Глава 15

Прежде, чем Эльвира осознала происходящее, ее тело уже среагировало — выгнулось, прижимаясь теснее и к ласкающим ее ладоням, и к желанному, долгожданному члену. Ни сомнений, ни страхов — одно кристально острое, опаляющее желание.

Словно она вернулась к тому, кого ждала всю свою жизнь.

— Это ты мой! — мурлыкнула она и игриво лизнула палец, все еще прижатый к ее рту. Снова ухватила зубами шершавую подушечку, не кусая, а всего лишь удерживая, и мелко перебрала по ней языком. Позади нее мужчина резко втянул воздух сквозь сжатые зубы.

— Что же ты со мной делаешь! — простонал он ей в ухо и вжался, притиснулся к ней всем телом, так что упругая длина скользнула между ее ног, дразня набухшие складочки. Пальцы стиснули грудь, сжали сосок, прокатив между суставами, заставляя Эльвиру извиваться от обуревавших ее ощущений. Слишком много, слишком остро — и недостаточно. Не там, где ей больше всего хотелось! Чувствуя себя последней развратницей, она пошире расставила ноги, прогибаясь в пояснице, так что член, упиравшийся ей в промежность, проник еще выше, глубже в горячее лоно, и уперся головкой точно в клитор.

— О… — застонала она. Или они оба? Мужчина позади нее толкнулся бедрами, потираясь о самую чувствительную точку ее тела, его губы пропутешествовали по ее шее, плечу, руке — Эльвира раньше и понятия не имела, что у нее настолько чувствительная кожа предплечий! От малейших прикосновений ее словно прошибало током, она постанывала и дрожала, не в силах замолчать или стоять спокойно.

Рука, ласкавшая ее грудь, опустилась ниже, огладила живот, выписывая неведомые символы, и накрыла лобок. Два пальца раскрыли ее нижние губы еще шире, и член практически сам проскользнул в ее разгоряченную, истекающую соками дырочку.

Эльвира запрокинула голову, упираясь затылком в широкое мужское плечо, и глядя на собственные скованные руки. Она не видела ни лица, ни властно сжимающих ее везде пальцев. Только тактильные ощущения и звуки. Стоны, всхлипы, прикосновения и хлюпание от столкновения влажной плоти.

И это особенно возбуждало.

Умело раскрыв ее лоно и прижав клитор к ритмично вбивающемуся в нее члену, мужчина не оставил в покое ее шею, продолжая покусывать, облизывать, исследовать языком гладкую кожу и ушную раковину, отчего по спине Эльвиры пробегала дрожь. Она стонала в голос, вскрикивая каждый раз, когда тугая, упругая длина проходилась по ее распаленному очагу удовольствия.

Казалось, оргазм маячит на самой грани, и вот-вот она получит долгожданную разрядку, но тут тяжело дышащий партнер отстранился и вышел полностью.

Эльвира внезапно оказалась невозможно одинока.

Все ее чувства, внутренние сенсоры, ловили малейшие движения за спиной — нет, не ушел.

Но что тогда?

— Раздвинь ноги. — скомандовал голос. Она и не заметила, как сжалась, закрылась, в ожидании чего-то неприятного… ну уж нет, она не позволит испортить такой отличный сон дурным предчувствиям! Эльвира повиновалась, широко расставив ступни и снова замерла, горя нетерпением. Внутри все, казалось, пылало от неудовлетворенности.

Защелкнувшиеся на щиколотках кандалы стали для нее полнейшей неожиданностью. Ее талию обжег ледяным прикосновением еще один широкий обруч, и Эльвиру вздернуло в воздух лицом вниз.

— О, просто прекрасно! — пропел довольный мужской голос невидимки, и увесистый удар ладонью плашмя по ягодице заставил девушку качнуться вперед, а после назад, как экзотические качели.

Несмотря на видимое неудобство, Эльвире было на удивление комфортно. Обручи и браслеты не давили, не впивались, вообще казалось что она просто повисла в воздухе и парит, как птица. Только вот пошевелиться толком не может. Мысль, что так не бывает, мелькнула и была отброшена, как неактуальная.

Еще как бывает. Сон же! Прекрасный возбуждающе-экзотический сон, от которого все плавится и сжимается в предвкушении.

Только вот увесистый шлепок, вновь отправивший ее качаться по инерции, совершенно не был похож на сновидение. Очень уж он ощущался реальным. И легкая боль, и разгорячившаяся кожа, и свисающие вниз, заслоняющие обзор волосы — все это казалось слишком реальным, чтобы быть простым сном.

Ягодицу снова шлёпнули, не больно, но ощутимо. Эльвира хотела было возмутиться, но передумала, когда ее плеча мимолетно коснулись губы, а уверенная, умелая рука легла на грудь и принялась играть с соском. Вторая так и осталась на попе, поглаживая и растирая покрасневшее место, и взамен возражений из горла девушки вырвался стон.

— Моя прекрасная Эльвира… моя пара. — прошептал мужчина едва различимо, покрывая поцелуями ее спину. Она и не представляла, что лопатки и то местечко, где плечо переходит в шею, настолько чувствительны! Вдумываться в сказанное у нее категорически не получалось, только плыть на волнах блаженства, поднимаясь все выше вслед за ведущими ее прикосновениями.

