Эпилог

Мирослав

Привезя Ольгу домой, отправился разговаривать с пленниками. Лазурного держали под усиленной охраной      в одном из домов, где никто не жил. Специально для таких целей.

— Итак, — сказал, войдя в комнату, — что скажешь?

— Что ты дебил, — заржал Лазурный и тут же повалился на пол от моего удара в челюсть. Сплюнул выбитый зуб и кровь, посмотрел на меня, скалясь, и уже совсем другим тоном произнес: — Все вы, Альфы, одинаковые. Думаете, что вам принадлежит весь мир, что вы чуть ли не боги. А на самом деле ничего у вас нет, кроме наглости и гонора.

Я слегка вдарил силой, и Костик скривился. Усилил напор — и он повалился на пол, зажимая уши.

— Только давить и можете, — прохрипел, и я включил почти на полную. Он завыл, из носа и ушей потекла кровь.

— Говори, кто тебя нанял. Иначе получишь по максимуму, и твои мозги — если они у тебя вообще есть, заживо сварятся прямо в твоей черепушке. Знаешь, в Азии вареный мозг обезьяны — это деликатес. Интересно, твой бы азиаты оценили? Все-таки твоя человеческая часть — это обезьяна.

Костик заскулил, и я уменьшил напор.

— Никто меня не нанимал. Я сам все сделал.

— Почему?

— Меня изгнали, ни за что! — взвизгнул он. — Но я не мог жить без стаи, поэтому собрал вокруг себя таких же непонятых.

— Отщепенцев, изгоев, — кивнул. На парочке из них были клейма.

— Они стали моей стаей! Но я хотел больше. Хотел нормальную стаю.

В принципе, с ним все было понятно. Сложить два и два нетрудно. Примкнул к Альфе стал вести подрывную работу. Думал, если подставить, стая ему достанется.

— А Ольга тебе зачем нужна была?

— Понравилась. Алина твоя заявилась на днях и говорит, мол, давай ее похитим и куда-нибудь за границу в бордель продадим, там таких любят. Хотела замуж за тебя. А мне что? Девка симпатичная, но сначала же опробовать надо было товар, — хмыкнул он, за что получил еще раз в лицо.

— Она не девка, а моя истинная. И по закону поднявший руку на истинную Альфы должен умереть.

— Я думал, это все сказки. Что ты просто так говоришь, чтобы на Катьке не жениться. Я не знал… — заверещал Костик, но я его уже не слушал.

Махнул рукой и вышел. Его судьба решена. Казнь состоится на рассвете. Дал знак бетам, приказал собрать представителей всех трех стай, чтобы все было по закону. 

С этим товарищем все ясно, теперь Алина. Ее заперли в одной из комнат моего дома и приставили охрану. Ее не оставляли в одиночестве ни на минуту, даже по нужде под конвоем ходила.

— Ну что, красотка, — сказал с порога, — рассказывай, как докатилась до жизни такой.

— Я тебя люблю, — взвыла она и бросилась мне в ноги. Оттолкнул ее, схватил за волосы.

— Ты хоть понимаешь, что натворила? Ты тронула мою истинную! — зарычал ей в лицо. — Я тебя казню вместе с твоим подельником.

— Мирослав, Мирчик, прости меня, пожалуйста. Дура была. Я же просто люблю тебя так сильно, вот и сглупила…

— Закон для всех один. Ты умрешь!

— Что здесь происходит? — раздался сонный Олин голос.

— Суд по законам стаи, — рыкнул в ответ.

— Олечка, пожалуйста. Он меня убьет! Я не хотела. Это все Костик! — с жаром начала она валить всю вину на Лазурного. — Сказал, что если Ольга исчезнет, ты вернешься ко мне. Он сам на нее глаз положил с самого начала, — часто закивала Алина, переводя взгляд с меня на Олю.

Я взглянул на невесту. В глаза была жалость. Только не это. Если она сейчас попросит простить Алину, я не смогу ей отказать. Но она меня удивила. Повернулась ко мне и спросила:

— А наказание можно чем-то заменить? Например, выгнать ее, чтобы не возвращалась?

В глазах Алины появился страх. Изгнание — серьезное наказание, в одиночестве волки сходят с ума.

— Можно, — сказал задумчиво. — Поставим клеймо, и пусть идет с миром.

— Нет-нет, пожалуйста, — зарыдала Алина. — я что угодно сделаю, только не выгоняйте. Стану служанкой, рабыней, на панель работать пойду, только не изгнание.

— Я решил! — ответил твердо и, взяв Олю под руку, оставил волчицу наедине с самой собой. Из-за захлопнутой двери доносились скулеж и вой.

На рассвете все собрались. Совет старейшин зачитал приговор, и волки смиренно склонили головы. Никто не возразил, не сказал ни слова в защиту. Лазурного казнили на месте, он до последнего хохотал, подняв лицо к небу. Оля отвернулась, когда старейшина вонзил ему в сердце ритуальный нож. Жестоко, да, но справедливо.

— Волки живут по суровым законам. Такое случается очень редко, поверь. Именно потому, что закон един для всех, — объяснил ей.

— А как же Алина? Ее ты пощадил.

— Только потому, что за нее вступилась ты. Истинная Альфы имеет на это право. Но совсем отменить ей наказание не в силах никто.

