Глава 39. Эмма

– Что-то случилось? – обеспокоенно интересуется муж. Ставит на стол тарелку с яичницей и две чашки с кофе. Жестом приглашает все же присесть за стол. Подчиняюсь и обхватываю чашку ладонями. Делаю небольшой глоток кофе. Обжигающий напиток проходит по пищеводу и стекает в желудок, хоть немного согревая изнутри. – Эмма? – Виталий терпеливо напоминает о себе. Вдох-выдох. Еще пара мгновений, но надышаться невозможно. – Мне нужен развод, – уверенно произношу, но отвожу взгляд в сторону. Смотреть в глаза мужу слишком тяжелое испытание для меня. Я боюсь увидеть в них отчаяние и мольбу. Боюсь поддаться эмоциям и передумать. Боюсь этого противного чувства жалости, но меня саму буквально разрывает на части от невыносимой боли. Я очень долго терпела, но сейчас наступил предел. – Как развестись? Эмма, ты чего? Виталий едва не роняет чашку. Вскидывает брови от удивления так, что на лбу мгновенно проступают морщины. Поднимается и подходит ко мне ближе. Заглядывает в глаза и ищет ответ на свой вопрос. Но мне нечем его утешить. – Я не хочу тебя обманывать… Я люблю другого мужчину, – честно признаюсь и отворачиваюсь, вновь надевая на себя маску безразличия. – Когда ты успела? Ты же все время дома или в больнице… – Неважно когда, важно, что я больше так не могу. – Наверное, это звучит слишком эгоистично, но я просто устала думать о других, ставить в приоритет чужие интересы, совершенно забывая о том, что жизнь одна и прожить ее нужно так, как хочется. – Но у нас же все хорошо… – Да все давно уже не хорошо, – сокрушенно качаю головой. – Ты разве не заметил, что мы живем с тобой как соседи? – грустно улыбаюсь, пытаясь объяснить очевидные вещи. Но муж не чувствует меня, а это лишний раз подтверждает, что я права. – Я хочу уйти, не держи меня, – прошу спокойно, без истерик, искренне надеясь на понимание. – А как же Иван? Эмма, ты вообще в своем уме? – Муж старается говорить сдержанно, но его голос вибрирует от эмоций. – Мы поживем пока на даче, а ты будешь видеться с ним, когда захочешь, – озвучиваю единственно возможное решение. – Подожди. Может, не стоит горячиться? – Виталий проходит по кухне взад и вперед и снова останавливается около меня. – Попробуем все забыть и начать сначала. К психологу сходим. Эмма, мы столько лет вместе. – Он смотрит мне в глаза. – Давай не будем ломать семью. – Да нет никакой семьи, – не выдерживаю я и повышаю голос. – Ты просто привык, нам обоим было удобно! – Это не так, я люблю тебя. – Но я тебя не люблю. – Вижу, что жестокие слова причиняют мужу боль, но по-другому никак. Лучше отрезать сразу, чем рубить по кусочкам. – Виталь, давай не будем, мне и так очень тяжело. Пойми, я просто хочу быть счастливой. Пожалуйста, отпусти меня хотя бы в память о том, что было, – ловлю его запястье, сжимаю и умоляюще заглядываю в глаза. Да, я не требую, а просто прошу. Он может, если захочет. – Ты действительно хочешь все разрушить? – Муж до сих пор не верит в реальность происходящего. – Все, Эмма. Ладно на нас с Ванькой ты забила. А как же твои проекты? О тех людях, которые зависят от тебя, ты подумала? Они в чем виноваты? Виталий не щадит. Лупит по самому больному, прекрасно зная об этом. Но я так устала думать обо всех, кроме себя. Мне очень жаль всех тех людей, которые пострадают от моего поступка, но я больше не могу. Мой ресурс исчерпан. Я опустошена и раздавлена. – Никто не виноват, – тихо говорю. – Но и я тоже не виновата. – Ты пожалеешь о своем решении завтра же. Когда останешься ни с чем, – напоминает он. – Условия нашего брачного договора неизменны. Ты забыла, что обещала? Говори! – Я не забыла и все понимаю, – тихо отвечаю. – Не надо меня пугать, это ничего не изменит. Я не боюсь. Да и терять мне уже нечего. Нет никакой ценности. После того что я пережила за этот год, отсутствие денег пугает меня в меньшей степени. Виталий отходит к окну и долго молчит, глядя куда-то вдаль. Я не шевелюсь и терпеливо жду его решения. – Без ножа меня режешь… В общем, так. – Виталий разворачивается ко мне. Желваки на его лице отчетливо проступают, говоря о сильном напряжении. – Мой сын будет жить со мной. А ты можешь идти на все четыре стороны. Держать не стану, – жестко и безапелляционно. Пожалуй, таким я его еще никогда не видела. – Приползешь обратно – не приму. Так и знай! Мой муж не плохой и не тиран. Все, что он сейчас говорит, это сгоряча, на эмоциях. А когда успокоится, будет жалеть. Не злюсь и принимаю все упреки и агрессию. Он имеет на них право. – Это не твой сын, – мужественно выдерживаю его испепеляющий взгляд. – Прости… – Что значит не мой? – Он мгновенно оказывается рядом, сдергивает меня со стула и встряхивает за плечи. – Ты специально все это говоришь? Качаю головой, но не могу произнести ни звука. Слезы рвутся наружу, но я удерживаю их внутри. Нельзя показывать слабость, нельзя, чтобы Виталий понял, что я боюсь. – Я все проверю. Сделаю ДНК-тест. – Он небрежно толкает меня обратно на стул. – А после выкину тебя из нашей жизни с голым задом. Закрываю лицо ладонями и зажмуриваюсь, чтобы не разреветься. Виталию просто очень больно, и он защищается как может. – А пока ты будешь делать вид, что ничего не произошло. – Муж упирается ладонями на стол и зло смотрит на меня. – Эмма, ты поняла меня? – Зачем этот спектакль? – поднимаю на него глаза. – Это же бессмысленно. Ничего назад не отмотать. – Потому что я так хочу! – психует Виталий, скидывает со стола всю посуду и уходит. Звон стекла еще долго стоит в ушах, но самое страшное позади. Я сказала все, что должна была. Теперь мужу надо переварить, а потом мы договоримся. Я уверена, что сможем найти компромисс, как взрослые люди. А если нет… то я просто уйду. Не важно куда.