29

Родители Наташи заняли гостевую комнату, двойняшки с тромбоном поселились вместе с ними. Двоюродная сестра Ольга с ребёнком въехала в пустующую каморку на чердаке: по сути это было оборудованным помещением с ремонтом – в детстве мы с Вовкой пугали друг друга тем, что там живут привидения. Но с тех пор, как родители вывезли оттуда весь хлам, комнатка перестала быть мрачной и выглядела вполне уютно и солнечно.

Грише оставалось поселиться в гостиной, либо в бабушкиной комнате – вместе с ней, разумеется. Даже не знаю, почему брутальный мачо-красавчик отказался от такой заманчивой идеи, но он заверил нас, что и так собирался остановиться в прибрежной гостинице. Поэтому, пока все обустраивались в комнатах, Григорий помогал нам накрывать на стол во дворе.

– У вас чудесно! – Сказала Лариса Александровна, выйдя на веранду, раскинув руки и подставив своё веснушчатое лицо солнцу. – Дети не сказали, они планируют остаться жить здесь?

Моя мама пожала плечами:

– Не знаю, почему им не сидится на месте. Вова говорит, что ему предлагают работу в Краснодаре, и что они с Наташей планируют переезд туда. Не понимаю, почему нужно уезжать, если здесь у них всё есть: у сына неплохая должность, к тому же, друг зовёт его работать к себе, и там денег даже больше будет. Опять же, здесь мы с мужем – поможем ребятам построить домик на берегу. Да и Наташа – хороший специалист, такой будет не трудно найти здесь работу по душе.

– Они ничего не говорили мне об этом, – Лариса с удивлением пожала плечами. – Первый раз слышу про Краснодар.

– Да? – Мама поставила на стол последний прибор. – А я думала, это вы их поддержали в этом решении. Странно. Город развивается. На месте Прибрежки, это тут, недалеко от нас, хотят строить современные отели для туристов. Мэр сказал, что планирует выделить даже зону под казино.

– О… – Задумчиво протянула будущая родственница. – Мощно.

– Вот именно.

Из дома выбежал Пупсик, а за ним – детишки.

Все трое с визгами пронеслись мимо и убежали в сад. Следом вышла Ниночка. Она проводила пса, удирающего от погони, взглядом, полным жалости.

– Сорванцы. – Умилилась Лариса. – Очень любят животных.

– Заметно. – Пробормотала подруга.

– Юленьку они просто обожают! – Женщина подошла к столу. – Чем вам помочь, Светлана?

– Ой, нет, вы здесь гостья, так что просто присаживайтесь. – Улыбнулась моя мать и посмотрела на нас с Ниной. – Мы с девочками сами справимся.

Мы с Ниной тут же подорвались и бросились к столу, помогать маме расставлять закуски.

– Вот варенье свежее, а деткам компот из персиков, – хлопотала мама, кружа вокруг стола. – Серёжа, как там мясо?

– Угли уже подошли, нанизываю на шампура! – Отозвался отец.

– Батя, давай, помогу. – Присоединился к нему Вовка, выйдя из дома.

Наташа в это время о чём-то мило ворковала с Гришей на веранде.

– Так, дамы и господа! – Тимофей Львович вынес из дома деревянный ящик. – Куда поставить наше коллекционное вино?

– Последи-ка за мясом, – попросил Вовку отец и направился к мужчине. – Давай сюда, в нишу. – Открыл створки и помог будущему родственнику устроить туда ящик.

– Откроем в день свадьбы. – Отряхнул руки Тимофей Львович. Выглядел он бодро, но моему отцу всё же уступал: внушительное пузо добавляло мужчине возраста. – Я специально ждал этого грандиозного события, чтобы попробовать винца, в которое угрохал десять лет назад целое состояние!

– Ого, какая выдержка, – мой отец протёр пальцами пыль с одной из бутылок.

– Да, смотри на даты, – гордо указал Тимофей Львович, довольный тем, что смог впечатлить его.

Теперь мужчинам было о чём поговорить.

– А где бабуля? – Огляделась я по сторонам.

– Сейчас Макс поможет ей разобраться с очками и приведёт к столу.

– Что, Радов приехал? – Удивилась я.

И хотела добавить «На фига?», но вовремя сдержалась. Вряд ли бы гости меня поняли.

