Мила Любимая “Любимая девочка Мажора”

Глава 1 – Подлец

Мирослава

— Свободна, — небрежно бросил к моим ногам одежду. — Выход сама найдёшь, крошка.

Не верю собственным ушам и заглядываю парню в глаза, чтобы увидеть там хоть какие-то эмоции или чувства.

В его взгляде есть всё – холод, равнодушие вперемешку со скукой, но ничего больше. Без единого шанса…

Никита Тарасов – первый красавчик нашего университета, капитан футбольной команды и просто мечта любой девчонки. Короткостриженые волосы цвета воронова крыла, колдовские зелёные глаза, широкие плечи, статная поджарая фигура. Разве можно устоять?

— Князева, — Ник громко щёлкнул пальцами и грубо подтолкнул меня к двери. — Оглохла? Тебе пора.

— Какой же ты…

Не подобрать приличных слов. Не в силах совладать со своими переживаниями. Глаза уже застилает пелена слёз, а нижняя губа начинает предательски дрожать.

Одеваюсь на чистом автопилоте, кое-как натянув на себя мятое платье. Туфли и сумочку прижала к груди, а после вновь посмотрела на парня, губы и руки которого всего несколько мгновений назад творили со мной настоящее волшебство.

— Ник, я думала у нас…

— Ну? — устало потёр виски, словно приелась ему, как противная оскомина. Одним резким движением распахнул перед моим лицом входную дверь. — Шевели булками.

Плохо соображаю, что происходит дальше. По щекам текут слёзы и где-то внутри, под самыми рёбрами поселилась невыносимая боль. Хочется реветь в голос, а лучше забыться и больше никогда не вспоминать о самой прекрасной ночи в моей жизни.

За что он так со мной? Что плохого ему сделала? Ведь всё было хорошо!

Влюбилась в Никиту Тарасова с первого взгляда, с первой секунды. Ещё в то мгновение, когда увидела его улыбку. Обманчивую, дьявольскую, идеальную!

Внутри взрывались фейерверки каждый раз, когда залипала на чуть припухлые губы, ямочки на щеках, изумрудный омут глаз.

Какая же он сволочь!

Не задумываясь, отдала мажору всю себя – сердце, тело, душу. Подарила свою невинность тому, кто этого совсем не заслуживал. Он попользовался мной. Получил, будто очередной трофей в списке своих бесконечных побед, а после дал безоговорочную отставку.

Мне говорили!

Говорили, что такому парню, как он не стоит доверять. Мы с ним совсем не пара и принадлежим к разным мирам. Никита обязательно разобьёт моё глупое, доверчивое сердце.

Разбил … растоптал … вырвал из груди с мясом и сделал вид, словно ничего и не было.

Вытерла ребром ладони солёную влагу с лица и полной грудью вдохнула прохладный ночной воздух.

Справлюсь. Переживу. Забуду. Перешагну через него точно так же, как поступил со мной безжалостный подлец.

Повторяю эти слова про себя, словно священную мантру, заставляя поверить и свыкнуться с непростой, но правильной мыслью.

Три года.

Три грёбаных года в кромешном аду, имя которому только одно – «любовь…»

***

Наши дни, три года спустя

— Ты знаешь его?

Голос подруги доносится до меня, словно из-за густой пелены тумана.

Я и Он.

Место встречи изменить нельзя?

Тот же ночной клуб. Тот же день, но спустя несколько лет. Было бы забавно, вот только по-прежнему больно.

Адреналином в кровь.

Вновь накачивает своим ядом до предела, под завязку, так что даже не вздохнуть.

Опасно близко, на расстоянии всего пары метров.

Невозможно. Мучительно. Как в тот самый последний раз.

Да, что с тобой, Князева? Устойчивый иммунитет, помнишь? Время, конечно, доктор элитного класса – не каждому по карману, но зато разложил всё по полочкам доходчиво. Дважды объяснять не придётся.

Электричество до боли знакомых глаз пронзает насквозь. Будто и не было трёх лет в моём персональном, кромешном аду, в который Он превратил мою жизнь по одному щелчку пальцев. Просто потому, что захотел.

— Эй, Мира, всё в порядке? — Дарина с силой потрясла меня за плечи. — Честное слово, как привидение увидела.

Ага, почти.

Громко, нервно сглотнула и заставила себя перевести взгляд. Куда-угодно, лишь бы не на него.

— Все слышали уже новость дня? — за столик с шумом плюхнулась Машка Савельева, староста нашей группы и по совместительству моя лучшая подруга. — Тарасов вернулся. Кто бы мог представить, да? Хотя, учитывая, сколько у его папаши бабла…

Маша всегда в курсе последних новостей. В самых мельчайших подробностях. Главный редактор университетской газеты, а собирать сплетни – её прямые обязанности.

— Тарасов? — Дарина любопытно оглянулась по сторонам, смешно шаря по толпе весёлых и беззаботных студентов огромными карими глазищами. — Тот самый красавчик, которого наша Мира чуть ментально не воспламенила?

Маша недовольно фыркнула и обернулась назад.

— Никита Тарасов, — холодно выплюнула Савельева. — Он и его дружки считают себя королями вселенной. Избалованные и надменные мажоры, без капли моральной составляющей. Был раньше звездой нашего университета. После укатил с отцом за бугор.

— Раньше? — продолжает Дарина допрос с пристрастием. — Вы знакомы?

— Можно и так сказать, — потянулась к своей сумочке, чтобы достать телефон и вызвать такси. — Встречались пару раз.

Маша обеспокоенно посмотрела на меня и многозначительно шикнула на Дарину, чтобы остановить нескончаемый поток вопросов. Ох, если бы это было просто!

— А он смотрит на тебя, — выдала Дарина. — Реально пялится, как голодный удав.

Глупости какие! Зачем ему оно понадобится, мм? Ник и имя-то моё вряд ли вспомнит, если нам вдруг «посчастливится» где-то столкнутся лицом к лицу. Ни то чтобы мне самой сильно интересно, но…

На столике завибрировал телефон. Машинально смахнула иконку в сторону, отвечая на входящий вызов. Автомобиль, наверное, на месте.

— Алло, вы подъехали? Мы уже выходим.

— Рассчитывал немного на другое, — знакомый голос бьёт по мне, словно разрядами тока. С каждым ударом сердце колотится чаще и чаще. От страха. — Здравствуй, Мирослава.

Чёрт побери! Что надо проклятому мажору?

Глава 2 – Если бы я только знала

Мирослава

Какая-то очередная жестокая игра с Ником Тарасовым в главной роли.

Меньше всего на свете хотела думать о том, зачем он мне звонит и почему именно сейчас, но предательские мысли роем кружили в голове, мешая сосредоточиться.

Так, стоп!

Я больше не та глупая и наивная первокурсница, которая без раздумий бросилась в омут с головой. Да разве любовь была?

П-ф-ф!

Одним уверенным движением сбросила звонок и тут же провалилась в знакомое приложение. Отлично, за нами всё-таки приехали. Чем раньше уберёмся отсюда, тем лучше. Не осталось никакого удовольствия находится в клубе. Тем более, завтра первый учебный день.

— Блин, папа сотню сообщений уже написал! — прохныкала Дарина. — Где там наше такси? Если не вернусь вовремя, предки точно под домашний арест посадят.

У Дарины очень строгие родители. Мама – из восточной семьи, папа – майор полиции. Её и на вечеринку отпустили с большим трудом. Только потому, что нас хорошо знают.

— Мира только по телефону разговаривала, — ответила Машка и потянулась за своим кардиганом. — Опять ты в облаках витаешь, Медведева.

Чувствую, если сказать Машке с каким «водителем» повезло беседу вести, то она в праведный гнев впадёт за считанные секунды.

Савельева на дух не переваривает Тарасова и всю их компанию, состоящую из местной элиты. Детки богатеньких родителей, которые в жизни не думали о ком-то, кроме себя. Крутые тачки, модные шмотки и бабки вместо мозгов. Им частенько всё с рук спускается, даже самые отвратные выходки.

Несмотря на раннюю осень, на улице уже было достаточно прохладно. Хорошо, что куртку потеплее с собой захватила.

Машка, наоборот, куталась в легонький вязаный кардиган. Подруга с умным видом оглядывалась по сторонам, в активных поисках такси.

— Вот чёрт! — Дарина испуганно замерла, посмотрев куда-то вниз. — Мне крышка! Папа приехал!

Медведева порывисто обняла нас и сбежала вниз по лестнице, направляясь к служебному автомобилю с мигалками. Уф, надеюсь, ей не сильно достанется. Надо будет потом сообщение написать, как домой приедем.

— И нам бы карету свою поймать, — Маша уже от холода зубами начала стучать, а лицо заметно побледнело. — Мне болеть никак нельзя.

— Подожди минуту, — выудила из сумки телефон и едва сдержалась, чтобы не произнести вслух все известные мне нецензурные выражения.

Вот же зараза какая!

— Тьма! — простонала Савельева. — Придётся ещё столько же ждать. Мир, может ты отчиму позвонишь?

Ага, шикарная идея! В кавычках.

Представляю картину – час ночи, а я прошу дядю Андрея забрать меня с подругой из клуба. Как раз перед первым учебным днём.

Он же обязательно маме всё расскажет, та волноваться начнёт, переживать. Ей сейчас вообще нервничать нельзя.

Так и вижу мамино обеспокоенное лицо и заранее знаю, что скажет.

«Последний курс, Мира! У тебя же диплом!»

И в таком же духе.

Вы не подумайте, очень сильно люблю свою маму. Больше всего на свете! Она самая лучшая, но до сих пор считает свою взрослую дочь маленькой девочкой. Хотя мне скоро двадцать один исполнится. Давно живу в отдельной квартире, недалеко от университета. Подарок от родителей на позапрошлый день рождения. Вернее, от отчима.

— Девчонки, чего стоим? — раздался со спины голос нашего однокурсника Димы Сотникова.

Ой, вот только не это!

— Тебя забыть спросили, — Машка недовольно поджала губы.

— Савельева, не будь букой, — парень приобнял её за плечи и смачно чмокнул в щеку. — Подвезти вас? Мы с Ником на колёсах.

Конечно же! Кто бы сомневался, уж не пешком эти мажоры по городу разгуливают.

Маша и Дима живут в одном доме с недавних времён, только на разных этажах. Сотня на одиннадцатом, а лучшая подруга – на десятом. Честное слово, у бедняжки уже от изобилия Сотникова глаз дёргается.

Вроде как, сыночек ректора знатно накосячил некоторое время назад, за что получил от папочки звездюлей по полной программе. Перебивается (цитирую!) теперь квартирой в районе среднего класса, а сам всё твердит, мол, встал на путь истинный. Словом, занялся активным производством сказочной лапши.

Ну-ну!

— Ты хоть трезвый? — Маша с раздражением скинула его руку с плеча, брезгливо морща носик.

— Как стёклышко, — во все свои тридцать два зуба улыбнулся Дима. — Никитос, где там пропал?

Перед смертью не надышишься, правда? Но, к удивлению, оставалась странно спокойной. Воздух в лёгкие поступал как ни в чём небывало. Только сердце бешено трепыхалось в груди, словно чечётку отбивает. Ничего, уж это я как-нибудь переживу.

Просто парень из прошлой жизни, по которому сходили с ума все девчонки в университете. Та ночь давно стёрлась из моей памяти…

— Привет, — прозвучал низкий, холодный голос Ника совсем рядом, заставив меня натянуться от напряжения, словно струна. — Куда едем?

«Куда едем?»

Нет, вы слышали? Ужасно самодовольный.

Годы идут, а Никита Тарасов не меняется. Всё такой же наглый придурок, который о существовании слова «нет» в принципе не догадывается. Ему даже в голову не приходит, что его такого красивого и замечательного могут послать в известном направлении. Да ещё и пинка дать для ускорения.

— Мы домой, — раздражённо процедила Маша сквозь зубы, прожигая Тарасова особенно ненавидящим взглядом. — В отличие от некоторых, нам завтра на учёбу.

— Машунь, сдаётся мне, ты не лимонад пила, — рассмеялся Дима. — Нам всем завтра в универ. Мы учимся на одном курсе, забыла?

В этом весь Сотников, да.

— Идиот! — только фыркнула подруга, а потом повернулась ко мне. — Слушай, может правда поедем с ними, сколько ещё такси ждать?

Секундочку, мне одной кажется, что ничем хорошим это не закончится? Но, по ходу, выбора другого не оставалось…

Сотников, по своему обыкновению, не затыкался ни на секунду. Сложно припомнить хотя бы один день, когда он молчал больше, чем пять минут.

Балабол!

Но сегодня это было мне на руку и избавило от лишней неловкости и необходимости разговаривать с Ником напрямую. Впрочем, он пока и слова лишнего не сказал. Выглядит больно мрачным и задумчивым. Брр! От одного только взгляда противные мурашки по коже.

Новенький оранжевый спорткар, вне всяких сомнений, принадлежал Тарасову. Не известно, что такого натворил Дима, раз папочка-ректор отобрал и ключи от недавно подаренной машины, но факт остаётся фактом. Однокурсник всё лето катался то с одним из своих друзей, то с другим.

Ещё бы! Не дай бог, придётся общественным транспортом добираться до места назначения в своих бесценных дизайнерских кроссовках. Да и вообще, несерьёзно это мажорчикам на автобусах да метро ездить.

— Тарасов, а тебя к нам на курс восстановили? — как бы между прочим, уточнила Машка. Больше моего переживает, что Ник с нами учиться будет … потому что осведомлена о всей подноготной наших прошлых взаимоотношений.

— Ага, — хмыкнул Никита, резко выворачивая руль, так что машину сильно занесло на повороте. Если бы заранее не пристегнулась, точно бы головой в пассажирское сидение влетела.

— Осторожнее! — вскрикнула Маша. — Ты вообще про правила дорожного движения что-нибудь слышал? Нельзя гонять по городу.

— Савельева, не бубни, — рассмеялся Дима и развернулся к Нику вполоборота. — Здесь нам тормозни, чтобы батя контору не спалил.

— Вообще-то… — Маша тянет меня за руку за собой. — Мы вместе сегодня. Мира?

— Да.

Телефон подруги разлился знакомой мелодией. Маша прижала трубку к уху, показательно прислонив палец к губам.

