Эпилог-бонус

(Месяц спустя)

− Я так и не поблагодарила тебя, − произношу, бросив взгляд на скользящего рядом со мной Чотжара.

Впервые с того дня, как его вызволили из плена чокнутой богарессы, у нас появилась возможность вот так, просто поговорить. До этого мы виделись всё как-то мельком. У меня даже появилось подозрение, что Чотжар меня избегает.

Но сегодня новый глава Дома Бронзовых на-агаров принял моё приглашение и даже смог вырваться навестить меня в императорском дворце. А у меня появился повод выбраться в императорские сады погулять и подышать воздухом. Что-то я совсем завертелась в последнее время, пытаясь совмещать обязанности матери, супруги сразу трёх мужчин и при этом ещё пытаться участвовать в государственных делах, с молчаливого одобрения моих супругов.

− За что? – недоумённо сводит он брови. – Это я долж-ш-шен благодарить тебя. Вы с-с-спасли мне жизнь.

− Жизнь, которая подверглась опасности из-за меня, − усмехаюсь горько.

− Прекрати это, − морщится на-агар. – Во-первых я с-с-сознательно пош-шёл служить Повелителям и понимал, чем рискую. А во-вторых… с-с-сам виноват. Должен был догадатьс-с-ся, что что-то нечисто, когда Ш−ш-шаарид меня так срочно вызвал.

− До сих пор не могу поверить, что он взял и так просто предал Правящий Дом, − срывается с моих губ тихий вздох. – Повелители считали его лояльным. Я… тоже. Он ведь так поддерживал меня.

− У вс-с-сякой преданности есть с-с-своя цена, − повторяет Чотжар слова А-атона, пожав плечами. – Ш-ш-шаарид был предан императорам, пока его не убедили, что он может сам занять их место, подняв свой Дом над остальными. Мы, на-агары, все чудовищно честолюбивы по с-с-своей натуре. И иногда из-за этого можем откусить кусок больше, чем способны проглотить.

− И ты тоже настолько честолюбив? – недоумённо смотрю на своего бывшего хранителя.

− Конечно, − снисходительно ухмыляется он. – Прос-с-сто мне хватает ума понимать, что наивыс-сшего положения в империи я с-с-смогу достичь только являясь преданным сторонником законных императоров. Видишь, вот уж-ш-ше дослужился до титула главы Выс-с-сокого Дома.

− Ну да, ну да, − хмыкаю. – Так я и поверила, что моим супругам ты предан только из-за этого. Ещё скажи, что под пытками держался лишь ради того, чтобы стать потом главой Бронзовых. Как же любите вы все выпячивать свою прагматичную рациональность. И прятать свои настоящие чувства, чтобы, не дай бог, никто не посчитал вас слабыми.

Чотжар в ответ лишь скалится в саркастичной ухмылке.

− Нет. Под пытками я держ-шался не ради титула, − признаётся спустя небольшую паузу. – Чес-с-столюбивые ж-ш-шелания это точно не то, что может помочь в таких с-с-ситуациях.

Ну вот, он уже и сам подводит, сознательно или нет, к той теме, на которую я хочу поговорить. Так что можно уже не ходить вокруг да около.

− Чотжар, почему ты не выдал мою семью? – спрашиваю, посмотрев на него. – Дело ведь не только в преданности императорам, или мне. Ведь так?

Теперь мой бывший хранитель хмуро сжимает губы. Во взгляде, да и во всей его фигуре, появляется едва уловимое напряжение. И это только прибавляет мне подозрительности.

− Скажи, та девушка о которой ты говорил моим супругам… та, которую ты хочешь видеть своей женой в будущем, это кто-то их моих родных? – задаю я вопрос прямо в лоб.

− Почему ты так реш-шила? – прищуриваются янтарные глаза. Хотя я вижу, что он не удивлён моим вопросом. Словно ждал его.

− Хамана намекнула. Сказала, что ты не продержался бы так долго, храня тайну места нахождения моих родственниц, если бы кто-то из них не был тебе дорог. Чотжар, ты же не собираешься утащить с Земли мою Соню? – останавливаюсь, сканируя его испытующим взглядом.

− А ес-с-сли и так? – мрачно интересуется он. – Каж-шется, ты говорила, что ж-шелаешь мне с-счастья. Называла меня братом.

А я так надеялась, что ошиблась и он сейчас в пух и прах разобьёт все мои домыслы.

