Глава 13

Ночь уже вовсю властвовала в лесу, а мне не спалось. Долго ворочалась на своем огромном сундуке, утопая в пуховой перине, пока не поняла, что уже все тело болит от бесполезных попыток уснуть, а голова лопается от самых разных мыслей.

Я вспоминала нас с Игорем сегодня и каждый раз замирала от той внутренней теплоты, что рождали эти воспоминания. И мне снова хотелось, чтобы он оказался рядом. Впервые с момента его приезда я жалела, что каждую ночь он проводит в лесу. Вот и сегодня не вернулся даже к ужину. И дядя сказал, что не встретил его во время обхода.

Отчего-то я волновалась сегодня сильнее обычного. Вернее, раньше я старательно внушала себе мысль, что не только не волнуюсь за него, но даже и не думаю о нем. А это было самообманом, как сейчас понимала.

Я прижала ладони к заметно округлившемуся животу и прислушалась к себе. Кажется, я начинаю любить малышей, тогда как раньше старательно гнала от себя мысли о них. Да и растут они слишком быстро – рискую не успеть насладиться тем ощущением особой близости, которая рождается между матерью и еще не родившимися дитем. А в моем случае, детьми. Интересно, сколько их у меня там? И не рискую ли я такими темпами за оставшийся месяц с хвостиком до родов превратиться в небольшого слоника?

Не в силах больше лежать, я встала и тихонько прокралась на выход мимо громко храпящего дяди. Впрочем, как уже успела убедиться, его и из пушки нелегко было бы разбудить.

Захотелось подышать свежим воздухом. Да и ночи в лесу казались мне волшебными, наполненными загадками и тайнами. Еще когда жила у Игоря, в вынужденном заточении, уже пришла к такому выводу. А тут, у дяди, только укрепилась в этой мысли. И несмотря на таинственную темноту, что окружала дом ночью, страшно уже не становилось, словно и лес стал частью меня в последнее время.

- Ух! Ты тут?.. – невольно испугалась и схватилась за косяк, когда в темнеющем на тахте силуэте узнала Игоря.

Я и не слышала, как он вернулся, да и у него всегда получалось это бесшумно. Но я не ждала его, еще и потому испугалась.

- Не уходи, - остановил он, когда я собралась вернуться в дом. – Иди сюда, - подвинулся и освободил место рядом с собой.

Отчего-то разволновавшись, я приблизилась к нему и опустилась на тахту, оставив между нами расстояние. Но он его тут же сократил, обхватив меня за талию и притянув к себе.

- Не бойся, не укушу, - тихо проговорил, обдавая мой висок горячим дыханием и заставляя шевелиться волосы. – Мне тоже не спится, как и тебе. Так почему бы нам не побеседовать?

- О чем? – так же тихо, как ночное эхо, отозвалась я.

- О чем угодно. Обо всем. Разве есть запрет на какие-нибудь темы? – приглушенно рассмеялся он, и смех его прокатился по лесу неспешной волной.

- Раньше были…

- Раньше все было по-другому. Неужели ты не заметила, что теперь все изменилось?

- И как же? – попыталась я рассмотреть его лицо, но мешала темнота. Лишь глаза оборотня призрачно блестели.

- Можно я не буду отвечать на этот вопрос, а задам тебе свой, который уже давно хочу задать?

- Ладно…

- Что ты хочешь? В скором будущем… Какие у тебя планы?

Ничего себе загнул! Я аж опешила. И чего он хочет услышать – правду? Ну так, для него существует только его правда. Или в этом он тоже изменился?

- Еще недавно я не имела права строить планы. За меня все решали другие, - задумчиво проговорила.

Не могла понять, зачем он об этом меня спрашивает и какого ждет ответа.

Он тоже не торопился с комментариями – не мигая смотрел в темнеющий перед нами лес.

