Глава 14, заключительная
Перед храмом собрался, наверное, весь клан серебристых волков. Все приглушенно галдели, а два распорядителя сегодняшнего торжественного события, пытались поделить зрителей на две половины, оформив тем самым живой коридор, по которому, как догадывалась, Игорю и предстоит вести меня к алтарю.
- Ась, ну иди сюда! Чего ты прилипла там?! – возмущенно окликнула меня Тома, с которой мы прятались во временно установленном на поляне шатре таинств приготовления невесты к брачной церемонии.
Тома вызвалась быть моей подружкой. Она же взяла на себя обязанности по обряжению меня.
Платье уже отлично сидело на мне, скрывая в пышных складках живот, обтягивая заметно увеличившуюся грудь и смущая меня своими красотой и роскошью.
- Прическа сама не сделается, - ворчала подруга, пока я ковыляла до нее, а потом еще и уговаривала ноги согнуться в коленках и позволить мне опуститься на стул перед огромным резным туалетным столиком с не менее огромным овальным зеркалом.
Оставшиеся полчаса до церемонии Тома колдовала над моей прической и добавляла последние штрихи, чтобы образ казался законченным. Я же все прислушивалась к тому, что делается снаружи и не могла себе представить, как появлюсь там перед сотней пар волчьих глаз.
- Ура! Уложились! – довольно оглядела Тома плоды своих трудов.
Я же к тому времени вообще себя перестала узнавать во всем этом ворохе белоснежных кружев, усыпанных жемчугом, и ореоле кудряшек на голове. Нет! Это точно не я! Да и все происходящее мне тоже казалось не со мной.
Тут раздался гулкий удар в гонг, и Тома засуетилась.
- Вставай и пойдем, - буквально поволокла она меня к выходу.
- Зачем так спешить-то? – возмутилась я.
- Замри! – поступила команда, а сама командирша спряталась в тени шатра, оставив меня перед выходом одну.
Снова прогремел удар, и полог шатра откинулся. Я зажмурилась от множества факелов, горящих по периметру поляны и освещая ее настолько ярко, что это казалось нереальным. А в следующий момент почувствовала, как кто-то взял меня за руку и вывел из шатра. Этим «кто-то» оказался Игорь, как поняла, когда ко мне вернулось зрение. Красивый до боли в глазах – с гладко зачесанными волосами и в отливающем серебром длинном плаще. И смотрел он на меня так, что сразу же захотелось плакать. Нет, ну не истеричка ли?!
Мы стояли у основания живого коридора, и я ловила на себе множество самых разных взглядов. Сама же старалась ни на кого не смотреть, чтобы не растерять остатки мужества. Лишь тихо радовалась, что рядом Игорь, и именно он так крепко держит меня за руку. Поняла вдруг, что с ним мне ничего не страшно.
Дальнейшие события прошли для меня словно в тумане. Помню, что в храм с нами никто не пошел, и ждал нас там жрец – еще более экзотичный, чем запомнила его. На этот раз он был не только разрисован в разные цвета, но еще и увешан разноцветными перьями. Потом он что-то говорил на непонятном языке, выплясывал какие-то экзотические танцы, бил в бубен… Мы с Игорем несколько раз испили из кубка вина, подержали руки над ритуальным огнем, который странным образом не сжег нас. Он надел мне на палец простое кольцо, без камней, которое почему-то вспыхнуло голубым, затемняя кожу под собой наподобие татушки из витиеватых узоров. Но опять же, я ничего не почувствовала.
Потом нас забрасывали цветами и поздравляли, поздравляли, поздравляли… когда вышли все так же рука об руку из храма. А потом мы вдруг оказались с Игорем дома, в белоснежной столовой, за празднично накрытым столом и совершенно одни. Вот тут я начала возвращаться в реальность, осознавая, что торжественный обряд подошел к концу, и начинается неофициальная часть вечера.
- Все закончилось? – спросила я, и ответом мне тут же стал смех Игоря.
