Глава 12

Все еще изображая любовников, мы покинули ресторан. Рука лорда О’Шейли ненавязчиво лежала на моей талии, пока он вел меня по залу. Экипаж ждал нас у крыльца.

Верный Пабло с ворчанием запрыгнул мне на колени и заерзал, устраиваясь поуютнее.

– Какие нежности! – поддел его Корвин, восседавший на плече хозяина. Лис зло щелкнул пастью, но на провокацию не повелся.

Я погладила фамильяра и откинулась на спинку сиденья. Карета тронулась. Я хотела спросить, куда мы едем, но мой спутник отвернулся к окну, делая вид, что внимательно рассматривает улицы. Настаивать на разговоре я не стала, решив, что для меня нет особой разницы, где провести эту ночь, а лорд О’Шейли, который ясно дал понять, что нас связывают только рабочие отношения, был отнюдь не самой худшей компанией.

Экипаж плавно покачивало, и я не заметила, как заснула. Очнулась потому, что Пабло лизал мне лицо.

– Па-а-абло! – выдохнула я, сталкивая фамильяра с колен. Он подскочил, но на пол спрыгивать не торопился. В этот момент экипаж остановился.

– Мы приехали, – проинформировал меня лорд О’Шейли. Он вышел первым и протянул мне руку.

– Где мы? – Я с удивлением огляделась. Впереди виднелся небольшой двухэтажный дом, а чуть поодаль темнел лес.

Насколько мне было известно, начальник департамента жил в особняке неподалеку от дворца императора. Фешенебельный квартал прекрасно освещался, здесь же царила темнота и тишина, нарушаемая пением птиц. Лис высунулся из кареты, осмотрелся и юркнул в ближайшие кусты.

– Пр-рисмотрю! – Ворон полетел следом.

– Я снял коттедж за городом, – пояснил лорд О’Шейли, взмахом руки отпуская кучера. – Не везти же любовницу в дом.

– Он предназначен для жены? – хмыкнула я, удивляясь внезапной сентиментальности своего спутника. Он повел плечом:

– Нет. Я просто не люблю посторонних на своей территории.

– А… – протянула я, не зная, как относиться к этому признанию.

– Слуг здесь нет, на воздействие магии все проверено, а вокруг забора установили защиту, так что опасаться нечего. Сбежать тоже не удастся! – продолжил меня начальник департамента.

Я скривилась, но промолчала. Отрицать его слова означало признать, что я раздумывала о побеге. На самом деле этот вариант даже не пришел мне в голову, я всегда играла честно.

– О чем вы задумались? – Вопрос заставил меня вздрогнуть, я взглянула на лорда О’Шейли. Его лицо было в тени, и мне трудно было рассмотреть выражение, застывшее на нем.

– О вас. – Я не стала лукавить.

– Вот как?

– Да. Ниневии повезло, что вы стоите по эту сторону закона.

Начальник Департамента магического контроля расхохотался:

– Знаете, а вы умеете польстить!

– Я не льщу вам, – покачала я головой. – Я…

Я хотела сказать: «Я вас боюсь», но меня прервал Пабло. Он выпрыгнул из кустов на дорожку и весело потрусил ко мне, задрав хвост.

– Пр-рирода! – каркнул ворон, приземляясь на вытянутую руку хозяина. – Р-раздолье!

– Веди себя хорошо, и я буду чаще выезжать с тобой, – пообещал лорд О’Шейли фамильяру.

– Вр-ранье! Р-работа! Вр-ремени нет! – отозвался Корвин.

– Перестань! – резко приказал его хозяин. Подхватив меня под руку, он решительно направился к коттеджу. Даже в темноте было заметно, как он хмурится.

– Неужели у вас действительно нет времени ни на что, кроме работы? – не выдержала я. Лорд О’Шейли пожал плечами:

– Никогда не задумывался об этом.

– Неправда! – возразила я. Лорд О’Шейли резко остановился, щелкнул пальцами, зажигая магический огонек над своей головой. В темных глазах бушевала буря.