- Наверное, я должен извиниться перед тобой. И если настаиваешь, готов это сделать…

- Но? – вопросительно посмотрела я не оборотня, когда пауза затянулась.

- Но я не чувствую себя виноватым, - тут же огорошил он меня. – Не торопись! – властно остановил готовую заговорить. – Выслушай… Я ведь не просто так выбрал тебя, рискуя, что у нас с тобой вероятна полная несовместимость. Когда увидел тебя в первый раз, что-то со мной произошло, чего раньше я даже примерно не испытывал. Не было в моей жизни женщин, о которых я бы вспоминал против воли. До твоего появления…

- Хочешь сказать, что почувствовал во мне пару? – невесело усмехнулась, вспомнив какой-то роман про оборотней.

- Нет такого понятия, как биологическая пара, - тряхнул он головой, но как крепко обнимал меня за плечи, так и продолжал это делать. Я даже почувствовала, как чуть сильнее сжалась его рука. – Это все выдумки фантастов. У нас все решает выбор или интуиция, если тебе так понятнее. Она в нас очень развита.

- Хочешь сказать, что на меня тебе указала интуиция?

- Не могу утверждать этого. Говорю же – сам с таким столкнулся впервые, - посмотрел он на меня и вдруг быстро поцеловал.

Отчего-то стало приятно. Не ожидала от себя такой реакции. Но словно еще одна ниточка потянулась от меня к нему.

- …И возможно, потом я поступил как скотина, да еще и Томку к этому притянул, но все же, прошу тебя понять. Порой наши инстинкты становятся настолько сильными, что бороться с ними практически невозможно. И я не жалею, как уже сказал, потому что с каждым днем убеждаюсь, что лучше тебя вряд ли кого нашел.

- Для чего? Лучше меня для чего?

От его ответа сейчас зависело так многое, что он словно почувствовал это и не торопился.

- Для всего. Раньше я думал, что хочу тебя видеть только матерью своих детей, а теперь…

- Что?

Что он хочет сказать? Неужели, признаться в любви? От этой мысли накатила волна паники – к такому я была не готова.

- Я хочу, чтобы ты осталась со мной и помогала растить наших детей. Потому и спросил тебя о дальнейших планах. И сразу говорю – принуждать больше не стану.

Это было далеко не признание, но уже хоть что-то. И больше всего меня обрадовало обещание не принуждать. Однако, думаю, оно распространяется на все, кроме наших будущих детей.

- Если хочешь, можешь учиться дальше. У детей будет няня…

- Нет! Никакой няни! И я уже взяла академ.

- То есть, ты согласна? – вкрадчиво поинтересовался Игорь.

- Думаешь, мы сможем?.. – тут же струсила я.

- Что? Жить вместе?

- Да.

- Ну все же зависит от нас. И… мне нужна твоя поддержка. Тем более, сейчас.

- Почему именно сейчас?

Мне самой уже казалось, что веду пристрастный допрос, но хотелось получить от него как можно больше правдивых ответов на собственные многочисленные вопросы.

- Потому что я стал альфой, и мой отец умирает.

- Сочувствую.

Что еще я могла сказать? В такие моменты все слова кажутся неподходящими, фальшивыми.

- И давай попробуем. Только от братца меня своего огради, пожалуйста, - немного брезгливо добавила. – И давай еще немного побудем тут, у дяди.

- Боюсь, последнего обещать не могу. Местные волки-отшельники учуяли меня и теперь вот объявили охоту. И я боюсь не за себя, ты же понимаешь, - заглянул он мне в глаза.

Понимала – боится он за детей. Но и отвечать почему-то не захотела.

***

Как выяснилось на следующий же день, Игорь не преувеличивал опасность. Во-первых, его слова подтвердил дядя. Глава семейства отшельников подкараулил, оказывается, лесника во время обхода и в буквальном смысле припер к стенке, вернее к дереву. Он потребовал, чтобы оборотень-чужак как можно быстрее убрался с его территории. И дядя так и не смог убедить его, что территория эта ему не принадлежит, что на ней волен бывать каждый, даже если это оборотень.

