Глава 21

Глядя в помрачневшее лицо ректора, я понимала – происходит что-то не очень хорошее. Не могла сказать с уверенностью, есть ли тут связь со смертью Флоренс Фиоретти и загадочным исчезновением Борри Грэма, но что-то совершенно определённо не то. И Блэкторн явно знает больше, чем говорит, а сведения о ранхорнах нужны ему не только для лекции или вовсе даже не для неё. Но по всему выходило, что кто-то добрался до этой книги раньше и вырвал страницы с самыми подробными – и самыми конкретными – описаниями ритуалов. – А ведь можно же узнать у библиотекаря, кто брал эту книгу? – подсказала я, но ректор покачал головой. – Можно только в случае, если это студент, а если один из преподавателей – нельзя. Их попросту не записывают. Они могут брать любые книги в любое время и возвращать так же. – Непродуманная система, – заметила я. Сплошные привилегии этим преподавателям! – Но хоть студентов проверить можно. А вообще, зачем кому-то вырывать страницы про ритуалы ранхорнов? Чтобы провести их самому? Я же права? Ну пожалуйста, магистр, скажите, что вы тоже так думаете! Ричард Блэкторн глянул на меня так строго, что почувствовала себя ребёнком, выпрашивающим купить ему сладкую вату. – Что я вам говорил про чужие дела, ольеринта Морено? – произнёс он со всей суровостью. – Но теперь это и моё дело, я ведь ваша помощница! – воскликнула я. – Временная. А теперь отправляйтесь на ужин. Я сам поговорю с ольером Игнеором и узнаю, кто брал книгу. – Если это был ваш коллега, не узнаете, – проворчала я себе под нос, поднимаясь со стула. Снова он меня выпроваживает! А ведь могли бы вместе подумать над тем, кто и зачем присвоил страницы. Неужели и в самом деле для того, чтобы провести ритуалы самостоятельно? Здесь, в академии! Я опять невольно вспомнила о пугающих обнаружениях в парке и, уже приблизившись к двери, обернулась. – Может, вы не в курсе, магистр, но в парке уже находили мёртвую птичку и кролика. Говорят, это могла сделать хищная птица, но никто же не видел, как всё происходило на самом деле! Крови там, кстати говоря, было много, – добавила я, поморщившись. Что за нелюдь такое сотворил? И есть ли вероятность, что следующей жертвой окажется человек?.. Эта мысль мне совсем не понравилась. – Спасибо за информацию, ольеринта, но мне об этом уже известно, – ответил ректор. Всё-то он знает! – Мне вернуться после ужина? Нужно ведь просмотреть и другие книги. А вдруг и в них тоже… – Возвращайтесь, – кивнул Блэкторн со вздохом. – Только не мешайте мне работать. И никому не говорите про эту книгу, – добавил под конец. – Не скажу, могли бы и не говорить про это, – откликнулась я. Кем он меня считает, завзятой сплетницей? – А вы ужинать не будете, магистр? – Спасибо за заботу, ольеринта, мне ужин принесут сюда. Вот как, значит… А я и правда, я ведь ни разу не видела его в столовой. Мог бы и мне предложить разделить с ним трапезу, раз я теперь на него подрабатываю! Обратно на первый этаж меня снова подвезли на маголифте. На этот раз доктор. Обаятельно улыбнувшись, он, как и заместитель ректора недавно, поинтересовался моими успехами в учёбе и развитии дара, а также здоровьем. Я и ему рассказала, что кое-какие подвижки есть. Эдгар Уиллс обрадовался и попросил зайти к нему как-нибудь на днях для дополнительной проверки, а затем тоже посоветовал мне не тренироваться самостоятельно, чтобы не навредить магическому фону. – Да знаю, – вздохнула я. – Почему в столичной академии таких проблем нет? Потому что там учатся маги со стабильным даром? – Именно, – кивнул доктор. – Такой дар, как ваш, повреждённый, неправильный, может преподносить некие… сюрпризы. Поскольку ещё не до конца изучен, а ведь каждый случай индивидуален. Вы и сами могли это заметить, общаясь с другими студентами, ольеринта. На самом деле я давно мечтал тут работать, поскольку один из моих близких друзей также однажды столкнулся с похожей проблемой. – И что с ним в итоге стало, он излечился? – заинтересовалась я. – Увы, нет, ему до конца жизни придётся носить блокирующие браслеты. Но его дети, а их у него трое, родились с сильным даром, с которым всё в порядке. Таким