Сам он выглядел обычно. От плаща уже избавился и привычно растрепал волосы.
- Почти. Мне осталось проводить тебя в спальню и помочь раздеться. Того требуют наши обычаи, - шутливо изогнул брови и развел в стороны руки.
Ой! Ну зачем он это сказал? Сразу же кусок в горло перестал лезть, хоть до этого я и не могла определиться, за что же хвататься первым, до такой степени проголодалась, и столько всяких яств было на столе.
Кое как я все же заставила себя поесть, а Игорь к тому времени расправился с несколькими огромными порциями. Вот кому все ни по чем – на аппетите точно не отражается его настроение. Да и кажется, сейчас оно у него было неплохое и даже игривое. Весь ужин он старался рассмешить меня, но улыбалась я разве что из вежливости, не в силах не думать, что последует дальше.
В моей спальне тоже не зафиксировала, как оказались, а потом полностью отдалась во власть рук Игоря, что с ловкостью гувернантки освобождали меня слой за слоем от ставшего слишком тяжелым за длинный вечер платья.
Когда он добрался до моей кожи, на спине ощутила легкие поцелуи, больше похожие на касание крыльев бабочки. А когда нижнее платье спало к моим ногам и я осталась в одном белье, Игорь развернул меня к себе лицом и поцеловал в губы.
- Спокойно ночи, принцесса, - прошептал он мне в губы.
- Игорь! – призыв сам вырвался из груди, когда поняла, что направляется он к двери, что и сегодня хочет оставить меня одну.
- Что? – развернулся он, и я разглядела в его глазах пламя.
Он же хочет! Не меньше меня! Так почему уходит?
- Останься, пожалуйста…
- Ты просишь меня? Ты хочешь этого?
- Если бы не хотела, не просила бы, - почувствовала, как лицо заливает краска смущения.
А ведь и правда, первый раз я сама просила о близости. И первый раз мне не хотелось скрывать своих желаний. А хотела я этого мужчину, прямо сейчас.
Он никуда не пошел, а вместо этого быстро освободил меня от белья и разделся сам. Потом долго ласкал меня руками и языком, нежно и страстно одновременно. Как же я истосковалась по его ласкам и, кажется, окончательно потеряла стыд. Меня не смущало ничего, даже самые откровенные касания и разглядывание того, что считала сокровенным. Я полностью открылась перед ним, отдала всю себя, и это тоже случилось впервые.
И когда я первый раз вознеслась на вершину наслаждения, он перевернул меня набок, спиной к себе и очень аккуратно вошел в меня сзади. Даже тут он действовал бережно. Я же была уверена, что малышам это не повредит, потому что их маме сейчас очень хорошо.
Потом мы вместе принимали душ, где снова все повторилось, разве что на этот раз более стремительно.
- Теперь ты уйдешь? – спросила я, когда он обернул меня большим махровым полотенцем и принялся вытираться сам, любуясь его красивым телом.
- А ты этого не хочешь? – замер он.
- Хочу первую брачную ночь провести со своим мужем, - невольно улыбнулась, заранее догадываясь, каков будет его положительный ответ.
- Уговорила, принцесса, - расплылся он тоже в широкой улыбке.
- Ну какая же я принцесса, выйдя замуж за короля. Тогда уже королева, - рассмеялась я и рванула в комнату, чтобы хоть на время скрыться от его глаз с пляшущими в них чертяками.
- Спокойной ночи, моя королева, - прошептал Игорь мне на ухо, когда забрался под одеяло и прижался к моей спине, положив руку на живот.
Наверное, я ждала от него слов любви, хоть и сама себе не признавалась. И мне до ужаса хотелось признаться ему в своих чувствах. Но первым должен сделать шаг он – в этом я себя успела убедить, хоть и сама себе казалось глупой.