- У них свои обычаи – звериные, - закончил дядя. – И твой мужчина об этом хорошо знает.

Знает и не скрыл от меня.

А вскоре, через пару дней, случилось кое-что посерьезнее, что заставило, все-таки, нас распроститься с дядей.

Отправили нас с Игорем по грибы.

- Пора сейчас грибная, - деловито сообщил дядя, после того, как убедился, что Игорь в этом вопросе – специалист. В отличие от меня, которая в грибах не разбиралась совершенно. – Нужно засолить, насушить и объесться жареными грибочками. Так что, берите лукошки и марш в лес. Должна же быть от вас хоть какая-то польза.

Но последнее это уж так добавил, из легкой вредности. Дяде мы не мешали, и сдается мне, он был рад, что хоть какое-то время живет не один.

Мы с Игорем петляли по лесу, выискивая грибы, пока я не выбилась из сил.

- Устала? – в какой-то момент обратил Игорь внимание, как я отстала и привалилась к дереву.

Меня еще и тошнило сегодня сильнее обычного. Не помогали ни таблетки Олега, ни запах хвои, который всегда действовал на меня живительно.

- Немного, - честно призналась.

Тогда он соорудил под деревом для меня небольшое сидение из сухих веток и сухих листьев и велел ждать его.

- Далеко не пойду, не волнуйся. Но я по запаху чую рядом грибной Клондайк.

Я откинулась на ствол дерева и прикрыла глаза. Тошнота постепенно отступала вместе с тем, как переставали гудеть ноги.

Едва расслышала волчий вой, как поняла, что история повторяется. Выл не Игорь, да и с чего бы ему перекидываться, да еще и с лукошком, полным грибов. Это выл чужой волк, и догадки уже вовсю роились в моей голове. А когда я увидела самого зверя, с щерящейся пастью и капающей слюной, то первой мыслью стала, что это бешеный волк, а совсем не оборотень. И только глаза его, с вполне разумной и неприкрытой злобой, опровергли мои предположения. А еще на этот раз зверь не хотел меня изнасиловать, а намеревался расправиться и быстро. В общем, я принялась готовиться к смерти, понимая, что Игорь может находиться далеко от меня и на помощь прийти не успеет.

Когда-то мне казалось, что вижу собственную смерть в волчьих глазах Кондрата, но как же я ошибалась. Когда волк хочет убить, глаза его горят решимостью, и не существует преград. Он не замедляет шаг, не раздумывает. Он просто движется навстречу собственной цели. А потом распахивает пасть в паре сантиметров от моего лица и…

Я только поняла, что все еще жива, и что что-то изменилось. А еще до меня донеслась смесь звуков: рычания, визга, воя и борьбы. И тогда я рискнула распахнуть глаза.

Игорь успел и сейчас он буквально рвал шкуру волка-убийцы в клочья своими острыми зубами. Тот отчаянно защищался, но перевес был явно не на его стороне. Мне было ужасно страшно, но я понимала, что именно то, что Игорь защищает меня, и придает ему силы, делает даже внешне мощнее противника. Все его движения были четно выверены – он нападал беспрерывно, не давая противнику очухаться. Он защищал свое: самку и детенышей. И больше всего я боялась, что он убьет волка. И тогда проблемы будут не только у нас с ним, но и у дяди. Но и вмешаться не могла, не рискуя попасть под раздачу.

Сколько длилась свирепая схватка, понятия не имею. Время казалось остановилось. А все мое внимание было приковано к волку, которого сейчас считала своим. Целый букет чувств разрывал душу: страх за него, потому что я видела, что и он тоже слабеет, хоть и не так стремительно, как его враг; ужас перед возможным убийством, которого не желала всей душой; невозможность защитить наших детей, если Игорь вдруг падет в этой схватке… Никогда еще до этого мне не было настолько страшно перед лицом реальной опасности.