– Буду признателен, мисс Гордон, если мы прекратим обсуждать мою персону! – жестко произнес он. – Это – приказ!

– Как пожелаете, мэтр, – кивнула я. – В сущности, мне нет до этого никакого дела!

– Именно, – кивнул он и продолжил путь по аллее. Мою руку так и не выпустил.

Коттедж внутри оказался очень уютным. Он блистал чистотой, так что милорд погрешил против истины: не сам же он, вооружившись ведром и тряпкой, убирал комнаты. Скорее всего, горничные приходили днем из соседней деревни, как и садовник: в воздухе разливался запах роз и жимолости, а насколько я успела заметить в свете магического огонька, дом окружали клумбы.

Дориан подождал, пока я на кухне покормлю Пабло, проводил меня до дверей спальни, с холодной вежливостью пожелал спокойной ночи и удалился в соседнюю комнату. Здраво рассудив, что тревожить меня никто не станет, я с удовольствием скинула туфли и прошлась босиком по прохладному полу. Свет зажигать не стала, полная луна как раз заглядывала в окна, тускло освещая комнату.

Лис деловито обежал комнату, запрыгнул на огромную кровать и вольготно развалился на одеяле.

– Мне кажется или ты слишком много себе позволяешь? – поинтересовалась я.

Фамильяр зевнул и демонстративно свернулся калачиком, закрыл глаза, делая вид, что спит.

Прогонять лиса я не стала. Извлекла из саквояжа, так любезно предоставленного мне начальником департамента, домашнее платье, смыла броский макияж, распустила волосы.

Несмотря на насыщенный событиями день, спать не хотелось, слишком уж много мыслей крутилось в голове. А главная из них: что же на самом деле задумал лорд О’Шейли?

Ясно, что он ни на минуту не поверил в мою невиновность, но тем не менее предложил сделку, по завершении которой я выигрывала очень много: свободу, честное имя и… диплом. Вожделенный диплом, с которым я могла начать нормальную жизнь.

Странный поступок для человека, который легко мог упечь меня за решетку.

– Да уж, Фейт, вляпалась ты по полной…

Я присела на подоконник, обхватила колени руками. Луна передвинулась и теперь висела над крышей дома, открывая взору россыпь звезд на чернильно-темном небе. На Севере они светят не так ярко…

Меня вдруг охватила тоска. Захотелось оказаться дома, в уютной гостиной, где по вечерам играли на арфе, а после концерта из кухни всегда приносили кофе и ароматную, пахнущую ванилью сдобу. Забыть все, что со мной происходило, как кошмарный сон. В конце концов, что мне стоит покаяться в присутствии клана и принести клятву верности отцу, а после всю жизнь поступать так, как он скажет?

Дув Макалистер, кстати, давно женился и вряд ли будет настаивать на исполнении договора, заключенного между кланами много лет назад. Хотя у него есть брат, Сальрих. Робкий и застенчивый, он всегда терялся на фоне более напористого Дува. Может, действительно выйти замуж за Сальриха, тем самым исполнив мечту отца об объединении кланов…

Пабло заворчал, а я вздрогнула: о чем я думаю! Вернуться в клан? Жить по устаревшим законам, официально упраздненным несколько столетий назад?

Нет, я не для того сжигала мосты, чтобы приплестись домой с поджатым хвостом. А Департамент магического контроля не та организация, договор с которой можно просто так разорвать. К тому же мою подпись и добровольное согласие засвидетельствовал лэрд Севера.

Как ни крути, выхода у меня не было. От отчаяния хотелось выть на луну, но предательское светило спряталось за крышей дома. В последний раз такое я чувствовала в ночь перед дисциплинарной комиссией академии, после заседания которой меня отчислили. Тогда, как и сейчас, от меня ничего не зависело. Меня обвинили, заранее осудили и вынесли приговор. Но в отличие от академических светил лорд О’Шейли все-таки был более благороден, предложив то, в чем я больше всего нуждалась. Правда и ставки в его игре были гораздо выше.

