар с видом знатока. — Есть, например, тролли, что обычно живут в лесу у гор, великаны, облюбовавшие скалистую местность, или будь там те же василиски, предпочитающие болота. Всех их вместе взятых можно запросто встретить в Проклятых землях, точнее по любому встретишь, чудовищ там полно! И не важно им есть ли скалы, болота или лес. Всякая погань собралась в центре Солмира, ей там уютно. Никто уже сотни лет не пытался обжить эту территорию, она ничья и в то же время чья-то.

— Но почему там так много чудовищ и почему они променяли свой ареол обитания на эти пустоши? — не поняла Каиса.

— Никто там их не притесняет, никто на них не охотится, — пояснил воин. — Людям, эльфам, наверное, и друидам тоже не по душе такое соседство. Да и кому бы оно понравилось? Королевства расширяются, и вся нечисть сгоняется по краям.

— А что же они там едят? — задала встречный вопрос Каиса, вспомнив прожорливость омроков и волколаков.

— Друг друга, — просто ответил Вестагар, непринужденно пожав плечами. — Что им остается? Могут, если совсем оголодают, к селениям наведаться, но это уже больше от отчаяния.

— Крепость Дегфор Доф еще стоит? — внезапно раздался низкий голос стража из-за спины.

— Стоит, — махнул рукой воин. — Куда ей подеваться? Теперь это обитель омроков да троллей, в общем тех, кто может друг с другом договориться и крышу над головой выбирает. Без оружия в Проклятые земли уж лучше совсем не соваться. А у тебя есть клинок? — внезапно окинул ее внимательным взглядом воин.

— Не-а, — помотала головой Каиса, растерянно закусив щеку. — Я еще не умею им пользоваться.

— Чепуха! — махнул рукой Вестагар. Научишься. Никто впервые не берется за меч, уже умея им пользоваться, а чтобы научиться, нужно за рукоять схватиться, — зарифмовав предложение, он довольно ухмыльнулся и освободил ножны. В здоровенной руке появился отнюдь не его длинный меч с навершием медведя, а небольшой листовидный ксифос с изящными узорами на клинке.

— Бери, — небрежно протянул он львире. — Нашел его в одной из пещер, пока блуждал тут в поисках хода. Наверное, омроки сожрали кого-то у Лунной реки или может припрятал его там кто… В общем, это и неважно уже. Мне этот меч не по руке, им разве что меж зубов ковырять, да и эльфийского добра мне не надо. Твой он теперь.

Каиса нерешительно взялась за прекрасную металлическую рукоять, обтянутую темной кожей, которую крест-накрест оплели золотые нити, образуя ромбовидные ячейки. Небольшой листовидный клинок в пол-антрофа украшали изящные узоры, такие же, как на мече Нивертона, а навершие было изображено в виде скалящейся львиной головы.

— Нив! — Каиса замерла с трепетным благоговением держа в руках невиданную редкость. Страж немедленно подбежал к ней сзади и заглянул через плечо. — Это ведь могло принадлежать львирам? Со времен Великой Битвы…

— А! — вдруг догадался воин. — А я-то думаю, почему башка-то львиная? Работа эльфийская, а навершие больше на людское похоже. Это мы любим всяких тварей на них изображать, — гордо обнажил он свой меч с медвежьей пастью.

— Как он попал к тебе? — изумился страж, забрав из рук Каисы клинок и внимательно его изучая.

— Говорю ж, в пещере нашел! — в негодовании развел руками Вестагар, чуть повысив голос. — Лежал он там среди камней один одинешенек, даже ни у кого отбирать не пришлось…

Длинные бледные пальцы прошлись по острию в одну сторону, а вернулись обратно по долу, остановились на центре, заставив меч застыть в ровном положении, а затем сомкнулись на шершавой рукояти. Нивертон сделал несколько резких взмахов и вновь уравновесил его в руке слегка согнув.