Вскоре волк, чья шерсть отливала серебром, вцепился в горло сопернику и, казалось, намертво сжал челюсти. Второй волк забился в конвульсиях, и я даже не сразу поняла, чей это крик прорезал лес.

- Игорь!..

Только через какое-то время до меня дошло, что кричала я, и именно этим спасла жизнь оборотню, что хотел напасть на меня. Надеялась, что спасла, потому что когда Игорь разжал челюсти, тот даже встать какое-то время не мог. И все это время серебристый волк нависал над ним со страшным рычанием, готовый довести дело до конца.

Наконец, волк смог подняться с земли и из последних сил (я видела это) заковылял прочь от нас. Пусть он выживет! – только и оставалось, что молиться.

Игорь перекинулся обратно и пошатываясь приблизился ко мне. Он так тяжело дышал, что дыхание его со свистом вырывалось из груди.

- Ты как? – практически упал он рядом со мной.

- В порядке…

И только тут я заметила, насколько он изранен тоже. Повсюду на его теле сочились кровью раны от когтей и зубов противника. Некоторые показались мне пугающе глубокими. Сразу же замутило. И я бросилась к ближайшему дереву.

- Прости, - вернулась к Игорю, испытывая стыд за то, что он стал невольным свидетелем моей слабости.

- Пойдем домой, но тебе придется немного помочь мне, - слабо улыбнулся он и положил мне руку на плечо.

Мамочки! Да он еле на ногах держится, хоть и храбрится. И бледный такой…

С трудом, останавливаясь на передышки, мы добрались до дому. И хоть Игорь всю дорогу успокаивал меня, говорил, что совсем скоро начнется регенерация, я видела, что с каждым шагом последующий ему дается с большим трудом. А дома он практически упал на тахту на веранде и сразу же потерял сознание.

Дальнейшие события дня мне запомнились, как калейдоскоп по обработке ран и смене повязок на изодранном теле оборотня. Я не отходила от него ни на шаг, и дядя тоже все время был рядом, но пришел в себя Игорь, только когда спустилась ночь.

- Уезжать вам нужно от греха подальше, - проговорил дядя, когда все мы собрались за довольно поздним ужином.

Игорь уже смог встать с кровати, да и всем нам нужно было подкрепиться. Меня так уже и вовсе пошатывало от усталости и голода.

- Не подумайте, что гоню вас. Но так будет лучше для всех, - добавил дядя и выглядел при этом непривычно грустным.

Я так и вовсе едва не разрыдалась, еле сдержалась.

- У каждой твари свое место. И ваше далеко отсюда…

Игорь кивнул.

- Все правильно. Завтра полетим домой.

- Как завтра? Ты еще слишком слаб! – возмутилась я.

Нет, ну правда, не собирается же он в таком виде появиться в аэропорту, да и в городе. Вся полиция будет нашей.

- Завтра ты меня не узнаешь, - усмехнулся оборотень. – На мне же, как на собаке…

И он оказался прав – от той развалины-оборотня, каким был накануне, с утра не осталось и следа. Разве что следы от ран еще имелись повсеместно, но и те не выглядели уже пугающе. И сам Игорь был бодрячком.

Собрались мы очень быстро, много нажить тут я не успела. Ну а Игорь, как приехал с одним рюкзаком, так и отправлялся обратно, разве что еще и моя сумка прибавилась.

- Привык я к вам, молодежь, - вздохнул дядя, когда привез нас в город, в аэропорт, и настало время прощания. – Надеюсь, навестите еще старого отшельника?

- Никакой ты не старый, - упрекнула я. – И ты тоже можешь к нам приехать, раз уж нам к тебе пока нельзя.

Пока страсти не улягутся, я бы побоялась соваться в дядин лес, на территорию, которую оборотни-отщепенцы считали своей. От дяди мы узнали, что никто там не умер. И на том спасибо!