Я шмыгнула носом и решительно вытерла слезы, не желая раскисать. Те, кто рыдает, как правило, проигрывают, а я не отношусь к неудачникам. С этими мыслями я все-таки легла в кровать. Решительно натянула одеяло, Пабло моментально примостился рядом, ободряя. Поглаживая его, я наконец заснула.

Утром, когда я открыла глаза, то долго не могла понять, где нахожусь. Солнечный свет переливался на узоре шелковой ткани, затягивающей стены, а за окном пересвистывались птицы. Лис лежал в ногах, задумчиво ожидая, когда я окончательно проснусь. Я потянулась, вспоминая события прошлого дня. Ну и угораздило же меня! Впрочем, сил сокрушаться уже не осталось. Да и днем все казалось гораздо более оптимистичным.

Начальник департамента хочет, чтобы я помогла найти банду? Я с радостью сделаю это, к тому же получу долгожданный диплом! Я вдруг замерла, осененная внезапно пришедшей в голову мыслью. А ведь благодаря этой работе я вернусь в академию, в которой до сих пор работают мои обидчики.

Недавний случай с вступительным экзаменом доказал, что вряд ли кто-то из преподавателей узнает меня. Значит… я почувствовала, как мои губы расползаются в улыбке. Сам того не зная, лорд О’Шейли предоставил мне возможность поквитаться с теми, кто когда-то предал меня.

Раздумывая, стоит ли использовать предоставленную возможность, я прошла на кухню и увидела на столе свежую сдобу, чашку с дымящимся кофе и записку, придавленную браслетом с двумя подвесками-амулетами.

Мерцание подсказало, что в них заключены активаторы мобильных порталов. Подобные активаторы стоили целое состояние, и, увидев сразу два, я даже присвистнула от изумления.

Послание адресовалось мне и было весьма лаконичным. Лорд О’Шейли информировал, что вынужден был уехать на рассвете, надеялся на скорую встречу и в качестве благодарности за вчерашний вечер просил принять подарок. Пока я читала записку, в голове так и слышался его мягкий баритон, пропитанный сарказмом.

Я покрутила браслет, внимательно рассматривая подвески. Настроены на меня, иначе я не смогла бы так быстро определить, что за заклинания мерцают внутри. По всей видимости, начальник департамента хотел, чтобы я ими воспользовалась. Только вот в каком обличье?

Я притянула к себе чашку, задумчиво надкусила булочку. Итак, лорд О’Шейли вчера продемонстрировал всем свое новое увлечение. Логично, что именно располневшая эльфийка покинет особняк лорда и воспользуется порталом, так любезно оставленным начальником департамента. Не думаю, что ей понадобится каскадное перемещение, значит, второй портал предназначался для Фейт Чаррингтон, стремящейся получить теткино наследство.

Но вот стоило ли тратить их оба? Я покрутила подвески. Допустим, эльфийка действительно исчезнет порталом, но вот мисс Чаррингтон вряд ли будет тратить деньги, которых у нее не так уж и много на дорогое перемещение. К тому же преддипломная практика началась несколько дней назад, и прибытие обычным дилижансом может объяснить задержку. В голове начал складываться план.

Допив кофе, я впустила Пабло, сделала вид, что не заметила комьев земли, украшавших нос лиса, и решила не смотреть в окно, чтобы не знать о размере ущерба, нанесенного клумбам. Отдав лису остатки еды, вчера так заботливо упакованной официантом ресторана, я вернулась в спальню, чтобы разобрать вещи. Оставив все, что могло пригодиться эльфийке, я сложила в саквояж скромные наряды, предназначавшиеся мисс Чаррингтон, и начала колдовать перед зеркалом.

Ровно через полчаса новая любовница начальника Департамента магического контроля покинула загородный дом мэтра О’Шейли, прошла по дорожке, ведущей в рощу и исчезла в голубой дымке мобильного портала. Даже если кто-то и наблюдал за мной, то заметить смену координат, которую я сделала в самый последний момент, он не успел.