— Привет, мамуль! — задумалась, теребя пальцами кончики туго заплетённой французской косы. — Да-да, уже идём. Не переживай.

— С Мирой? Чего же ты не предупредила? — раздался из динамика громкий и взволнованный голос Ирины Алексеевны. — Дочка, я даже ничего не приготовила. Может, в следующий раз?

Краска приливает к щекам, но я из-за всех сил стараюсь сохранить остатки хладнокровия. Вот же подстава!

— Отлично! — Дима весело хлопнул в ладоши. — Давай, Савельева, поднимай пятую точку. Сдам тебя на руки родителям. Никитос, Мирославу не обижай. Всё, на связи.

Маша извиняюще мне улыбнулась и выбралась наружу, жестами показывая, чтобы набрала её, как доеду. И идея вызвонить отчима уже не казалась бредовой. Вы слишком плохо знаете Тарасова, если думаете, что он станет помогать кому-то по доброте душевной. Или просто паранойя разыгралась?

Определённо! Так оно и есть. Оказалась сбита с толку его внезапным возвращением, вот и переволновалась. Обыкновенная дежурная вежливость. Почему однокурсник не может до дома подбросить?

Потому, что этот парень благотворительностью не занимается…

Педаль газа до упора. Мы вновь несёмся с бешеной скоростью по полупустой дороге. Как там Машка сказала? Правила дорожного движения? П-ф-ф! Плевать Ник хотел на них. Совсем не изменился с момента нашей последней встречи.

Когда-то меня это восхищало. С какой лёгкостью он нарушает все возможные и невозможные запреты. Идёт по жизни, словно ему всё нипочем и море по колено.

— Адрес, — коротко бросил через плечо.

— Приморский проспект семьдесят восемь, — и заставила себя посмотреть прямо в колдовские зелёные глаза через зеркало заднего вида.

— Она всё-таки разговаривает, — усмехнулся, делая музыку чуть тише. — Русалочка.

Так он меня звал раньше. Когда-то очень давно. В прошлой жизни. Застенчивая и неразговорчивая скромница, а Ник – обаятельный и романтичный. Кто бы не купился?

Но сейчас? Серьёзно?

Посредственный и банальный флирт. На что рассчитывает после того, через какой ад заставил пройти без анестезии? Чувств нет и не было, а вот выжженная пустыня осталась. Испытываю к нему лишь самую тёмную, ничем не разбавленную, концентрированную ненависть. Не сомневаюсь, ему любая отдастся, только скажи, но тогда какого чёрта тут творится?

ПРОСТО. ХОЧУ. ПОДАЛЬШЕ. ОТ. НЕГО.

— Ты не изменился, — скрестила руки на груди. — Ни капельки.

— Люди не меняются, Мирослава.

— Вон там останови, — ткнула пальцем в сторону своего дома и сразу выудила из сумочки ключи.

Припарковался в неположенном месте и развернулся лицом ко мне. Слишком близко. Всего несколько сантиметров между нами. Боюсь дышать. Пытаюсь угомонить своё глупое сердце, которое от страха бьётся сильнее обычного, но получается из рук вон плохо. Вместо этого отвожу взгляд и тянусь к ручке, чтобы повернуть её и оставить уже Ника Тарасова в прошлой жизни.

— Князева, нужно поговорить.

Кому нужно? Мне точно нет.

Хочу одного – уйти, расслабиться в горячей и ароматной ванне, а потом, может быть, позвонить своему парню.

— Нет, — отрицательно покачала головой. — Прошло три года, говорить нам не о чем, Никита.

Наконец-то выбралась из душного и тесного для нас двоих салона автомобиля и вдохнула свежий воздух полной грудью. Что ж, держусь очень неплохо. Не зря сотни раз прокручивала в голове и репетировала перед зеркалом, что ему скажу и в какой последовательности.

— Да стой же ты! — схватил за руку и притянул к себе, так что уперлась попой туда … кхм … куда точно не стоит прижиматься приличным девушкам. — Надо. Поговорить.

— Если ты меня сейчас же не отпустишь, то я… — нащупала в кармане газовый баллончик и крепко сжала его в руке.

А то бог знает, что ещё этому беспринципному гаду в голову придёт! Мама-таки была права. Пригодился аксессуар.

— Не дёргайся, — силой развернул меня лицом к себе и несколько долгих секунд просто смотрел на мои руки. В шоке. — А ты в себе вообще, Князева?

— В первый раз на тебя так реагируют? — и угрожающе подняла своё смертельное оружие.

— Вообще-то да, — задумчиво почесал переносицу. — Возможно, заслужил. Ладно, прости. Увидимся на парах.

Ник уже давно исчез из поля моего зрения вместе со своей крутой тачкой, а я до сих пор стояла и не понимала, какого кренделя тут происходит.

За что он извиняется? За скотское поведение в прошлом или в настоящем?

Ох, если бы я только знала!

Глава 3 – Новый друг моего парня

Почему нельзя стереть память?

Если возможно – я бы хотела.

Будь вакцина – негде было бы ставить

Уколы…

Чтобы тебя я забыла.

Никакими нитками не заштопать

Ту дыру, что оставил в сердце,

Но почему предательски бьётся

Там, где тебе совсем нет места.

Мирослава

Как накрутить саму себя до невозможного предела? Могу, умею, практикую!

Глубоко внутри (очень-очень глубоко!) хотелось, чтобы Ник что-то сделал. Без разницы вообще – хорошее, плохое, ещё на сто тонов темнее. Главное – действия! Но их не было. От банального и простого слова «совсем».

Спросите, зачем оно мне надо спустя столько лет? Разрешите представиться, мазохистка в завязке – Мирослава Князева.

Но шутки – шутками, а вопрос отличный. На миллион долларов! То ли крыша начала капитально протекать, то ли давно забытая личная вендетта вновь пустила свои ядовитые корни. Не знаю.

Разбередил старые раны. Сорвал все швы к чёртовой бабушке. Казалось, они зажили, но свежий гной нежданно и негаданно опять вышел наружу. Закипала с каждой секундой всё сильнее и сильнее, и ждала… чего можно ждать от Ника Тарасова?

Уж точно не чуда!

Его «прости» – очередная пьяная выходка. А, если и не пьяная, то явно направлена на моё полное и безоговорочное уничтожение. Чтобы унизить в очередной раз, сбросить в адову пропасть и убедительно показать кто он, а кто я. Месть за сброшенный звонок, мм?

После той злополучной встречи в ночном клубе прошла уже целая неделя. Пыталась выкинуть из головы всё произошедшее, но как, если эта сволочь каждый божий день перед глазами мелькает?

Чёртов мажор делал вид, словно меня для него в принципе не существует. А чего хотела, Князева? Он снова звезда, ты снова никто. Шах и мат, детка.

За что же три года назад полюбила его? За какие заслуги? Сейчас понимаю, он и мизинца моего не стоит, ни единой пролившейся по милости Тарасова слезинки, но тогда…

Ник, как глянцевая картинка в популярном модном журнале – у него есть всё, и он имеет всех. Причём, по полной программе.

Когда мы впервые познакомились, понятия не имела, что парень, спасший меня от хулиганов в тёмной подворотне – единственный и любимый сын мультимиллиардера, главного мецената нашего университета.

Была глупой и наивной первокурсницей, только-только переехавшей с мамой из Москвы. Мы обменялись телефонами, начали переписываться, а потом оказалось, что я учусь с ним на одном факультете.

Покорил и очаровал меня очень быстро, не прилагая видимых усилий. А дальше я просто сдала ему все свои бастионы, без раздумий. Думала, между нами настоящая и чистая, искренняя и сильная… любовь. Та самая. С первого, чтоб его, взгляда!

Ага, святая простота.

Любовь, ну-ну. Три тысячи раз! Этого слова банально не существует в словаре Никиты Тарасова. Такие, как он переступают через жизни и чувства других людей, без угрызений совести и лишних сожалений. Сколько было таких девочек, влюблённых в него по уши? П-ф-ф! Да не счесть! Он просто шёл по дороге из осколков разбитых сердец. Напролом. Как чёртов танк. Трофей число бесконечность, Мирослава собственной персоной.

— Мира? Ты последнее время какая-то загадочная.

— Всё в порядке, — подняла взгляд и улыбнулась знакомым серым глазам. — Задумалась просто. Извини, Егор.

— Точно? — парень провёл рукой по моей спине, привлекая ближе к себе. — Учти, у нас сегодня большие планы. Космические.

— Мм, какие же? Всё удивляешь и удивляешь.

Егор с увлечением принялся рассказывать про новый ресторан на набережной, куда мы обязательно должны сходить. Помню-помню, вроде бы в город вернулся его лучший друг, что-то такое.

Уф, очнись, Князева!

Нику нет места в моей жизни. Даже, если когда-то он уничтожил её за одну ночь до самого основания. Не нужны извинения, ровным счётом ничего!

Теперь у меня есть парень – хороший, добрый, он никогда не предаст и не обманет.

С Егором встречаюсь уже почти полгода и каждый день с ним похож на настоящий рай. Разве можно желать большего?

— Да я в порядке, правда, — обнимаю парня, стараясь успокоиться, примириться со своими демонами. — Ты же знаешь, мама очень волнуется о дипломе. Плюс у них с дядей Андреем вот-вот годовщина. Весь день на телефоне.

— Раз нужно к маме, то без проблем, — Егор поправил очки и наклонился ниже, чтобы поцеловать меня в щеку. — Ресторан никуда не денется.

— Ты чудо, но сегодня я для тебя полностью свободна. Едем уже. Где встретимся с твоим другом?

— Он ждёт на месте, — наши руки тесно переплелись. — Мы не слишком торопимся? Мир, тормозни, если давлю. Знакомство с друзьями – это серьёзный шаг.

Понимаете, о чём говорю? Иногда кажется, что так просто не бывает. Слишком идеальный! Понимающий, заботливый, самый лучший и, кажется, любит меня. Вот бы ещё испытывать взаимность.

***

До ресторана добрались быстро. Повезло не попасть в пробку, хотя час пик был в самом разгаре. Такси остановилось прямо на набережной, и мы выбрались наружу.

Держась за руки, направились в сторону нового здания со стеклянным фасадом в форме огромной сферы.

Внутри заведения нас встретили улыбчивые девушки-администраторы и показали, где оставить верхнюю одежду. Ненадолго зависла перед зеркалом, поправляя причёску и макияж.

— Ник! — услышала громкий голос Егора и непроизвольно вздрогнула всем телом. Ещё не зная, что это начало конца.

— Авдеев! — от звука ледяного, знакомого голоса сердце испуганно замирает. — Представишь лучшего друга своей очаровательной спутнице?

Вот чёрт! Повезло так повезло.

Медленно развернулась и на ватных ногах приблизилась к парням. Стараюсь держать себя в руках, хотя и выходит на троечку. С натяжкой.

Спокойно. Обычный ужин. Неужели не выдержу? Не дам ему ещё хотя бы одного повода для шуток. Если он хочет таким образом смутить меня, то ничего не выйдет.

— Мирослава, — Егор мягко приобнял за плечи и улыбнулся. — Познакомься, это…

— Никита, — перебил Тарасов и буквально схватил за руку, приближая мои пальцы к своим губам. — Но можешь называть меня просто Ник.

Ну и какую же игру на сей раз ты затеял «просто Ник?»

Какой-то кошмарный, нереальный, фантастический сон!

Егор и лучший друг Никиты Тарасова? Серьёзно? Любимый человек и парень, который уничтожил меня. Знала ли, что вселенная способна сыграть настолько злую шутку? Даже и не представляла!

С Егором Авдеевым я познакомилась в прошлом году, когда у нас была общая пара по иностранному языку с факультетом физмата.

Он только-только перевёлся в наш университет из другого города. Слово за слово и милый брюнет в очках предложил выпить вместе кофе и понеслось. Встреча за встречей, день за днём…

Ничего такого, вы не подумайте. Мы гуляли, общались по телефону и в социальных сетях, ходили на книжные выставки и в картинные галереи.

Считала его своим другом ровно до того момента, пока он неожиданно не решил выйти из френдзоны. Хотя Маша с Дариной постоянно давали двусмысленные намёки. Мол, не может парень просто, без всяких там дружить с девушкой. Закон жизни. Может и так, поскольку Егор в итоге пригласил меня на свидание.

Я согласилась.

После Ника в моей жизни не было молодых людей. Не подпускала ни одного из них ни к своему телу, ни уж тем более к сердцу. Наелась по горло, спасибо. Но не могло же это длиться вечно, правда?

Рискнула и нисколько не пожалела. Егор убедил, что ему можно доверять. На такого парня хочется положиться.

— Ну и давно вы вместе? — Ник упал на диван рядом со мной, заставляя нервничать.

Егор вышел на улицу позвонить. По той простой причине, что в ресторане стало слишком шумно. Не удивительно, на дворе вечер пятницы. Официанты только и успевают, бесконечно заказы разносить от клиента к клиенту.

Вид на город отсюда открывается действительно потрясающий. Вся набережная, как на ладони. Каждый столик располагается под небольшим каплевидным стеклянным куполом, что создаёт по-настоящему волшебную и магическую атмосферу. Самое то для романтического свидания, но никак не для дружеской встречи.

— Полагаю, это не твоё дело, Ник, — коротко ответила и притворилась, словно внимательно изучаю меню.

Меня прошибает ледяной волной, когда его рука касается моей шеи, пальцы парня мимолетно скользят по коже, будто вбивая под корку холодные иглы и маленькие разряды тока.

— Спятил? — зло прошипела и повернулась к нему вполоборота. — Тебя ничего не смущает? У меня! Есть! Парень! Дошло?

— Кхм, — усмехнулся и подался вперёд, так что между нами и пары сантиметров расстояния не осталось. — Парень не стенка, подвинется.

Чёртов мажор! Вы слышали, мм? Хорош друг, нечего сказать! С такими «верными» товарищами и врагов не надо.

— Никита, — уперлась в его грудь ладошками, мягко и настойчиво отталкивая. — Между нами ничего серьёзного не было, что тебе нужно от меня?

— У этого вопроса есть один очень простой ответ, — наклонился ещё ниже, губами практически касаясь моего уха. Кожу опалило горячим дыханием. Сердце почему-то ёкнуло и забилось вдвое сильнее. — Ты.

«А не пойти бы тебе в задницу?»

