глава 8

-Мам, ну как тебе?! – дочь нетерпеливо улыбалась, кружась на одном месте словно юла, и при этом старательно игнорируя мое плохое самочувствие, словно быть в таком разбитом состоянии как сейчас, для меня обычное дело. Вариант нормы.

Точнее, Оля заметила мою некоторую бледность, когда я спустилась по лестнице в гостиную, но это было больше похоже на вежливость. Мне стало так обидно. Неужели никто в этом доме не способен на искреннюю заботу?

-Ты слышала, что мне Инка сказала? Она тоже считает, что мне не надо заранее расстраиваться и особенно сдаваться, ведь Егор теперь один, и у нас возможно, что-то и получится, нужно только чуть чуть подождать– протараторила дочь на одном дыхании. - Мамочка, у меня наконец, есть теперь все шансы!

-Да…- это все что я смогла сказать, упрямо пялясь в одну точку, чуть заметно прижимая охлаждённую под краном правую руку к тому месту, где по моим подсчетам мог появиться синяк.

Честно говоря, я ожидала худшего результата. Но, то ли Юра бил не сильно, то ли холодная вода, охладившая кожу, способна на настоящие чудеса, но если распустить волосы, можно и не догадаться, что несколько минут назад, меня кто-то бил кулаком. Оля и Инна не догадались. Может если бы им было до этого дело, они бы отреагировали по-другому, но нет. У них своих забот полон рот.

Оля продолжала что-то говорить, но как-то на фоне. Я отдаленно ловила как Инна и моя дочь Оля, описывают достоинства человека, которого они судя по всему знают постольку поскольку. Но самое забавное, что угадали практически процентов на восемьдесят.

- и кубики….а еще он стильный….видела, как они с теми спортиками играли в футбол….- незначительные обрывки фраз, которые по идее совершенно не должны были меня волновать, но при этом почему-то даже слишком  волновали, доносились, заставляя возвращаться мыслями к нему.

-Он будет тебя на ручках носить, Оль, ты как раз тростиночка. - смеялась Инна, отпивая чай. Они с моей дочерью дружила еще со времен школы, и в отличии от моей Оли семья Кузьминой едва сводила концы с концами, из-за чего Инна несколько лебезила перед моей дочерью, подлизывалась к ней периодами. И довольно ощутимо.

- Ты представь, если Королева увидит вас в инсте! – Кузьмина посмотрела на мою дочь с заговорщицкой улыбкой. – Вот у курицы подгорит, представь! Будет потом тебе в друзья добавляться, Олик, а ты ей такая, « отвали, силиконовая долина», ахаха! Шлюшка!

Оля поморщилась, и как-то зло. Неприязненно. Не знаю, про кого сейчас говорили моя дочь и Инна, но похоже, что Оля эту Королеву недолюбливала. Сильно. Похоже девушка та еще стерва и злыдня первоклассная.

-Да я ей  отвечать даже не буду. На хер она мне нужна, курица крашенная.  – Оля тоже стала пить чай. Воинственная ухмылка была неприятной, но мне самой было так плохо сейчас, что я даже особо не интересовалась про кого говорят девочки.

-Пусть только попробует мне написать. Дура тупорылая….- дочь громко отхлебнула чай. – Крыса….

-Точно крыса! – хмыкнула Инна, отчего-то веселясь, словно не замечая, что Ольга как-то раздражена. – Кстати видела её новые фотки? Нос тонюсенький, ненатуральный. Без пластики точно не обошлось. Вот сто пудов же! - сунула Оле в нос свой телефон. -  Зацени!

-Да пофиг на неё. – Оля скривилась, после чего стала искать что-то в своем собственном телефоне. Такое ощущение что стала искать вот эти фотки вышеупомянутой Королевой в инстаграмме. Это заняло не более пяти минут. – И правда, как крыса, фу….

Она помотала головой, отбросив телефон на диван.

-Неужели Егор и правда, с ней зависал? Понтов-то до хрена, а сама-то блин… ничтожество… Мам, хочешь поржать над одной овцой? – дочь повернулась всем корпусом ко мне, словно во время беседы я не молчала словно истукан, а была с девочками на одной волне. Мое молчание даже не заметил никто.

- Мне нужно прогуляться. – я сглотнула, все еще находясь в трансе, и словно не замечая удивленных лиц девушек отправилась гулять в сторону выхода в сад. Мне необходимо было остаться наедине с самой собой. Подумать обо всем.

Стоило только подойти к прозрачному стеклу входной двери дома, как почувствовала сильный толчок в плечо, от которого оно моментально заныло как от выстрела. Больно.

