26

На городском пляже было полно людей. Мы прошли почти до реки, прежде чем нашли свободный кусочек песка.

Я рассчитывала, что отправлю Тёмку купаться и поговорю с Севой с глазу на глаз. Но он, словно разгадав мой план, быстро разделся и побежал к воде вместе с сыном.

Глядя, как они резвятся, я поняла, что бывший жених раздражает меня всё больше. Своей инфантильностью, нежеланием признавать реальность, в которой мы уже не вместе.

И как ему это объяснить?

Такое ощущение, что он ждёт, когда я забуду о нашем расставании и смирюсь с его присутствием.

Ну уж нет.

Я решила, что потерплю Севу ещё пару дней из вежливости, а потом укажу ему на дверь. Всё-таки моё терпение небезгранично.

Я установила пляжный зонтик, расстелила покрывало, не забывая время от времени поглядывать на искрящегося смехом сына.

Мальчику нужен отец…

Да сколько ж можно откладывать! И когда я успела стать такой трусихой?

Достала из сумки телефон и набрала номер.

— Привет, — голос Ярослава звучал устало. — Всё в порядке?

— Да, а ты как? — я прощупывала почву.

— Саш… — он замолчал, подбирая слова, и я уже поняла, что скажет. — Алина хочет побыть со мной… и я не могу…

Как же это утомляет!

Я молчала.

— Ты сердишься?

— Нет, — это была правда. — Но мне нужно с тобой поговорить… — и это тоже была правда.

Давно уже пора.

— Срочно?

— Не особо, — учитывая, сколько я тянула, этот разговор и правда давно не в списке первой срочности.

— Я постараюсь заехать завтра.

— Буду ждать…

— Саш, я с ней не сплю. Давно. Ты же мне веришь?

— Верю, — и ничуть не покривила душой.

Я не позволю какой-то… Кристине заставить меня сомневаться в любимом человеке.

— Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — ответила, уже улыбаясь, и отключила телефон.

С улыбкой же повернулась к морю и увидела стоявшего напротив меня Севу. Судя по выражению его лица, он слышал как минимум последнюю фразу.

Тёмка подобрал на песке раковину рапана и радостный бежал показать мне.

— Мам, смотри, что я нашёл!

— О-о, какая красивая ракушка, — я рассмотрела бывший домик моллюска и прижала к уху: — И море слышно.

— Правда? — Тёма выхватил раковину у меня из рук и принялся слушать сам. Ожидание на его лице сменилось разочарованием. — Мама, там ничего не слышно…

— Дай, я послушаю, — Сева протянул руку, и сын охотно вложил в неё раковину. — Смотри, как нужно: закрываешь одно ухо рукой, а к другому прикладываешь ракушку. Поплотнее. И слушаешь.

Чем дальше, тем больше мне не нравилась Севина игра в отца. Прежде он довольно равнодушно относился к Тёме. Даже, скорее, его не замечал. И вдруг воспылал интересом.

Тёмка предложил свою любимую игру в слова, и Сева, который раньше никогда не высказывал желания присоединиться, внимательно слушал правила. Я отказалась, делая вид, что задремала, и прикрыла глаза.

Меня не оставляло стойкое ощущение, что я утратила контроль за своей жизнью. И всё происходило вне зависимости от моих желаний. Или нежеланий.

— Мам, ма-ам! Просыпайся! — на меня упали холодные брызги.

Открыла глаза. Надо мной стояли мокрые Сева и Тёма.

— Ты не сгоришь, Сашуля? — заботливо поинтересовался бывший жених.

Я чувствовала тепло в ногах, не поместившихся под зонтиком и выставленных на жаркое июньское солнце. Приподнялась на локтях и осмотрела конечности, до самых колен кожа была красивого розового цвета.

— Может, пойдём домой? Боюсь, я, и правда, сгорю.

Они не спорили, собрались за несколько минут. Но от пляжа мы далеко не отошли. На пути встретилась череда открытых кафе.

— Ма-ам, я хочу кушать, — протянул Тёма.

— Я бы тоже не отказался, — встал на его сторону Сева.

— Ну давайте зайдём, — пожала плечами я. Ногам, конечно, было тепло, но не так чтобы слишком. Да и не думалось как-то о серьёзных последствиях.

Мы сели за столик, сделали заказ. В ожидании обеда Тёма с Севой продолжили игру в слова.

Я почти не участвовала в развернувшейся вербальной баталии. Только наблюдала, размышляя, почему раньше Сева не проявлял своих навыков общения с ребёнком.

Домой мы добрались часа через три. Ноги уже заметно припекало. После душа, взглянув на свои конечности, я уже заметно напряглась — они были ярко-розового цвета с наливавшимся отёком.

Когда я спустилась вниз кухню, чтобы поискать какую-нибудь мазь от ожогов, мне встретился Сева.

— Как ты? — спросил заботливо.

— Кажется, сожгла ноги, — опустила взгляд на свои пострадавшие конечности.

— Ничего себе! — присвистнул Сева. — Надо срочно чем-то помазать.

Мы проверили аптечку, порылись в холодильнике, где на полочке родители хранили некоторые препараты, требующие низкой температуры.

Но ничего подходящего там не было.

— Я схожу в аптеку, — вызвался Сева и тут же пошёл одеваться.

Этот новый Сева был намного внимательнее и заботливее моего бывшего жениха, с которым мы прожили вместе почти два года. И, кажется, я понимала, с чем связны такие перемены.

Когда Сева ушёл, я поднялась к себе и прилегла на кровать. Тёмка играл внизу с Муриком, который, несмотря на возраст, никогда не отказывался побегать за привязанным к верёвочке фантиком.

Когда раздался звонок в дверь, я поняла, что вставать мне совсем не хочется. Кажется, у меня поднималась температура.

— Тёма, открой, пожалуйста! — крикнула сыну.

***

Ярослав остановил машину перед Сашкиным домом, вынул ключи из замка зажигания. Жена и дочь вытянули все его силы, и он не мог дождаться возможности сбежать из дома.

Саша хотела что-то сказать, и Логинов решил не откладывать разговор в долгий ящик. Тем более он сильно соскучился.

Кажется, её родители должны были уже перебраться в санаторий, а значит, весь дом будет в их с Сашкой распоряжении. Эта мысль невероятно мотивировала.

Он подошёл к калитке и нажал кнопку звонка.

Спустя долгую минуту ожидания дверь распахнулась. На Ярослава смотрел мальчишка лет восьми-девяти с взъерошенными волосами и карими глазами.

— Ты кто? — Ярослав удивлённо моргнул.

— Тёма, — ответил пацан.

— А я Ярослав, — представился Логинов, всё ещё не понимая откуда здесь мог взяться ребёнок.

— Я знаю, кто ты, — заявил мальчишка, — ты мой папа.