Подумала я, но вслух сказала совсем другое:

— Давай спокойно дождёмся Егора, ты вернешься к своей красивой и роскошной жизни, а я буду наслаждаться своей. Оставь меня в покое.

Глаза в глаза. В этом омуте могла бы когда-то утонуть, пойти на самое дно, но только не сейчас. Помнишь, я тебя любила? Забудь!

— Не могу, — рассмеялся, наконец-то отодвигаясь в сторону. Ненамного, но дышать явно стало легче. Да и тахикардия сошла на нет. — Не могу и не хочу, Мирослава.

Не может он! Зачем вернулся, Тарасов? Почему снова пытаешься перевернуть мою жизнь кверху дном? Неужели мало было? Получил всё, что хотел и даже больше.

— Придётся как-то смочь, Ник, — пожала плечами и аккуратно отсела на другой конец дивана.

— Прошла любовь, завяли помидоры?

Ага, сандали жмут и всё такое…

— Уф, Тарасов, — глубокий вдох и тяжелый выдох. — Ну ты вроде уже большой мальчик, а в детские сказки до сих пор веришь. Какая любовь? Я тебя умоляю.

— Любовь? — раздался голос Егора за спиной. Парень положил руки на мои плечи, ласково их разминая.

Пытаюсь почувствовать хоть что-то, но в моём теле реакция – ноль целых ноль десятых. Сведена ниже минимума. Ни одной даже самой крохотной мурашечки.

— Ага, — Ник пристально посмотрел прямо на меня. — Сижу и пытаю твою девушку, насколько чисты и искренни её намерения по отношению к моему лучшему другу.

Парни громко расхохотались, словно это невыносимо забавно и смешно, но только не мне. Приходится растянуть губы в улыбке, чтобы не портить вечер себе и Егору.

Ужин тянулся невыносимо долго. Я то и дело переписывалась с Машей и Дариной, пару раз выходила звонить маме, но Егор с Ником, кажется, совсем не собирались расходится. Авдеев действительно считает этого золотого мальчика своим лучшим другом. Какова ирония.

Не сказала бы, что мой парень совсем не ровня Тарасову и всем остальным. Его отец бизнесмен и известный ученый, довольно обеспеченный человек. Из беседы почерпнула только то, что они с Его и Ник с детства хорошо знакомы.

Когда мы вышли из ресторана, уже смеркалось. На набережной было ветрено, Егор приобнял меня за плечи, пряча от холода, пока не подъехало такси. Из-за проблем со зрением Егор не водит машину, да и вообще, больше предпочитает ходить пешком.

— Как тебе Никита? — неожиданный вопрос застал врасплох.

Прикусила нижнюю губу, но над ответом сильно много не думала. Не хочу врать своему парню, нормальных и здоровых отношений на лжи не построишь.

— Не очень, — призналась без утайки. — Мы уже знакомы с Тарасовым.

— Вот как? — Егор прижал крепче к себе, успокаивая.

— Ага, — согласно кивнула. — Учились на одном факультете. Он куда-то пропал, недавно вернулся и восстановился на журфак.

Можете ругать и звать трусихой, но сказать Авдееву всей правды не могла, сейчас так точно. Для меня на сегодня дурацких откровений Ника вполне хватило.

— Он хороший, — искренне заверил парень. — Уверен, вы поладите.

Да? А вот я что-то очень сильно сомневаюсь!

Глава 4 – Второго раза не будет

Мирослава

Дарина и Маша оживлённо обсуждали предстоящую вечеринку в честь дня рождения Егора Авдеева, а вот лично я причин радоваться банально не вижу. Ведь туда придёт ОН! Честное слово, беспринципный мажор решил уничтожить мою жизнь ещё раз, чтобы наверняка.

Вполне могла смириться с тем, что Ник – лучший друг Егора, но вот всё остальное…

Всеми силами пыталась свести наше общение к минимуму, так нет же! На парах Тарасов умудрялся как-то подсаживаться ко мне. В столовой тоже – только с нами и обедает. Очаровал Дарину, а она и рада. В рот ему смотрит и всё что только попросит выполняет, словно послушная кукла. Подруга, называется. Отдала меня на растерзание одному золотому мальчику и глазом не моргнув.

Как итог, мы периодически сидим вместе. Разумеется, только тогда, когда он захочет. Приедаются избалованные друзья-мажоры, вот и развлекается с Мирославой Князевой. Ненавижу!

С тех самых пор и каждый божий день Никита не оставлял попыток влезть в наши с Егором отношения.

Открыто флиртовал, садился максимально близко, прикасался ко мне, будто бы мимолётно, делал двусмысленные намёки и вёл себя, как конченный засранец. Ничего нового, короче говоря.

Я на дуру круглую похожа? Чтобы второй раз да лицом на грабли? Или считает себя слишком бесподобным, чтобы какая-то там девчонка его прокатила?

Конечно, должна запомнить нашу близость до конца своей пустой жизни и ждать повторения, да?

В общем, желания идти на вечеринку, даже если это день рождения моего парня, не осталось никакого. Искала любую причину отказаться, но все они выглядели слишком глупо и жалко.

После пары в главный холл универа вышла одной из первых и тут же набрала Авдеева. Короткие гудки и слышу его весёлый, жизнерадостный голос:

— Уже готова ехать?

— Егор, тут такое дело.

Пытаюсь набраться смелости, чтобы объяснить ему всё как есть, правду и ничего больше. Божечки, сложно невероятно!

— Мир, не смогу тебя забрать, — искренне извиняется он. — Уже отъехал с ребятами на дачу Ника, чтобы всё подготовить к приезду всех гостей.

На дачу Ника? Не ослышалась?

— Слушай, мне нужно кое-что сказать, я…

— О, придумал! — перебил мой парень. — Маякну Нику и он тебя подхватит.

Ещё чего удумал!

— Не стоит.

— Да ну брось! — отмахнулся Авдеев. — Что тебе, в автобусе трястись? Тарасову совсем не в напряг, не переживай, малышка.

— Егор, просто не уверена, что смогу приехать, — громко и уверенно произнесла, даже голос не дрогнул. — Как-то не важно себя чувствую. Голова кружится…

— Может скорую вызвать? — забеспокоился. — Ты где сейчас?

— Из универа выхожу. Всё нормально, обычное недомогание.

— Жаль, что срывается, — разочарованно выдохнул Егор в трубку. — Так хотел провести с тобой этот день.

Ага, и ещё с сотней человек.

Но почему тогда на душе кошки скребут и кажется, словно поступаю неправильно? У моего парня день рождения, он ждёт, а я… я обманываю его потому, что не хочу видеть одного придурка?

Чёрт побери Тарасова! Самое отвратное, он даже не представляет всех масштабов трагедии. Даже, если бы и да – таким, как он просто плевать с высокой колокольни на других людей.

Прежде, чем успела перейти дорогу, раздался оглушительный гудок автомобиля, а за спиной резко затормозили колеса. Где-то на клеточном уровне точно знала, кого увижу там, но всё равно обернулась.

О, боги!

На этот раз наглый мажор сидел за рулём новенького чёрного кабриолета и улыбался, словно в его и без того идеальной жизни произошло нечто ещё более прекрасное.

Снова гудок. Опять! И опять!

Прохожие начинают оборачиваться и неодобрительно коситься. То на меня, то на дурацкий кабриолет.

— Садись, отвезу, — похлопал по сидению ладонью, словно отдал команду карманной собачонке. — Нам по пути.

Снял солнцезащитные очки и просканировал меня от и до, так что даже по коже мурашки побежали. Это всё из-за страха. Он мне банально отвратителен!

— Вряд ли, — отрицательно покачала головой и развернулась обратно. — Никуда не поеду с тобой.

Несколько шагов в сторону пешеходного перехода и снова его голос:

— Испугалась?

Чего?

— Что ты сказал? — подошла вплотную к машине.

— Ты. Меня. Боишься.

— Я? Тебя? — рассмеялась и откинула волосы назад. — Не дождёшься, Тарасов.

Он толкнул дверцу и сухо кивнул, мол делай что хочешь, но твоя задница должна быть в этой тачке и точка.

— Какую сказочку рассказала Авдееву? — усмехнулся и прикусил нижнюю губу. — Заболела, да? Плохо знаешь своего парня, Мирочка. Он не идиот.

— Тарасов, — зачем-то подхватила эту нелепую и крайне опасную игру. — Сказала, не поеду. С тобой. Ясно? С большим удовольствием прокачусь на автобусе.

— Боишься, — хохочет и откидывает голову назад. — В универе шугаешься, при любом случае за Егорушку прячешься… ладно, иди на свой автобус, Князева.

Это ошибка.

Огромная, необъятная, непоправимая. Точно пожалею о ней и очень скоро. Никита хотел взять меня на слабо и у него получилось! В лучшем виде.

Правда дошло до меня лишь тогда, когда кабриолет уже мчал по шоссе и сдавать назад было слишком поздно.

Подумаешь! Ну, что страшного случится по дороге? Вот доедем, сразу избавлюсь от общества наглого мажора и хорошо проведу время с Егором и подругами. Похоже на неплохой план, да?

Жаль, ему было суждено с треском провалиться.

***

Если Тарасов держит меня за круглую идиотку, то очень зря. Парень, который плевать хотел на правила и запреты, сейчас тащился по шоссе со скоростью сорок километров в час.

Ну да, он же ради этого кабриолет выгулять решил, чтобы останавливаться на каждом светофоре и осторожно объезжать кочку или яму. Тянет время. Намеренно.

Написала Машке о том, что приеду, но попросила не говорить Егору. Сделаю сюрприз. Разумеется, когда Никита соизволит врубить пятую космическую.

Ехать с ним в одной машине – невыносимо. Даже просто тупо рядом находиться. Будь моя воля, вообще бы никак с Тарасовым не пересекалась. Но он планомерно врывается в мою жизнь снова и снова, без разрешения, без приглашения. Просто потому, что сам хочет. И как Ник сам думает, его желания – это непреложный закон.

Свалился, как снег на голову и сделал вид, словно ничего не было. Будто можно в одну реку дважды войти. У него нет ничего святого. Переступил через меня уже один раз и собирается сделать это вновь, а после отряхнуться и пойти себе дальше. Уничтожить ещё чьё-то глупое, доверчивое сердце. Но теперь точно знаю, кто такой Никита Тарасов и ни за что не поведусь на изумрудные глаза и обманчивый прекрасный облик.

Внутри он совсем другой – давно прогнивший до самого своего основания. Окончательно и безвозвратно. Пусть остальные летят на его огонь, а я пас.

— Какие планы после универа? — раздался его голос.

— Магистратура, работа.

Сделала музыку в наушниках погромче, чтобы наверняка. К чёрту!

Резко вырвал провода и несколько секунд мы, не отрываясь смотрим друг на друга.

— Что ты вытворяешь? — прошипела ядовитой змеёй.

— Мы разговаривали.

Ой, вы только посмотрите! Кому-то поболтать захотелось. Неужели в упор не видит, что не хочу иметь с ним ровным счётом ничего общего?

Надменный! Самоуверенный! Засранец!

— Никита, — глубокий вдох, чтобы хоть как-то прийти в себя. Этот парень разрушал моё душевное равновесие одним своим адовым взглядом. — Нам не о чем говорить. Оставь свои штучки для других.

— Да-да, помню. Есть парень и всё такое, — усмехнулся, окинув меня пренебрежительным взором.

Пропустила момент, когда рука Ника легла на мою коленку и уверенно вверх.

Словно ледяной водой ошпарило, а кожу пронзили электрические импульсы, разжигающие во всём теле невозможный пожар.

— Не смей меня трогать, — процедила сквозь зубы и спихнула со своей ноги наглую конечность Тарасова. — Никогда!

— Никогда не говори никогда, детка, — рассмеялся и обеими руками сжал руль. — Кто знает, как скоро ты захочешь обратного.

Через полчаса, автомобиль остановился у огромного дома с открытой террасой прямо на крыше. Да, это точно дача Тарасова. Шикарно и со вкусом. Декоративный сад, бассейн и всё что только душе угодно.

Во дворе обнаружилось несколько беседок, которые уже оккупировали целующиеся парочки, а у огромного арочного мангала собралась компания парней. Знаете, у простых людей загородные дома выглядят слегка скромнее. Самую малость.

— Осторожно, — Ник одной рукой обхватывает меня за талию и спускает вниз. — Ступеньки.

Надо признаться, в ином случае и правда полетела бы вниз, но лучше так, чем чувствовать его руки на себе и не понимать, почему и зачем проклятый мажор комедию уже который день ломает.

Оказалась прижата к его груди и мгновенно осознала, что так просто из этой ситуации не выбраться. Зря расслабилась. Думала, главное до вечеринки добраться, а там уже трава не расти. Никита не понимает ни одного моего слова. Каждое «нет», будто брошено в пустоту и по неведомым причинам не доходит до адресата.

— Убери руки, — уверенно оттолкнула его, упираясь ладошками в крепкую грудь. — Что может быть непонятного в слове «никогда», а Тарасов?

— Егорушка ревновать будет? — рассмеялся Ник. — Мира, твоего парня здесь нет, позволь себе немного расслабиться.

На последнем слове рука Тарасова смело поползла вниз, сжимая прямо за попу. Пожалела мигом, что надела такое открытое платье.

— Ты на русском как, понимаешь? — прошипела и со всей силы пихнула его в бок. — Хватит, Ник. Не смешно. Найди себе другую забаву. Уверена, желающих вагон и маленькая тележка.

— Хорошо, — и так сладко улыбнулся, у меня аж скулы свело. — Оставлю тебя в покое, Князева.

Правда? Почему же тогда в воздухе повисло незримое «но»? Сердце глухо забилось, предвещая самые отвратные развития событий.

— Поцелуй меня.

Что?!

Нет, он в себе вообще? Какой ещё поцелуй? В край офанарел!

— Не буду я тебя целовать, — коротко ответила и сделала шаг в сторону дома. — А теперь извини, у моего парня день рождения. Хочу провести время с ним, а неизвестно с кем.

Никита силой развернул к себе лицом и наклонился максимально близко.

— Не строй недотрогу, сладкая. Цену себе набила? Оценил. Думаешь, не заметил? Слишком дорогие шмотки для дочки маникюрши. Фуфлон последней модели…

— Да пошёл ты!