В общем, простились мы довольно тепло, и некоторые не удержались-таки от слез. Ну и договорились видеться в будущем. А еще дядя передал маме не только привет, но и увесистый подарок в виде большого свертка.

- Там всякие лесные радости, - смущенно сообщил. – По сестре я тоже скучаю.

Как бы я хотела их воссоединения, чтобы и они вновь обрели друг друга. Ну что ж, есть над чем работать в будущем, потому что так этого дела я оставлять не собиралась. Маму нужно вытряхивать из кокона прошлого и заставлять жить настоящим полноценно, не вычеркивая из жизни никого!

А поздно вечером мы уже подъезжали к дому Игоря, уставшие после продолжительного перелета. Вновь я возвращалась в ту жизнь, из которой не так давно бежала, и что ждет меня, даже примерно не знала.

***

Вопреки моим опасениям, жизнь в лесу, во дворце оборотня изменилась. Моя жизнь, имею в виду. Теперь я была совершенно свободна и очень уважаема всеми – и горничными, и охраной. Игорь сразу же всем представил меня еще раз, как будущую мать своих детей. И сделал это так, что даже в моей душе родился священный трепет.

Я могла свободно передвигаться по лесу, правда, Игорь настоял на охране. Так же мне не запрещалось покидать территорию поселка, но тоже на машине с водителем, который играл и роль моего охранника. Так, первым делом я отправилась к родителям, чтобы успокоить их и поделиться новостями. Единственная проблема состояла в моей беременности и в уже вовсю заметном животе. Как я объясню это родителям, понятия не имела. Но и тут мне помогли – Тома сказала, что они поверят всему, что я решу им рассказать. Ну а ни перед кем другим из знакомых я и не собиралась светиться.

Первая встреча с родителями состоялась очень волнительная. Поговорить нужно было о так многом. Я даже отпросилась у Игоря с ночевкой, чтобы не торопиться. Ну и мне до ужаса хотелось поспать дома, в своей комнате, в привычной с детства постели. Приступ ностальгии родил сентиментальную грусть, и полночи я умудрилась проплакать.

Мама с папой поверили мне, всему, что я наплела им. Как это работало, понятия не имела, но теперь они вместе со мной ждали родов через месяц. А еще мама засобиралась в гости к брату, когда тоже проревела весь вечер, когда рассказала мне о своем детстве, впервые за мою жизнь.

Возвращалась к Игорю я в растрепанных чувствах и мы даже немного повздорили.

- Чего ты дуешься? Я же не запрещаю тебе навещать родителей. Ты вольна делать, что хочешь, - раздраженно заявил он за ужином на следующий день.

А я и не дулась, это он отчего-то бесился. Догадывалась, что не я его раздражала, а что-то на работе или связанное с обязанностями альфы, или и то и другое. Но срывался-то он на мне сейчас.

- А ты не рычи на меня, - невольно огрызнулась, хоть и не хотелось с ним ссориться. И так душа не на месте была. – Я тебе даже не жена! – бросила салфетку прямо в тарелку и вскочила из-за стола.

Тоже мне, царь зверей нашелся. Выговаривает мне тут, как надо вести себя, а как нет. Да пошел он!.. И аппетит вон резко испарился. И снова слезы на глаза запросились. Ему их лучше точно не видеть.

Быстрее пули выскочила из столовой, Игорь и сообразить, поди, ничего не успел. А потом и из дома выбежала. Только и заметила краем глаза, как за мной метнулась тень – охранник приступил к своим обязанностям, значится.

Я же побежала к Томе. Надеялась застать ту дома.

С подругой, к слову, мы помирились сразу же после нашего возвращения с Игорем. Как-то само случилось, что я ей все простила. Может, время излечило от обиды. Или рассказ Игоря заставил меня по-другому посмотреть на ситуацию. Ну и Тома все же помогла мне вырваться из клана, когда я в этом очень нуждалась. Сейчас – другое дело. Сейчас я вернулась сюда добровольно и полностью отдавая себе отчет в своих действиях.