Наступила очередь Алины. Она так сильно сопротивлялась, когда ее вели в круг, что пришлось одному волку крепко перехватить ее, а второму — обнажить плечо. Когда раскаленный металл коснулся кожи, волчица завыла.

— Дикарство какое-то, — прошептала Ольга. Я прижал ее к себе и обнял. Она уткнулась лицом мне в грудь и не смотрела, как плачущую Алину тычками и улюлюканьем выдворяют прочь из поселка.

— Что, откажешься от свадьбы с главарем дикарей? — спросил, усмехаясь, а сам даже дыхание затаил в ожидании ответа.

— Вот еще! — фыркнула Оля, и я незаметно выдохнул. — Я тебя теперь никому не отдам. 

Свадьба превзошла все ожидания. Так как у нас с Ольгой брак не был временным, мы собирались быть вместе до конца своих дней, то женились и по людским законам, и по волчьим.

Сначала все как обычно: ЗАГС, ресторан, гости, бросание букета, дурацкие конкурсы. Все это для нас, волков, не имело никакого значения. Но моя половинка — человек, для нее это важно. Поэтому я сидел и улыбался, видя, как она счастлива. Познакомился с парочкой ее подруг. Перездоровался с кучей одногруппников и несколькими преподами. Из родни у Ольги никого нет, кроме парочки ушлых родственников, пытавшихся забрать квартиру, доставшуюся от бабушки. Но после того, как мои ребята с ними поговорили, они быстро уехали из города в неизвестном направлении. Вот и отлично, скатертью дорога.

С моей стороны на свадьбе присутствовали только Вадим с Катей. Празднование, как всегда, затянулось, поэтому мы сбежали раньше, оставив все на Вадима, и сразу поехали в поселок. Готовиться к настоящему бракосочетанию. Именно после этого обряда связь будет работать в обе стороны и наберет силу. Мы будем чувствовать то, что чувствует другой. Поэтому истинным парам даже не нужны слова.

Но даже без связи я чувствовал, что Оля волнуется. Да и я был немного на взводе. Сегодня ночью Ольга станет моей окончательно и навсегда. Волк тоже чувствовал это и, к моему удивлению, не скулил и не бесновался, а ласково поддерживал и успокаивал.

Наконец, все были в сборе, Кир начал обряд, и ко мне в круг, под свет луны, шагая по свежему снегу, вышла Ольга. Женщины красивее я не видел никогда. Удивительно, но все ее волнение словно испарилось, зато я был совершенно не в своей тарелке. Наверное, ее волнение передалось мне, я его впитал. Собраться с силами и сосредоточиться помог волк, взял немного контроля над ошалевшими чувствами, и все наладилось. Мы говорили нужные слова, взявшись за руки, а в конце Кир проколол каждому из нас палец, и мы выпили по капле крови. И тут я, наконец, понял, что такое настоящая связь. Судя по расширившимся Олиным глазам, она ощутила то же самое.

— Теперь вы одно целое. Во имя Луны! — закончил Кир, и все подхватили:

— Во имя Луны!

Мы с Олей шепотом повторили это, и я прикоснулся к ее губам. Меня накрыло смесью эмоций, моих вперемешку с Олиными. Это было как ураган. Тайфун. Цунами. Волна пробежала по нашим телам, соединяя навсегда, связь зазвенела струной. Я и не думал, что это будет так… сладко и горько одновременно.

Услышав, как все нас поздравляют, оторвался от Ольги, и она смущенно потупилась. Нас обступили волки, похлопывая по плечам меня, мягко обнимая Олю. Последним подошел Вадим.

— Желаю вам счастья, — сказал, печально глядя на мою жену. Я его даже в какой-то мере понимал. Как можно ее не любить? Она же просто чудо.

— Спасибо, — ответила Оля и поцеловала его в щеку. Волк заворчал было, но я его осадил. Они друзья, Ольга поставила мне условие, чтобы не ставил палки в колеса их отношениям и не ревновал на пустом месте.

Катя поздравить так и не пришла. Как сказал Вадим, она никак не может забеременеть, поэтому заливает горе где-то на отдыхе. Улетела сразу после вечеринки в ресторане. Пожал плечами — это не мое дело.

— Поздравляю новобрачных, — раздался смутно знакомый голос, и я оглянулся.

К нам подошла девушка, чем-то похожая на Катерину. Высокая, красивая, с задорными ямочками и чертенятами в глаза.

— А вы…

— Сестра Екатерины Раскатовой, Елена.

Точно! Как я мог забыть?! Она давным-давно уехала за границу с матерью и в России почти не появлялась. Хотя говорила по-русски чисто, с едва заметным акцентом.

— Очень приятно, — сказал Вадим, уставившись на Елену, — я Вадим, Бета Мирослава…

— И по совместительству муж моей сестры, — рассмеялась она. — Приятно познакомиться.

Она протянула руку, Вадим ее взял и…

Я повернулся к Ольге, кивая на парочку. Она недоуменно посмотрела на меня.

— Что это с ними? — спросила, глядя на замерших парня с девушкой.

— Все хорошо. Просто Вадим встретил свою пару. Как и она — свою.

— Чую, что скоро у нас будет еще одна свадьба, — пробурчала Ольга.

— Скорее всего. Но это уже совсем другая история…

Конец