Всего один рывок и его губы накрывают мои. Левой рукой наматывает волосы на кулак, правой держит за талию. Крепко.

— Нет! — пытаюсь увернуться от него, но куда мне. Проще гору с места сдвинуть. — Никита…

— Да, Мирослава, — усмехнулся и прижал меня к какой-то прохладной поверхности. — Только да, малышка.

И где-то тут я поняла, что влипла.

Не остановится, пока не возьмёт, что хочет и сколько хочет. Такова истинная природа Никиты Тарасова. Прекрасно знаю. Ему плевать на последствия, на желания других, на всё вокруг плевать. Вот только я больше в этом участвовать не собираюсь. Только-только жить начала по-человечески, а тут он со своими непонятными намерениями. Разве можно втоптать в грязь человека, унизить, обидеть и расколотить чувства вдребезги, а потом просто вернуться и сделать вид, словно так и надо было?

Проклятый мажор!

Со всей дури наступила ему каблуком на ногу и воспользовавшись секундным замешательством парня, почти побежала к людям. Какое там! У Ника были другие планы на вечер и менять их ради кого-то не думал. Мира же должна безвольной лужицей растечься, самозабвенно упасть в объятия, да?

Не будет этого!

— Князева! — Ник грубо схватил меня за руку и притянул к себе. — Переигрываешь.

— Да? — за секунду воспламенилась, словно спичка. — А ты не доигрываешь. Как тебе ещё объяснить? Ты мне противен, Ник!

— Противен? — зло процедил сквозь зубы, а изумрудные глаза заполнил концентрированный холод. От его взгляда по спине побежали мурашки, так что я даже вздрогнула.

— Именно так, — подтвердила и уверенно отпихнула парня от себя. — Давай просто прекратим. Сделаем вид, словно не знаем друг друга.

— Кхм… настолько сильно ненавидишь? — криво улыбнулся и оперся плечом о дверной косяк. Глаз с меня не сводит, ждёт ответа. Впрочем, вслух произносить было необязательно. Дошло, наконец! — Ладно, Князева. Спасибо за откровенность. Ты как бы тоже не фонтан в центральном парке Петергофа.

Развернулась, чтобы скрыться в доме и избавиться от его нежелательного общества, уже и за ручку потянула, как услышала снова голос Тарасова:

— Ты только не думай, что твой Авдеев хороший парень.

Глупо?

Но всё, чего хотела – это убраться отсюда куда-нибудь подальше и оказаться в своей уютной квартире. Заварить кофе и устроиться перед ноутбуком с любимым сериалом. Не любительница шумных вечеринок с разодетыми «барби» и двадцатилетними парнями, которые считают себя самыми крутыми. Но Егору нравится. Он в восторге от больших компаний, поездок за город и готов ночи напролёт гулять и развлекаться. А я совсем другая.

В доме почти не протолкнуться. Кажется, словно на даче у Ника весь наш универ собрался. Мой парень решил отметить свой двадцать первый день рождения с завидным размахом. Впрочем, я бы лучше провела время вдвоём. Кстати, где сам именинник? Как сквозь землю провалился.

Зато нашла Дарину. Девушка расширенными от страха глазами шарила по толпе, словно кого-то искала. Божечки! Ничего же страшного не произошло? Подхватила подругу под локоть, и она тут же облегчённо выдохнула.

— Мирослава! Слава богу! Там Машка… в бассейн упала…вернее, её толкнули и…

Чёрт побери!

Савельева плавать умеет, максимум, по-лягушачьи. Мы побежали в сторону бассейна, но при выходе из дома столкнулись с Никитой. Со всей дури врезалась в него корпусом, а Дарина в меня.

— Куда вы несётесь? — небрежно отодвинул меня в сторону и посмотрел в упор на Медведеву, напрочь игнорируя моё присутствие.

— Маша в бассейн упала. Она плавать не умеет! — всхлипнула подруга.

Тарасов резко развернулся, сбежал по ступенькам и быстро направился прямо к бассейну, по пути снимая с себя рубашку. Всего несколько секунд и он ныряет в него, почти сразу же показываясь на поверхности вместе с Савельевой.

Рванули, что есть силы к ним, Машка сильно кашляла и сплёвывала воду, по щекам текли ручейки слез. Испугалась, наверное, бедная…

Впрочем, Маша – это Маша. Быстро придёт в себя.

— Савельева, порядок? — Ник хлопает её по лицу. — Головой хоть кивни.

— П-порядок, — заикается, но отвечает. — Х-холодно п-просто.

— Понял, — Никита поднялся на ноги. — В доме есть сухая одежда, давайте кто-нибудь со мной.

— Мир, сходишь? — Маша умоляюще смотрит на меня.

— Конечно, — двинула следом за Тарасовым, стараясь не глазеть на него лишний раз.

Сложен он прекрасно – сильное подтянутое тело, широкие плечи, рельефный пресс с шестью кубиками. Идеальный. Вода стекает с мокрых волос по загорелой коже. Запустил левую руку в волосы и повернулся ко мне. Наглая усмешка осветила лицо. Поспешила отвести взгляд. Что с тобой, Мира? Нужно прекратить на него пялиться.

Ну, подумаешь, бицепсы да мускулы, да у нас в универе таких полно!

Вообще-то не очень…

Все знают, что Никита помимо спорта, ещё и боксом занимается. С ним никто не ссорится и не ввязывается в драки. Мы ведь и познакомились примерно на этой почве. Возвращалась с дополнительных занятий по подготовке к поступлению на журфак, а он ехал домой после тренировки и спас от хулиганов. Один против троих. Какой-то супергерой. Да, очаровал с первой секунды.

На втором этаже дома оказалось куда тише, чем на первом. Кажется, сюда вечеринка просто не добралась. Ник уверенно открыл дверь в одну из комнат, а в следующее мгновение замер, будто каменное изваяние.

— Тарасов? — потянула его за руку. — Нас Маша ждёт, заболеет ещё. Вообще… надо нам её было с собой брать.

— Возьму вещи и вернусь, — ответил тоном, не терпящим никаких возражений. — Жди здесь.

Ну, подумаешь! Не сахарная, не растаю. Переживу и без созерцания роскошных апартаментов. Тоже мне, устроил тайну Мадридского двора.

Прислонилась спиной к стене и вдруг услышала знакомый голос. Очень тихо, буквально полушепотом говорили. Не понимаю… там… Егор?

Потянула ручку на себя, ещё не зная, что дальше ждёт раскрытие тайны века. В полумраке тёмной комнаты хорошо различались два силуэта – мужской и женский. И, как понимаете, они там не в куклы играли. Не йогой занимались. Не… ну, в общем, смысл все уловили.

Не сразу осознала, что Никита мягко отодвинул меня назад, словно хрустальную и плотно прикрыл за собой дверь.

— Сказал же, не входи. Идём, тебя подруга ждёт.

Взял за руку и как маленькую повел вниз по лестнице. Сильные, ещё влажные после вынужденного купания пальцы тесно переплелись с моими, не дав и малейшего шанса сказать нет. И сейчас, пожалуй, это мне было и нужно.

Продолжает держать меня за руку, а я просто доверчиво иду следом. Нас провожают удивлёнными взглядами, некоторые из ребят улыбаются и перешептываются.

У местной королевишны Регины Филатовой так вообще чуть инфаркт от шока не случился. Поперхнулась своим напитком, бедняжка.

Я и Тарасов. О, божечки! Он сбрендил совсем?! Если завтра универ начнёт перемывать косточки новой влюблённой парочке, то просто этого не переживу.

— Ник? — попробовала вырваться из его железной хватки, но он только крепче сжал. — Отпусти.

— Князева, будь паинькой, — бросил через плечо, улыбнулся и погладил большим пальцем по ладошке. Нежно-нежно, совсем мимолётно, а тело уже пронзило разрядом тока. — Ты сегодня со мной, раз уж твой парень не собирается присматривать.

Присматривать? Я ребёнок что ли?

— Ладно, — делаю глубокий вдох и поднимаю на него глаза. — Пожалуйста. Прекрати.

По неведомым причинам, он молча разжал пальцы и пропустил меня вперед. Уже легче.

Нужно просто найти Машу, привести её в чувство и убраться отсюда, как можно дальше.

Безобидная вечеринка обернулась настоящей драмой в стиле дешёвой мыльной оперы. А ещё чувствовала себя виноватой из-за того, что не приеду на день рождения своего парня. А он тут… он…

Егор Авдеев казался тихой гаванью после всего, через что я прошла с Ником. Первый, кому доверилась и, очевидно, зря. Этот мажор тоже собирался разбить моё сердце вдребезги. Кто знает, сколько девушек побывало в его постели? И как долго вообще я позволяла водить себя за нос?

Думала, нашла хорошего парня, идеального.

Во второй раз да лицом на любимые грабельки? Завидный талант надо иметь. Все мужики чёртовы козлы!

Но от Егора точно не ждала такого предательства. Не сказать, чтобы я влюблена в него без памяти или наши отношения стали за несколько месяцев очень серьёзными, но… всё равно больно. Неприятно. Сейчас чувствовала себя использованной, пустой и ненужной. Как кукла, с которой поигрались и выкинули на помойку. Снова!

Мысленно отсчитала до десяти, возвращая назад остатки контроля.

Не могу показать своей слабости. Особенно сейчас. Особенно Тарасову. Он не увидит ни моих слёз, ни того, как плохо мне сделал его лучший друг. Однажды уже позволила Нику себя унизить. Второго раза не будет.

Глава 5 – Будем по-плохому!

Мирослава

Машка сидела теперь в кресле у бассейна, завернувшись в огромный плед. Рядом суетился Дима Сотников, явно переживая за состояние девушки.

Кхм… как-то они сильно много времени вместе проводят.

Меня это начинает всерьёз напрягать. Впрочем, Савельева девчонка умная и находчивая, не пропадёт. А если между ними даже что-то есть, то задавать беспардонные вопросы я не хочу. Типо, как моя тётушка – «Ну что, замуж пока не собралась?»

П-ф-ф! Маша и Дима? Нет!

— А где Медведева? — присела на корточки рядом с подругой и протянула стопку одежды. — Надеюсь, её никто в воду не толкнул?

— Нет, опять отец забрал, — Маша отрицательно покачала головой. — Вы долго. Всё хорошо?

— Ага, — утвердительно кивнула и покосилась на Тарасова. Никита стоял поблизости, окруженный толпой девиц. — Не волнуйся. Расскажи лучше, как ты в бассейне очутилась.

— Филатова! — Машка зло сжала руки в кулаки. — Задушу гадину крашенную!

Для справки, вышеупомянутая Регина Филатова наша одногруппница.

Девочка из богатой семьи, которая получила место в университете лишь благодаря связям родителей и внушительной сумме в папочкином кошельке. Потому что мозгов в этой черепной коробке не было и вряд ли когда-нибудь появятся.

Она предпочитала уделять внимание своей внешности, а не интеллекту. Тонны макияжа, перекачанные губы, наращённые ресницы. Дизайнерские шмотки, какой курорт выбрать, новая коллекция обуви – вот и всё, о чём могла думать Регина.

И, разумеется, стерва считала себя чуть ли не богиней. Унижала всех, кто (по её мнению) был ниже и не достоин крутиться в кругу золотой элиты. Вообще их (в смысле нас!) за людей не считала. Но кидать из-за этого в бассейн… явный перебор, даже для Регины.

— Она решила, будто мы с Димой встречаемся, — неохотно рассказывает Машка. — Ну ты же знаешь, эти голубки расстались ещё летом. А Регина его ревнует по-страшному к каждому фонарному столбу.

Так-так-так. А вот это уже интересный поворот. Я же Савельеву, как себя знаю.

— Вы не встречаетесь? — повернулась к подруге.

— Нет, — отрицательно покачала головой Маша, а у самой щеки покраснели, словно маков цвет. — Забыла? Терпеть его ненавижу.

Ну-ну. Не встречаются. Но что-то, кажется, есть… или я ошибаюсь?

— От любви до ненависти один шаг и обратно, — вынесла окончательный вердикт. — И уверена, Сотников не просто так вокруг ошивается. Если бы был рядом, сам бы дельфинчиком в бассейн махнул, без шуток. Хотя нафиг такой бабник не нужен.

— Где Егор? — Маша решительно свернула тему, буквально подтверждая всем мои опасения. — Вы виделись? Прости, романтический вечер запорола.

Ну, это как сказать. Хорошо, что всё вскрылось сейчас, а не сильно позже, когда бы втюрилась без памяти в Авдеева и его картонную идеальность.

— Мир? — подруга дотронулась до моего плеча. — Ты в порядке? У тебя телефон разрывается.

Действительно.

Достала смартфон из маленькой сумочки и зависла перед экраном.

«Любимый»

Рука дрогнула, но я всё-таки нажала на зелёненькую кнопочку, чтобы ответить на звонок.

— Привет, спишь уже? — раздался из трубки голос парня. — Музыка на фоне… ты где?

— Там же, где и ты, — не стала утаивать. — Только парой этажей ниже.

— Мирослава…

— Что Мирослава? — рассмеялась в трубку. — Егор, всё, давай. С днём рождения.

— Я сейчас спущусь. Мы поговорим, не отключайся.

— Ага.

Мечтай.

Одним решительным движением вырубила телефон и кинула его обратно в клатч.

— Ты чего? — Савельева нервно прикусила нижнюю губу. — Вы поругались? Князева, хоть слово скажи. Я же волнуюсь.

— Он мне изменил, — ответила, пожав плечами. Техничным, будничным тоном, словно событие совсем не из ряда вон. — Теперь решил беседы вести светские. Скажет, мол, не так всё поняла, ну и дальше по заезженному сценарию.

— Вот козёл! — Маша вскочила и огляделась по сторонам. — Я сейчас найду Диму и попрошу отвезти нас, хорошо? Оу…

Машка осеклась, увидев замаячившего у бассейна Авдеева. Парень решительно двинул в нашу сторону. Весь мятый, растрёпанный, даже очки забыл надеть впопыхах. Ну и что Егор собирается сказать? Это бессмысленно.

— Мирослава, можно тебя ненадолго? — спросил, глядя мне прямо в глаза.

— Нельзя! — зло отрезала Савельева и сделала шаг вперед. — Мира вне зоны доступа. Для тебя.

— Маш, тише, — попыталась успокоить подругу и повернулась к Егору. — Прости, но говорить не о чем. Я сделала выводы.