− Да, но… Соня моя племянница. Ей я тоже желаю счастья. И вообще, она ребёнок.

− Так я никуда не с-с-спешу. На-агары живут ненамного меньш-ш-ше ашаров. Пусть взрос-с-слеет. И с чего ты решила, что она будет с-с-со мной несчас-с-стлива?

Тут я просто теряюсь. И вот что ему сказать? Представить их вдвоём у меня просто не получается. Возможно, как раз потому, что моя племяшка пока ещё подросток. Она на Земле, там её мир. А он – на-агар. И его мир − это Аша-Ирон.

− Я вообще не понимаю, как ты можешь так уверенно утверждать, что именно её видишь своей будущей женой? Ей же всего четырнадцать сейчас. Откуда ты знаешь, что повзрослев она будет именно той, которую ты захочешь видеть рядом?

− У моей рас-с-сы есть свои секреты, − упрямо сжимает он губы. – Иногда мы просто… знаем некоторые вещи.

− И ты ждёшь, что я это одобрю?

− Я от тебя ничего не жду. Ты первая начала этот разговор, − с досадой выдаёт он. – О каком одобрении может идти речь, если С-с-соня действительно пока что с-с-слишком юная, чтобы я мог думать о ней, как о с-своей женщине? Ты права, она на Земле, я тут, пройдут годы, прежде чем малышка вырастет и мы снова встретимся. А мож-ш-шет, и не встретимся. Может, с-с-судьба распорядится по-иному. К чему это твоё преждевременное возмуш-ш-щение?

С одной стороны он прав, а с другой… чёрт, с другой, получается, тоже прав. Ну действительно, с чего это я завелась? Мало ли как там всё сложится? Чотжар теперь глава Дома Бронзовых, ему наверняка много выгодных невест предложат на выбор. Глядишь, и забудет рыжую земляночку Соню с годами.

Задумавшись, я не сразу улавливаю странные звуки, доносящиеся откуда-то из глубины сада. Но услышав особенно громкий, звонкий скрежет, словно металлом по металлу резко провели, настораживаюсь. Что это такое?

Единственная ассоциация, которая приходит в голову, связанна с лязгом оружия. Будто на мечах кто-то бьётся.

С учётом того, что два моих вспыльчивых супруга вчера вечером повздорили, не сойдясь во мнении, утром как-то очень странно посматривали друг на друга, и сейчас вроде как тоже должны быть где-то во дворце, у меня возникают нехорошие подозрения.

− А что там? – киваю в ту сторону, откуда доносятся звуки. Я в той стороне почему-то ни разу ещё не бывала.

− Там тренировочные плош-щадки. Повелители иногда предпочитают их закрытым залам.

А Повелители, значит, до сих пор иногда тренируются? Ни разу не видела. Хотя должна была бы догадаться. Мои супруги воины. А воинское искусство наверняка требует регулярных тренировок и поддержания хорошей формы.

− И сейчас там кто-то дерётся? – прищуриваюсь подозрительно.

− Я с-с-склоняюсь к варианту с тренировкой, − невозмутимо отвечает Чотжар.

− Тогда… ничего плохого не случится, если я посмотрю, − решаю и подхватив юбку устремляюсь в нужном направлении.

Ни на-агар, ни моя охрана меня не останавливают. Так что вскоре я подхожу к большой круглой площадке, обсаженной высокими густыми кустарниками. И буквально застываю, наблюдая за двумя стремительными мужскими фигурами, кружащими на площадке в жутком смертельном танце. Са-оир и Сэтору действительно сошлись в поединке. На мечах.

Прижав руку к груди, я в полном ужасе смотрю на это безумие. Что случилось? Что они не поделили? Зачем это всё? И как это прекратить?

Едва дыша от страха за обоих, сама не замечаю, как шагаю вперёд…

− Лина, я не думаю… − начинает Чотжар, но не успевает договорить, как передо мной вдруг возникает ещё одна высокая фигура. Всё мое существо окунается в бодрящую прохладу родной энергии моего светлого супруга.

− Оставь нас, Чотжар. Дальше я сам, − спокойно велит А-атон, обнимая меня и притягивая к себе.

Краем уха слыша, как на-агар прощается, я вцепляюсь пальцами в белый китель мужа. Если он тут… ситуация ведь под контролем? Мне теперь не видно, что там происходит на площадке, но звон оружия я слышу до сих пор. Каждый раз вздрагивая всем телом.

