Глава 57. Кто же такая Асане?

У меня только челюсть успевает отвалиться, когда я снова слышу это непонятное слово «Асане», тогда как Марсик не без претензии продолжает:

— Почему ты сразу не призналась? Я ведь твой фамильяр, и все равно бы не смог никому растрепать! — предъявляет пушистый. — Теперь я обижен! Еще не хватало вот так вскользь узнавать о столь важных вещах, да еще и от какого-то отбившегося от стаи Брамоса-Отшельника! Фу, позор на мою голову! Я-то думал мы команда!

Так вот как он называет наше вынужденное сотрудничество? О да! Команда от бога, бесспорно!

— У тебя куда не плюнь – все позор, — отмахиваюсь я, не ощущая в этой информации особо никакой ценности. — Может уже хотя бы ты расскажешь мне, что такое это ваше «Асане»?

Признаться, уже толком ни на что не рассчитываю. Ведь сколько людей меня так обзывали, ровно столько же и не смогли, вернее даже и не потрудились объяснить мне значение этого слова. Куда уж шиншиллу?

Начинаю склоняться к мысли, что это у них сленг такой, на который в моем стартовом наборе иномирянца не оказалось перевода. А может местный юмор? Такая абракадабра, которую ты говоришь неместному, и делаешь такое максимально удивленное и впечатленное лицо. А затем наблюдаешь за реакцией испытуемого...

— Говорил ведь, что ты бестолковая, — фыркает Марсик. — А еще избранная называется…

— Какая? — непонимающе морщусь.

— Бестолковая! — рявкает шиншилл.

— Да я не об этом…

— Избранная! — наконец выдает он, когда мне уже начинает казаться, что я ослышалась. — Единственная из всех существующих созданий, способная пробудить дракона!

Минута молчания. Мои брови изгибаются скептичной дугой, тогда как на пушистой морде ни единый мускул не дрогнул.

— Да ладно? — сухо выдавливаю я.

Я уже было готова отшить вредного зверька с его глупыми шуточками в неподходящий момент, как вдруг в голове начинают мелькать воспоминания о наших спонтанных поцелуях с Морозкой. Его космические глаза. Когтистые пальцы. И крылья за спиной…

Ну если только у всех мужчин в этом мире эрекция сопровождается подобной атрибутикой, то…

— Вот черт, — выдаю вслух.

— Вот именно, — качает головой Марсик. — Я признаться и сам не в восторге. И кто только додумался возложить на такую бестолковщину столь ценную миссию?

— Так он же вроде и сам может, — с сомнением поднимаю в руках блокнот дедули.

— Знаешь сколько лет ушло у Иакима и Вифария чтобы хоть один из них по опытам другого смог пробудить дракона?

— Неделя? — выдавливаю нервную улыбочку, и понимаю, что я вообще не близко. — Месяц?

— Пару десятилетий не хотела? — несколько язвительно улыбается мне в ответ Марсик. — Асане что-то вроде ускорения. В твоих силах сократить этот срок до считаных минут.

— Значит мне всего лишь нужно его поцеловать? — требую я, понимая, что покой всея королевства сейчас прямо у меня в руках… эм, в губах.

— Ну это уж я не знаю! Какими там методами работает твоя пробуждалка?

— Так чего же мы стоим?! Бежим скорее на бал! — я тут же срываюсь с места, однако путь мне тут же пресекает на удивление проворный фамильяр.

— Э нет! Собралась восстанавливать подлинность Его Величества, попутно запятнав его репутацию? Так дело не пойдет! Уж лучше сразу позволь ему умереть!

— Что ты такое говоришь?! — ужасаюсь его хладнокровию, до конца не понимая, в чем собственно претензия.

— Немедленно переодевайся! — приказывает Марсик, вынуждая меня глупо озираться по сторонам.

— В-во что?

— Как же во что? В платье, конечно!

На какое-то время просто цепенею от возмущения. Я тут о жизни Морозки беспокоюсь, и о нашей заодно. А он…

Однако мне тут же припоминаются все попытки Морозки меня убить, каждая из которых была именно из гомофобных побуждений, и я понимаю, что Марсик прав. Уж не знаю, как там обстоит дело с репутацией Владыки, но одно точно понимаю – он меня стопудово убьет, если я его вот так при всех посмею даже в щечку чмокнуть при посторонних.

— Ну где я тебе платье-то раздобуду? — с раздражением признавая правоту Марсика не без язвы интересуюсь я. — Предлагаешь пройтись по дворцу в поисках наряда? Или сам через свой лаз притащишь? Что-то не похоже, что в эту пыльную нору может влезть, а главное вылезти, достойный королевского бала туалет.

— Туалет может и не может. А вот иголку с ниткой я уж тебе точно раздобыть быстренько смогу, — с деловым видом заявляет шиншилл. — А ты пока шторы сдирай.

— Чего?

— Чего-чего? Ты ведь у нас портной! Али позабыла уже?

— Предлагаешь мне из штор наряд шить? — у меня глаза на лоб лезут. — Да ты хоть знаешь, сколько времени уйдет на сколько-нибудь приличное платье?

— А нам сколько-нибудь приличное и не нужно. Шей неприличное! Лишь бы всем в зале совершенно ясно просматривалась твоя гендерная принадлежность.

— О как?! Тогда не проще ли мне и вовсе голой пойти?! — язвлю я.

— Если не успеешь сшить платье, то так и поступим! — с этими словами пушистый мерзавчик юркает в лаз за гобеленом, оставив меня один на один с бордовыми королевскими портьерами.