– Ой, это вы про Вовочкинового друга говорите? Нужно с ним познакомиться. – Улыбнулась Лариса. – Они с Наташенькой столько про него рассказывали!

– Сходи-ка, поторопи их, дочь. – Обратилась ко мне мама.

Я бросила взгляд на Нину, и та ехидно усмехнулась.

– Хорошо. – Послушно кивнула я.

Мне не хотелось перечить матери при посторонних. Она прекрасно знала, что мы с Максом не переносим друг друга, а всё равно посылала меня за ним – будто специально издевалась!

Я положила салфетки в салфетницу и направилась в дом.

Пупсик лаял, как заведённый, дети бегали за ним вокруг деревьев и смеялись, но мне всё равно удалось расслышать, как Наташа, наклонившись к уху Гриши, радостно произнесла:

– Не знаю, как пережила бы это, если бы ты не приехал!

И услышанное заставило меня насторожиться сильнее.

Я вошла в дом и остановилась у окна. Отодвинула край занавески. Каждое касание, каждый взгляд Наташи – всё говорило о том, что этих двоих связывало что-то серьёзное. Так касаются друг друга только близкие люди, так смотрят друг на друга – только любовники, мне ли не знать?

Да и вообще, как может молодая женщина не обращать внимания на такого шикарного широкоплечего красавца, как этот Григорий? Даже мама с бабушкой держали осанку и поправляли волосы в его присутствии – и всё это словно на уровне какого-то рефлекса, а что уж говорить о Наташе, которая, пользуясь правом ближайшего друга, частенько оставалась с ним наедине?

И куда, блин, Вовка только смотрит, а?

Я перевела взгляд на брата: тот увлечённо обмахивал газетой шашлык. Вот болван! И ведь даже ни капли ревности или элементарной бдительности! Эх, Володя-Володя!

– Подглядывать нехорошо. – Сказал мне вдруг кто-то прямо в ухо.

И я едва не подпрыгнула.

– Чёрт! – Выдохнула, обернувшись, и положила руку на сердце.

Макс расплылся в обаятельной мальчишеской улыбке.

– Ты опять попалась. Ты всегда попадаешься! – С видом победителя заявил он.

– Где вы так долго? – Я перевела взгляд на бабулю, стоящую рядом с ним.

И тронула пальцами шею и ухо: там, где он почти коснулся меня только что губами. В этом месте у меня горела кожа.

– Мы искали мои очки. – Ответила за него бабушка. – Оказывается, я положила их в книгу.

– Мама зовёт за стол. – Сказала я, стараясь больше не смотреть на Макса. – Давай, помогу тебе дойти. – И протянула руку.

– Не надо, я и сама могу. – Замотала головой старушка. – Я ещё не рухлядь. Ну, или, может, не совсем рухлядь. – Она расправила плечи и переступила через порог. – Вот, видишь. Иду.

Макс всё равно догнал её и помог спуститься со ступеней.

Все уже рассаживались за столом. Гриша выдвинул стул и помог сесть Наташе. Она нежно провела пальцами по его ладони, а затем одарила благодарным взглядом.

– Стой. – Остановил меня Радов, преградив путь.

– Что? – Я уперла руки в бока.

– Ты всё ещё думаешь, что невеста так же проста и невинна, как хочет показаться?

Чтобы не ощущать себя уязвимой под его взглядом, я посмотрела сначала на невесту, рядом с которой сел Гриша, а затем на брата, который беззаботно снимал шашлык с шампуров.

– А тебе больше всех надо, Макс? – Наконец, подняла я на Радова свой взгляд.

Сегодня на нём были простые хлопковые футболка и шорты, его лицо было гладко выбрито, а волосы небрежно взбиты и уложены набок, и он выглядел таким свежим и юным, будто и не было этих нескольких лет, будто мой выпускной был только вчера.

– Я просто не понимаю. – Он навис надо мной, словно туча. – У тебя высокий IQ, Зимина, пора начинать им пользоваться.

– Что ты хочешь от меня? – Выдохнула я, с трудом удерживая на себе его взгляд.

– Боже… – Он закатил глаза, собираясь с мыслями. – Как ещё объяснить…

– Чёрт, Радов, да говори уже! – Прошипела я, оглядываясь, чтобы убедиться, что нас никто не слышит.