— Хорошо, — за несколько шагов подошел совсем близко и взял меня за руку. — Две минуты. Всего две минуты. Прошу тебя.

На мгновение Авдеев отвлёкся на свой телефон, а в следующую секунду уже расхохотался.

Громко. Издевательски. Так не похоже на него.

Развернул смартфон экраном ко мне ровно настолько, чтобы смогла увидеть изображение во всей красе.

Чёрт побери!

Несколько секунд тупо не свожу взгляда с телефона Егора и случайной фотографии, которую ему любезно отправили доброжелатели. Кто вообще умудрился запечатлеть момент моего позора?

Я и Тарасов. Слишком близко друг к другу, чтобы не догадаться, чем это мы двое занимаемся. Его руки на моей талии, а губы прижимаются к губам.

Ну, всё! Завтра весь универ будет знать, как Ник снова заполучил глупую пташку в коллекцию своих трофеев. И пусть поцелуя на самом деле почти не было, кого это волнует? Правильно, абсолютно никого! Кроме моей скромной персоны.

— Ты! — зло выплёвывает Егор прямо мне в лицо. — Такая же, как и все девки, Князева. А строишь из себя невинную овечку. С ума сойти, реально собирался извиняться перед ней!

А я просто продолжаю смотреть на несчастный гаджет, словно это может как-то исправить ситуацию. Не буду же объяснять своему теперь уже точно бывшему парню, что Ник силой меня поцеловал? Во-первых, абсолютно не из-за чего оправдываться, а во-вторых, и не перед кем.

Кошмар! Да разве можно такое предвидеть? Если ещё хоть раз и по доброй воле сунусь в отношения, побейте меня. Пожалуйста!

Егора считала другим человеком. А вместо того, чтобы иметь мужество признаться в собственном косяке, наглый мажор на меня стрелки переводит. Обалдеть!

— Ладно, если на этом всё, то тебе уже пора.

— И что же у него есть? — Егор рывком притянул к себе. — Раз, даже после того, как он тебя выгнал, ты снова ноги раздвигать побежала?

А вот это уже некрасиво и грубо.

Хлёсткая пощечина обожгла пальцы, но ничуть не пожалела, что заехала этому засранцу по физиономии. Со всей дури!

— Правда глаза режет? — усмехнулся и окинул с головы до ног пренебрежительным взглядом, словно перед ним куча мусора, а не девушка, которой он в любви признавался совсем недавно. — Впрочем, надо же таким, как ты выживать. И сколько?

«Таким, как ты», значит.

— Сколько что? — устало выдохнула, откровенно не понимая, куда клонит Авдеев.

От хорошего, милого парня и следа не осталось. Да и вряд ли он когда-то был таким. Вся его бесконечная милота – лишь особенно жестокий способ залезть мне под юбку.

Господи, хорошо, я с ним не спала!

— Аренда твоего тела посуточно, — зло рассмеялся. — Не всё же по ресторанам и музеям водить. Или Тарасов уже на месяц вперёд взял?

Чёртовы мажоры!

Всё мерят деньгами. Абсолютно всё. Никита, конечно, сволочь редкостная, но Егор любые мыслимые рекорды за один вечер побил. Нет, даже за последние десять минут. Гребаный мудак!

Для них так просто – обмануть, предать, а потом ещё выставить девушку виноватой во всех смертных грехах. Вот только парень, которого выбрала сделал это на виду у всех. Прошёлся бульдозером и останавливаться не собирается.

— Глазками она хлопает, губки надула, вы посмотрите на неё! — всё не успокаивался Авдеев. — Ещё заплачь. Поломайся, как ты любишь.

— Пошёл ты! — с силой его оттолкнула и отошла на безопасное расстояние от парня. У него точно шарики за ролики заехали, другого объяснения банально нет.

Спятил.

Грубо дёрнул меня за руку, так что рукав платья затрещал по швам, но не успела даже испугаться, как оказалась за широкой и надёжной спиной Тарасова.

— Не трогай её, — голос Никиты звучит спокойно, даже мягко. Пугающе. — Тебе бы остыть, Авдеев.

Егор бросился на него с кулаками и, по идее, Тарасову должен был прилететь хороший хук справа, но тот увернулся в самый последний момент. А дальше он уверенным движением заломил своему противнику руки назад. Егор неестественно выгнулся в спине и рухнул на колени. Едва сдерживался, чтобы не завопить от боли, но по его лицу и так всё было предельно ясно.

Все вокруг замерли, а несколько впечатлительных барышень даже вскрикнули от испуга. Да я и сама не знала, что делать и куда бежать. У Никиты тормозов никогда не было и сейчас он явно не упустит случая развязать драку.

— Проси прощения у Князевой.

Что? Кому нужно это дешевое представление?

— Тарасов, сволочь! Не нарывайся!

— Не передо мной, — хищно оскалился Ник, так что кожа незамедлительно покрылась мурашками от одного его ледяного взгляда. — Видишь ли, девочек обижать нельзя. Они у нас существа нежные и ранимые. Тебя мама с папой разве не научили?

— Ни-кита!

Кажется, слышала хруст. Егор сильно побледнел, но в следующую минуту едва слышно промямлил что-то похожее на «Прости, Мирослава».

А руки, которые буквально только что довольно сильному парню чуть все кости не переломали, сомкнулись теперь на моей талии.

Мамочка!

— Не замёрзла? — спросил почти заботливо. И словно, нас совсем не окружает куча людей. — Трясешься вся.

— Нет, — повела плечами и поискала глазами Машку. Подруга стояла рядом в компании Сотни. — Спасибо, что вступился.

— Ага, — кивнул и отошёл в сторону. — Давай, бери Савельеву и в дом.

— Да нет, — старалась говорить спокойно, но напряжение дало о себе знать и голос немного дрожал. — Мы домой. Сейчас найду телефон и…

— Князева, — зло процедил сквозь зубы. — Не беси меня.

Не обращая на него внимания, расстегнула клатч, как почувствовала, что взлетаю в воздух.

— Значит, будем по-плохому.

По-плохому? Как будто он по-хорошему умеет!

Кто-то уже достал телефон и без стеснений направил камеру прямо на нас с Тарасовым. Ох, сегодня точно не мой день! Знаете ли, меньше всего на свете хочется стать героиней бурных университетских сплетен на ближайшую неделю. Вон Савельева первая новость дня в газете разместит. Мамочки, ну, где же так согрешила?

Всего несколько минут и вот уже Никита плечом толкает дверь и входит в дом со мной на руках. Здесь народу поменьше, так что внимания мы сильно много не привлечём. У бассейна собралась огромная толпа, жаждущих хлеба да зрелищ, и я не стала давать им пищи для размышлений. Между мной и этим чёртовым мажором не может быть ничего общего.

Больше никогда…

— Отпусти меня, — решительно заявила, глядя в его изумрудные глаза, но потом воспитание дало о себе знать, и добавила волшебное слово «пожалуйста».

— Князева, если у тебя в голове кисель, то послушай-ка внимательно и постарайся впитать полезную информацию, — он поставил меня на пол прямо перед собой. — Я. Тебя. Никуда. Не отпущу.

Господи, просто хочу убраться, чтобы как можно дольше не видеть Тарасова. Рядом с ним всё становится слишком сложным. Стоило ему появиться в моей жизни, она мгновенно покатилась под откос. Мне кажется, скоро эмоциональная выдержка даст слабину и взорвусь от переизбытка чувств. От этой неизмеримой, разъедающей душу ненависти к нему!

Я так не могу. Просто больше не могу!

— И почему? — уперла руки в бока и сделала шаг навстречу к парню. Между нами теперь и двух миллиметров не осталось, так близко мы были друг к другу. — Ты решил, что? Дай угадаю, Тарасов, снова делаешь вид, словно ты герой, настоящий супермен, да? И знаешь, лучше бы мы с тобой никогда не встречались, лучше бы ты тогда просто прошёл мимо и…

Одним грубым движением притянул к себе и прорычал на ухо, зло и яростно:

— Серьёзно думаешь, это было бы лучше? Ты дура, Князева? Представляешь, что бы с тобой сделали? А потом выкинули, как…

— Как ты. Выкинули, как ты.

— Что?

— Ничего, Ник, — круто развернулась на каблуках, больше не желая продолжать этот дурацкий разговор.

Но Тарасов не был собой, если бы взял и отпустил. Молча направился следом. Пыхтел от злости, будто паровоз, но тупо шел рядом. И ни на секунду не выпустил из поля своего зрения. Хотя на него там пробовала вешаться Филатова и прочие золотые девочки, но он двигался напролом. За мной.

— Мирослава, — его пальцы почти нежно коснулись моего запястья. Всё тело пронзило током. Забыла, как дышать. Он чувствует мою слабость и, наверное, поэтому и переплетает наши пальцы. Крепко. — Давай отведу тебя на второй этаж. Нужно отдохнуть.

— Нет, мне лучше уехать, — возражаю и пытаюсь вырвать свою руку. Но он не даёт, гладит подушечками пальцев по ладошке, успокаивает. Ломает мою броню, пытается пробиться под толстый слой льда, вот только я этого больше не хочу. — Никита…

Неудачно наступила на самый край ступеньки и соскользнула прямо в его обьятия. Руки Тарасова сомкнулись на моей талии, а губы в ту же секунду коснулись моих. И пока ошарашенно хлопаю глазами, он уже подхватывает меня под попу и прижимает спиной к перилам, а затем и усаживает прямо на них.

— Ой! — ахнула и прижалась к нему. — Ник! Нет! Я сейчас свалюсь!

— Держу, малышка, — смеется в губы, а потом впивается новым поцелуем. Голодным, жадным, неудержимым…

Он знает, я боюсь высоты. Знает, гад!

Не понимаю, почему так бешено колотится сердце. То ли от моей навязчивой фобии, то ли от выброса адреналина в кровь, то ли от его губ. Настойчивых, решительных, таких сладких!

Всего несколько секунд сумасшедшего беспредела, а потом этот невозможный мажор возвращает с небес на землю и улыбается, будто полный идиот. Впрочем, вернее будет сказать, скалится. Да, именно так.

А у меня коленки подгибаются, пол уходит из-под ног и всё тело дрожит от какой-то приятной слабости.

— Голова кружится, — одной рукой держусь за перила и стараюсь лишний раз не смотреть на Ника.

— Так хорошо целуюсь? — и заботливо заправляет за ушко выбившийся из прически локон.

Ток между нами. С этим надо что-то делать, пока всё не дошло до запретной черты, через которую поклялась впредь никогда не переступать.

— Придержи коней, — пытаюсь выровнять дыхание, но всё равно трясусь, как после поездки на американских горках. — У меня акрофобия, дебил.

— Значит, на карусельках тебя не покатать, Князева. Весь кайф обломала.

— Каких ещё карусельках? — и подняла на него взгляд. Ух, как он смотрел! Тушите свет!

— Кино, на мой взгляд, слишком банально. Целоваться на последнем ряду такое себе удовольствие.

— Тарасов! — вспыхнула мгновенно, словно спичка.

— Мир, пойдем на свидание, а? — и тянется ко мне своими клешнями наглыми, чтобы опять облапать, где только ему вздумается.

Вы видели его? Беспринципный! Самовлюбленный! Решил, что ему всё нипочем и море по колено. И Князева к ногам упадет, на раз-два.

— Почему бы тебе не позвать другую? Ты же у нас любую можешь…

— Могу, — усмехнулся и поправил на плече бретельку, скользнув взглядом по разорванному рукаву платья. — Но не хочу.

— А я не желаю, Тарасов… видеть тебя. Как же не поймёшь?

— Князева, себе не ври, — окинул меня взглядом, не предвещающим ничего хорошего. — Ты будешь со мной.

— Хочу или нет? — рассмеялась. — Да, можешь купить абсолютно всё, Ник. А теперь послушай внимательно и попробуй впитать полезную информацию. Я. Тебя. Не хочу.

Вот только тогда я ещё не знала, что играю с огнём.

Глава 6 – Приглашение на свидание

Мирослава

Солнце беспощадно слепит глаза. Они незамедлительно начинают слезиться. Первые несколько секунд своего вынужденного пробуждения просто тупо не понимаю, что происходит и где нахожусь. Уже после, когда чья-то наглая конечность сжала мою ягодицу, а затем нежно прошлась вверх по спине, стало как-то не по себе. Знаете ли, не привыкла просыпаться прижатой к горячему, крепкому и совершенно точно обнажённому мужскому телу… тем более, чтобы меня лапали с утра пораньше.

Господи боже мой!

— Доброе утро, — Тарасов продолжает наглаживать по заднице. — Как спалось?

Мамочки! Нет!

Ошарашенно смотрю на него, в кровь кусаю губы и слова не могу сказать. Почему из всех на земле именно он? И мне хочется бормотать про себя слова спасения и все известные молитвы, только за свою жизнь я, к несчастью, выучила их не сильно много.

Это же чистый Ад! Самый настоящий! Пожалуйста! Пожалуйста, пусть у нас ничего не было! Я ведь просто не переживу, если…

Так, надо вспомнить, что было вчера. Попытаться как-то восстановить в памяти хронологию событий. Не могла же по доброй воле лечь с Никитой Тарасовым в одну постель? По крайней мере, не в ясном уме и трезвой памяти. Да, скорее, я на полу вырубилась бы, чем с ним. без шуток!

— Не трогал, Мира. Выдохни, — и улыбается гад аки чеширский кот. — Иначе бы ты это запомнила.

И премия года «самый самодовольный дебил», вне всякой конкуренции, достаётся Никите Тарасову.

— Хорошо, что ты делаешь в моей постели? — пытаюсь говорить спокойно, но голос дрожит и руки тоже. Про сердце вообще молчу, как из груди не выскочило, непонятно. Этот чёртов мажор – главная причина моей тахикардии. В двадцать лет, блин! — Боже, ты голый? Нет, совсем голый?

— Сойдёт и просто Ник, — продолжает скалиться Тарасов. — Вообще-то я в трусах.

И ведёт мою ладошку по рельефному прессу прямо … прямо туда!

— Фу, хватит! — как шальная подскакиваю и забиваюсь в самый угол. Лишь бы подальше от него. — Тарасов, уровень маньячизма слегка понизь, а?

С шумом сглатываю, потому что он медленно и грациозно приближается, будто настоящий хищник. Глазами уже всю сожрал, без остатка.

