Глава 21. Игорь

Я все-таки сорвался и пустился во все тяжкие, чтобы уничтожить любое воспоминание о ней. Стереть, отформатировать память. Все что угодно, лишь бы избавиться от сжирающей изнутри обреченности. Этот урок я запомню на всю жизнь. Эмма не дала мне шанса. Просто вычеркнула из своей жизни, как ненужный элемент, а я не смог ей помешать. Да уже и не хочу. Она сделала свой выбор, я свой. Только легче не стало совершенно. С каждым днем пустота внутри разрастается все сильнее и стремительно поглощает все живое. А сердце обрастает коркой льда. – Доброе утро, – слышу над ухом и нехотя открываю глаза. Голова нещадно трещит в награду за вчерашнюю слабость. Бар, алкоголь, девочки. Отрывался так, чтобы башню отключить окончательно, и у меня получилось. Имя девушки не помню, как попала ко мне в кровать – тоже. Из клуба, вероятно, привез. Скольжу взглядом по ее лицу и телу. Ничего такая. Глаза другого оттенка, но в целом похожа на Эмму. Или мне так просто хочется? Похер! В последнее время это мой фетиш. – Иди сюда, – тяну ее на себя. Девушка склоняется для поцелуя, но я уворачиваюсь и вхожу в нее одним резким движением. Двигаюсь жестко и грубо, заполняя собой по максиму. Чисто механические действия и никаких эмоций. Ничего не чувствую, кроме злости, что прожигает вены насквозь. Бесит, сука! Не выходит из головы. – Игорь, – жалобно стонет девушка, но только мешает мне сосредоточиться. – Заткнись, – рычу зло и переворачиваю ее в коленно-локтевую. Снова вхожу до предела, упираю головой в подушку и трахаю до искр из глаз, наказывая за то, что она не Эмма. За то, что не получается заменить эту стерву. Сука, и кончить не получается тоже. Прокляла меня! Разворачиваю девушку и нависаю над ней. – Ты обалдел? Не даю договорить, затыкаю рот членом и жадно трахаю, представляя на ее месте Эмму. Ее пьяный, дерзкий взгляд. Сочные губы, смыкающиеся на стволе. Пошлые стоны. Волна мурашек катится от загривка к копчику. Зажмуриваюсь, толкаясь до упора и бурно кончаю. – Су-ука-а, – выдыхаю шумно и содрогаюсь всем телом. – Придурок. – Девушка отталкивает меня и вскакивает с кровати. – Что не так? – лениво спрашиваю и падаю на подушку. Равнодушно наблюдаю, как она торопливо собирается, и ничего не екает внутри. – Такси вызвать? – все же спрашиваю. Как-то неправильно это. – Может, денег? – Да пошел ты, – шипит недавняя любовница и выбегает из комнаты. – Иду, – нехотя поднимаюсь и следую за ней. – Сначала в душ, а потом на работу. – Козел! – хлопает входная дверь, и становится тихо. Щелкаю замок и иду в ванную. Смываю с себя чужие касания и неприятно морщусь. Ничего не меняется. Каждый раз будто насилую себя, но упрямо продолжаю. Мне надо вернуть свою жизнь. Упираюсь лбом во влажную стенку кабины и прикрываю глаза, чувствуя, как расслабляются мышцы. Когда уже отпустит? Должна же наступить ремиссия. Но пока до нее далеко. Очень. Я до сих пор ничего не забыл. Прошло четыре месяца, а ломает будто вчера. Злости больше нет. Вся выветрилась, перегорела и растворилась в горьком отчаянии. Собираюсь и еду на работу. Сегодня сложный день, а настроения нет. Да и энергия почти на нуле. В отпуск пора. Может, и правда это выход? Отмахиваюсь от такой перспективы и погружаюсь в работу с головой. Обход, две плановых операции и одна экстренная. Все три проходят успешно, но не приносят удовлетворения. Все чаще ловлю себя на мысли, что хочу уволиться. Не могу ее видеть, но и не видеть тоже не могу. Наблюдаю со стороны, как она счастлива. Без меня. И медленно сдыхаю, не имея возможности хоть что-то изменить. Мы не общаемся, только подчеркнуто холодно и по делу, словно и не были никогда любовниками. Может, мне все это приснилось? Ненавижу. Всю жизнь мне переломала. Меня переломала. Пережевала и выплюнула. Лживая сука. А ведь я правда поверил, что между нами что-то больше, чем секс. Роняю голову на руки и прикрываю глаза. Надо немного отдохнуть и идти к Косолапову. Просил проконсультировать по одной пациентке. – Игорь Александрович. – Дверь без стука открывается. – Там такое! – Какое? – нехотя поднимаю голову и смотрю на медсестру. – Эмме Эдуардовне плохо стало. Она у нас в випке… Тараторит что-то еще, но я уже не слышу. Срываюсь и бегу по коридору к нужной палате, забыв обо всем.