Портал выбросил меня неподалеку от холмов, где находилось мое убежище. Убедившись, что меня никто не видит, я скинула опостылевший парик и достала плащ, заодно удостоверившись, что с Пабло все в порядке. Его все-таки пришлось спрятать в саквояж, слишком уж приметен был рыжий фамильяр.

Лис нетерпеливо завилял хвостом, желая выпрыгнуть.

– Потерпи еще немножко, – остановила я его. С наслаждением распустила волосы, стянутые на затылке в тугой узел, и накинула на плечи плащ, скрывая платье, после чего направилась к холмам, в одном из которых и находилось мое жилище.

О древних домах, сооруженных северянами внутри холмов, я знала давно. Они строились, чтобы скрыть борцов за независимость Севера от имперских войск, и потом почти все были разрушены, а свидетельства и карты с указанным расположением схронов уничтожены по имперскому приказу. Остались только легенды.

Каково же было мое удивление, когда я обнаружила упоминание о таком доме в одной из древних хроник, взятых в библиотеке Нимрудской академии. Я как раз выполняла заказ на курсовую от одного гнома. Сторонник независимости Севера, он выбрал самую сложную тему по истории, а когда понял, что не справляется, то обратился ко мне. Заплатил, правда, втрое против стандартной ставки, но потребовал уникальную работу. Пришлось постараться и запросить книги, которые обычно никто не читал. В одной из них я и обнаружила воспоминания командира имперского отряда, в которых фигурировало название деревни. Включать эти воспоминания в работу я не стала, и, как мне показалось, заказчик был разочарован.

Мне пришлось ждать до каникул. После чего, охваченная азартом, я направилась в указанную местность, легко сопоставив древние названия с нынешними. Дом действительно оказался там, дверь радостно скрипнула, впуская дочь лэрда Гордона.

Заброшенный, заросший паутиной, он хорошо сохранился, даже огромный стол и лавки стояли на своих местах, хоть и потемнели от времени.

Мне следовало сообщить о находке местным властям, но я не стала этого делать. Все каникулы я увлеченно приводила в порядок свою находку. Отмывала, отскребала, выносила хлам и в результате получила вполне приличное жилище, которым теперь пользовалась.

Убедившись, что за мной никто не следит, я прошла между холмами, отодвинула надежно сплетенную иллюзию, на секунду подумав, что хорошо бы ее показать герцогу Нортлендскому, сама я так и не смогла до конца разобраться в магии Севера, а расплетать древнее заклинание побоялась, незнакомые плетения давно срослись.

Дом встретил меня тишиной и зябкой прохладой. Я включила магические обогреватели – огнем пользоваться я опасалась, дым могли заметить, и выпустила Пабло из саквояжа. Лис радостно потянулся, разминая затекшие лапы.

Я достала платья и занялась своей внешностью, благо большая часть ингредиентов была мной давно продублирована. Исключение составляли только запрещенные к продаже, мне не хотелось иметь проблем в случае, если кто-то обнаружит мое убежище и донесет властям или, что еще хуже, обворует меня.

Смешав все в нужных пропорциях, я тщательно взболтала и нанесла вонючую смесь на волосы. Ходить в летнюю жару в парике все время мне не хотелось.

Пока краска впитывалась в волосы, я нагрела воду и перебрала запасы, решая, что взять, а что можно будет получить в лаборатории академии. Покончив со сборами, я смыла остатки краски и подсушила волосы магией.

– Пабло, твоя очередь! – позвала я лиса. – Надо покрасить шерсть!

Фамильяр посмотрел на меня и попятился, мотая головой. Недоумевая, что могло вызвать у бесстрашного лиса такую реакцию, я достала зеркало, взглянула на себя и ахнула. Вместо иссиня-черных мои волосы были ярко-фиолетовыми.

Горгульи отходы! Кинулась к колбам, просмотрела этикетки, внимательно изучая срок изготовления. Так и есть! Два из пяти были просрочены. Хорошо еще, что волосы окрасились в фиолетовый, а не выпали вовсе!

