глава 7

Легкое бежевое платье, с длинной юбкой, примерно до лодыжек, ну может немного короче, но не сильно. Мягкие бархатные босоножки в тон, и небольшая глянцевая сумочка. Это уже третий набор одежды за сегодня, который я мерила готовясь к свиданию с ним.

Волновалась ли я встречаясь с шантажистом? Однозначно. Но действительно, можно ли назвать шантажистом парня, который хоть и косвенно, но все же больше настроен на выполнение моих интересов чем своих. Я бы даже сказала, что Егор просто знает меня гораздо лучше чем я сама. Знает что именно мне нужно. Егор умеет успокоить мою совесть. И это пожалуй, плохо.

-Да хватит так нервничать, в конце-то концов! Спокойнее Рика, спокойнее.

Нервы и правда на пределе. Я волнуюсь ощущая значительный мандраж и предыстерику.

С одной стороны, я боюсь, что он сделает мне что-то плохое. Что-то о чем я возможно буду жалеть всю оставшуюся жизнь. Но с другой….Инстинктивно понимаю, что он бы так со мной не поступил. Только не он. Верю ему почему-то..

Брызнулась духами от Шанель. Набросила сверху легкую кожаную курточку Прада. Выгляжу конечно не совсем как девочка, но не сказать чтобы прям сильно тяну на свой возраст. Скорее нечто среднее. Жаль что мой муж и дочь, думают обо мне другое….

-Ну и куда это ты так вырядилась на ночь глядя?А?

Этот голос может заставить потерять равновесие кого угодно, а не только меня. Неожиданное появление возле данного зеркала - мужа, стало неприятным открытием.

Откуда он здесь взялся?

По идее же на работе должен быть.

По спине пробежал неприятный холодок. Нельзя было так рано списывать его со счетов, я по-прежнему замужем, и это простое обстоятельство накладывает на меня ответственность, которую я не имею права просто взять и проигнорировать, как бы мне этого не хотелось.

Да, с ним мы давно не близки. Но я-то все равно не свободна.

Как-то рано я все же начала рассуждать об этом по-другому.

Странно в этом признаваться, но за последние две недели я по большому счету, уже практически отвыкла от его присутствия в доме, и как-то смирилась с тем, что он в моей жизни не участвует. От слова совсем. Расслабилась, одним словом. Забила.

- По делам.

Даже не верится, что сейчас как в том дурацком анекдоте придется придумывать убедительную причину, для того чтобы встретиться со своим любовником в ресторане. Придумывать правдопобный бред, чтобы улизнуть из дома на свидание. Вот я попала. Неужели и правда, придется это делать? Не верится.

-По каким- таким делам? – Юра оторвался от стены, и стал подходить ко мне чуть ближе. У него в руках бокал с виски, который он поставил на столик, находящийся рядом с зеркалом и в которое я только что смотрелась.

- Платье смотрю, откровенное напялила. – прицокнул языком муж. – Причесочка, макияж. Может и белье откровенное на тебе, а?

-Юр…- я инстинктивно прижала руки к груди, чуть отступив назад к стене.

И чем я только думала, когда отложила процесс развода на неопределенный промежуточный срок. Давно надо было это дело закрыть. Еще в церкви. Если бы выяснили всё еще тогда, и я бы сейчас не тряслась, не считала себя какой-то предательницей и дрянью.

Капец…

-Дай я посмотрю! – с какой-то злой одержимостью и бешеным остервенением стал задирать мне юбку, жесткими нетерпеливыми руками подбираясь к белью.

С ужасом отметила, что мне есть чего стыдиться. Под платьем были легкие, кружевные и довольно откровенные стринги из шелковой ткани, чуть прозрачные впереди и более плотные позади. Из разряда тех, что моя дочь называет «веревочками». Они веревочи и есть. Мало что скрывают, на самом деле.

- Даже так?! – Лицо мужа исказил гнев. – Ну и для кого ты шлюха, так вырядилась? – он резко дернул белье, разрывая ткань в один лоскут, и при этом обжигая нежную кожу болью. – Собиралась пойти без трусов! Да еще и киску свою побрила. Для кого?!

Он резко схватил за плечи и очень болезненно встряхнул.