Тома оказалась дома, и конечно же, Олег был там же. Мне нравилось смотреть на них, как на пару. Они удивительно подходили друг другу и даже дополняли, хоть и были совсем разными. Ну и я немного завидовала той любви, что светилась в их глазах, когда смотрели друг на друга. Тома мне недавно призналась, что в сентябре состоится обряд сочетания ее и Олега по законам клана. И появится новая ячейка оборотней. Я была рада за них.

- Пойду поработаю в лаборатории. И, Ась, не забыла, что у тебя завтра контрольная явка?

Не забыла, конечно. С момента приезда это будет вторая явка в госпиталь, на плановый осмотр. Олег теперь очень тщательно следил за развитием беременности и утверждал, что все протекает отлично, и отклонений от нормы нет. Ну а чувствовала себя я по-прежнему паршиво, но и это уже казалось привычным. И живот уже вырос настолько, что за ним я не видела своих ног. Страшно было представить, как я буду выглядеть перед родами.

- Классный он! – посмотрела я вслед Игорю. – Повезло тебе, - перевела взгляд на подругу, которая казалась сейчас очень счастливой и расслабленной.

- А тебе?

- А что мне?

- Считаешь, что с Игорем тебе не повезло? У вас же вроде все хорошо.

- У нас все никак и вряд ли что-то изменится. Не суждено мне, видно, выйти замуж по любви и быть любимой. Не в этой жизни…

- Ась, иди-ка сюда, - похлопала Тома рядом с собой по дивану.

Я послушно опустилась рядом с ней.

- Вот ты все время рассуждаешь, суждено не суждено, любит не любит… А ты сама-то как к нему относишься? – задала Тома простой вопрос, на который ответить было гораздо сложнее.

Думаете, я сама не думала об этом? Еще как думала, а в последнее время больше, чем о чем-то другом. И вывод напрашивался неутешительный – что я отношусь к нему гораздо лучше, чем он ко мне. Не знаю, любовь ли это, но мне хотелось больших тепла и внимания от него, чем те крохи, которыми он меня одаривал. Отсюда и рождались все обиды и слезы одинокими ночами. Здесь, у себя дома, вот уже неделя, как Игорь не переступал порог моей спальни. То есть, ни разу с момента моего возвращения. С работы приходил всегда за полночь и еще пару часов умудрялся просиживать в своем кабинете, дома уже. Подобное невнимание и даже равнодушие очень обижали. Я не узнавала в нем того Игоря, каким он был несколько дней перед нашим отъездом от дяди.

И вот уже второй человек меня спрашивал, как я к нему отношусь. А ответить честно я не могла, потому что и себе боялась признаться, что в душе моей зарождается что-то типа любви к оборотню.

- Молчишь. Тогда, почему от него требуешь большего? Если между вами нет любви, так смирись с тем равновесием, что установилось сейчас. Он принял тебя в свой дом, окружил вниманием и заботой. Нельзя требовать большего, не даря ничего взамен.

В этот момент я подумала, как же легко мне было признаться родителям, что люблю Игоря. Ведь они ничего не знали, кроме того, что я сама им рассказала. А это чуть больше, чем ничего. Они никогда и не узнают, как много сложностей мне пришлось пережить.

На Тому я не обижалась, потому что все правильно она говорила. Но и сделать первый шаг я не смогу никогда. В конце концов, я женщина, и не должна этого делать первая.

Мы засиделись допоздна. Об Игоре больше не говорили, больше подруга трещала об Олеге. Вот уж где была любовь. А еще страсть, судя по тем подробностям, в которые меня Тома посвятила. Только вот теперь я точно знала, что страсть и любовь – две совершенно разные вещи, способные существовать друг без друга.

