Глава 12

Лина

− Куда ты меня везëшь? – спрашиваю безучастно у Чотжара, уставившись в одну точку над его плечом.

− В императорс-с-ский дворец. Куда ж-ш-ше ещё, − мрачно рассматривает он меня в ответ. – Ми-ичан летит с нами. Обс-с-следует тебя, как только прибудем.

− С малышами всё в порядке, − произношу сипло. Просто знаю это откуда-то.

− А с-с-с тобой?

− Какая разница, − пожимаю плечами. И заметив, как змей шумно вздыхает, готовясь к новой отповеди, вяло качаю головой. – Не надо мне промывать мозг, Чотжар. Это сейчас не поможет. Мне слишком больно. И я знаю, что сама во всём виновата.

− Ты бываеш-ш-шь пораз-с-сительно умна, но зачас-с-стую такая глупая, − фыркает он. – В чём ты виновата?

− Спроси у Повелителей. Они тебе в подробностях объяснят. То, что дура, я тоже знаю. Сэтору уже говорил, − закрываю глаза. Слишком сильно их жжёт невыплаканными слезами. – Оставь меня, пожалуйста, я устала.

Чотжар некоторое время напряжённо молчит. Буравит меня материально ощутимым взглядом. Мне даже начинает казаться, что мою просьбу он проигнорирует и снова начнёт песочить мне мозги на тему того, как я неправа в своих мыслях и восприятии. Но вот я слышу тихий шорох и вскоре понимаю, что змей удалился.

Тихо вздохнув, откидываюсь головой на подголовник кресла. Пальцы судорожно впиваются в подлокотники. Пытаюсь дышать ровно. У меня это даже частично получается. Вот только в душе всё равно пляшет безумный хоровод чувств и эмоций. Одни заставляют сердце счастливо грохотать в груди, а другие, словно лезвия, кружат, больно раня каждым касанием.

Мои Повелители вернулись. Это не сон. То о чём я так долго мечтала, к чему так сильно стремилась, не щадя себя, наконец-то случилось. Я справилась. Мы с Сэтору справились.

Но какой ценой?

В душе всё сильнее разрастается чёрная бездна отчаянья.

Я не позволяла себе даже на миг усомниться в том, что вернуть моих сэ-аран в этот мир, в эту Вселенную, возможно. Но теперь моя вера в счастливый исход исчерпалась. Я не вижу, как всё может закончиться благополучно. По крайней мере, для меня.

Даже до исчезновения Повелителей осознавала, что вернуть их себе, возможно, никогда больше не смогу. Приказ А-атона слишком о многом мне сказал. Для них с братом на первом месте есть лишь империя и их долг. Даже если они меня полюбят, всё равно я всегда буду на вторых ролях. Буду той, кем при необходимости можно пожертвовать ради высшего блага. И я не посмею противиться этому в силу собственных клятв.

Собственно, мною уже пожертвовали. Пусть это решение далось А-атону нелегко, но всё же он его принял.

Вот только меня они не смогут принять после того, как я была с другим. Не смогут простить этого ни мне, ни своему сопернику. Всегда будут помнить. Да и я буду... всё перевернулось с ног на голову.

Нет, я ничуть не умаляю собственную вину. Мне нельзя было привязываться к Сэтору. Нельзя было влюбляться в него. Нельзя было подпускать так близко и позволять ему пробраться в моё сердце… Допускать ту ошибку, из-за которой чуть не умерла и вынуждена была принять его предложение о браке. Я наделала много ошибок, которых, возможно, был шанс избежать. Теперь пришло время расплачиваться за всё. И если бы расплачиваться довелось только мне.

Нет, мои мужья тоже пострадают. Все трое. И я не знаю, как это вынести. Не знаю... каждый из них стал частью моей души. Скоро душу мою разорвут на куски.

О чём я там мечтала, когда только привыкала быть императорской сэ-авин? О том, что когда-нибудь смогу найти своё место в этом мире и буду счастлива?

Глупая, глупая «зверушка» Лина. Забыла, что справедливости в жизни не бывает. Видимо, как и счастья.