***
Через два дня умер отец Игоря. И вроде все этого ждали, но удар оказался очень сильным даже для меня, которая толком и не знала ушедшего альфу клана. А уж Игорь и вовсе не отходил от тела отца все два дня, что находилось то в ритуальном храме. Мне приходилось силой заставлять его покинуть пост скорби, чтобы поесть. Ну и я тоже старалась быть рядом, поддерживать его, хоть и тяжело было на все это смотреть.
Проводить альфу в последний путь собрался не только клан серебристых волков в полном составе, но и многие приехали из других кланов. Никогда еще не видела столько оборотней сразу.
И опять мне все казалось странным. Ведь совсем недавно тут проводили обряд воссоединения нас с Игорем, а сейчас тот же жрец, но с гораздо более скромной раскраской, «отпевал» отца Игоря.
И снова сыпались цветы – маленькие алые розочки, как символ уходящей жизни.
А потом полетели будни, наполненные всякими разными хлопотами.
Я готовилась к рождению малышей. Чуть ли не каждый день мы с Томой ездили по магазинам и покупали все необходимое, обустраивали комнату в доме, которую выделили под детскую.
Игорь все-таки уговорил меня нанять няню.
- Не для того, чтобы отстранить тебя от малышей, глупышка, - втолковывал он мне, - а чтобы помочь, чтоб одна ты не загнулась с ними.
- Я не одна, я с тобой, - твердила я.
- Да разве же из меня тебе подходящий помощник? Меня и дома-то не бывает, разве что ночью, - игриво подмигнул, намекая на то, что все ночи мы теперь проводили вместе, в моей спальне, которая стала нашей общей.
Можете себе представить, чем мы там занимались, перед тем как проваливаться в сон. И моя беременность и все увеличивающийся живот не мешали нам в любовных утехах.
День родов приближался стремительно, и боялась я этого события все сильнее. А еще меня напугал Олег на очередном из приемов, проведя плановое ультразвуковое обследование.
- Малыши лежат неправильно, - озабоченно произнес он и принялся выполнять какие-то манипуляции над моим животом. – Попробую уговорить их переместиться, чтобы рожала ты сама. Детеныши оборотня должны появляться естественным путем, чтобы с первым глотком воздуха активировать в себе всю ту силу, что заложена в них на генном уровне. Иначе, они могут оказаться слабыми…
Я испугалась еще сильнее. Не надо, чтобы наши малыши рождались слабыми! Я очень постараюсь сделать все от меня зависящее, чтобы подарить Игорю здоровое и сильное потомство. Однако тогда я еще даже примерно не догадывалась, через что мне придется вскоре пройти.
- Ну вот, теперь намного лучше, хоть и крупноваты они немного, - вновь всмотрелся Олег в монитор, водя валиком по моему животу. – Раскормила ты их, мать!
Да ну я же не виновата, что в последнее время не могу наесться! И сама уже не рада, а жор не спадает. И пришел он на место токсикоза, который мучил меня до этого все время. Теперь вот даже не знаю, что и хуже.
- Так. Назначу-ка я тебе диету, дорогая, - вновь посерьезнел Олег. – А то, такими темпами…
Мог и не говорить, без слов все было понятно, что сидят во мне слонята, которых не знаю как буду выталкивать. Один Игорь вон утверждает, что никакая я не кубышка бесформенная, а настоящая красавица. А когда он говорит, что беременность меня делает еще краше, то хочется прибить его на месте.
И этот день настал неожиданно. Вернее, конечно, я ждала его, но не с такой силой и не с утра пораньше. Не успела я встать с кровати, как меня скрутила резкая боль, а потом по ногам потекло что-то теплое. Игоря уже не было – на работу он отправился еще до завтрака.
На мои вопли прибежала Соня – горничная. Увидев, в каком я состоянии и правильно оценив ситуацию, она развела кипучую деятельность. Уже через полчаса я находилась в поселковой больнице, а возле кровати моей столпились Олег, Тома и парочка медсестер.