-Вам нельзя выходить из дома. – шкафоподобный начальник охраны мужа, перегородил собой вход и невозмутимо взирал на меня как на пустое место, сверху вниз. – Приказ Юрия Александровича. – создавалось ощущение, что такие умные фразы, в которых нет двухэтажного мата через слово, даются ему с напрягом. - Пожалуйста, вернитесь в дом Эрика Аркадьевна.

- В смысле, нельзя? – бросила раздраженно, отчетливо понимая что это ни к чему не приведет. – Даже по саду что ли, нельзя пройтись?

-Нельзя. – невозмутимый ответ. Мужчина своим видом показывал мне, что вопрос исчерпан.

Я тяжко вздохнула, печально глядя за спину охранника, после чего вернулась в гостиную. Распивать чай с дочерью и Инной что-то совершенно расхотелось. Но это все равно лучше чем сидеть в спальне и продолжать себя жалеть.

****

Возвращаясь в зал, где дочь и Инна распивали чай, который как мне показалось был не совсем уж и чай, обратила внимание, что дочь просто светилась от счастья. Что-то быстро набирала в своем сотовом, не прекращая то и дело странно улыбаться. Кузьмина тоже была тихой, спокойно тыкала что-то в телефоне, и когда я вошла в комнату, просто кинула мне быстрый взгляд и вернулась к своему занятию в гаджете.

-Так ты позови его сюда, Оль. Его и Антона. Посидим, чай попьем вчетвером…ой впятером. – Инна виновато на меня зыркнула. Голос подруги дочери казался слишком незаинтересованным. Как будто она пыталась сделать вид, что ей совершенно не интересно услышать ответ, вопрос на который она озвучила ранее. Как-то наигранно и фальшиво. Неправдоподобно.

-Ты думаешь, он приедет? – Оля странно приподняла бровь. С первого взгляда было ощутимо ясно, что вопрос пришелся ей по вкусу. – Сюда? – голос недоверчивый.

-Ну с Антоном же. – Инна пожала плечами. – Антон всё еще твой жених, так? Скажи, типа приезжайте вдвоем, затусим все вместе, мы же тут как раз вдвоем. Нам же скучно. И у нас есть текила!

Текилы на столе пока не было, но она абсолютно точно имелась в баре.

-Да нет, - Оля нерешительно откинулась спиной на диван, но на лице было явно написано, что она сомневается, принимает решение, которое действует на неё интригующе. Она может, и хочет согласиться, но при этом не верит в успех своей затеи. – Он бы наверное, даже к Анжелке не приехал, если бы она позвала его в дом Царевых. А в наш-то уж дом, тем более….

Нахмурилась, снова отпивая чай.

-Елки-палки, что ж делать? – она задумчиво стала скрести ногтем по корпусу телефона, создавая не самый приятный звук. Объемный розовый единорог с золотистой гривой мелькал туда-сюда, то и дело привлекая мой взгляд, и при этом действовал как маятник. Гипнотизировал меня, хотя я в течении сегодняшнего вечера, итак была сама не своя. Были для этого причины.

Пока я сидела на диване, словно в бесконечной прострации небрежно цедя зеленый чай с жасмином из красивой чашки, взятой из специального сервиза, предназначенного для гостей, мне на телефон поступило смс с неизвестного номера. Ткнула на беленький квадратик и внутренне напряглась.

«Ты так и не приехала в мою квартиру, Эрика и мой телефон по-прежнему в черном списке. Давай-ка я сейчас тебе позвоню и мы поговорим. Не сбрасывай.»

Едва смысл сообщения дошел до расслабленного мозга, телефон начал разрываться сигналом входящего вызова с этого же номера телефона. Я скинула вызов, хотя ранее послание в смс просило меня об обратном.

Я может и хотела бы поговорить с парнем. Но при Оле это делать не вариант.

«Ты ведь не сможешь вечно бегать от меня. Не глупи».

В чем-то он был прав, но я не могла разговаривать с ним в присутствии дочери. Да и мой муж, Золотов, насколько мне известно, тоже был где-то в кабинете или в спальне. В общем, неподалеку. Не припомню чтобы он выходил за пределы дома.

« я не могу говорить. И выйти не смогу. Прости за все.» – написала ему и уже хотела было отправить, но в конце концов решила добавить «прощай». - это единственное что я успела отправить на мобильный телефон Егора Барановского, прежде чем выключить телефон, вытащить сим-карту и сломать её пополам окончательно.

Я понимала, что наверное, стоило хотя бы переписать часть номеров телефонов где-то, ну скажем, на листочке, но я так сильно боялась что Юра рано или поздно заметит, что мы с Егором общаемся по сотовому, в тайне от него и Оли, что готова была рискнуть чем угодно, только бы правда о нас не вылезла наружу никогда. Сегодняшнее происшествие в зале отлично напомнило мне в каком гадюшнике я сейчас живу. Я не могу и не имею права рисковать дочерью.