-Для кого?! – он орал мне в ухо, обжигая злобным взглядом и опаляя парами выпитого виски. – Любовника себе завела, дрянь?!

-Юр….- не знала что тут говорить. Он ведь прав. Я действительно поехала к любовнику.

Муж свирепел на глазах. Воздух между нами настолько был наэлектризован, что казалось еще немного и искры полетят во все стороны. И хуже было то, что отступать-то было и некуда. Юра прижал меня к стене. Лишил путей отступления окончательно.

-Значит, отказываешься говорить с кем у тебя шашни, да? Надеешься, я не узнаю? . – взбудоражено проводя рукой по волосам, тихо, но тая в своих словах угрозу, проговорил Юра. – Для меня это дело пяти минут, будто ты не знаешь.... Ты что, думала, что можешь и дальше пудрить мне мозги? М?

На его последних словах, меня саму накрыло праведным гневом.

-Что?! Я тебе мозги пудрю?! – когда гнев бьет в голову, инстинкт самосохранения отключается. А зря….

- А ты уже забыл, как я тебя застала.....

Не успеваю договорить свою мысль, поскольку мою щеку пробивает резкой болью. Отлетаю от Юры назад, больно ударяясь спиной об стену, и ощущаю, как по губам стекает кровь. Моя собственная кровь из губы.

Больно. Очень больно физически и невыносимо обидно морально.

Он усмехается, стирая мою кровь со своего кулака. Подходит ко мне, и угрожая своим свирепым видом, цинично склабится, после чего садится рядом со мной на корточки. Упивается собственной силой. Почти бережно вытирает мой разбитый нос вытащенным из кармана платком.

-Ну и нахрена, ты открывала варежку? – спокойно говорит Юра, явно успокоившийся и готовый нормально разговаривать. Я же наоборот киплю от гнева. Отворачиваюсь от него, не давая прикасаться к своей щеке. Он хватает меня за подбородок двумя пальцами, и насильно поворачивая лицом к себе, заставляет смотреть на него.

- Пошел ты! Ненавижу! - Я пытаюсь отбросить его руки от лица. – Убери свои грязные руки от меня! Ты об этом пожалеешь!

Я хочу сказать что-то еще, но в этот момент мне по лицу прилетает новая пощечина. Ахаю, и тут же замолкаю, заваливаясь назад.

Не верится даже что он на это способен.

- Ну как? Достаточно? – Лицо Юры становится серьезным, и он смотрит строго, небрежным жестом поправляя рукав на рубашке, который до этого сам и закатывал. – Ты не стесняйся, говори. Если тебе мало, то я сейчас еще начислю, если что. Если и дальше собираешься меня доводить.

Я не хотела плакать, правда, но слезы сами лились из глаз. Чувствовала, что проигрываю, и от этого на душе становилось еще больнее, и я не стесняясь стала всхлипывать.

-Ты….

-Что? Ударил? – он осклабился. – Да, это ты меня довела. Кто же тебя за язык тянул, Эрика?

Я молча продолжала плакать, а он говорил дальше.

-Никто. Ты небось, так и не усвоила урок, так? Ты никто. Я могу делать, что хочу. Только я. А ты нет. Тебе это не позволено, дорогая, априори.

Я хотела бы сказать, что он не прав, хотела бы высказать, что нормальный мужчина никогда не станет бить женщину, ведь так могут поступать только слабаки и психопаты. Но сейчас я даже этого не могла сделать. Юра был слишком близко, а боль от пощечины была слишком запоминающейся и свежей.

-Я с тобой разведусь! – тихо шептала, отворачивая голову назад. Ударит? Ну и пусть. Я хоть доведу свою мысль до конца.

Я не видела его, но четко ощущала его присутствие где-то рядом.

-А вот это едва ли, дорогая. – издевательски проговорил Юра. – Я ведь говорил, ты мне еще нужна. Я тебя не отпускал.

-Я тебе не вещь, чтобы меня отпускать! – не знаю откуда у меня взялось мужество поднять на него глаза, и выкрикнуть эту фразу, ведь явно что это было опасно. – Мой брат за меня заступится, ясно тебе?! Он не позволит тебе меня бить!

Юра нахмурился и глубокомысленно вздохнул. Задумчиво потер переносицу большим пальцем и указательным.