Рядом раздаётся приближающийся шорох. Порой мне кажется, что Чотжара специально двигается так, чтобы я могла услышать. Потому что, когда надо, он может быть совершенно бесшумным. Сейчас же я отчётливо различаю шелест чешуек по композитному полу.

− Мы прибываем, − слышу его голос.

− Хорошо, − открыв глаза, смотрю на хмурого хранителя.

Он мог бы ничего не говорить, я и сама чувствую, как шаттл заходит на посадку.

Интересно, что меня теперь ждёт? Как Повелители накажут свою неверную сэ-авин?

Вместе с императорским шаттлом во дворец прибывают и несколько боевых с джа-анами. Мой хранитель свои обязанности выполняет отлично, несмотря ни на что. Тэ-атсур же с частью своих подчинённых остался в храме, чтобы обеспечить охрану и достойное сопровождение вернувшихся императоров.

Каково же моё удивление, когда на посадочной площадке я неожиданно вижу главу Дома Бронзовых на-агаров. Как он здесь оказался?

− Моя императриц-с-са, − склоняется он, как только я ступаю на трап. – Приветс-с-ствую вас и прошу прош-ш-щения, если мой визит не ко времени. Но у меня появилис-с-сь очень с-с-срочные и важные новос-с-сти. А ри-одо С-с-сэтору, к сожалению, не отвечает на мой вызов.

Ри-одо Сэтору сейчас слишком занят, чтобы отвечать кому-либо. Только бы выжил.

− Здравствуйте, ни-одо, − киваю я, спускаясь с поддержкой Чотжара. Краем глаза замечаю, как подозрительно сужает глаза мой хранитель. – Что за новости?

− Боюс-с-сь, неприятные. У меня появилис-с-сь с-с-сведения, что ри-до Саэ-нор подбил часть Совета высказать вам недоверие, − сообщает Шаарид.

Опять этому оппозиционеру синеволосому спокойно не живётся.

− На каком основании? – вздыхаю я.

− Ему с-с-стало известно, что вы не менее двух дней гос-с-стили во дворце ри-одо С-с-сэтору. Ри-одо С-с-саэ-нор распространяет с-с-слухи, что Глас-с-с Абсолюта является ваш-ш-шим любовником, метит на трон, и по этой причине вы ничего не делаете для возвраш-ш-щения императоров, − с извиняющейся усмешкой сообщает мне Бронзовый.

− Ну надо же, − фыркаю саркастично.

Знал бы этот Саэ-нор, как дела обстоят на самом деде. Прав всё-таки был Сэтору, когда уговорил меня не говорить Совету о нашем браке. Вон только от предположения, что мы с ним любовники, мне уже недоверие хотят высказать.

Если бы мне всё это сказали ещё пару дней назад, да даже вчера, я бы взвилась до потолка от возмущения. А сейчас мне абсолютно плевать, что там обо мне думает этот вампир ашарский со своими сторонниками.

− Что касается первого обвинения, моя личная жизнь касается только меня и моих супругов, − равнодушно пожимаю плечами. – А вот насчёт второго… Думаю, уже сегодня Повелители сами смогут сообщить Совету, делала я что-то для их возвращения, или нет.

− То ес-с-сть… − ошеломлённо вытягивается лицо на-агара.

− Да, императоры вернулись. Собственно вот, кажется, и они, − киваю я на раскрывающийся купол и заходящий на посадку шаттл.

Шаарид выглядит по-настоящему потрясённым. Поднявшись на мощном хвосте на пару метров выше, пристально следит за летающим судном.

Я же едва справляюсь с желанием сбежать. От нервов и тревоги тело начинает бить мелкой дрожью. И перед глазами пляшут тёмные пятна.

Если Повелители здесь так быстро… что сейчас с Сэтору?

Утешает понимание, что его смерть я бы точно почувствовала. Но зная моих первых двух супругов, сложно не думать о том множестве способов, каким они могут убрать соперника, не убивая его.