Золотов прав, я подзабыла каким опасным типом может быть этот Краснов. Если раньше я сомневалась, что мой муж сможет поступить подло по отношению к дочери, пусть она и приемная, то сегодня до меня дошло, что шутки кончились. У Золотова тормозов нет.

А у меня в данный момент, нет никого роднее Оли. Пусть она взбалмошная, пусть толстокожая и иногда эгоитичная настолько, что мне даже иногда хочется прибить её собственными руками, но не смотря на все это, она моя ответственность, и я уж точно её не брошу в беде. Никогда.

Я свой выбор сделала.

****

Если смешать водку с тоником, и добавить слайс огурца получается некий коктейль, такой своего рода профессиональный напиток от шеф-повара Эрики. Вкус Швепса смешанный с алкоголем становится каким-то чуть более утонченным, добавки в виде разной непонятной химии в присутствии сорокаградусного спирта начинают играть новыми красками, давая даже некоторое послевкусие, нечто такое приятно-расслабляющее, свежее.

Наверное, за этот эффект я люблю смешивать тоник и текилу. А огурчик как вишенка на торте, добавляет новый лоск и остроту. Но в целом, конечно ничего особенного,но так, просто приятно.

Коктейль закончился, и я пошла за добавкой в кухню.

Смятение не покидавшее меня весь вечер по-тихоньку отступало. Щека, которую я охладила с помощью руки и ледяной воды побаливала, но теперь уже меньше. Самообладание значительно потрепанное словами Юры, и его внезапным насилием, стало понемногу ко мне возвращаться. Не полностью конечно, но теперь, его угрозы казались уже менее жуткими. Не такими страшными, как в момент когда я лежала на полу, и наглые грубые руки рвали мою одежду и лезли под юбку.

Мерзко, оскорбительно, садняще доказать, что так со мной обращаться нельзя, но уже не так остро, притупленно.

Я все еще опасалась, что он отдаст нашу дочку Краснову, но все равно сомневалась стоит ли из-за этого отдавать ему саму  себя в полное подчинение, и позволять спустить всю сегодняшнюю ситуацию на тормозах, поскольку если я расскажу про произошедшее от рук Золотова, Диме, я не просто вынесу сор из избы, я подставлю под удар Олю.

Я ведь понимаю, что если позвоню брату, он приедет сюда, да, заступится за меня, заберет нас дочерью к себе, защитит.  А следующим же вечером, в его дом ворвется Краснов со своими головорезами, и мне очень сильно повезет если он хотя бы не убьет и не покалечит всех остальных. Адская история в церкви расставила всё на свои места. Владислав Соколовский был готов убить и Егора Барановского, и его отца, и всю семью Анжелики полностью, т.е в том числе, Диму, Женю, и скорее всего меня тоже. Но Соколовский это не Краснов. Они конечно бандиты, но у них хоть рамки какие-то есть.

А Краснов даже и близко не такой. У него нет ничего святого. Вот вообще…

Рискнуть единственной дочерью, братом, племянницей, которая наверное еще не отошла от шока прошлого похищения, и соответственно женой брата.

Мое израненное самолюбие, и желание отомстить обидчику много раз подталкивало меня позвонить Диме и все рассказать. А остатки здравого смысла, и жуткие картины криминальной хроники, стоящие до сих пор перед глазами, напоминавшие мне, кто же такой этот Краснов,  наталкивали меня положить телефон на место и сразу не рубить с плеча, не глупить.

Нет, нельзя. И хочется, и колется, но нельзя.

****

Безысходность.

Безысходность, страх, чувство жалости к себе, угроза. Омерзительный коктейль из эмоций и скверных ощущений, впрыскивался в кровь, как лекарство распространяется по венам при инъекции.

Еще вечером Юра четко дал мне понять, что принимать мой отказ и давать возможность продолжать жить в отдельной спальной комнате, он вовсе не собирается. Мое согласие вопрос времени. Наступит ночь, и он вломится в мою спальню как тайфун. Именно вломится, ведь это так на него похоже.

Если у Золотова что-то начинает не получаться, то он становится злым как зверь, прет напролом, творит всякие, настолько безбашенные вещи что иногда даже сам о них жалеет.

Он просто так приучен. Но в моей ситуации, думаю жалость ему будет неведома.

Чтобы хоть как-то успокоиться, я стала много пить.

Если полчаса назад от шока и страха, я вела себя спокойно, слишком отстраненно даже, то сейчас ощущала просто чудовищное замешательство и угрозу. Уже не была уверена, что смириться со своей новой участью ради дочери, это идея хорошая. Страх за то, что Юра наломает дров, испортив жизнь не только мне но и ей, становился с каждой минутой все более ощутимым, осязаемым.