– Просто посмотри на них, – он махнул в сторону стола, за которым прижавшись друг к другу, точно голубки, сидели Наташенька с Гришенькой.

– И? – Фыркнула я.

– Ты тоже это видишь?

– Ну да. – Я пожала плечами. – У невесты есть лучший друг. В чём проблема-то?

– То есть, по-твоему, никакой проблемы нет? – Не на шутку завёлся Макс.

Проблема есть, и она очевидна, вот только признать её – значит, согласиться, что Радов прав, а этого допустить мне совсем не хотелось.

– Слушай, каждый имеет право тупить, но ты злоупотребляешь этим, Макс, честное слово. – Не выдержала я. – Давай, говори уже, чего ты хочешь?

– Эта свадьба – цирк! Невеста просто дурит всем голову! – Пробубнил он мне на ухо.

– О’кей, иди, скажи это всем присутствующим, – усмехнулась я. – Или у тебя нет доказательств, правдоруб ты наш?

– Карина, речь идёт о твоём брате!

Я прищурилась, вглядываясь в его лицо:

– А, может, ты просто недоволен тем, что твой друг женится на хорошей девушке в то время, как ты, весь такой классный и популярный, никому на шиш не нужен со своими принципами, своим желанием быть свободным и со своей дешевой популярностью? А?

Радов поднял руку, будто собирался схватить меня за шею и задушить, но вдруг замер. Затем просто сжал пальцы в кулак перед моим лицом, медленно опустил его и шумно выдохнул.

– Спорим, я прав? – Сказал он.

– Ой, обожа-а-аю твои споры! – Насмешливо пропела я.

– Я прав, и тебе придётся признать это. – Решительно заявил Макс. – Вот увидишь. Я докажу.

– Флаг тебе в руки.

– Или ты можешь попробовать доказать, что я ошибаюсь. – Вдруг улыбнулся он.

– Всё-таки, вынуждаешь меня спорить с тобой? – Хищно прищурилась я.

Во мне закипал азарт.

– Давай, утри мне нос, Колючка. Или тебе слабо? – Он игриво дёрнул бровью.

– Ненавижу тебя… – Прошептала я, качая головой. А затем решительно протянула ему руку. – Конечно, не слабо! – Я вложил свою ладонь в его крепкую руку, и мы снова превратились в двух неуступчивых, вечно воюющих друг с другом подростков. – Я докажу, что ты зря придираешься к девчонке, и что ты просто… одинокий неудачник-шовинист!

– Идёт. – Он крепко сжал мою ладонь. – А я докажу, что она водит всех за нос, и никакой свадьбы не будет!

– Только не будь слишком самонадеянным. Будет или нет свадьба, решать не тебе.

– Значит, я докажу, что она что-то скрывает.

– Если докажешь, – улыбнулась я, пытаясь вырвать свою руку из его.

– Но если докажу, то ты проиграешь, – наклонился он к моему лицу и прошептал едва слышно: – а если ты проиграешь, то исполнишь любое моё желание.

Я беззвучно рассмеялась. «Ха! Как же!»

– А ты – моё, не забывай об этом. – Я всё же вытащила руку и показала ему средний палец.

– Победа будет за мной. – Напомнил Радов.

– Только в твоих мечтах! – Шепнула я.

Наши лица оказались так близко, что хватило бы и дуновения ветерка, чтобы наши тела двинулись по направлению друг к другу, а губы соприкоснулись.

– Ребята, кончайте грызню, садимся за стол! – Прошёл мимо нас мой братец с тарелкой шашлыков.

Он рассмеялся, а я зависла, наблюдая за глазами Радова. Кажется, Макс тоже вдруг только что понял, что это не очередной детский спор – это жизни людей. И не просто людей, а наших близких людей. И поэтому нам стоило быть осторожными и деликатными в наших действиях.

– Думаю, нам стоит провести сегодня вместе весь день, – обратилась я к Наташе, сев за стол. – Узнаем друг друга поближе. Как тебе?

Она засияла:

– Конечно! Отличная идея! Тем более, что после обеда мы с вами, – невеста обвела нас с Ниной взглядом, – едем… на примерку платьев!

– Как здорово! – Поддержала Нина.

– Супер! – Улыбнулась я.

И мы с Радовым обменялись довольными взглядами.