***

Игорь стоял на террасе второго этажа в тени колонны и потягивал вино. Асю заметил издалека. Видел, как задумчиво бредет девушка к дому, как бесшумно следует за ней охранник. Собственно, он и вышел на террасу, чтобы не пропустить ее возвращения от сестры.

Очень хотелось встретить ее внизу, в холле, заключить в объятья, сорвать с губ поцелуй… Но вот уже какое-то время он не мог побороть в себе сопротивление всем этим желаниям. Не понимал, что с ним, но собственное состояние походило на обиду. На кого? Неужели обижается он на Асю? Но за что? И тем не менее, это чувство было даже сильнее желания близости с ней.

Он только что вернулся от отца. Тот уже практически не выходил из дома, разве что изредка наведывался к жрецу. И сегодня вот попросил навестить его. Но Игорь никак не ожидал, что видит отца в последний раз.

- Через два дня я умру, - спокойно сообщил ему отец.

Игорь, конечно, видел, что он становится все слабее. Вот и сегодня отец не смог сам выйти к нему, но и в постели не захотел встречать старшего сына. В гостиную его привез слуга, в инвалидном кресле. Но подобное заявление мягко говоря шокировало.

- Пап, не говори ерунды!..

- Лучше помолчи! – перебил его отец, даже не дав возмутиться абсурду. – Я знаю, что говорю. Когда придет твое время, а я надеюсь, что случиться это не скоро, ты тоже поймешь…

Он замолчал ненадолго. Даже говорить ему было тяжело – Игорь видел это по синюшной бледности, что разлилась по лицу отца, и судорожному дыханию, что вырывалось из его груди. Больше он не будет перебивать, чтобы отец не тратил драгоценные силы на споры. Да и ни к чему эти споры.

- Сын, хочу, чтобы ты выполнил мою последнюю просьбу, - посмотрел на него отец воспаленными и слезящимися глазами.

- Все, что захочешь, - с трудом проглотил Игорь ком в горле. Глаза жгло от непролитых слез.

- Сочетайся священными узами с Асей раньше, чем я отправлюсь к праотцам. Завтра, на закате. Со жрецом этот вопрос я уже обговорил.

Игорь и сам об этом думал, но как отнесется к его предложению Ася? У него и колечко было припасено. Да и девчонку эту он умудрился полюбить всей душой. Втрескался по уши, как говорится. И сейчас, когда отец предложил это, он понял, что момент настал.

- Хорошо, пап, я и сам этого хочу, но даже примерно не знаю, чего хочет она. Согласится ли, - пришлось ему сказать правду, потому как не мог обещать пока ничего конкретного.

- Поговори с ней, убеди. Если не ради вас, то ради внуков, которых я не дождусь.

Он снова замолчал, чтобы отдышаться.

- И еще… На церемонии я присутствовать не буду. Негоже, чтобы члены клана видели своего альфу немощным. И ты ко мне больше не приходи, пока… я жив. Не спорь! – остановил готового заговорить Игоря. – Я хочу, чтобы вы, дети мои, запомнили меня живым, а не во власти агонии, которая совсем скоро начнется. Ну а прийти и проводить меня в последний путь – ваш священный долг, конечно же. Только мне уже тогда будет все равно, - грустно усмехнулся. – Иди, поцелуй меня.

Игоря аж трясло всего, когда покидал дом отца по его же просьбе. Отец просил поторопиться, потому что планировал еще встретиться с Кондратом. А завтра его должна в последний раз навестить Тамара. Хотелось выть безостановочно. Мышцы выкручивало от желания перекинуться и бежать по лесу куда глаза глядят, как можно дальше от всех проблем. Но сначала он должен поговорить с Асей.

Игорь сжал коробочку, что лежала в его кармане. Слишком сильно сжал, рискуя сломать. Он волновался перед разговором как мальчишка. И не потому, что обещал отцу выполнить последнюю просьбу, а потому что сам ужасно хотел назвать Асю своей законной парой. Ладно, оттягивать и дальше не стоит, иначе она ляжет спать и разговор сегодня так и не состоится.