Я не смогу с ним спать. Ни при каких обстоятельствах не позволю ему касаться меня, и делать вид, что я не ненавижу его. Он должен получить по заслугам, так или иначе. И единственный человек, который сможет помочь разобраться с этой проблемой, это только мой брат Дима.

Но можно ли рисковать семьей брата, заранее зная, что возможно, от этого пострадают многие. А шанс что мы победим, едва осязаем, слишком призрачный.

Имею ли я право рисковать своими близкими зная про все подводные камни?

Вопросов много, а ответов похоже, не предвидится.

Я знала, что вместе с наступлением ночи у меня мурашки побегут  по спине, но когда я поняла, что конкретно, для нас с дочерью приготовил мой муж, осознала, что даже при большом своем желании, несмотря на богатую фантазию, не смогла бы приготовиться к тому, с чем столкнусь в гостиной нашего дома этим вечером.

Точнее даже не с чем, а с кем.

Это был он.

Юра решил запугать нас с Оленькой еще сильнее, хотя сильнее уже было некуда,  у меня от страха волосы чуть дыбом не стояли на голове. Но заметив, мертвенно-бледную маску, вместо лица на лице дочери, жавшейся к своей подруге всем телом в поисках тепла, даже не пытаясь скрыть то, как она напугана появлением в нашем доме мужчины, которого иначе чем «ночной кошмар женщины» и не назовешь., поняла что все что было раньше это явно были только цветочки.

А ягодки ждали нас в гостиной.

Все самое страшное, Юра оставил нам напоследок. Нас ждал ужин в компании жестокого садиста, психопата, женоненавистника и убийцы, которого Юра гордо именовал своим партнером по бизнесу, Сергеем Красновым.

Этот вечер просто не мог быть еще хуже. Самое страшное, что и Инна была здесь.

Он был среднего роста, хорошо сбитый, причем настолько хорошо, что казалось что он переусердствует допингами. Практически вся поверхность его кожи, которая не была скрыта одеждой, была усыпана многочисленными синеватыми татуировками, сделанными явно не в салоне, несущими в себе, скорее всего, некий сакральный смысл. Думаю, это блатные наколки или партаки.

Сильно подозреваю, что Сергей Краснов, тесно связанный с криминалом имел за плечами зэковское прошлое. Причем, об этом свидетельствовал не только внешний вид мужчины, но также, вальяжная, какая-то дикая, агрессивная поза и глаза.

Глаза это было самое страшное в нем.

Этот человек не смотрел на своих собеседников, нет. Он сканировал их УФ-лучами правды.

-А это моя супруга, Эрика, Серег. – заметив мое приближение, Юра страшно подмигнул. – Иди сюда, милая, познакомься, с Сергеем Эдуардовичем Красновым. Он мой бизнес-партнер. Коллега по инвесту, я тебе про него говорил.

Я застыла как статуя, на месте, не в состоянии даже дышать, не то, что двигаться или говорить.

-Ну что ты там стоишь? – Юра перестал улыбаться как идиот. – Сюда иди, сказал.

Он даже поднял руку, таким образом подзывая к себе чуть ближе.

-Ну же, Рика. Мы с Серегой не кусаемся. – вроде сказано ласково, но от этого не менее страшно.

Я подошла к ним на ватных ногах, совершенно определенно осознавая, что хорошего приема ждать не стоит. Краснов смотрел на меня как на мясо. А как он смотрит на мою дочь, мне даже и думать не хотелось. Пробурчала приветствие под нос, отчего Краснов оскалился как зверюга на врага.

И это животное, нацелилось забрать мою дочь себе в жены?

-Сочная у тебя жена, Золот. – мужчина неприятно ухмыльнулся. Без какой-то лишней скромности разглядывал меня напрямую, задерживая взгляд на декольте на пару минут, и прожигая лицо темными, вселяющими чувство бесконтрольного страха глазницами. – Сиськи ничего. Только шугливая какая-то она у тебя. Как помойная кошка. Воспитываешь её, ага?

Юра что-то пробурчал в ответ, явно не в восторге от внимания этого типа ко мне.

-И правильно. Баб надо воспитывать. – голос мужчины стал совсем жестким. Словно по металлу кто-то резал лобзиком. – А то они от рук отбиваются, бл*дь. Натура их шлюшья рано или поздно выплывает.

Его лицо ожесточилось, и он стал еще более страшным чем казался мне до этого. Меня прошил жуткий ужас с ног до головы, а это вселяющее бесконечный мандраж, чудовище внезапно резко засмеялось, пугая своим зычным голосом всех, включая мою дочь и Инну.

Даже Юре на мой взгляд, стало не по себе, я видела, как он поежился, бросил на меня неприязненный взгляд, потом вежливо кивнул Краснову в сторону кухни, и они похоже туда и направились, а я наконец-то выдохнула.