— Как же ты хороша в моей футболке, — прикусил нижнюю губу и оперся руками о кровать по обе стороны от меня. — Так и хочется…

— Не хочется, Тарасов! Не хочется! Знаешь, что? Сейчас закричу. На весь дом!

— Кричи, малышка, — усмехнулся и подцепил края футболки. — Только подо мной.

— Не дождёшься, понял? Ненавижу тебя!

Со всей злости пихнула его в грудь, он тут же упал на спину, непонятно из каких побуждений.

Встала на коленки и быстро поползла к противоположному краю постели.

— Ух, какой потрясный вид! — присвистнул Ник и тут шлёпнул по попе. — Смотрел бы и смотрел. Князева, на свидание куда пойдем?

Соскользнула с кровати и теперь смотрела на парня снизу верх. Хорош, гад! Тут даже и спорить бессмысленно. Идеальный, как чёртов греческий Аполлон. Загорелое, поджарое тело, шесть кубиков пресса, смазливая физиономия и улыбка очаровательная до безумия, не сотрёшь.

Ох, Князева! Иммунитет! Помнишь ещё это слово или мозги совсем отшибло при виде парня в одних труселях?

— Нравлюсь? — рассмеялся и одним резким движением поднялся.

— Может, оденешься и расскажешь, что произошло? — с надеждой протянула. Так-то терять сильно было нечего. Особенно после вчерашнего дня.

Вот как знала! Ничем хорошим мажорские вечеринки не заканчиваются. Сначала всем весело, потом кого-то купают в бассейне, а кто-то на следующее утро оказывается в постели с парнем, которого ненавидит всеми фибрами души!

— Если скажу, что ты ко мне приставала и требовала поцелуя, поверишь? — медленно приблизился ко мне и упер руки в бока, так что против воли не могла смотреть куда-либо еще, помимо его тела. Накачанного, сильного тела…

— Неа, — отрицательно покачала головой и повернулась к нему спиной. — Маловероятно, Тарасов. Останься ты даже последним парнем на всём белом свете.

— Для сведения, — это он шепчет мне уже на ухо. — Моя очередь где-то за Авдеевым или всё-таки приз зрительских симпатий заслужил?

— Вы с Авдеевым будете гореть в Аду! — прошипела и пулей пронеслась мимо него к двери. — Разумеется, в котле элитного класса.

Дернула за ручку и поняла, что дверь закрыта. Час от часу не легче! Провела ночь с Тарасовым, да ещё и взаперти. Если кто-то узнает…

Ник молча повернул ключ в замке и приоткрыл дверь.

— Вы с Савельевой отмечали твоё эпичное расставание. Ты уснула, я отнёс к себе в спальню. Не трогал. На этом моменте можно и закончить истерику, малышка.

Вот уж точно – эпичное. Другое слово подобрать будет уже куда сложнее. Чувствую, дальше последует история моего позора, который не скоро забуду. Вообще никогда не забуду. Но Маша и «эпичное» — это реально гремучий коктейль. Буквально взрывоопасный.

Засунув подальше все свои принципы и обиды, развернулась к Нику и спросила:

— Звучит, как начало конца, Тарасов. Скажи только, мне будет стыдно?

— Ну, в один прекрасный момент вы все решили играть в бутылочку, — улыбнулся, словно вспомнил что-то смешное. — Хотя, это даже забавно. Моментами.

Боже мой, умоляю, ведь не целовала его? Ну хотя бы не сама!

— Я с вами не играл, — услужливо рассказывает Никита. — Правда пришлось напомнить о существовании рёбер одному бессмертному гоблину.

— Ох, нет…

— Князева, можешь сколько угодно воротить свой очаровательный носик и дуть губки, но тебя целовать буду только я. Точка.

— Через мой труп! — прошипела ядовитой змеёй и вылетела из спальни, быстро сбегая вниз по лестнице.

К счастью, на первом этаже тоже больше не осталось никаких гостей. Только Машка в компании Сотникова. Оба уставились на меня, словно два барана на новые ворота.

Да что там ещё стряслось в Датском королевстве?

Скрестила руки на груди и запоздало поняла – ушла от Тарасова в чём была. В одной его футболке…

Какая прелесть!

***

Назад возвращалась очень неохотно и проклинала всё на свете, словно меня вели на голгофу. Угораздило! Повезло, что свидетелями моего позора стали всего лишь два человека, а не половина нашего курса.

Напомните мне больше никогда не появляться на вечеринках, где будет Никита Тарасов. Что за человек такой? Даже нормально развлечься не могу, а только проблемы и неприятности нахожу на свою пятую точку. Надо было вызвать такси сразу, как Машку из бассейна вытащили и всё. Но тогда бы и про Егора всей правды не узнала и продолжала восторгаться свои идеальным, самым лучшим на свете парнем.

Ууу, как же ненавижу проклятых мажоров! Для них всё игрушки – чувства, эмоции, отношения. Развлеклись немножко, выбросили надоевшую куклу на мусорку и пошли себе дальше украшать мир. Наглые! Беспринципные! Циничные негодяи!

Тарасова в спальне, к огромному счастью, не оказалось. Не знаю, как бы краснела и оправдывалась, а может, вообще от стыда под землю провалилась. Но давать ему ещё один повод поиздеваться надо мной хотела меньше всего во вселенной. Возможно, мироздание всё же прислушалось и решило дать Мирославе Князевой пару часиков заслуженного отдыха.

Свою одежду нашла аккуратно сложенной прямо на кресле. Заботливый какой, вы на него посмотрите! На какие подвиги некоторые золотые мальчики (не привыкшие к отказам противоположного пола!) готовы, чтобы только залезть девчонке под юбку.

Уже говорила, как сильно ненавижу Никиту Тарасова? Так вот, умножьте это бесконечное число раз ещё на три тысячи! Могла бы проклясть – прокляла, честное слово. Ибо заслужил, гад смазливый.

Самое интересное, почему я? Почему снова я, чёрт побери? Пальцем щёлкнет и к нему ни то что весь универ с радостью сбежится, а половина города в придачу. Девочки его просто обожают.

Конечно же! Тоже была такой. Залипающей, влюбленной наивной дурочкой с разбитым сердцем. Никита просто не мог не нравится – красивый и опасный плохой парень, который мог надрать задницу любому. Ему и дорогу-то редко кто переходил.

Когда-то польстилась на красивые глаза, мужественное и сексуальное тело, непревзойденный ум и очаровательный юмор Тарасова. Не слушала никого вокруг и придумала себе образ благородного во всех отношениях героя. Вот только он никогда не был рыцарем без страха и упрёка.

Получил от меня всё, что нужно, перешагнул, растоптал мою любовь в едкий пепел и оставил после себя пустоту. Кромешную, полыхающую ядом пустоту. И что бы он сейчас ни сказал, чтобы ни сделал… не поверю ни одному слову. Истина в одном – девочкам вроде меня стоит держаться подальше от таких парней. Закон жизни.

День хоть и начался отвратно (в постели Ника!), но особенно страшных событий не предвещал. Переоделась без лишних приключений, пусть моё платье оставляло желать лучшего. Мятое, с порванным рукавом и пропахшее дымом от костра. Да уж, без него точно было лучше.

— Мира? — неожиданно раздался за спиной голос Авдеева. — Можно тебя на минуту? Пожалуйста.

Разговаривать с бывшим парнем не улыбалось. От слова «совсем». Вот что он может сказать, кроме простого и очевидного? Не вижу смысла сотрясать воздух лишний раз. Вчера сам расставил все точки над «и». Весьма доходчиво объяснил, кто я, а кто он. Девочка по абонементу и мажор, которому всё можно.

— Привет, Егор, — спокойно развернулась к нему, но внутри бушевал смертельный торнадо. — Думаю, нам больше не стоит поддерживать каких-либо отношений. В том числе, и просто разговаривать.

— И что, это всё? — он порывисто подходит ближе, хочет дотронуться до меня, но я держу безопасное расстояние между нами. — Пожалуйста, дай один шанс! Мира, знала бы ты, как мне стыдно, как жалею о своих словах. Был не в себе, когда говорил тебе всю эту чушь. Я ведь тебя…

О, господи! С чего он решил, что поверю в бред сумасшедшего? Услышав лживое «люблю», по крайней мере, раза три, уяснила для себя, что Тарасов не самое худшее за последние сутки. Он хотя бы предельно честен и до ужаса напорист.

А дальше пошла куча нелепых оправданий, ненужные извинения, километры сказочной лапши на уши. Всё у этих мужиков до невозможной степени просто. Захотел – унизил девушку, захотел – забрал свои оскорбления назад. Вот только так не выйдет. И я слишком уважаю себя, чтобы повестись на сладкие и обманчивые речи. Был хороший учитель. Дьявол с изумрудными глазами с именем на букву «Н».

— Всё кончено, — оборвала парня грубее, чем хотелось. Но продолжать оставаться милой и хорошей девочкой больше не могла, не хотела. — Егор, ну можно догадаться, что после вчерашнего мы никогда…

— И чем же он лучше? Его ты простила. Я даже готов опустить момент, что застал тебя в спальне лучшего друга, Мира. Слышишь, готов?!

Чего-чего? Готов он? К чему, блин?

Застал, ага. Просто поражаюсь бесконечной наглости некоторых индивидуумов. Завидная супер-способность, у меня так точно в жизни не получится. Да, Авдееву не на физмат надо было поступать, а в театральный. Шикарный актёр пропадает.

А если без шуток, то это начинает дико утомлять. Не знаю, что там на уме у двух якобы лучших друзей, но их фатальная одержимость мной пугает. Буквально до дрожи. Не желаю быть между ними. Игрушкой, которую два мальчика не могут поделить, как лопатку в песочнице.

Егор скользит взглядом по футболке Тарасова в моих руках, по не заправленной постели, полирует взглядом пространство за моей спиной и выглядит почти, как сам чёрт во плоти. Мамочки, и этого парня я считала идеальным? Хорошим, с которым надёжно и спокойно? Официально заявляю – выбирать не умею!

— О, — Авдеев расплылся в снисходительной улыбке. — Быстро вы успели, ребят. Я и не думал, что у тебя вышло зайти так далеко. Высший балл, Ник.

Ник?

О, господи! Устроили тут дешёвый бразильский сериал! Мамочки, домой хочется.

Бросила быстрый взгляд назад, а потом повернулась обратно к Егору, собираясь поставить точку в наших отношениях раз и навсегда. А Тарасов, будет отсвечивать, тоже огребёт по первое число. Я уже на той стадии раздражения, когда гори всё синим пламенем.

— Кхм, — Егор по-настоящему недобро усмехнулся и упал на ближайшую горизонтальную поверхность. — Знаешь, умываю руки. Кажется, на этом поле мне точно уже ничего не светит. Но… слегка волнует один вопрос. Ты уже рассказал ей, Ник?

Минуточку, что рассказал?

Если бы только знала, что ответа на этот вопрос мне лучше бы совсем не слышать.

Где-то тут подсознание начало тревожно звонить в колокола, предупреждая об опасности. Но нет бы послушать, да сделать соответствующие выводы, а поступила в корне наоборот.

Авдеев одной своей фразой запустил цепную реакцию. При всём желании уже не могла соскочить с умело заброшенного крючка. Проглотила наживку, словно глупая рыбка.

— Ну, Тарасов, давай, — продолжает издеваться Егор и это явно доставляет ему большое удовольствие. — Нехорошо заставлять ждать красивую девушку.

— Князева, тебе пора, — напрочь игнорирует его Ник. — Шуруй.

Значит, у него правда есть что мне сказать. Ни то чтобы в другой ситуации он не способен выставить кого-то за дверь, но прямо нутром чую электрическое напряжение между этими двумя. И, кажется, всему причиной именно моя скромная персона.

От этого в душе расползалось какое-то страшное, липкое и неприятное ощущение. От проклятых мажоров чего-угодно можно ждать. Однажды стала трофеем для одного и повторять своих ошибок не намерена. Но мне очень нужно знать, очень!

— Значит, не сказал, — усмехнулся бывший и радостно потёр ладошки друг о друга. — Знаешь, будет честно поставить нас в равноценное положение. Чтобы Мира смогла сделать свой выбор в пользу кого-то. Разумеется, если наша девочка не хочет поэкспериментировать в…

Господи, как же он жалок! Весь ядом так и полыхает, ещё чуть-чуть взорвётся и накроет своей отравляющей токсичностью всех окружающих. Каждое слово направлено, чтобы унизить меня, сравнять с землёй только потому, что сам был послан далеко и надолго. С парнями нечто странное происходит, когда им «нет» говоришь. Страдает больное эго. И совсем не важно, что это он кувыркался с другой девушкой.

Ни о каком выборе и речи быть не может. Ещё и это его «наша девочка» … я фигею! Прививку от мании величия кое-кому забыли сделать.

— Авдеев, — Никита медленно подошел к другу и поднял его с дивана буквально за шиворот. — Свали по-хорошему и не отсвечивай. Я не собираюсь делить с кем-либо Мирославу и уж тем более с тобой.

— Всё-то у тебя получается, Ник. Любая девчонка на шею кинется с тупой улыбкой, — Егор зло оттолкнул его. — Даже та, которую ты сломал на несколько частей.

Ау, я вообще-то здесь! Может, хватит уже за спиной обсуждать, будто куклу?

— Мирочка, — не успокаивается проклятый бывший и теперь смотрит прямо на меня. Глаза в глаза. — Быстро же отдалась ему. А ты знаешь, солнышко…

Но ответа на свой самый главный вопрос так и не получила, потому что Никита одним движением выставил Авдеева за дверь. И для надёжности щёлкнул замком, снова запирая нас один на один. Знаете, в моей жизни было очень мало вечеринок, но эта самая отвратная.

— Объяснишь? — спросила, не особенно надеясь, что Тарасов хоть раз в жизни решит быть честным. — Имею право знать.

— Князева, с чего ты вообще взяла, что я должен отвечать на твои глупые вопросы?

Ох, простите! Забыла, с кем имею дело. И о чём только думала?

— Никита, ты совсем не изменился, — тяжело выдохнула и решительно направилась к двери. — Такой же невыносимый, наглый…

Ник прижимает меня к двери своим телом, заранее скрутив руки за спиной, чтобы сопротивляться толком не могла.