образом, можно сделать вывод, что приобретённая нестабильность магического дара по наследству не передаётся, – с умным видом добавил собеседник. – Можно написать целую научную работу, – хмыкнула я. Так, значит, у моих детей будет всё нормально с магией? Хорошая новость, но обзаводиться потомством я пока не планировала. – Вы меня раскусили, ольеринта, этим я на досуге и занимаюсь. Хочу опубликовать мою работу в крупном журнале. Как мне кажется, это будет интересно, ведь многие совершенно ничего не знают о таких, как вы. – До недавнего времени я тоже не знала… И жила счастливо и беззаботно. Но сейчас это в прошлом. Как и та я, которой была ещё несколько недель назад. – Думаю, у вас, ольеринта, ещё есть шанс вернуть полный контроль над даром, – подбодрил меня Уиллс. – Так что не теряйте надежду. Хотите, я скажу магистру Блэкторну, чтобы он увеличил количество ваших с ним индивидуальных занятий? – Нет! – выпалила я раньше, чем успела подумать. – То есть… простите, конечно, но пока это ни к чему. Всему своё время, так что пусть всё идёт постепенно, не будем торопить события. – Разумно, ольеринта, но ко мне всё-таки зайдите. Маголифт достиг первого этажа даже немного раньше окончания разговора, а, выйдя из кабины вслед за своим спутником, я увидела Роуз Лавли. Она как раз шла в столовую. Увидев меня с доктором, остановилась и посмотрела так, словно за каким-то злостным преступлением застала. Позавидовала, что ли, что не её, а меня в маголифте катают?.. Я хотела догнать её, поговорить, но Роуз ускорила шаг, а в столовой села за столик к своим бывшим подругам из свиты Флоренс. Я пожала плечами и устроилась, как обычно, рядом с Руланди Дагур, а там и Дариус Донелл присоединился. Аппетит успел разгуляться, так что я отдала должное ароматным куриным тефтелькам в розмариновом соусе и овощному гарниру, который подавали с ними. – Посвящение будет завтра! – негромко сообщил Дариус, наклонившись над столом. – Мне удалось подслушать, что это будет, когда лидеры говорили с новеньким. О, вы не представляете! – Неужели ему придётся признаться в любви ольере Малберри? – со смешком предположила Ру. – Пусть лучше ольере Тулси признается, глядишь, от внимания молодого парня она и подобреет! – фыркнула я. – Да ну вас, всё бы вам, девчонкам, про любовь! – отмахнулся Донелл. – Ничего подобного! Тут выяснилось, что раньше новенький занимался плаванием, так что ему придётся… нырнуть в озеро! – Что?! – изумлённо ахнула легартийка. – Но это же опасно! – вторила я. – Можно подумать, ты никогда не делала ничего опасного, – скептически хмыкнул Дариус. Ну да, я рассказывала этим двоим про свою вылазку в музей к артефакту, стоившую мне стабильного дара и ставшую началом кардинальных перемен в жизни. – Не такое уж оно и глубокое на самом деле, для опытного пловца ничего страшного, а легенда про утонувшую студентку всего лишь глупая страшилка. – А я в неё верю, – надула губы Руланди. – Как бы то ни было, но он согласился – по-моему, даже с облегчением, что не придётся делать что-то пострашнее. – А ты сам-то на своём посвящении что делал? – спросила я. – Ну… – отводя взгляд и, кажется, даже краснея, промычал Донелл. – Продефилировал по коридорам академии в женском платье! – воскликнула Ру, выдав его с потрохами. – Правда, что ли? – рассмеялась я. – И наткнулся прямо на ректора! Вернее упал к его ногам – буквально! Потому что на подол наступил! – Что это было за платье? – выдавила я, держась за живот от смеха. – А он сам такое длинное выбрал, чтобы кривые ноги спрятать! – И вовсе не кривые у меня ноги! – возмутился Дариус. – Не наговаривай! А магистр Блэкторн даже не сильно ругался, когда я об пол у его ног нос расквасил! Уф, напомнили мне о ректоре! Я торопливо доела десерт – кусок торта из зефира – и поднялась с места. Пора было возвращаться в кабинет Блэкторна и браться за остальные книги из тех внушительных стопок, что лежали на его широком столе. – Куда это ты, Кара? – осведомилась Ру. – Я думала, мы погуляем. Но ты словно куда-то спешишь. – Я сегодня уже нагулялась! А сейчас есть важные дела! Мне надо… в библиотеку! – на ходу