Тома смотрела на все происходящее испуганными огромными глазами. Олег прощупывал мой живот, пытаясь определить положение плодов. А медсестры тыкали в вены на обеих моих руках иглами – ставили капельницу и делали какие-то инъекции. Сама же я постепенно тупела, по мере того, как нарастала боль. Нет, я конечно, догадывалась, что волчата появляются на свет несколько иначе, нежели обычные человеческие детеныши, но не так же стремительно. Меня буквально разрывало изнутри. Я даже не заметила, как появился Игорь. Сообразила только, когда он уже сидел возле кровати и держал меня за руку, бледный и взволнованный. И это произошло в коротенький промежуток между схватками, что чередовали одна другую слишком часто, не давая мне возможности передохнуть и выплыть из полубессознательного состояния, в которое все глубже проваливалась от всепоглощающей боли.
Я догадалась, что что-то пошло не так, когда в промежутке между схватками не обнаружила возле себя ни Томы, ни ее брата. А вот врачей прибавилось. Кроме Олега в палате появились еще какие-то два мужчины. Они о чем-то тихо переговаривались между собой, пока медсестры распинали меня на родильном столе и подготавливали к родам. К тому моменту все мое тело превратилось в сплошной сгусток боли, и мне казалось, что я умираю.
- Ася, послушай, - приблизился к столу Олег и прижал ладонь в моей щеке, заставив сфокусировать на себе взгляд. – Родовая деятельность у тебя очень активная. Малыши идут неправильно, но стремительно. Теперь мы даже кесарить тебя уже не можем. Придется потрудиться.
- Я не могу, - скорее пошевелила я губами, нежели сказала это вслух.
- Ты должна! – легонько встряхнул он меня за плечи. – Мы ввели тебе обезболивающее. Будешь тужиться по моей команде.
И начался новый круг ада, во время которого меня заставляли тужиться раз за разом, пока остатки сил не покинули мое бренное тело. Я уже вообще ничего не соображала. До слуха доносились обрывки каких-то фраз.
- Застрял…
- Нужно тянуть…
- Большая голова…
- Ножка вывернулась…
Кто-то кричал. Не на меня, надеюсь. Хотя, и это меня волновало мало.
В тот момент, когда плотная завеса тьмы медленно принялась спускаться на меня, в палате вдруг вспыхнуло яркое свечение и появился жрец. Это он светился, но возможно, мне так только казалось. Да и его самого тут не должно было быть. Или он решил отпеть меня раньше, чем отправлюсь на тот свет? В том, что умирала, я не сомневалась. Не чувствовала уже своего тела, словно то стало вдруг легче пуха. И мысли стали такими легкими, что лишь остатками воли получалось их удерживать в голове. А жрец все говорил и говорил что-то на своем языке. Голос его звучал то громче, то тише, и руки его мелькали сразу везде, как будто у него их было больше чем две, как у мутанта или гуманоида с другой планеты.
Я умирала с улыбкой на губах, и когда тьма накрыла меня с головой, поняла, что в смерти нет ничего страшного, а после нее нет тоже ничего ровным счетом.
***
Ой нет! Я ошиблась. На том свете жизнь удивительно похожа на нашу, земную. И люди окружают знакомые, оказывается. Или это иллюзия, приближенная к реальности? Отражение прошлого, чтобы легче было смириться с настоящим и вечным?
Я лежала на кровати в какой-то комнате. Из открытого окна доносился птичий щебет, и легкий ветерок трепал мне волосы. А рядом сидел Игорь и читал книгу. Он был так погружен в описываемые кем-то события, что не заметил моего пробуждения. А может его проекция такой была задумана изначально и статичной, не знаю. И почему я валяюсь в постели? Или тут тоже положено по ночам спать? А может здесь и ночей нет.
- Как хорошо, что мне тебя показали еще разок, - с улыбкой озвучила я собственные мысли и рискнула прикоснуться к руке Игоря.