— Что ты вытворяешь? — выгибаюсь дугой в его объятиях, но делаю только хуже. Учитывая, как жадно заблестели глаза мажора. — Отпусти! Отпусти меня!

Сердце от страха выбивает какую-то глухую дробь, а разум твердит, что Ник большой мальчик, который вряд ли захочет остановиться на невинных поцелуях. Мне никаких сил не хватит, чтобы его остановить. Значит, надо быть умнее и хитрее.

— Князева, — он тяжело вздохнул. — Не буду я тебя трогать. Сейчас.

А знаете, это очень обнадёживает. Особенно «сейчас».

— Тогда какого?

— Хочу, чтобы ты успокоилась.

— Я совершенно спокойна, — и на губах Ника заиграла самодовольная улыбка. — Буду, когда прекратишь меня лапать своими конечностями. Ты, как маньяк, Тарасов. До тебя вообще доходит? – Я не хочу, мне противно!

— Малышка, не провоцируй, — наклонился ниже и слегка прикусил за мочку. Язык скользнул внутрь ушной раковины, заставляя потерять связь с реальностью. — Шш, не дёргайся.

— Ник, — выдыхаю со стоном, но он только продолжает свою сладкую, мучительную пытку. — Пожалуйстааа…

Сильно прикусила нижнюю губу, потому что его наглые и такие решительные губы спускались всё ниже и ниже, руки давно затекли в стальной хватке парня, а тело горело от уверенных и горячих ласк.

Хочет и берёт.

— Остановись! — стараюсь, чтобы мой голос звучал как можно твёрже. — Тарасов, имей совесть!

— Совесть? — смеётся Ник. — Как можно иметь то, чего никогда не было? Впрочем, ты можешь меня уговорить, Князева.

— Уговорить? — прищурилась. — Как же?

— Мм, ну например, сходи со мной поужинать.

Поужинать? Пару секунд просто смотрю на него, силясь понять, шутит Ник или нет. Вот только он был абсолютно серьёзен.

— Это на свидание? — осторожно уточнила. Так, ну и как же мне выбраться из этой ситуации? Со всех сторон прижал, гад!

— Ты права, дурацкая идея, — окинул меня жадным взглядом и отпустил мои руки, но только для того, чтобы подхватить под попу. Ой, мама! — Продолжим лучше, да, малышка?

А улыбается-то вон как хитро, знает, что выхода нет. О, как же я тебя ненавижу, Тарасов! Даже не представляешь!

— Нет! — остановила парня решительно. — Хорошо, свидание. Но ты меня не трогаешь, не целуешь, ясно? Один ужин, Ник. Хорошо, слышишь? Один!

— Завтра в семь? — поставил перед собой на пол. — Я заеду.

— Нет, — отрицательно покачала головой. — Пришли адрес, сама доберусь.

— Князева… ну какая же ты всё-таки нудная! Небось, на метре своём поедешь?

— На метле, — огрызнулась и с опаской посмотрела на дверь. — Выпусти уже, ненормальный. Иначе Савельева порвёт тебя, как тузик грелку.

Ууу, проклятый мажор! Я тебе такое свидание устрою, сто раз подумаешь потом, приглашать меня на ужин или нет!

Глава 7 – Грушевый латте от Дьявола моего сердца

Мирослава

— Князева, а ты головой случайно не стукнулась? — Савельева окинула меня взглядом из популярной серии «Сейчас каааак рванёт!» — Ты и Тарасов?

Ага, сама в шоке.

— Не понимаю, тебе там мало было, подруга? Или это какой-то острый недостаток мудаков в жизни? — не унимается Машка. Очень за меня переживает. — Мира, да я тебя просто не пущу к нему!

Маша и Дарина заявились ко мне дружной компанией, как только я обмолвилась в нашем общем чатике о свидании с Никитой. Вернее, обыкновенном ужине. Не свидании. Нет!

Ужине с парнем, которого ненавижу и растоптавшим моё сердце. Сделал вид, словно так и было. Он не при делах! А потом уехал, паф и нет никакого Тарасова. Зачем вернулся — вопрос.

Вопрос на миллион долларов!

Развёл ещё на ужин, как наивную пятнадцатилетнюю девочку. Гад!

Но куда мне деваться? Я хотела только сбежать от его рук и губ, от того давления и напора, что источал этот беспринципный мажор. Никита слова «нет» не слышал, ему на отказы банально плевать. Что там бормочет Князева? Плевать вообще!

Очередная жестокая игра, где победитель лишь один. Он привык получать желаемое по щелчку пальцев. Рассчитывал, что Мира растечётся безвольной лужицей у его ног, а потом снова позволит перешагнуть через себя, будто через кучку бесполезного мусора.

Возможно, очередная забава для мажоров, глупый спор, чтобы потешить своё несравненное эго. Все знают, какие могут быть развлечения у золотой элиты. Когда-то попала в самый центр их страшной мясорубки.

— Мне кажется, ты к нему несправедлива, — раздался тихий и до ванильной оскомины сладкий голос Дарины. — Никита такой… такой…

— Это когда он тебе Никитой стать успел? Я в шоке! — Машка со всей дури плюхнулась на диван рядом со мной. — Слушай, а может отправим тебя к нему вместо Миры?

— Я согласна! — Медведева тут же смущённо улыбнулась и кокетливо поправила прическу. — Мир, ну правда, ещё потом опять реветь будешь…

Угу. Офигенная у меня подруга, не находите? Полностью и целиком на стороне Тарасова. Только потому, что глаза у него изумрудные и красив он, словно греческий бог.

Но если Дарина в откровенном экстазе от Ника, про Машку такого точно нельзя было сказать. Возможно, дело всё в том, что когда-то её биологический отец из крутых мажорчиков разбил сердце маме. Поматросил, бросил, но успел заделать ребёнка. Но, конечно, простая учительница с пузом никому не нужна.

— Дариш, — стараюсь говорить максимально мягко. Медведева натура тонкая, хрупкая. Практически тепличная фиалочка. — Не нужен он тебе.

— А тебе нужен? — и губы надула аки злой хомяк.

— И мне тоже не нужен. Никита хочет лишь одного.

— Это он тебя натянул и пошёл дальше, Князева. Но у нас всё будет по-другому. Смотри, мы переписываемся!

Дарина подошла к нам с Машкой и тыкнула экраном своего смартфона прямо в лицо. Сплошная ванильная чушь, смайлики и сердечки.

— Ну-ка, — Савельева перемотала переписку чуть выше. Глаза её неминуемо стали круглыми. От шока. — Ты выжила из ума, Медведева. Нафига свои окорочка ему присылаешь?

— Тут не только окорочка, — расплылась в улыбке Дарина, а лицо покрылось красными пятнами от смущения. — Но мальчики любят.

Ой, дура! Просто круглая идиотка!

А Никита хорош. Устроил тут парад невест для себя любимого. С одной интим по телефону, другую по свиданиям водить удумал. Романтики небось захотелось бедному, да? А то всё секс да секс и голые бабы в придачу!

Теперь просто обязана пойти на этот ужин и поставить наглого и самодовольного мажора на место.

— Я ему нравлюсь, — продолжает нести откровенную чепуху Дарина. — У нас…

— Да не будет вас, дурында! — вспыхнула от негодования Машка. — Ему не ты нравишься, а твоя грудь четвёртого размера и задница в кружевном бельё, не доходит?

— Тебе бы тоже не мешало надеть что-то чуть сексуальнее бабушкиных панталон, глядишь и парень появится. Хотя твой уровень – задроты, что верстают студгазету.

— Дарина! — попыталась остановить подругу, но у девчонки совсем с концами резьбу сорвало. Без шансов.

Дальше даже вспоминать не хочется, что она нам с Машкой наговорила и в какой последовательности. Под конец и припугнуть меня умудрилась, мол «никогда он не будет твоим!»

Ох, не больно-то и хотелось, знаете.

Савельева ушла почти сразу после Дарины. Расстроенной вроде не выглядела, но я знала, что слова Медведевой её задели. Мы трое дружим не так долго, Дарина учится только на втором курсе журфака, а мы уже на четвёртом, последнем. Но всё равно успели привязаться. И раньше ни один парень не вставал между нами.

Неужели Медведева могла всерьёз в него влюбиться? В Тарасова? Это же уму непостижимо! Нет, с другой стороны, всё логично. Красивый, богатый и умный парень. Такие привлекают девочек всегда. Но после того, что рассказала о нём, должен же был хоть какой-то инстинкт самосохранения сработать, а она ему свои фотки шлёт, конкретного эротического характера.

Глупая!

Как итог, оставшиеся время до выхода из дома, сто раз меняла своё решение, забить мне на нашу встречу и заставить Ника мокнуть где-то в центре под проливным дождём или же наоборот заявиться и высказать всё, что о нём думаю. А мыслей у меня сейчас было много, и одна другой хлеще. Пропустила уже всё время, и если и ехать, то только такси вызывать.

Входящий звонок на смартфон и абонент «Сволочь» с завидным упорством ждёт, пока я отвечу. А потом снова и снова, и снова!

Дальше от него приходит сообщение, случайно нажала на кнопочку «прочитать». Ох, черт.

«Метла вышла из строя или есть более веская причина, почему до сих пор жду тебя на набережной?»

«Я не приду» – почти сразу напечатала в ответ.

«Давно пора сменить свой старенький веник, Князева».

Улыбка непроизвольно заиграла на моих губах. Дрожащими пальцами стала набирать новое сообщение:

«Ужин не состоится»

Нет, никуда не годится, что же ему ответить…?

И пока пребывала в чертогах разума, он звонит. Опять. Почему я в этот раз ответила на звонок из адского пекла не известно истории, просто факт.

— Алло.

— Я так понимаю, ты дома. Ладно, оценил. Сейчас приеду.

— Не стоит. Тебе есть к кому приезжать, Никита.

— И именно поэтому, включай режим ждуна, малышка.

О, ну он просто невозможный! Наглый!

— Ник…

— У меня есть грушевый латте, а у тебя нет шансов отказаться.

— Давай ты отвезёшь этот обалденный кофе той, кто присылает тебе свои фотографии.

Он смеётся. Громко. Я даже представила его улыбку и очаровательные ямочки на щеках, и от этого почему-то слишком больно. Даже больнее, чем раньше. Он словно вскрыл старую рану и снова со всей дури ударил по ней.

— Да ты ревнуешь, детка.

— Тебя?! — чуть не задохнулась от возмущения. — Ну ты и…

— Ревнуешь, — опять хохочет и я услышала, как сильно воет ветер в динамике. — Тогда с меня ещё пончики, идёт?

— А с меня губозакаточная машинка!

Ну, совсем обнаглел!

Я могу всё, способная девочка, но уж точно не ревную Никиту Тарасова. Больше нет.

Не знаю, как до этого докатилась и что за волшебные трюки использовал Тарасов, но самым невероятным образом мы оказались с ним на улице. В парке недалеко от моего дома. Было уже достаточно прохладно, но вкусный горячий кофе не дал замёрзнуть. Одно непонятно – что в голове у Никиты? Почему ведёт себя, словно происходящие между нами для него действительно важно? Если так, то это слишком злая шутка.

Парень не оставлял попыток крепко переплести наши пальцы или приобнять меня за талию, при встрече и того больше – в щеку поцеловал. Кажется, нет ничего такого, правда? Ничего сверхъестественного. Просто дежурный жест. И не нужно искать в нём чего-то другого, но…

Ник играет. И играет без правил.

Бывшие имеют такое неприятное свойство. Свойство возвращаться. В тот самый момент, когда ты их совсем не ждёшь. А в моём случае, его. Кто вообще мог предполагать это? В каком из миров нашей сумасшедшей вселенной предсказали, что судьба вновь столкнёт меня с Никитой Тарасовым?

Парнем, который растоптал меня. Расколотил сердце вдребезги на маленькие-маленькие кусочки. И один из тупых осколков намертво засел в груди. Кусок раскалённого ядовитого стекла под названием «любовь».

Такая токсичная, неправильная, невозможная, но любовь… Это она и была. Разъедала день ото дня, тянула всё жизненные соки, отравляла душу, сердце и разум. А потом я решила, что у меня иммунитет. На чувства, на Тарасова в целом. Но, чёрт возьми, как же ошибалась! Стоило только ему замаячить на горизонте, всё вернулось на круги своя.

Жизнь снова напоминает кромешный ад, где Никита – главный дьявол моего сердца.

И почему испытывала её именно к нему? Из всех на земле? Почему мы любим тех, кто этого совсем не заслуживает? А может быть, просто в хороших девочек не влюбляются, так?

Для людей вроде Никиты всё просто – они могут купить что хотят, включая любовь, дружбу и людей. Для них кажется банальным окружать себя дорогими вещами и крутыми тачками. А когда мажорам становится скучно, то они переключаются на свои жестокие забавы.

Но почему же моё сердце так глупо бьётся лишь рядом с ним? Почему тепло его руки согревает меня как-то по-особенному?

Ты круглая идиотка, Князева! Просто конченная!

Глава 8 – Он не мой, слышите?

Мирослава

— Мирослава, ау! — Машка щёлкнула пальцами прямо перед моим лицом. — Ты где вообще?

— Здесь, — потёрла виски руками и оглянулась по сторонам. — Задумалась просто, Маш.

Последняя пара в самом разгаре. Наш преподаватель по политологии, Степанова Маргарита Николаевна увлечённо допрашивала Регину Филатову. Наша однокурсница в который уже раз заявилась к концу занятий и почти бесконечное терпение заместителя ректора лопнуло. По швам.

— Ну-ну, — смеётся надо мной Машка. — Не сдала там Тарасову все свои бастионы, случаем?

— Иди ты! — и оглянулась назад. Ник сидел далеко сзади нас, в компании Димы Сотникова и целой толпы девчонок. — Мы просто гуляли. Ночью. По парку.

Савельева аж поперхнулась, а потом прошептала на ухо:

— Целовались?

Ага, целовались мы раньше. На чёртовой вечеринке, куда меня угораздило поехать. И если бы не согласилась на свидание, то вполне возможно Тарасов силой и обаянием сломал мою ледяную оборону. Знаете, сложно сопротивляться, когда тебя целует парень, чувства к которому когда-то горели самым ярким огнём.

— Конечно, нет! — сердито шикнула на подругу. — Разговаривали, пили грушевый латте с пончиками, потом он проводил меня домой и всё на этом.