Она не спала, но полусидела в постели и листала что-то в планшете. Его увидеть явно не ожидала, как понял Игорь по удивленному и немного испуганному взгляду.

- Привет! – проговорил он и откашлялся. Голос вдруг пропал. Никогда еще он так не волновался, даже перед самыми ответственными совещаниями. – Как прошел день? – приблизился к ее кровати и опустился на самый краешек.

От него не укрылось, как подтянула она выше одеяло, прикрывая кружевной верх сорочки. А он бы посмотрел на ее грудь, что пикантно выделялась под тонкой тканью. Давненько не заставлял он взглядом красиво съеживаться ее соски. Да и под руками бы ощутил упругость ее груди. А уж как хотелось проникнуть в ее тесное лоно, словами не передать. От всех этих мыслей, вихрем пронесшихся в голове, случилась моментальная и сильная эрекция. Оставалось надеяться, что Ася этого не заметит, да и смотрела она в его глаза, как он того хотел.

- Как обычно, - ответила она. – А у тебя?..7d423c

- Тоже ничего особенного.

Он врал – в его жизни в последнее время особенным можно было считать все. Новые обязанности альфы, что сжирали половину его времени. Постоянный аврал на работе с ростом заказов на мебель новых образцов… Все изменилось, и все было непривычным, новым для него. И больше всего те чувства, что испытывал к этой хрупкой девушке, которую даже беременность не делала менее изящной и красивой. Вот и сейчас ее животик выделялся под одеялом. Хотелось просто прикоснуться к нему, ощутить шевеление зарождающейся жизни, но и этого Игорь себе не позволил.

- Ася, я должен кое-что сказать тебе… Вернее, спросить… То есть, предложить…

Шакалы! Сам себя запутал – косноязычный тупица! Ну кто так делает предложение? Тогда Игорь просто достал из кармана бархатную коробочку и протянул Асе со словами:

- Это тебе.

При этом, меньшим тупицей считать себя не стал.

- Что это? – вертела она коробочку в тонких и подрагивающих пальчиках.

- Открой, - немного грубовато велел Игорь.

Замочек щелкнул, и повисла тишина, пока она рассматривала колечко из платины с небольшим бриллиантом. Он сам выбирал его и довольно придирчиво. Почему-то казалось, что лишь неброская элегантность может быть достойна ее красивых рук.

- Ты станешь моей парой? – спросил, чувствуя, как сердце пропустило удар, а потом словно замерло.

- То есть, ты делаешь мне предложение? – посмотрела она на Игоря так, словно он предложил ей вскрыть вены.

Сердце сразу же полетело куда-то вниз, и он стал ждать отказа. Что станет говорить или делать в этом случае, понятия не имел.

- Получается, что так.

- А это обязательно? Ну в смысле, жениться нам? – в голосе ее промелькнула робость, и это Игорь посчитал хорошим знаком.

- Не обязательно, но я хочу…

- Зачем? Почему ты этого хочешь? – пыталась она что-то прочитать в его глазах.

- Хочу, чтобы все узаконилось, чтобы ты стала полноценной хозяйкой в моем доме и матерью наших законных детей.

Что он несет?! Совсем не то, что должен. Но снова язык не поворачивается сказать, что любит. Что-то мешает этому.

- Хорошо, - кивнула она после непродолжительной паузы. – Я выйду за тебя.

- Обряд состоится завтра, на закате, - незаметно выдохнул Игорь. – Спокойной ночи, Ася.

Не удержался все-таки – наклонился и поцеловал ее в губы. Хоть так, но сорвал частичку ее прерывистого от волнения дыхания перед тем как покинуть спальню, в которой до ужаса хотелось остаться. И окликни она его, он бы не сопротивлялся больше.