— Прекрасный баланс и острое лезвие, — одобрительно произнес он. — Это хороший меч. Вполне возможно, что он принадлежал львирам и пролежал в горах Тарука нетронутым столетия. Дракаэры были их союзниками, и, вероятно, клинок закален дыханием дракона, как и мой. Я чувствую на нем чары против старения, но не друидские. Возможно, они принадлежат необычной эльфийской магии. Альвисс точнее сказал бы об этом мече, вот у кого была способность видеть сквозь года и даже столетия… — с грустью добавил страж, отдавая клинок Каисе.

— Вестагар, не знаю, как и благодарить тебя… — с признательностью взглянула на него львира. — Это такой щедрый дар…

— Пустяки! — фыркнул воин, стараясь держать лицо, но было видно, как ему приятно. — Путь каждого воина начинается с хорошего клинка. А ты хоть и девушка, сразу видно — воительница, — негромко добавил он, опасливо скосившись на стража. Нивертон шел чуть позади словно не слыша его, направив взгляд куда-то на запад, где разбивался о камни бескрайний океан. Вестагар ловким движением отстегнул ножны и заботливо протянул львире, которая вдруг слегка зарделась от его слов.

Привал устроили лишь в полдень и то, потому что Каиса валилась с ног. Нивертон желал как можно скорее убраться из черных гор Тарука, где в любой момент путники могли стать ужином для виверн, волколаков и химер, или запросто оказаться раздавленными горными великанами, если те пробудятся от своего вечного сна почувствовав рядом незнакомца.

— Выпейте, — достал Нивертон небольшую стеклянную бутылочку из котомки, в которой плескалась переливающаяся жидкость глубокого синего цвета. Она светилась изнутри и напоминала отблески от множества драгоценных камней. — Это «Прыть мацины» — зелье, которое поможет нам ускориться. В противном случае мы и до завтра не доберемся к порталу.

— Вот бы сейчас что-то для сил… — заметила Каиса. — Скорость — это хорошо, но для движений нужна энергия…

— Ты слишком слаба для этого зелья, — пояснил Нивертон. — То, о чем ты говоришь, это «Проклятие Троллей». Оно дает силы, но и бодрость, так что точно сутки не уснешь. А сон тебе крайне важен для выздоровления. Нет, мы доберемся до истока Лунной реки и заночуем в пещере.

— А по мне здоровская штука! — вытер усы Вестагар после основательного глотка и передал бутылку Каисе. — Освежает, ускоряет, охлаждает! — резко вскочил он и пробежался по склону горы со скоростью порывистого ветра.

— Ого! — поразилась львира и тоже немножко отпила. Сначала показалось, будто время стремительно понеслось вперед. Чуть пройдясь и не прикладывая особых усилий, Каиса поняла, что несется со скоростью обычного бега. А что же случится, если она побежит по-настоящему? Решив, что проверит это не сейчас, а при любом подходящем случае, львира вновь присела на землю и устало зевнула. Спать раз в двое суток оказалось труднее, чем она могла представить. Тело не успело отдохнуть и стало лишь тяжелее, словно налившись свинцом.

Нивертон был единственным, кто не стал проверять действие зелья. Он смотрел на своих попутчиков с легким снисхождением, как на детей, впервые пробующих что-то новое. Испив достаточно зелий за свою насыщенную жизнь, он расслабленно сидел на пологом склоне скалы оперев локоть о колено. Недолго отдохнув и скудно перекусив, было решено двигаться дальше.

Оглушительная тишина, незримо зависшая над этими землями, давила на голову и раздражала. Казалось, в черных горах мир полностью опустел и жизнь покинула всякое разумное существо, оставив скалы на скитание различной нечисти. Создавалось впечатление, что чем ближе друиды подбирались к Темному лесу, тем тише становилось. Единственные звуки, раздающиеся в округе, были спешные шаги путников под действием ускоряющего зелья.

Понемногу начинало темнеть. Закат скрылся где-то за острыми пиками гор, а небо приобрело тыквенный оттенок. Несмотря на огромное пройденное расстояние, для всех стало приятным сюрпризом, что никакая кровожадная тварь на дороге не встретилась. Хотя, это было достаточно странно. Возможно, повлияло близкое расстояние до Темного леса, которого даже самые опасные существа безропотно сторонились.