– И что теперь делать? – Вопрос был риторическим. Лис фыркнул, но подходить ко мне не стал, забился под стол и оттуда смотрела на меня с опаской. Я снова взглянула в зеркало. Кричащий цвет привлекал внимание к волосам, делая лицо блеклым и невыразительным. Кожа приобрела синюшный оттенок, а глаза можно было скрыть очками с толстыми стеклами и громоздкой яркой оправой.

– Ну что же, получилось не слишком дурно, а, Пабло? – Я повернулась к лису. Тот заскулил и зажмурился, изображая страх. Я кивнула. – Да, я тоже так подумала! А теперь надо заняться тобой!

Улучшив момент, я подхватила фамильяра. Он взвыл и попытался вырваться, бесполезно.

Первоначально я собиралась затемнить шерсть, но теперь ситуация требовала кардинального решения. Я приготовила несколько пробирок и тщательно, прядь за прядью начала прокрашивать густую шерсть. Когда я закончила, Пабло переливался всеми цветами радуги.

– Вот видишь, совсем другое дело! – сказала я, поворачивая к лису зеркальце. Он обреченно вздохнул и лег на пол, закрыв лапами голову. – Не переживай так! Краска быстро смоется!

Пабло фыркнул и взглянул на одежду, лежавшую на походной кровати небольшой стопкой. Я проследила за его взглядом.

– Ты прав, одежда не подходит… Хотя Фейт вполне могла оторваться, почувствовав себя богатой наследницей и вырвавшись из-под гнета родителей, а?

Лис зевнул, я кивнула:

– Знаю, глупо, но все же, это – самое правдоподобное объяснение! Не перекрашивать же волосы повторно!

Фамильяр навострил уши, но я покачала головой:

– Нет, Пабло, я не буду рисковать – от такого частого применения краски и облысеть недолго, ты же не хочешь, чтобы у тебя шерсть вылезла?

Судя по виду лиса, он был не против облысеть, лишь бы не напоминать радугу. Но потворствовать его желаниям я не стала, покидала вещи в саквояж, тщательно уложила в отдельный чемоданчик то, что могло мне понадобиться из ингредиентов, и свистнула фамильяру.

– Присядем на дорожку?

Лис послушно запрыгнул на лавку, прижался ко мне теплым боком. Я запустила пальцы в его шерсть, ощущая, как меня охватывает дрожь азарта. Все-таки лорд О’Шейли был прав – я любила авантюры, испытывая ни с чем не сравнимое чувство удовольствия, когда оказывалась в гуще событий. Чувствуя мой настрой, Пабло одобрительно фыркнул.

– Пора! – Я резко встала, подхватила саквояж. Фамильяр радужной волной соскользнул на пол.

Закрыв дверь и вернув иллюзию на место, я прошла вдоль холмов и создала портал, задав координаты так, чтобы выскочить около тракта, связывавшего столицу и западный полуостров, на котором и находился Вест-Агдер. Появляться в самом городе не имело смысла, как правило, дилижансы подбирали пассажиров и по дороге, при этом с огромной охотой – тогда плата шла в обход кассы напрямую кучеру.

Поэтому я спокойно вышла к обочине, уверенная в том, что одинокую пассажирку не оставят глотать дорожную пыль. Но мне не повезло. Ждать пришлось долго.

Два дилижанса попросту промчались мимо. Или же мест внутри не было, или же кучер испугался моей вызывающей внешности, угрожающей спокойствию чопорных пассажиров. Третьей была небольшая карета. Рассохшееся дерево, облупившийся лак, черное пятно на дверце – все говорило, что когда-то эта рухлядь знала лучшие времена и возила титулованную особу.

– Девушка, тебя подвезти? – хрипло осведомился кучер, судя по невысокому росту и рыжеватым волосам, ведший свой род от лепреконов.

– Было бы неплохо! – ответила я. – Только я с лисом!

– А я гадаю, что за зверушка! – Он смачно сплюнул на землю.

– Вот и возница дилижанса гадал, а как угадал – высадил! – подхватила я манеру разговора.

– Бывает, – протянул возница, – тебе куда надобно?