-А вот тут ты права….- он кивнул. - значит, мы ему ничего не скажем. Точно?

- Ага, даже не мечтай! – резко парировала я, снова рискуя снова получить удар по лицу. – Я ему все расскажу. Он заберет меня к себе.

Юра снисходитеьно улыбнулся, уселся на корточки придвигаясь чуть ближе и мягко, практически бережно поправил челку на моей голове, чуть выбившуюся из основного пучка, но не сильно. Так невесомо, но уверенно, заправил её за ушко, и при этом снова пугая меня тем, что стал ко мне невероятно близко, зашептал..

-Заберет тебя отсюда, говоришь. – когда он опять поднял руку, я зажмурилась в ожидании нового удара, настолько его голос был угрожающим, злым, но вместо того, чтобы повторно ударить, муж только усмехнулся и чуть приподняв мой подбородок пальцами левой руки стал рассматривать покраснение на коже. Словно примерял что-то в голове.

Осмотрел, после чего бросил небрежно.

-Тебе нужно приложить лед к синяку. Каких-то полчаса подержишь, и этого недоразумения словно и не бывало. Пройдет.

Я вся сжалась испуганная его близостью, и даже дышать опасалась при нем. Особенно, громко дышать.

- Такое красивое личико надо беречь. - снова усмешка. - Знаешь, если бы ты не болтала всякую чепуху своим остреньким язычком, всем бы от этого было только лучше.

Его дыхание опаляет лицо парами алкоголя, с терпким привкусом миндальной отдушки. Коже от этого тепло, комфортно, даже приятно в какой-то степени, немного согревает. Однако, затекший от долгого общения со стеной и немного ноющий затылок, ощущает совершенно другое, нечто болезненное, подавая мне молчаливые сигналы что ему плохо. Я не могу высказать это Юре, ведь я его боюсь, однако оставаться в таком неудобном положении с каждой минутой становится всё сложнее и сложнее. Больно даже. Неприятно.

-Ну так, что? Скажешь мне, куда ты там лыжи свои навострила, а? – Не отодвинулся от меня ни на миллиметр. Словно специально давил на меня своим присутствием, как новым странным методом пытки.

-Я же говорила. – голос охрип, и как будто даже был не мой.

-Ну да, по делам….- издевательски протянул Юра, делая мимолетное движение рукой, от которого я чуть не подскочила на месте. Инстинктивно дернула рукой даже, прикрываясь от него.

На какое-то время, повисло молчание, которое с каждой минутой неприятно затягивалось, и душило меня, сдавливало, словно перелитая вода давит на забившуюся раковину.

Трусливый мозг начал придумывать варианты правдоподобных ответов на вопрос Юры, но все они показались мне неподходящими, тупыми, я молчала и пугала сама себя своим бездействием сильнее.

В конце концов, Золотова это достало самого.

- С этого дня тебе запрещено выходить куда-либо без моего разрешения. – лениво протянул он, но в грозно сверкнувшем зрачке отразилась ярость, и думать о том, что это все несерьезно у меня даже мысли не возникало. – Телефон можешь брать только у меня, и звонить исключительно, когда Я тебе разрешу.

Не просьба, приказ.

Агрессия. Она повисла в воздухе и ощущалась как что-то физическое, давила на голову, словно неудобная шапка, которую подобрали неудачно.

-Что? – не верилось, что слышу подобное и мне это не показалось. – Ты шутишь?

От постоянного напряжения и страха, голос стал каким-то звенящим. На тон выше, и это как минимум. Я позорно показывала ему своё больное место и панику, а он пользовался этим. Нечестно, причем пользовался.

-А что, я похож на шутника? – Юра сжал челюсти, и кинув в мою сторону сердитый взгляд, словно я насекомое, которое он собирается придавить, немного откинулся назад, после чего взял свой недопитый бокал виски и сделал из него хороший глоток.

Я промолчала, не зная, что сказать. Вопрос был глупый.

- Ты оглохла, Эрика? – резкий окрик.- Я спросил, ты видишь во мне шута?

Похоже Юра начинал пьянеть. Его действия стали отдавать ленцой и болезненностью, но при всем при этом, враждебность и агрессия обретали все большую силу, я не знала куда спрятаться от него, ведь ситуация накалилась до предела.

