Глава 25

Рейн отпрянул от пьянящего тела девушки, словно обжегшись. Что он творит? Крышу снесло напрочь, даже сейчас ему больше всего хотелось выпроводить невовремя вторгнувшегося в собственный кабинет сена Олерио и продолжить с того места, где они остановились с Эльвирой. Дело как раз дошло до самого интересного! Он наконец-то узнал, как она выглядит, когда кончает.

Как и думал Рейн. Восхитительно! Ему не терпелось довести ее до пика снова. Только вот включившийся мозг настоятельно намекал, что все это очень, очень плохая идея. И ничем хорошим не закончится!

Накинув на девушку то, что подвернулось под руку — влажноватую простыню, которой она вытиралась — он накинул капюшон и вышел из-за ширмы как раз вовремя, чтобы поймать летящее в его сторону женское платье.

— И все остальное. — протянул ему сен Олерио стыдливо завёрнутый тючок. — Служанки поголовно заняты. И хорошо! Представляю как они визжали бы, застав подобную картину. Не говоря уже о сплетнях!

Доктор неодобрительно покачал головой, глядя на виновато потупившегося стража. Рейн под прикрытием капюшона чуть покраснел, но больше от гнева на себя, чем от стеснения. С каких пор он до такой степени теряет голову от женщины? Пусть обворожительной, умной, бесстрашной, да еще и девственницы — при этой мысли член снова бунтарски дернулся, намекая, что они тут еще много чего не доделали — но все же обычной женщины, к тому же попаданки! Если с местной аристократкой у него еще были какие-то шансы на совместное будущее, то нелегалку из техномира в качестве его спутницы не примут никогда.

Прикусив язык до крови, он молча передал свёрток девушке, и отошёл подальше, чуть ли не к двери.

Эльвира за ширмой поспешно натягивала белье, полыхая от стыда. Ее никогда не заставали в пикантной позе… да что там, она и в позах-то никогда не была, и только собралась — облом. Стеснение от того, что именно она чуть не позволила Рейну, смешивалось с раздражением, даже злостью на сена Олерио. Вот что ему стоило подзадержаться еще на полчасика? Она бы наконец познала, что это такое — отдаваться любимому мужчине. Ну и пусть бы ее выгнали с отбора…

Моментально остыв, Эльвира снова прокрутила в голове последнюю мысль. Судя по обмолвкам, потерявшую девственность кандидатку арка отбраковывает сразу же. То есть что, как только Рейн проник бы в нее — ее бы выбросило за ворота дворца? Вот радость-то была бы случайным прохожим! Но она хороша — увлеклась, не подумала о последствиях, скажем честно — вообще соображать перестала! Ну уж нет, больше она такого разврата не допустит!

При мысли о недавно творившемся безумии в низу живота сладко дернуло остаточным спазмом. Тело жаждало продолжения, но низменным инстинктам придется потерпеть. Разум она все же пока не потеряла, а потому будет действовать взвешенно и обдуманно.

И в первую очередь постарается держаться подальше от слишком соблазнительного стража!

Приняв сие рациональное решение, она гордо вздернула голову и выплыла из-за ширмы. При виде невозмутимо стоящего у дверей Рейна сердце предательски пропустило удар, а после застучало в удвоенном темпе.

Сен Олерио негромко покашлял, привлекая к себе внимание. Эльвира куснула себя изнутри за щеку и усилием воли перевела взгляд на лекаря. Тот протягивал ей очередную склянку, причем судя по иронично приподнятой брови, уже довольно давно.

— Здесь общеукрепляющее. Пригодится. — усмехнулся сен Олерио. В его взгляде не было издевки, скорее насмешливое снисхождение счастливо женатого человека, который наблюдает знакомые симптомы влюбленности у других. — Советую больше ни в какие лужи и кусты не лезть. Император объявил бал дебютанток через три дня. К тому моменту многих аристократок успеют отсеять, а чтобы их родители не роптали, пристроят в достойные семьи. Ежегодный слет холостяков, так сказать!

Целитель понимающе переглянулся со стражем, уже безо всякой веселости. Эльвира поняла, что бал очень важен, а еще важнее до него дотянуть. Это аристократок с радостью примут в любой высокопоставленный род Перекрестка, а никому неизвестная попаданка-нелегалка им и даром не нужна. Разве что позабавиться. Отсюда вытекает план — выбрать самое скромное платье, держаться людных мест, чтобы никакому избалованному сынку не вздумалось с ней поразвлечься, и молиться чтобы ее не выбросили с отбора раньше. Последнее, к сожалению, весьма вероятно, учитывая по какой тонкой грани она прошлась за эти дни. Всего-то в сад хотела сходить, прогуляться….

— Я тебя провожу. — буркнул Рейн, отлепляясь от косяка и открывая дверь. Эльвира вежливо поблагодарила лекаря и послушно последовала за стражем. Провожатый был очень кстати — переходы дворца она еще не успела изучить, и понятия не имела, в какую сторону флигель соискательниц.

По дороге они молчали. Девушка опасалась поднимать волновавшие ее темы — все они были совершенно не предназначены для обсуждения в общественных местах. Рейн же старательно отводил взгляд и избегал прикосновений, опасаясь не сдержаться. Ему были известны все потайные ходы и закутки дворца, с хорошей звукоизоляцией и надежными замками. Эльвира бы долго оттуда не выбралась… да и не захотела бы. Он бы позаботился. Только вот проявлять эгоизм он не имел никакого права.