– В столицу, – усмехнулась я.

Рыжеволосый задумался.

– В столицу не довезу. Могу до ближайшей станции!

– Идет! – Я подхватила саквояж. Конечно, одинокой девушке не стоило разговаривать с незнакомцами на пустынной дороге, но выбор у меня был невелик.

– Только не внутрь, сядешь со мной рядом! – распорядился кучер, протягивая руку.

Я пожала плечами и легко сама вскочила на козлы. Пабло прыгнул следом, устроился между кучером и мной и хищно облизнулся. В глазах полукровки мелькнул страх.

– Ты это, зверушку-то убери, – посоветовал он, щелкая кнутом. – Не ровен час – задену.

– Не бойся, он ученый, увернется! – Я поставила саквояж так, чтобы можно было легко подхватить в случае, если придется срочно соскакивать с козел.

– Ты, я вижу тоже! – мрачно бросил кучер, разгадав мой маневр.

– Конечно. – Я ослепительно улыбнулась. – Одинокая девушка на дороге… мало ли что…

– Куда едешь-то? – мрачно поинтересовался он, понимая, что его раскусили.

– В академию магии.

– А что в столицу? Умная, что ли?

– Диплом нужен. Столичной академии. – Я вживалась в роль.

– А-а-а, – протянул кучер. – Так ты из этих… кто хочет работать, а не мужа охаживать?

– Смотря чем охаживать, если скалкой, то и мужа можно! – Я вспомнила миссис Гарроуэй, служившую в дома отца поварихой, мистеру Гарроуэю частенько доставалось от взрывной супруги.

Собеседник расхохотался:

– Надо же, а ты и вправду горячая штучка! Расплачиваться за дорогу чем будешь? Пирожками аль маслицем.

Я фыркнула, прекрасно понимая, на что он намекает. Как назло, дорога была пустынный.

– Довези сначала! А то мало ли что с экипажем случится или клячи твои вдруг встанут! – отозвалась я ему в тон, еле заметно шевеля пальцами для того, чтобы сплести аркан заклинания.

– Смотри-ка, угрожать мне вздумала? – Кучер натянул вожжи, останавливая лошадей.

Я пожала плечами и посмотрела на лиса. Фамильяр лениво зевнул, не сводя пристального взгляда с возницы.

– Осторожнее, – предупредила я. – Он очень нервный и не любит, когда кто-то грубо разговаривает!

Одновременно с этим я достала серебряную монету и покрутила в пальцах. Кучер дернул кадыком, проглатывая все слова, которые намеревался сказать мне.

– Надеюсь, такая оплата устроит? – поинтересовалась я ангельским голосом. Возница замычал и перевел взгляд с монеты на саквояж, стоявший у моих ног.

– Все зачаровано и отобрать силой не получится, – сообщила я ему, прекрасно читая преступные мысли. – Так что советую исполнить свое обещание и довезти меня до станции.

– А ты не обманешь? – уточнил он, жадно смотря на монету.

– С чего мне обманывать? – Я как можно более равнодушно пожала плечами. – Довезешь до станции – монета твоя!

Мужчина задумчиво пожевал губами. Мыслительный процесс отразился на одутловатом лице.

– Ладно, – кивнул он. – Садись в карету!

– Э нет, – рассмеялась я. – За карету ты больше потребуешь, я здесь поеду!

Зная лепреконов, я опасалась, что их потомок попытается надуть меня, поэтому предпочитала протрястись на козлах, но видеть, куда меня везут.

Возница вздохнул и покорно тронул лошадей. Я еле заметно улыбнулась: значит, мои подозрения были оправданны.

Остаток пути прошел в молчании. По моей указке кучер высадил меня в квартале от станции дилижансов, получил монету и стегнул лошадей. Громыхая, карета умчалась прочь. Я проводила ее взглядом и довольно улыбнулась: рыжеволосый любитель подбирать незнакомых девушек не заметил, что вместе с серебром получил и заклинание. Я искренне надеялась, что обнаружит он его не сразу и проведет некоторое время, страдая от мужского бессилия.