Шаттл плавно приземляется на посадочную площадку рядом с моим. Его контуры расплываются перед глазами. Но я далеко не сразу понимаю, что это от пелены выступивших слёз. Нервы уже совсем сдают. Надо попросить Ми-ичана подобрать для меня успокоительное.

Трап опускается, с тихим шипением скрывается в верхнем пазе дверь и в светящемся проёме показывается А-атон. Один.

Са-оир не прилетел? Где он? Что всё это значит?

На этот раз меня никто не держит, когда я в порыве эмоций делаю несколько шагов мужу навстречу. Но что-то во мне самой заставляет нерешительно остановиться. Сжать кулаки в немом бессилии. Я больше не знаю, чего ждать от моего сэ-аран, не знаю, желает ли он моих объятий, не оттолкнёт ли… Не знаю, нужна ли моя любовь любимому мужчине.

Между нами словно пропасть разверзлась.

− Моё глубочайш-ш-шее почтение, император А-атон, − склоняется в низком поклоне Шаарид. – С-с-счастлив приветс-с-ствовать вас в родном мире.

Присутствующие в летном зале военные вытягиваются в струнку. Слуги и рабы опускаются на колени перед своим правителем. С восторгом, раболепным почтением и радостью. Истинный император вернулся домой.

− Приветствую, ни-одо Шаарид, − бесстрастно кивает А-атон, мазнув по мне нечитаемым взглядом. – Что вы делаете в нашем дворце?

− Я уже рас-с-сказал императриц-с-се, что прибыл сообш-ш-щить срочную новость о намерениях и дейс-с-ствиях оппозиционных Домов в Высш-ш-шем Совете, − поясняет на-агар. – Её величес-с-ство поделилась с-с-со мной радостным известием о ваш-ш-шем возвраш-ш-щении, и теперь я с-с-спокоен. Больш-ш-ше никто не посмеет сказать, что императриц-с-са Лина не прилагает достаточных ус-с-силий, чтобы вернуть истинных императоров на трон.

− Вот как? – прищуривается мой светлый супруг. – Значит, в Совете есть те, кто смеет высказывать подобные обвинения супруге императоров? Я бы хотел услышать об этом подробнее.

− Конечно, мой император, − склоняет голову на-агар. – С удовольс-с-ствием сообщу вам всё, что знаю.

Что делать мне в этой ситуации, я понятия не имею. Уйти без разрешения супруга я вроде как не имею права, от чего уже успела совершенно отвыкнуть. А слушать доклад Шаарида, когда из полноправной правительницы меня перевели обратно в статус супруги правящих императоров, совсем нет никаких сил и желания.

Скорее всего А-атон совершенно не ожидает услышать, что именно я правила Аша-Ирон пока их не было. И меня, по правде сказать, пугает его возможная реакция. Особенно с учётом того, что я не знаю, в каком ключе ему это подадут советники, тот же Шаарид, например. Поэтому трусливо предпочла бы сбежать сейчас. Иначе нервы просто не выдержат.

Поэтому решаюсь сделать шаг к мужу, чтобы спросить разрешения уйти.

− Мой Повелитель… − произношу тихо. И тут же натыкаюсь на его хмурый взгляд. Сердце сжимается. – Можно мне удалиться и подождать вас в своих покоях?

И практически сразу понимаю, что не то ляпнула. Проклятая усталость.

− В наших покоях ты хотела сказать? − сужает глаза А-атон.

− Да, конечно… простите, − склоняю голову.

− Иди, я скоро приду, − ровным тоном отпускает он меня. Больно раня этой безучастностью.

С трудом оторвав взгляд от любимого мужчины, опускаю глаза и направляюсь прочь из лётного зала. Рядом скользит Чотжар. Ланджит и Киморуш тенями следуют позади. Ми-ичан, повинуясь молчаливому кивку хранителя, тоже идёт с нами.

Всю дорогу до императорских покоев я стараюсь не накручивать себя ещё больше.

Если А-атон здесь, значит он не вступал в поединок с моим третьим супругом. Да и не выглядит так, будто дрался. Но значит ли это, что драки вообще не было? Сомневаюсь.

