Глава 25. Драконом, говорит, обернись-ка

Теперь и разговор Морозки с Брамосами приобретает совсем другой смысл. Все больше печальный. Так значит он не просто о короле говорил, а о том короле, что его отцом был?

Грустно гляжу на него. Теперь-то ясно, чего он такой злюка. Ежели его и его отца предали, еще бы не злиться. Не зря мне сразу эти Туманники не понравились. Как подумаю: это ж они моего Морозушку едва не убили, пока он придавался праведному гневу в сыновьей скорби. Ну бесстыжие бабы! А еще ж насквозь видят! Значит точно знали, чем его слова продиктованы. Но все равно едва не удушили.

— Портной, мерки! — шипит на меня Морозко, напоминая о нашем с дедом алиби.

Плетусь к нему, и принимаюсь обмерять своего непривычно живого клиента. Чувствую, как он злобно дышит мне в макушку, пока я едва не обнимаю его, чтобы обхватить его широченную грудь. Боже, а как же он пахнет классно!

— Ты всегда такой кулема? — ворчит мне над ухом Морозко, вынуждая меня вздрогнуть. — Побыстрее как-то нельзя?

— Простите, — равнодушно плечами пожимаю. — Я просто привык, что мои клиенты обычно куда менее… эмм… дышащие.

Слышу какой-то недовольный рык в ответ. А следующая фраза уже очевидно обращена не ко мне, так как звучит куда громче:

— А вы чего встали? — рявкает в сторону окаменевших стражников. — Марш выполнять свою работу! Или мне теперь каждому ходить и рассказывать их обязанности во дворце?!

Эти горе-секьюрити подчиняются. И об этом я узнаю по тому, как Морозко оттягивает меня от себя за шиворот.

Вижу с какой сосредоточенностью на него смотри дед. А потому не спешу начинать задавать вопросы в духе «что мы тут забыли?» и «почему этот холодильник вдруг король?»

— Почему ты до сих пор сам не вызвал меня, раз за все время так и не нашел кому можешь доверять? — спрашивает дедушка.

— Они сменяют стражу ежедневно, — сухо отзывается Морозко. — Тоже и со слугами. Мне даже не у кого было спросить, куда вас отправили, чтобы придумывать как отослать весточку. Почему вы сами пришли только сейчас?

— Я уже слишком стар, чтобы помочь вам Ваше Величество. Меня привела необходимость и собственная нужда.

— Тогда просите! — серьезно отвечает Морозко. — Для вас, я сделаю все.

— Боюсь, когда я озвучу свою просьбу, ты изменишь свое мнение.

— Я человек слова, как и мой отец. Я знаю, что он перед вами в долгу. И знаю, что за этот, как он говорил – неоплатный долг, он обещал вам свою бесконечную милость. Так что, что бы вы не попросили. И чего бы мне это не стоило, я обязан буду это выполнить, чтобы отдать долг своего отца. Но хочу предупредить заранее: моя милость не его, а потому не бесконечна. Так что подумайте хорошенько над своим желанием, ведь выполню я его безоговорочно – лишь раз!

— Мне не нужно раздумывать, — отмахивается дедушка. — И уж тем более, раз ты так непоколебим в своем решении, тогда… стань драконом, мой мальчик.

Священные орешки…

Вижу, как у Морозки глазища на лоб норовят вылезти. И кстати я абсолютно разделяю его удивление. Чую стоило все же с собой Марсика тащить. Деду, поди плохо, с головой не лады. Что я теперь делать-то с ним буду? Может хоть крыс бы подсказал?

— Значит и вы туда же, дядя? — как-то недобро нахмурившись, грозно спрашивает Морозко.

В помпезной зале повисает какая-то напряженно-неловкая тишина, что я даже невольно пятиться начинаю, наблюдая, как мужчины таранят друг друга взглядами.

Спустя добрых пару минут, что показались мне в этой накаленной тишине вечностью, дед отмирает первым. Будто что-то поняв, он кивает головой и наконец заговаривает:

— Советники ищут любой способ от тебя избавиться? — это даже не слишком похоже на вопрос, поэтому он, не ожидая ответа продолжает: — Очевидно они потребовали, чтобы ты явил своим подданным дракона, да только…

Дедушка окидывает Морозку каким-то сочувственным взглядом, и тяжко вздыхает:

— Судя по тому, что тебя задевает этот вопрос, ты его еще попросту не проявил. Ведь так?

Морозко молчит, но по его грозным льдистым глазам понимаю, что вопрос похоже несколько интимный и дед Иаким буквально ходит на грани, продолжая этот разговор. А ведь все из-за меня…

— Когда-то мы с твоим отцом тоже проходили через это. Поэтому я как никто другой понимаю, что по щелчку пальцев, тем более не твоих, а каких-то там напористых советников, дракон не явится. Помнишь ведь, только сильнейший, способный занять трон, сможет явить миру дракона?

— Да помню я! — наконец взрывается великан. — Тоже собираетесь меня носом тыкать?!

— Ни в коем случае. Мне прекрасно известно, какова ноша власти и гнет ответственности. Подозреваю, что именно поэтому я так и не смог пробудить своего дракона по сей день. Однако… я ведь могу помочь тебе.

Ооо… И как тут на своих двоих устоять?

Что-то я не пойму, тут каждый встречный поперечный не только во дворец вхож, так еще и в дракона теоретически обращаться умеет? Так может и я могу? Тогда на кой мне эти мужики, я как-нибудь и сама разберусь.

— И чем же ты мне можешь помочь, когда даже сам не справился? — очевидно злится Морозко.

Перевожу взгляд на деда, почему-то решив, что такой резкий ответ мог его обидеть. Но замечаю на его лице лукавую улыбку:

— Мой мальчик, ты хоть знаешь за что твой отец мне милость свою одолжил?