придумала я и заторопилась к выходу. По дороге едва не столкнулась с новеньким студентом. Пришлось даже за плечо его схватиться, чтобы не рухнуть на пресловутый скользкий пол. От неловкого соприкосновения меня точно магическим импульсом тряхнуло. – Ты тоже это почувствовал? – без церемоний обратилась я к парню. – Ну… да, а что? – бормотнул он смущённо, явно стараясь не пялиться слишком уж откровенно на мои ноги в укороченной юбке. – Странно. Как будто до артефакта дотронулась. Только я с некоторых пор стараюсь к ним не прикасаться! – Как и я, – пробурчал новичок. – Так ты тоже из-за неисправного артефакта сюда загремел? – осенило меня. Таких же, как я, мне раньше не встречалось. У остальных, кого спрашивала о попадании в Эйверидж, были другие причины. Да мы с этим пареньком просто друзья по несчастью! – Поговорим после, сейчас мне некогда! – улыбнулась я ему. – Удачи! И… я, пожалуй, всё-таки приду посмотреть на твоё посвящение завтра, чтобы тебя поддержать. Уходя, чувствовала, как новенький провожает меня взглядом. Надо было спросить, как его зовут. Но сейчас и правда не до того, надо спешить к ректору. И не потому, что я так стремлюсь поскорее снова его увидеть, а потому, что мне тоже очень интересно, что там насчёт ранхорнов! Если кто-то в академии балуется кровавыми ритуалами, умудрившись найти о них информацию в старой книге, которая каким-то образом не попала под запрет и не была уничтожена, надо этого кого-то отыскать! И наказать так, чтобы впредь неповадно было! На этот раз желающих прокатить меня на маголифте не оказалось, так что я поднималась по лестнице. Шаг за шагом, пролёт за пролётом. Под конец – после сытного ужина-то – немного даже запыхалась. Стыдно, Кара! Надо чаще тренироваться, говорил ведь тебе Блэкторн, что в здоровом теле здоровый дар! Поборов соблазн войти без стука и застать ректора ещё за чем-нибудь пикантным, как уже однажды было, вежливо постучала. На сей раз Ричард Блэкторн оказался в кабинете не один, а с заместителем. Тот взглянул на меня с любопытством, я ответила извиняющейся улыбкой, дескать, не хотела вам помешать, уважаемые магистры, но я тут особа подневольная, сказали прийти – явилась. – Ольеринта Морено помогает мне с книгами для лекции, – соизволил объяснить моё внезапное вечернее появление ректор. – Вот оно как… – протянул магистр Хартли. – Кажется, раньше вы не ладили. А теперь ольеринта стала вашей любимой студенткой, магистр Блэкторн? Мне показалось или в его интонациях прозвучала язвительность? – Скорее уж любимой проблемой, – ответил ему ректор. – Так что пусть лучше будет под присмотром. Тогда уж точно больше ничего не натворит и мне не принесут на неё очередную жалобу. – Ну, бывают и такие причины… – туманно произнёс заместитель и, попрощавшись, покинул кабинет. – Причины чего имел в виду магистр? – задала вопрос я. – Не берите в голову, ольеринта, работа вас ждёт, – кивнул мне на стол Блэкторн. – Не выяснили у библиотекаря, кто брал ту книгу? – поинтересовалась я. – Никто из студентов ни разу за последние годы её не брал даже просто почитать в самой библиотеке. – Подстава… Значит, точно надо искать преподавателя. Взрослого человека, – вслух подумала я. Как и в случае с Фиоретти. Её покровителем тоже был явно не студент. Но есть ли тут хоть какая-то связь или она мне попросту чудится, потому что я не оставила надежды отыскать того самого таинственного покровителя?.. – Займитесь делом, ольеринта, – снова напомнил ректор. Зануда! – Книги сами себя не просмотрят. – Слушаюсь, – отозвалась я. Может, ещё на что-нибудь любопытное наткнуться получится. Хотя едва ли тот, кто интересовался ранхорнами и их запретными ритуалами, был так любезен, что оставил на страницах какой-нибудь книги свои инициалы. Перелистывая очередную книгу, я зевнула и слегка встряхнулась, разминая плечи. За незашторенным окном уже стемнело, огоньки свечей отражались в стекле. А обстановка-то и правда почти интимная… Как будто мы с ректором на настоящем свидании. Эх, Кара, твоя подруга была права – не разбираешься ты в отношениях, раз тебе даже работа за одним столом романтичной кажется.