— Мм, грушевый латте! — издевательски протянула Савельева. — И что, даже не лапал?

— Слушай… ты лучше про Сотникова расскажи.

— Вот только не надо перекладывать с больной головы на здоровую, — Маша недовольно сморщилась и бросила взгляд на задние ряды.

От Димы мгновенно прилетел воздушный поцелуй и Савельева поспешно уткнулась в свой конспект, злобно сопя. Ага, у них точно ничего нет! Охотно верю.

— Мы соседи, — начала оправдываться Маша. — Я староста, Мир. Ему нужны только конспекты, и чтобы я не ставила пропусков. Всё.

Расскажите мне сказку!

— А мне кажется, он к тебе неравнодушен. Ну, или к твоим мозгам.

— П-ф-ф! — с насмешкой фыркнула подруга. — Да он ни одной юбки мимо не пропустит. Но, к счастью, я в бабушкиных панталонах ему не интересна.

Мы дружно прыснули, что не скрылось от взгляда Маргариты Николаевны. Удача в этот день была на нашей стороне и прозвенел спасительный звонок.

Фух!

Из аудитории вышли одними из самых первых, в коридоре столкнулись с Дариной. Со вчерашнего дня до сих пор не общались. Признаться, я думала, что она отойдёт, остынет и сможем с ней спокойно поговорить. Вот только Медведева оказалась настроена решительно. Настроена на Тарасова.

Машка дел с Дариной никаких иметь не желала и потащила меня в сторону раздевалки. Мы договорились погулять после пар и немного пройтись по магазинам. Ещё с первого курса наши мамы хорошо дружат, настоящими подругами стали. А у моей вот-вот годовщина свадьбы, все в гости приглашены и нужно купить подарки им с дядей Андреем. Тем более, сейчас мама ещё и в положении. Уже на шестом месяце. Говорят, у меня будет братик.

Познакомились мама и отчим не совсем обычно. Хотя, наверное, в современном мире такое частенько случается.

Отчим владел сетью элитных салонов красоты, куда моя мама кое-как смогла устроиться. И то, только благодаря своему опыту и портфолио. Понравилась хозяйке. А она как раз приходилась дяде Андрею младшей сестрой. В один прекрасный день он туда нагрянул, как гром среди ясного неба. В выходной, когда мама исполняла обязанности управляющей салона. Вроде бы проверял, как идёт бизнес.

Планировал перепродажу, ибо считал его очередной блажью любимой сестры. И встретил маму. Влюбился, как мальчишка с первого взгляда и был вежливо отфутболен. После измены и предательства отца, мама мужчинам не верила от слова «совсем». Но уже через полгода они начали встречаться, бегали на свидания, словно подростки, а ещё через несколько месяцев поженились. Мама с ним очень счастлива, да и дядя Андрей очень хороший. Пылинки с неё сдувает. А это для меня самое важное.

— О, твой чешет, — зло прошипела Маша, застёгивая молнию на куртке.

И только мы собрались выйти из раздевалки, как Дима с Ником заслонили собой весь проход. Протиснуться, конечно, можно. По одной. Но сомневаюсь, что у нас это получится.

Оба уже в куртках, словно нас только и ждали.

— Твой тоже тут как тут, — заметила и скрестила руки на груди. — Уйми этого Ромео, что ли.

Спасение пришло из ниоткуда. Раздался громогласный рык нашего физрука, учитель со знанием дела растолкал этих мажоров.

— Тарасов! Сотников! — мужчина погрозил им кулаком. — Опять к девчонкам пристаёте? Забыли, что у вас матч на носу? Живо на тренировку!

Воспользовавшись моментом, мы с Машкой дали деру и рванули прямо к метро.

— Ох, тут Дима пишет.

Машка хлопает глазами и опасливо держит свой смартфон, словно гранату.

— Что хочет?

— Ну, — подруга замялась. — Он… это… в общем, кажется, твой Тарасов… нет у него ничего с нашей Дариной. А Дима за друга переживает, что ты его динамишь раз за разом и…

Нет, ну что она такое лепечет? С каких пор вообще мы Сотникову верим, мм? Я в диком шоке!

И Тарасов не мой! Слышите, не мой!

Глава 9 – Случайная встреча

Мирослава

Сдаётся, Машка влипла и влипла по полной программе. Причём, в того самого парня, которого на дух всю свою сознательную жизнь не переносила.

Дима учился с ней в одном классе, в элитной гимназии, где до сих пор преподаёт её мама. Ну, вы понимаете. Ненависть длинною в целую вечность. И до последнего это было совершено взаимно.

Что там за глюк случился в мироздании, раз эти двое… вместе? Возможно. Свечку не держала. Спорный вопрос, но подвисла подруга на этом бабнике и мажоре точно окончательно и бесповоротно.

Пробует болтыхаться, но уже проглотила наживку под названием «любовь». И с неё не так-то просто слезть, я знаю.

Мы с Машкой очень быстро замяли разговор о Диме и Никите. В самом деле, неужели нам обсудить больше нечего? Например, проблема тысячелетия – что надеть на праздник мамы и дяди Андрея? Джинсы с толстовкой не прокатят. Вот только Савельева вечно залипала в свой телефон, хмурилась и добиться от неё совета или одобрения оказалось реально невозможно. Так теперь всегда будет, мм?

— Маш, — покрутилась перед подругой в очередном вечернем платье. — Как тебе вот это? По-моему, милое.

— Ага, круто, берём, — с ходу ответила подруга, не отрываясь от своего гаджета.

— Савельева, блин! — не вытерпела и выхватила из её рук телефон. — Кончай уже! Вон уже навешали лапши на уши, можно суп варить.

— Какой ещё суп? — и Маша осоловело хлопает огромными голубыми глазищами.

— Обыкновенный, сказочно-лапшовый.

— Мира… — она осеклась и провела взглядом по моему наряду. — Фу, снимай эту розовую ваниль, я категорически против.

— Да? — уперла руки в бока. — А всего секунду назад ты не возражала, лишь бы я отстала от вас с Димочкой.

— Нет никаких нас с Димочкой, — Маша вся скривилась. — Я же не дура, Князева. Всё прекрасно понимаю. И ещё не забыла, как ты в сопли ревела по своему Тарасову. Но…

— Что ещё? — плюхнулась на пуфик и приготовилась выслушать очередной бред.

Ну, Никита! Уже и через мою подругу решил достать! Просто завидное упрямство. Упёрся рогом и не сдвинешь ведь, никаких отказов и возражений не понимает.

— Разве тебе не интересно, что произошло на самом деле? Мне кажется, наша двуличная Дарина врёт, как дышит. Я бы сама Тарасова в бараний рог скрутила, но любопытно.

— Блин, Маш, по-твоему, Ник сильно страдает, что ему симпатичная девчонка написывает двадцать четыре на семь и свои фото в чистом ню шлёт, да?

Несколько секунд подруга не сводит с меня взгляда, а потом выдаёт совершенно безумное и невозможное:

— Ты всё ещё его любишь. И ревнуешь. Вот же козёл!

И Маша до того забавно сжала руки в кулаки, что я весело рассмеялась. С ней точно не пропадёшь. И в огонь, и в воду, и по медным трубам, что называется.

— Нет, — отрицательно покачала головой. — Точно нет, всё давно в прошлом. Я была наивной маленькой девочкой, которая влюбилась в придуманный ею идеал. А Ник… Ник совсем не такой. Скорее, антагонист, чем герой.

Вот только сердце было не на месте и, казалось, я больше хочу убедить саму себя в том, что никаких тёплых чувств к Тарасову у меня не осталось, нежели доказать это Маше.

Может быть, это банальная физика. Всё-таки я молодая девчонка и природа просит своё. Осеннее обострение, гормоны шалят. Как не обращать внимания на сексуального, решительного парня, который с завидным упорством пытается залезть к тебе под юбку?

Желаю лишь одного – чтобы этот учебный год скорее закончился и я забыла о нём. Выкинула из своей жизни теперь уже навсегда. Для него – это ещё одно соревнование и только. Да и слишком уважаю себя и не позволю ему снова взять меня, как очередной трофей.

Мы с Машкой ещё долго ходили по магазинам. Купила себе платье бирюзового оттенка с корсетом и пышной юбкой, коротенькое, едва достающее до колен, но с моим маленьким ростом самое то. Не придётся и высокие каблуки надевать.

Подруга с горе-пополам приобрела костюмчик красного цвета – топ и длинную юбку с откровенным разрезом от бедра.

Мама у Маши довольно строгая и заставляла дочку одеваться всегда сдержанно и строго, а та и повзрослев продолжала одеваться аки строгая училка. Не по своей инициативе, конечно. Ирина Алексеевна дама бескомпромиссная.

Хотя, сама по себе Савельева обладает феноменальной внешностью – длинные платиновые волосы натурального оттенка, она только изредка подкрашивает их специальным шампунем. Некоторые о таком цвете лишь мечтать могут. Огромные голубые глазища на пол лица, пухлые губки бантиком, словно у куколки.

Нас с Машкой очень часто за родных сестёр принимают. Обе маленькие голубоглазые блондинки.

А вечером мы вызвали такси прямо из моей квартиры и поехали за город, где жили мама с отчимом. Всего полчаса езды и вот машина уже была на территории коттеджного посёлка Ламбери.

Во дворе трёхэтажного особняка уже стояло несколько автомобилей. Один из них тоже только-только подъехал. Не думала, что будет так много гостей. Мама говорила, все свои. Родительница стояла у дверей и приветливо махала гостям. Живот заметно округлился с момента нашей последней встречи, но выглядела она очень счастливой. Как и дядя Андрей. Этот вообще светится, как рождественский фонарь. Отчим сбежал вниз по ступенькам, собираясь встретить нас с Машкой, но из крутой чёрной иномарки раньше этого выбрались трое – рыжеволосая девица модельной внешности, статный мужчина в деловом костюме насыщенного синего цвета и…

Он.

В джинсах, белой футболке и наброшенной на плечи чёрной косухе. Зеленоглазый дьявол, который пришёл в этот мир, чтобы уничтожить меня. Точно вам говорю.

Что Никита Тарасов забыл на годовщине свадьбы моей мамы?

Что?!

— Мирослава, — отчим приобнял меня и улыбнулся. — Мы очень рады, что вы с Машей смогли приехать. Познакомьтесь, это мой лучший друг, его жена и любимый крестник…

Крестник, значит. Угу. Один вопрос, этот замечательный и чудесный мальчик всё время был в курсе? Мало ему портить мою жизнь в университете, теперь и дома спасу никакого нет.

— А мы знакомы, — натянула на лицо вежливую улыбку. — Учимся вместе. Вы представляете, как тесен мир, дядя Андрей?

Взрослые принялись поздравлять маму и отчима с днём их годовщины, а мы трое ненадолго зависли на улице.

— Мир, пошли, — буркнула Маша и послала Тарасову взгляд, полный огненной ненависти. — Прилип, как банный лист, фиг отлипнет.

— Девочки, ну давайте жить дружно, — на губах Ника заиграла обманчивая, очаровательная улыбка и парень по-свойски одновременно обнял нас с Савельевой за плечи. — Не будем расстраивать крёстного и его милую жену.

Ууу, ну он просто у меня уже в печенках! Кот Леопольд фигов!

***

Галантный, обходительный и вежливый Никита Тарасов, или сказочная история о мальчике, которого никогда не было. Ну, вот кого здесь он надеется обмануть? Мы же с Машкой его, как облупленного знаем! Почти весь первый курс вместе учились. И, если я в период рассвета тьмы в облаках витала, то лучшая подруга видела этого пропащего мажора буквально насквозь.

Но только мою нежную и наивную, словно ребёнка родительницу, Ник сумел очаровать. Алина Васильевна то, Алина Васильевна это… тьфу! Даже малышом умудрился поинтересоваться и спросить о здоровье. Заботливый какой!

Расстраивать маму не хотела, особенно в её положении и пыталась вести себя так, словно это лучший день в моей жизни. Мы и без того теперь с ней нечасто видимся, из-за моей учёбы и предстоящего диплома. И из-за того, что я точно лишняя в этой семейной идиллии…

Нет, вы не подумайте, дядя Андрей самый замечательный отчим на свете. Мой родной отец ему в подмётки просто не годится. Он всё делает ради мамы. Помню, как рядом с ним впервые после развода мама стала оживать, улыбаться, думать о чём-то, помимо меня и работы. Глаза горели, словно она впервые в своей жизни по-настоящему влюбилась.

Папа сделал из неё забитую домохозяйку, которая не смела и слова против сказать. Действительно счастлива, что она нашла своего человека, этот мужчина без ума от неё.

С отчимом у нас отношения хорошие. Он понимающий, весёлый и добрый. Когда захотела переехать в общежитие, дядя Андрей помог. Правда, не совсем так, как мне того хотелось. Вдвоём с мамой вручили ключи от новой квартиры, мол, либо так, либо никак. Но переехать и не мешать им строить личную жизнь считала своим святым долгом. Сошлись на том, что сама буду оплачивать все коммунальные услуги и прочие бытовые расходы. Мама, конечно, не в восторге от периодических подработок в книжном магазине, но молчит, пока это не мешает учёбе.

— Вот блин! — расстроенно протянула Машка. — Тётя Алина, дядя Андрей, мама приехать не сможет. Передаёт поздравления, обещает в выходные навестить. Педсовет в гимназии, никак не вырваться.

— Ничего, Машенька, я ей потом сама перезвоню, — улыбнулась мама. — Кто бы знал, как мечтаю вернуться к работе.

— Какая ерунда, — отчим наклонился и поцеловал маму в щеку. – Тебе незачем работать, милая. Тем более, совсем скоро тебя будет беспокоить только наша семья и один маленький человечек.

Угу. Семья, в которой Мирославе по-прежнему нет места.

— Доченька, ты не принесешь тортик? — мама окинула взглядом изрядно опустевший стол. — Ох, и ты Машенька помоги ей, он тяжёлый.

Мы с Машей дружно поднялись на ноги и направились в сторону кухни, как следом за нами двинул и Тарасов. Младший.

Всё рыцаря из себя строит, ну-ну!

— Савельева, кыш в гостиную! — Ник захлопнул дверь прямо перед лицом у Маши и повернулся ко мне. — Итак, ты меня избегаешь, Князева.