− Ну и чего ты испугалась? – тихо спрашивает муж, зарываясь всей пятерней в мои волосы. Второй проводит по позвоночнику, заставляя немного расслабиться.

− Как чего? – вскидываю я на него взгляд. – Они дерутся.

− Ну и что? Мужчинам иногда полезно это делать, − смеётся А-атон. – Это обычный тренировочный поединок. Чтобы размяться и выплеснуть напряжение.

− Тренировочный? – недоумённо округляю глаза. И осторожно выглядываю из-за мужа. – Больше похоже на то, что они собираются друг друга на части порубить. Мечи ведь настоящие?

− Конечно, настоящие, − слышу я новый смешок. Видимо, светлого Повелителя неимоверно забавляет моя реакция. – Придёт время, и наши сыновья будут учиться драться на таких же.

Меня аж передёргивает от этой новости. Не знаю, как я это смогу выдержать. Понимаю, что моих мальчиков ждёт очень тяжёлое, сложное обучение, правильное воспитание и всё такое, чтобы они выросли правителями и воинами, но уже сейчас я не могу не переживать из-за этого.

− Успокоилась? Сможешь смотреть? – спрашивает А-атон, зарываясь носом в мои волосы на макушке. – Или увести тебя отсюда?

− Нет, я бы хотела остаться, посмотреть, − вздыхаю. Видимо, надо привыкать к этим тренировочным поединкам. Чтобы потом легче было.

Муж поворачивается вместе со мной и притягивает меня к себе спиной, обхватив руками. Так мы и замираем.

− Они точно не собираются покалечить друг друга? – спрашиваю, тревожно всматриваясь в смертельно-опасную пляску двух матёрых хищников. И едва могу различить их движения, настолько они стремительные.

− Нет, Лина, − абсолютно уверено произносит А-атон. – И Са-оир и Сэтору достаточно умелые воины, чтобы не ранить друг друга. В тренировочном бою это считается признаком несовершенства. То есть проигрыша. Так что не волнуйся.

Не понимаю, как проигравшим может считаться тот, кто ранил противника. Но раз так… пожалуй, в таком ключе поединок действительно начинает восприниматься по-другому. Вскоре я уже ловлю себя на том, что по-настоящему восторженно любуюсь мастерством и ловкостью моих супругов. То, как они двигаются, буквально завораживает. Ничего подобного я никогда не видела.

− Ты же помнишь, что завтра должна присутствовать вместе с нами на заседании Совета? – спрашивает А-атон, тоже наблюдая за происходящим на площадке.

− Конечно, − киваю. И ахаю когда Сэтору в сумасшедшем кувырке отбивает атаку Са-оира.

Ещё бы я забыла. Ведь завтра наконец должно случиться знаменательное событие – Ранвия после нескольких кровопролитных стычек имперцев с дагрийскими судами в системе Тавра, и долгих, сложных переговоров, возглавляемых лично А-атоном, наконец официально и окончательно вошла в состав империи. И это будет первый Совет, на котором появятся представители нового, шестнадцатого, Высокого Дома.

Тем временем ритм поединка становится ещё быстрее, в какой-то момент противники вихрем налетают друг на друга, клинки теперь и вовсе кажутся вспышками молний. Скрестившись, они буквально высекают искры. И Са-оир с Сэтору на этом пике боя вдруг синхронно расходятся в разные стороны. Ещё и мечи опускают. И с уважением кланяются друг другу. Даже руки пожимают, а мой тёмный супруг дружески хлопает огненного, с улыбкой что-то сообщая тому.

А потом оба смотрят на меня и идут к нам. Плечом к плечу.

Кажется, я действительно зря разнервничалась. И, кажется, именно в этот момент меня наконец до глубины души пробирает осознание, что все члены моей необычной семьи действительно принимают друг друга. И это уже навсегда. Даже если иногда будут случаться ссоры, даже если кто-то с кем-то не сойдётся во мнении, даже если чей-то собственнический инстинкт в какой-то момент проявится слишком бурно… без этого просто нельзя, ведь все мы живые, а идеалов не бывает. Всё это мелочи, которые несложно преодолеть сообща.

Главное, что мы вместе. А вместе мы способны преодолеть любые сложности, которые возникнут в нашей очень долгой и счастливой совместной жизни.

Конец