Са-оир наверняка не сдержался. Они с Сэтору всегда казались непримиримыми соперниками.

Мне не хватает выдержки не думать об этом. Не представлять, какие увечья могут нанести друг другу, эти сильные, гордые и вспыльчивые мужчины, схлестнувшись в бою. От страха начинает подташнивать.

− Не думай об этом. Вс-с-сё, что не с-с-смертельно, лечитс-с-ся, − неожиданно сжимает моё плечо Чотжар. – Иногда муж-ш-шчинам нужен хороший бой, чтобы очистить разум и выплеснуть агрес-с-сию. Тебе же лучш-ш-ше будет, если Повелитель С-с-са-оир остынет немного до вашей встречи.

Может он и прав, но как я могу не думать об этом, не переживать, когда за обоих болит сердце?

В покоях меня встречает тишина и полумрак.

Не раздеваясь, я позволяю одо Ми-ичану сделать быструю диагностику с помощью его хитроумных приборов и прошу дать мне успокоительное. Мне нужно думать о детках. Хватит с них маминых нервов.

− Я выз-с-сову служанок, пус-с-сть приготовят для тебя ванну, − сообщает Чотжар, когда лекарь уходит.

Жина и Неоко остались во дворце Сэтору. Подпускать сейчас к себе кого-то другого мне ужасно не хочется. Хочется тишины и уединения.

− Нет. Я хочу побыть одна. Мне нужно подумать, − качаю головой.

− Твои мыс-с-сли не идут тебе на польз-с-су, − мрачно поджимает губы хранитель.

− Я пока что имею право думать, что мне заблагорассудится, − вскидываю на него раздражённый взгляд. – Пожалуйста, оставь меня.

− Ты уверена, что это безс-с-сопасно?

Ах да… меня вроде как сегодня должны были попытаться украсть. Я уже и забыла.

− Уверена, − киваю устало. – Меня защищает надёжный щит. Сэтору сказал, что ко мне теперь никто не сможет прикоснуться без моего согласия. Ни ментально, ни физически. Он рискнул благосклонностью Абсолюта, чтобы научить меня… И я верю, что это сработает.

− Хорош-ш-шо, − сдаётся на-агар. – Но я буду рядом. З-с-сови, если понадоблюсь.

Он бесшумной тенью ускользает из спальни.

И я наконец-то остаюсь одна.

Застонав, зарываюсь руками в волосы. Сжимаю, больно потянув, надеясь привести себя в чувство. Надо собраться.

Это же мои мужья. Я всё ещё люблю их. Обоих люблю. Мы связаны навечно. Должен быть способ вернуть всё. Вернуть их себе.

Но и Сэтору я тоже люблю. Смогу ли отказаться от него, чтобы примириться с Повелителями? Они ведь наверняка этого потребуют. Возможно, я сумею. Путь даже мне будет очень больно. Вот только он не примет такое решение.

Небо, как же всё невыносимо сложно.

Вздохнув, иду к двери на террасу. Может, на свежем воздухе мысли прояснятся?

Однако не успеваю сделать и нескольких шагов, как слышу до ужаса знакомый голос. Совсем рядом.

− Ну здравствуй, Лина, − на этот раз в нём больше нет шелестящих ноток.

Словно связь наладилась и исчезли помехи. Словно он стал более материален.

Замерев испуганной пичугой, я украдкой оглядываюсь вокруг. Никого.

− Уходи! Ты не сможешь меня похитить, − вскрикиваю гневно. Всеми силами скрывая охвативший меня страх.

− Не смогу. Но я и не собираюсь. Нам нужно поговорить, маленькая землянка, − саркастично хмыкает невидимый незнакомец.

− Нам не о чём говорить, − вскидываю подбородок.

− О, ты ошибаешься. У меня для тебя есть очень ценное предложение.

− Предложение? Серьёзно? – помотав головой, я неожиданно для себя начинаю смеяться. Это уже, наверное, истерика. Или успокоительное так действует. – Что же ты можешь мне предложить?

− Свободу, Лина. Полную свободу от всех навязанных связей. Если ты мне поможешь найти то, что я ищу.