-Юр….- было стыдно, что я его боюсь. Он это знал. Не мог не почувствовать. – Ты сейчас пьян, давай поговорим позже, хорошо?

Я видела своего мужа в подобном состоянии впервые. Даже не знаю с чем это связано. Раньше он никогда не злился вот так как сейчас, и тем более не угрожал, а уж бить…А тут всё сразу и в одном флаконе. После такого кто угодно бы свихнулся.

Я с ужасом ожидала, что он ответит, и когда вместо очередной порции гнева услышала странный задорный, с хрипотцой смех, сперва подумала, что у меня крыша поехала от стресса. Что мне всё это просто почудилось. Такое ведь случается, что у человека от страха возникают галлюцинации, так?

-Позже говоришь, поговорим? – продолжая посмеиваться схватил за волосы и притянул мое лицо к себе. – Ты такая дура, Эрика, что мне даже бить тебя жалко.

Я отстранилась назад, поскольку запах алкоголя в буквальном смысле слова, глаза мне начал резать. Скривилась. Но только внутренне, внешне я боялась делать даже это.

А когда я повернула голову столкнувшись со странным, совсем не злым, но не менее леденящим душу взглядом Золотова, паника пронзила меня еще сильнее чем раньше.

Он смотрел на меня пытливо. И его интерес, был сейчас совершенно не вовремя, и грозил мне намного сильнее чем просто физическая расправа.

Золотов хотел женщину. И кроме меня, тут не было больше никого…

-Юр… - в горле отчаянно пересохло, поскольку его взгляд сместился с губ на грудь, и теперь смотрел в упор, в ложбинку между грудей. – Юра…. слушай….. Не смей!

Паника. Фонящая неизбежностью, не сулящая мне ничего хорошего и звенящая, словно подкинутый на стол металлический доллар, паника. Настолько мучительная, разрушающая мое личное состояние комфорта пустота, что даже угроза избиения, от которой я испытывала жуткий трепет какие-то десять минут назад, показалась мне сущей ерундой.

Так, мелкое недоразумение, не более…

- Не смей мне это запрещать! Я твой муж!

- Ты изменник! Предатель! Не трогай меня! - отбивалась от него. Но лениво.

И когда руки Юры, без какого-либо предупреждения и даже без слов, стали рвать мне платье спереди, сразу отодвигая лифчик, освобождая мягкий сосок, я была оглушена настолько, что даже не сразу услышала гул мотора во дворе.

Медленная мучительная смерть. Неизбежность. Это не описать словами, но однажды почувствовав подобное на своей шкуре, такое ты уже не забудешь….

- Не трогай...не трогай меня...- меня потряхивало и зубы почти что стучали друг о дружку, и довольно отчетливо стукались.

-Бл*дь…- донеслось приглушенно, сквозь зубы, странно что от такого сильного сжатия челюстей, они у него не превратились в крошку. А ведь очень даже могли.

– Я ведь уже и забыл как же это сладко, драть тебя в эту киску….- он засунул руку мне под подол платья, и встретив незначительное, заторможенно-пугливое сопротивление с моей стороны, сразу полез к главному блюду. – Ты всё еще тугая там, да? – промурлыкал словно про себя, и как раз в этот момент, на лестнице около входной двери показалась Оля и её подруга по институту Инна Кузьмина.

Они были как раз вовремя. Очень.

Юра очень грязно выругался, но сняв с себя пиджак, все же накинул мне на плечи.

-Ты же помнишь, что будет с твоей любимой доченькой, если твой брат узнает про наши маленькие шалости? – он говорил ласково, но его взгляд горел гневом. Пугал.– Подумай, Эрика, назад дороги не будет. Ты же не станешь рисковать ею, так?

Я ничего не успела ответить, ведь в комнату стали заходить девушки. Золотов грязно выругался и повернувшись к двери лицом, таким образом прикрыл мою фигуру собой от них.

-Иди переоденься. – грубо толкнул меня к лестнице, даже не обернувшись чтобы сказать это в лицо. – Вечером продолжим с чего начали. Перевози вещи обратно. Я передумал, ты возвращаешься в спальню.