Глава 59. Самоуверенность наше все!

Врываюсь в зал успев изрядно запыхаться, пока бежала по коридорам дворца во всем своем рукодельном великолепии, и обомлеваю от представшей картины. Веселье в самом разгаре, пестрые наряды рябят перед глазами в калейдоскопе подвижных плясок. И кажется никто и не замечает, как по полу расстилается туман...

— Черт! Брамос определенно тут, — шепчу я Марсику, что своей тушей норовит вывихнуть мне плечо.

Интересно, он вообще рассчитывает слезать? Или так и будет сидеть, так сказать, процесс пробуждения дракона контролировать?

— Не паникуй раньше времени. Может они тут этого Брамоса исключительно ради этих вот спецэффектов и держат? — усмехается шиншилл. — В прошлый раз ведь он не стал тебя убивать. Может и в этот пронесет?

— Морозко сказал, что у этого Отшельника попросту не хватит сил кого бы то ни было убить, так далеко от болот, — шепчу я, стараясь не шевелить особо губами, дабы не привлекать лишнего внимания. — Но это не помешало ему меня прочитать в прошлый раз. Как и не помешает рассказать о моем явлении Советникам. Тем и сверхсилы не нужны, чтобы со мной разделаться. Уж они-то явно не боятся свои пухлые ручищи замарать.

Мой фамильяр с умным видом складывает лапки на пузике, очевидно совершенно не стесняясь пребывания на моем хрупком между прочим плече. Конечно, видать спрятался за своей невидимостью, и не боится разоблачения. Зато меня еще как стесняет, приходится скромно склонять голову набок, мол я стою тут в проходе, стесняюсь присоединиться к танцующим.

— Есть доля смысла в твоих словах, — пожалуй впервые с начала нашего знакомства хвалит меня Марсик. — Вполне вероятно, что Отшельник этот нужен им чтобы так сказать прочищать ряды время от времени. Не зря ведь в Советничьей стае вечно такая текучка. Учует Брамос, что ты ложь какую против своих собратьев затаил – голову с плеч!

— Нам хана! — в отчаянии стону я. — С этим всевидящим Брамосом я даже добраться до Морозки не успею, не говоря уж о том, чтобы лезть к нему целоваться.

— Рано руки опустила, бестолочь. Разница в том, что сейчас ты не лжешь даже самой себе: ты — девушка в женском облике, ты — Асане, явившаяся исполнить собственное предназначение. А значит покуда ты сама в это веришь — он не учует тебя в толпе!

— Допустим! Но как же мое платье и прочая дребедень, что ты наделал? — вдруг осеняет меня. — Мне ведь стоит ступить в туман, как я превращусь в оборванку, завернутую в шторы и простыни!

— Именно поэтому я создал подкрепленную правдой иллюзию. Ведь все это тоже правда: твои волосы, твоя смазливая мордашка, твоя стройная талия — твоя красота, и твой неоспоримый талант швеи! Все это я только лишь подчеркнул своими силами!

С трудом сдерживаюсь, чтобы не присвистнуть от неожиданности:

— Помнится, только что в покоях Короля ты говорил совершенно иначе, — подтруниваю я, однако будучи до глубины души тронутой его комплиментом.

— Только что в покоях Короля я и подумать не мог, что наша с тобой миссия будет висеть на волоске твоей хилой самооценки. Так что сейчас самое главное, чтобы ты верила в то, что ты прекрасна! А еще запомни, ты разоблачена только на уровне тумана, — он кивает куда-то вниз, где, зацепив ползучее облако, край моего подола становится лишь чуть менее сверкающим, но все таким же алым. — Так что даже если туман поднимется выше, твой наряд все равно не станет самым выдающимся в этом зале. Потому не бойся. Покуда это облако не доберется до твоего лица, тебя вряд ли разоблачат.

— Ух ты! — выдыхаю я. — Значит главное не ударить так сказать в туман лицом?

— Что-то около того, — бормочет он. —  А вот мне, пожалуй, стоит держаться от тебя подальше. Фамильяр вроде меня уникален. И если чертово облако Брамоса доберется до меня и снова испортит мою невидимость, только дураку будет не понятно, что ты и есть тот «мальчишка от Иакима».

С этими словами Марсик наконец спрыгивает с моего плеча и проворно юркает к выходу, пока его никто не засек. А я едва не вздрагиваю, когда мне на нос вдруг ложится снежинка. В панике задираю голову и обнаруживаю, что откуда-то с потолка вдруг начинает срываться снег. Вот блин! Нужно поторопиться!

Уж я-то знаю, что этот, казалось бы, безвредный снежок значит, что где-то совсем близко злится один ледяной дракон!

Бросаюсь искать Морозку, на лету встраиваясь в безостановочную кадриль, чтобы протанцевать из одной части зала в другую. Ну как протанцевать… проскакать скорее. Танцор-то из меня никудышный даже в моем мире, что уж говорить об их иномирских танцах.

Черт бы побрал этого дракона, да где его носит?!

Обскакав всю бальную залу, замечаю на себе чей-то взгляд, и безошибочно ловлю внимание тусклых глазенок из-под вытянутой маски.

Ох ты ж, священные орешки, Брамос собственной персоной будто сканирует танцующих! И я ооочень надеюсь, что привлекла его внимание пока что только своими медвежьими плясками! Однако мои надежды тают с каждой секундой, потому что прямо сейчас по моему платью, будто мерзкий змей, ползет ручеек тумана. Ой, гробушки-коробушки, неужто этот гад что-то заподозрил?!

Недолго думая, а вернее, вовсе не позволяя себе ни о чем думать, покуда остаюсь в тумане, пячусь назад, в надежде, что он не чувствует сейчас во мне лжи.

Я от рождения прекрасна! Я дедушка… тфу ты, девушка в платье! Платье мое шикарно, потому что я отличная швея!

Боже, если бы я только знала, что однажды от моей самоуверенности будет зависеть моя жизнь, ежедневно тренировалась бы любить себя перед зеркалом!

Ощущаю, как моя спина упирается в балконные двери и не раздумывая поднаваливаюсь на них, и буквально выпадаю на огромный балкон… в чьи-то теплые объятия…