Глава 58. Новые сюрпризы

Даже не верится, что я пошла на поводу у мыши!

Иголку и нитку Марсик действительно раздобыл весьма проворно. Благо складок на королевских портьерах не занимать, там подшила, тут прихватила – вот нам и юбка. А на некое подобие корсета пригодились и королевские шелковые простыни.

Платье получилось вполне сносным, если учесть, что оно было сшито за считанные минуты, из подручных материалов. Но думаю на фоне ряженых Советников никто и не заметит, что я запользовала казённые ткани. Их-то наряды всяко смехотворнее выглядят.

— Кого мы обманываем, оно ужасно! — отчаянно стону я, бросив мимолётный взгляд в зеркало, прежде чем выйти из королевских покоев. — Да нашего Владыку на смех поднимут, если такая оборванка его поцелует.

— Все лучше, ежели его поцелует парень! — резонно вставляет Марсик.

— И то верно, — вздыхаю я, и уже собираюсь отойти от зеркала, как у меня мутится в глазах. — Что за…

Картинка вдруг начинает меняться, и вокруг меня, прямо как в сказке, ей богу, начинает собираться искрящееся алое платье.

— Эй, что еще за дела? — шокировано оглядываю свое плечо, на котором прямо на моих глазах поверх тюли образуются красивые рукавчики-фонарики.

— Помнится, ты как-то расспрашивала у Иакима, мол как он свою избушку цветущую так ловко под неприветливую разруху замаскировал? — припоминает Марсик. — Так это не он. Иллюзии – моя стезя.

Вот те на! Опять сюрпризы. Что за скрытность? А еще на меня ворчит, что я ему про Асане не рассказала! Команда мы, говоришь?! Надо было этого фокусника с самого начала съесть! А то у него ко мне многовато неоправданных претензий!

— И сколько же у тебя еще свехспособностей? — требую я.

— Так по сути вот единственная, — пожимает он плечиками.

— А как же невидимость?

— Ну это вроде как побочка моей основной силы, — отмахивается Марсик.

— Погоди-ка… — перебиваю его, вдруг осознавая одну неприятную деталь. — Так чего же мы тогда время на возню со шторами да простынями тратили, раз ты и без того все это организовать мог?!

Марсик, явно ожидавший, что его похвалят за проделанную работу, пятится назад:

— Неблагодарная девица! — фыркает. — Я не могу создавать иллюзии на пустом месте. Ее нужно к чему-то подцеплять. Если же на тебе только брюки, то и сделать я тебе смогу только лишь брюки! Красивые. Но от этого они не перестанут быть брюками! Понимаешь? Избушку в пустоте я не поставлю. Это ведь не мираж, а подкрепленная правдой иллюзия. Хоть и приукрашенная немного.

Он смеряет меня оценивающим взглядом:

— Не немного, — заканчивает язвительно.

А я снова смотрю в зеркало и понимаю, что как бы мне не хотелось сейчас выплеснуть на кого-то злость, но Марсик определенно постарался на славу.

— Нужно поторапливаться! — взволнованно выдыхаю я, боясь думать, что Морозко уже мог начать акт своей мести, пока мы тут возимся с маскировкой.

— Последний штрих, — тормозит меня шиншилл. — Вот, примерь.

Он выдает мне небольшую тряпочку, с парой симметрично прогрызенных отверстий.

— И что это у нас? — с сомнением интересуюсь я.

— Мы ведь идем на бал-маскарад, — говорит он нравоучительно. — Это твоя маска.

— Серьезно? — скепсис из меня так и прет.

— Надевай!

Я кое-как напяливаю эту тряпочку, и с удовольствием наблюдаю в зеркале, как она превращается в шикарную фигурную маску тончайшей работы. Волосы, наспех причесанные и небрежно рассыпавшиеся по плечам, теперь подтягиваются в аккуратные локоны. Кажется, даже черты лица изменились, и стали куда более привлекательными: губы заалели, ресницы удлинились, и на щеках появился здоровый румянец.

Я и правда сама на себя не похожа. Такая красивая…

— Спасибо, Марсик, — шепчу, проглатывая слезы. — Я никогда себя такой не видела.

— Не зазнавайся! Это можно сказать и не ты вовсе. А только иллюзия моя.

А он как всегда крайне галантен. Что ж, не до пререканий сейчас. Беру себя в руки, и подхватываю подол платья:

— Поспешим, пока Его Величество не наделал дел!

Уверенно прохожу все комнаты, и наконец открываю дверь, должную вести в дворцовые коридоры, но отчего-то оного не делающую… Передо мной ледяная стена.

Несколько мгновений гляжу на нее непонимающе. А затем ударяю, что есть мочи в непоколебимый айсберг:

— О, ну конечно!!! Вы посмотрите, какие мы предусмотрительные! Будто просто заморозить меня было недостаточно, чертов холодильник бездушный! — я отчаянно хочу разозлиться, но вместо этого у меня из глаз брызгают слезы.

Перестаю бесполезно колошматить по льдине, и обессиленно прикладываюсь к ней лбом:

— Черт бы тебя побрал, Морозко! Ну только вернись, я тебе так задам!!! — всхлипываю. — Только вернись… только бы вернулся, умоляю…

Слезы градом льются по щекам, пока я в бессилии поглаживаю ладонью препятствие.

— Эй, погляди что ты наделала, плакса? — ворчит Марсик. — Кажись ты своим нытьем и лед способна растопить.

Отстаю от отчего-то переставшей морозить глыбе, и удивленно гляжу перед собой. Оцениваю неожиданно разверзшуюся передо мной дыру в ледяной стене, и моментально приободряюсь:

— И всего-то? — усмехаюсь сквозь слезы. — Нужно было поплакать, чтобы растопить его лед?

Вытираю тыльной стороной ладони нос, и подобрав юбки не без труда пролезаю в образовавшееся отверстие.

Гордо выпрямляюсь по ту сторону льдины. Бросаю грозный взгляд на очумевших стражников, и приосанившись выдаю:

— Что ж, кажется пришло время достать дракона!