Поцелуи с ее шеи сместились ниже, к талии, а потом и вовсе обрушились на бедра, перемежаясь с покусываниями. Эльвира ни за что бы не заподозрила, что ей понравится, чтобы ее кусали, но осторожно прихватывающие ее кожу зубы посылали молнии острейших спазмов по всему телу. Нежная внутренняя часть бедра тоже подверглась нападению. Мужчина сдерживался, стараясь не причинять боли, и от того, что он контролировал себя, стараясь доставить ей удовольствие, девушка еще сильнее распалялась.

Шершавые пальцы осторожно, бережно огладили ее напрягшиеся ягодицы, полураскрытые нижние губы, покрытые тонкими вьющимися волосками, распределили влагу, щедро сочащуюся из узкой дырочки, и прошлись, или даже прокрались, чуть выше, к анусу. Эльвира дернулась, не слишком довольная этим неожиданным посягательством. Однако ее тело, вопреки голосу рассудка, только возбудилось еще больше. Казалось, оно откуда-то знает, насколько приятной в умелых руках может стать эта ласка, и жаждало повторения опыта.

Отвлекая ее, клитора коснулся острый кончик языка, пробрался под набухший капюшон плоти к средоточию нервных окончаний и принялся поигрывать и исследовать крохотную жемчужинку. Эльвира вскрикнула от интенсивности ощущений, уже совершенно не протестуя, когда один из пальцев протиснулся в ее попку на одну, а потом и на две фаланги, и принялся двигаться в ней, дразня неизвестные ей доселе чувствительные точки. Рот, ласкавший ее клитор, становился все более дерзким, ее уже не только облизывали, но и снова покусывали, уже за самое деликатное, посасывали, теребили…

Когда к одному пальцу добавился второй, Эльвиру выгнуло в сильнейшем оргазме. Цепи и кандалы не позволяли ей ни сдвинуть ноги, ни отодвинуться, так что она безуспешно билась в них, то ли силясь избежать неизбежное, то ли продлевая собственную сладкую пытку.

Не дожидаясь, пока девушка придет в себя, мужчина позади нее что-то сделал с удерживавшей ее системой, так что Эльвира рывком опустилась ниже. Точно на уровень его возбужденного донельзя члена. Пальцы из ее попки никуда не делись, зато чуть ниже в ее лоно толкнулась увесистая, уже знакомая ей головка. Внутри Эльвиры продолжали прокатываться спазмы наслаждения, и мужчина скрипнул зубами, борясь с собственным, маячащим в опасной близости, финалом.

— Ты такая тесная… и сладкая… моя! — простонал он, вдвигаясь постепенно, но неумолимо. Девушка сначала вскрикивала в ответ на каждый толчок, изнемогая от распирающей ее толщины — да еще эти пальцы, добавлявшие объема, безжалостно терзавшие ее анус, отчего промежность горела огнем и готова была расплавиться — а после, окончательно потеряв голову и потеряв распоследний контроль над собой, кричала, выстанывала нечто нечленораздельное, и умоляла его не останавливаться. Дополнительное проникновение лишь усиливало скручивающее ее напряжение, вот-вот готовое излиться вторым оргазмом.

И он не заставил себя ждать. Закрутил в водовороте наслаждения, вышиб из головы последние связные мысли, прокатился по телу огненной волной, заставляя биться в безжалостно фиксировавших ее оковах.

Но и тогда мужчина не остановился, однако кажется и он наконец-то потерял голову. Движения его стали резче, отрывистее, размашистее, он убрал растягивавшие ее пальцы и вцепился ими в раздвинутые женские бедра, натягивая Эльвиру на член и снова отпуская, придавая ей амплитуду. Стоило ей качнуться вперед, так что орган почти выскальзывал наружу, как ее вновь притягивали обратно, грубым жадным рывком. И несмотря на то, что девушка насытилась, пресытилась и чувствовала себя выжатой досуха, где-то глубоко вновь зародилась та самая, жгутом закручивающаяся тугая спираль.

Эльвира потерялась, практически забыла себя. Слепящее удовольствие затопило ее, остались лишь чувства, безудержный ритм, парящее в воздухе безвольное, отданное на милость неизвестному тело и бесконечное наслаждение. Кажется, в какой-то момент она даже потеряла сознание — если, конечно, такое возможно во сне.

Сказать по правде, она забыла, что это сон, настолько явными и сильными были всплески оргазмов. Возможно ли, чтобы сновидение приносило столько ощущений? Размышлять, тем более внятно, стало внезапно неимоверно сложно. Зачем, если можно остаться навсегда в этом безвременьи, и наслаждаться опытными руками, упругим твёрдым членом, который, казалось, мог вдалбливаться в нее бесконечно?

Она и не заметила толком, когда и как раскрылись удерживавшие ее оковы, не заметила секундного падения прямо в подставленные бережные и сильные руки, подхватившие ее и прижавшие к гладкой рельефной груди.

— Не смотри на меня. — шепнул родной голос над самым ее ухом.

— Почему? — сонно поинтересовалась девушка.

— Потому что тогда ты проснешься. — с нескрываемой грустью сообщил мужчина. От изумления глаза Эльвиры распахнулись сами собой…

И уставились в давно не беленый потолок собственной спальни.

Тело ныло, как после хорошей, долгой тренировки, между ног было мокро так, что бедра слиплись, а в ушах все еще звучала странная финальная фраза сна. И если остальное припоминалось как в тумане, то слова врезались четко и ясно.

«Ты проснёшься»

Откуда бы галлюцинации знать, что она спит?