— Друид, долго нам еще? — беспокойно вопросил Вестагар, с сомнением поглядывая в спину стража, маячащую перед ним. — Не заплутал ли?

— Я знаю дорогу, воин, верь мне, — уверенно заявил Нивертон, с ловкостью взбираясь по узкому гребню горы. Каиса не сомневалась в словах своего наставника, она точно знала, что он уже бывал в пещере с порталом в Фарьяр, ведь именно Нивертон вместе с Акилом и Альвиссом нашли ее в тот самый день, когда звезды им указали верное направление. Поэтому, с уверенностью можно было сказать, что Каиса больше всех жаждала отыскать тайный ход Тарука, и стремление Вестагара найти Чашу Жизни бледно меркло рядом с неистовым желанием львиры обрести путь в ее прежний мир, откуда Каису выпнули словно котенка, которым она без сомнения в ту пору и являлась.

Рьяно шагая по скалистому гребню горы по обе стороны которого расположились отвесные обрывы, Каиса с замиранием сердца выглядывала вдаль из-за широких спин крепких мужей, где надеялась разглядеть хоть какую-то зацепку, знаменующую, что они достигли нужного места. Гребень вел все выше, открывая перед путниками то, что ранее скрывалось за высокими снежными вершинами. С такой огромной высоты, многочисленных валунов, в хаотичном порядке раскиданных у подножия скал, было совсем не видно.

Сзади послышался пронзительный крик и взмах огромных крыльев. «Виверны!», — вспыхнула тревожная мысль в сознании. Каиса резко обернулась. Прямо на нее летела стая диких орлов неподвижно распахнув могучие крылья. Громадные каштановые перья слегка подрагивали от сильного ветра, а хищные глаза уже оценивали легкую добычу.

— Пригнитесь! — закричала Каиса и все трое разом повалились на гребень.

Несмотря на то, что путники были как на ладони, эти величественные птицы и не думали нападать. Вновь издав протяжный крик, они пронеслись мимо них, не задев и крылом, и продолжили свой плавный полет над грозными горами Тарука.

Облегченно выдохнув, путники поднялись и продолжили свой нелегкий путь. Каиса вспоминала, как было здорово летать с орлами над полями Друидэйна, рассекать небо крылом и чувствовать освежающий ветерок. Нырять в прохладный омут облаков и нежиться в тепле уходящего солнца, ловя его последние лучи. Тогда все было проще. Не нужно было ломать голову над пророчеством, сутью львиры и ее предназначением. Единственной проблемой, над которой можно было поразмыслить была — стоит ли вернуться в Друидэйн с закатом, или задержаться на вересковых полях еще на неопределенное время? Конечно же, вы знаете какой из вариантов чаще всего выбирала юная львира, но все это заканчивалось появлением стража и насильным возвращением непослушной Каисы в Друидэйн в сопровождении угроз об ошейнике.

Гребень вывел на перевал, а затем последовала достаточно узкая окружная тропа вокруг следующего горного пика. Каиса слегка подогревала одежду магией, чтобы окончательно не замерзнуть среди снега и ледяного ветра. Руки, которыми приходилось постоянно цепляться за скалы во избежание неминуемой смерти, совсем заледенели и требовали горячей чашки вионты. Неспешно ступая по скользкой от снега тропе и едва чувствуя пальцы, львира обратила взгляд под ноги. Внизу растянулась горная долина, а прямо за ней, на юго-востоке, отражаясь от неба огненной вспышкой, блестела вода.

— Лунная река! — воскликнула Каиса прямо в ухо идущему сбоку Вестагару, который от неожиданности чуть не сорвался вниз.

— Виверны на тебя нет! — звучно выругался тот, переводя дыхание от внезапной выходки львиры. — И впрямь Лунная! — совершено другим голосом вымолвил воин, разглядев вдали извилистую ленту, уходящую далеко на северо-восток.

— Мы уже почти пришли, — подтвердил догадку Каисы страж. — Исток Лунной реки почти под нами. Следует по тропе спуститься в долину и отыскать вход.