Страж удивлялся сам себе. Раньше он бы не задумался о такой мелочи, как будущее понравившейся девушки. Он брал, что хотел, а что с ней будет потом — ее проблемы. Она же согласилась! К тому же, он всегда щедро отдаривался, девицы точно не оставались внакладе.

Тем не менее, переводить зарождающиеся отношения с Эльвирой в плоскость товарно-денежных казалось ему в корне неправильным. Да и что-то подсказывало ему, что девушка на такое не согласится. Еще и обидится…

А обижать ее ему не хотелось.

— Пришли. — констатировал он, замирая у ее двери. Эльвира с недоумением оглядела одну из сотни, не меньше, абсолютно одинаковых створок, но на слово поверила, чем иррационально обрадовала Рейна. Ему должно было быть глубочайшим образом фиолетово, верит ему одна из сотен претенденток на постель императора, или нет, но вот поди ж ты — не все равно.

— Спасибо. — кивнула Эльвира, кладя пальцы на ручку, но не торопясь ее поворачивать. Ей не хотелось расставаться, но разумом девушка понимала, что так будет лучше для них обоих. Подальше от соблазна!

Рейн неимоверным усилием воли удержался от того, чтобы не подхватить Эльвиру как тогда, в лекарской, под попу, не втащить ее в комнату, и не взять как дикий зверь — грубо и собственнически.

— Я зайду за тобой завтра после обеда. — хрипло сообщил он, разворачиваясь.

— Зачем? — недоуменно протянула девушка. — Не подумай, я всегда рада тебя видеть, но…

— Танцы. — лаконично напомнил страж, удаляясь. Даже с шага не сбился.

Эльвира с трудом подавила желание ударить себя, растяпу, ладонью по лбу. Ну, конечно, ее же никто не собирается учить местным пируэтам! А приглашать наверняка начнут. Пусть и из вежливости. Тут-то она и опозорится…

Сидевшая в кресле Женезия подскочила, выронив книгу, и подбежала к Эльвире, стоило той переступить порог.

— Где ты была? Я волновалась! — встревоженно защебетала девушка. Не такая уж она и плохая, устало подумала попаданка. Просто эгоистка, как и все аристократы, но при этом чуткая и отзывчивая, в меру воспитания. Переживает, вон, за соседку. — Мы бродили по саду, бродили, потом я потерялась, и на меня какая-то мерзкая птица… ну, испражнилась.

Странно, что Женезия осмелилась произнести это скандальное слово вслух, хмыкнула про себя Эльвира. Она чувствовала себя шариком, из которого разом выпустили весь воздух — усталой и вялой. Наверное, отголоски простуды. И совершенно никак не связано с тем, что один страж сейчас быстрым шагом уходит от нее все дальше и дальше.

И шансов на совместное будущее у них практически нет.

Она осторожно, как старушка, опустилась в ближайшее кресло. Ноги не держали.

— Это было испытание. — меланхолично пояснила Эльвира, прикрывая глаза. — Надеюсь, ты не устроила скандал?

— Разумеется, нет! — возмутилась Женезия, падая в соседнее. — Леди не пристало выражать свое мнение громко, а тем более нецензурно. Хотя хотелось, конечно!

Она хихикнула, как проказливая школьница, совершенно не замечая состояния соседки. Ей не терпелось поделиться пережитыми приключениями, а значит окружающие обязаны были внимать.

— Я погрозила ей пальцем и сказала, что так делать нельзя! — гордо заявила аристократка. — Как думаешь, я прошла?

— Думаю да. — все так же флегматично отозвалась Эльвира. — Мне его величество сказал, что достаточно было не орать и не бить птиц.

— Его величество?! — Женезия аж подпрыгнула, неловко провалившись в мягкие подушки, и забарахталась в низком кресле, пытаясь выбраться и взглянуть в лицо соседке. — Ты не шутишь? Ты видела императора?!

— Как тебя. — попаданка вздохнула, невольно вспомнив сопутствующие лица, в частности сена Хумбера. Вот уж кого бы век не видела. — Приятный человек, вроде бы. Ну, приятная личность…

Эльвира никак не могла привыкнуть к тому, что на Перекрёстке не все, далеко не все гуманоиды являлись людьми, даже если выглядели совершенно привычно, безо всяких там рогов и копыт. Приходилось поправляться, и то если осознавала, что именно ляпнула. А с Женезией стоило держать ухо востро. Дамочка заботится только о себе, и если ей будет выгодно настучать на «неуважение» оказываемое попаданкой вышестоящим лицам, сделает это не задумываясь, пусть и попереживает потом о подруге.

— Приятная… а, все забываю, что ты не отсюда и не понимаешь всего величия его величества! — с придыханием воскликнула Женезия. — Это же как с божеством пообщаться! Ах, я бы так хотела попасть в его гарем, но думаю что мне это вряд ли удастся. Там конкуренция бешеная.

Аристократка сокрушенно вздохнула, выбралась наконец из цепких объятий мягкой мебели и потянула Эльвиру за собой.

— Пойдём, нам на ужин нужно собираться. Платья недавно принесли! — Женезия подтолкнула попаданку в сторону ширмы, отгораживавшей постель, а сама направилась к выходу. — Давай, одевайся, скоро придут горничные делать прически! Я побежала! Рада, что у тебя все хорошо!

Нужно будет уточнить, с какого перепугу соседку пустили к ней в комнату, вяло подумала Эльвира, заходя за ширму. Хорошо, что заветную методичку она припрятала, но все равно, не дело, что по ее личным вещам может пошариться кто угодно.