Иллюзия не исчезла, и я даже ощутила тепло его кожи. Как здорово, что все настолько приближенное к настоящему. А еще он смотрел на меня и явно силился заговорить. Но, наверное, право голоса у иллюзорного объекта отняли, зато оставили слезы, что вот-вот прольются из его глаз. И это лишний раз доказывало, что Игорь не настоящий. Настоящий никогда бы не стал плакать, ибо твердо верил в то, что мужчина всегда должен быть сильным.
- Ты кивни, ладно, если не можешь говорить? Как там малыши? Живы, здоровы?
Мой голос дрогнул, а на глаза навернулись слезы.
- Они мертвы, да? Я подвела тебя? Бедняжки… Им досталась бестолковая мать, что умерла и не смогла подарить им жизнь.
Я заплакала, а Игорь вдруг упал на колени перед моей кроватью.
- Аська! Ну что ты плетешь! – вполне по-человечески, разве несколько хрипло, проговорил он. Ура! Он еще и разговаривать может. – Ты не умерла, а была без сознания неделю. Жрец отправил тебя в состояние нирваны для укрепления физических и духовных сил. И с малышами нашими все в порядке. Боже! Спасибо тебе! – воздел он глаза к потолку, в то время как я пыталась вникнуть в то, что он говорил.
Малыши живы? И я тоже? Прошла неделя, которую я проспала? И этот Игорь, что размазывает слезы по щекам, настоящий, а не фантом?
- Почему ты плачешь? – тихо спросила, когда смогла поверить в происходящее.
- От счастья, дуреха!
И он принялся целовать мое лицо, пока я не стала задыхаться от счастья тоже, окончательно поверив, что все еще жива. Больше скажу, умирать я передумала окончательно.
Игорь нажал на какую-то кнопку в стене, и почти сразу же дверь в палату распахнулась, впуская Тому, Олега и Соню. Каждый из них нес по маленькому сверточку, и когда я поняла, что это наши с Игорем малыши, то едва не нарушила собственное обещание и не умерла на этот раз от счастья.
Два сыночка и лапонька дочка. Какими же они показались мне красивыми! Самыми красивыми младенцами на свете. А пахли так, что голова кружилась от этого запаха, которым я никак не могла насытиться. Жаль Олег вскоре распорядился забрать у меня детей, сославшись на то, что их нужно кормить, да и мне пора поесть нормально, а не через капельницу.
И пока мы ждали обеда, Игорь прилег со мной на кровать, крепко обнял и проговорил.
- Мне теперь нужно какое-то время замаливать в храме грехи. Так велел жрец.
- Какие еще грехи? – встрепенулась я.
Неужто пока я спала, он успел с кем-то согрешить? А сейчас, как самый последний тупица, решил мне во всем признаться?
Он шумно сглотнул и лишь потом заговорил снова.
- Когда ты умирала, я взял грех на душу и попросил у бога жизни для тебя, если для этого даже придется пожертвовать жизнями малюток.
Голос его прозвучал глухо, а по моей коже пробежали мурашки.
- Как? Но зачем?..
- Затем, что люблю тебя, принцесса. И в тот момент понял, что не смогу жить без тебя.
Вот так вот просто, в обычных незамысловатых словах, я услышала то, что уже давно мечтала услышать и во что не верила, хоть и видела тому подтверждение.
Он любит меня! У нас родились замечательные дети! Что еще нужно для счастья, путь к которому оказался достаточно тернист?
- И я тебя люблю, - прижалась я к плечу Игоря.
- Я думал, что никогда не услышу этого от тебя, хоть и не сомневался в твоей любви уже давно.
- Ах ты, самонадеянный придурок!..
Не зайди в тот момент медсестра и не вкати сервированный на двоих столик, я бы, наверное, поколотила своего мужа. Своего любимого мужа. И что-то мне подсказывает, что и дальше не все будет гладко между нами. Но ведь как известно, «Милые бранятся только тешатся». Это точно про нас с Игорем!
КОНЕЦ.