Эпилог

Я вдавливала педаль газа в пол до упора, опаздывая на тридцатилетие своего мужа. Никогда не была экстремальным водителем, да и водительского стажа у меня всего лишь год, но сейчас я явно превышала свои лимиты дозволенного. И все потому что Торопов с самого утра названивал мне и пытался выяснить, куда я исчезла с самого утра, а после последнего звонка и вовсе в его голосе проскользнули стальные нотки. И это неудивительно. Полдень пятницы — время, когда должны были прибывать гости в наш новый загородный дом, и я со счастливой улыбкой должна встречать их, находясь рядом со своим мужем. Но, увы, меня не было там. Я сбежала по своим делам, которые посчитала важнее, чем юбилей моего мужа, а теперь неумолимо опаздывала.

Мне было жутко неловко перед Владом, учитывая, что в прошлом году я вообще забыла о его дне рождение, но по-другому не могла. Я просто должна была все сделать сегодня. И причем в одиночестве. Присутствие Влада бы меня заставило нервничать, и я бы только своим поведением испортила ему праздничное настроение.

Вообще за нашу короткую совместную жизнь я поступила так впервые. И именно поэтому костяшки пальцев на моих руках, крепко впившихся в руль, были белее мела. Мне было стыдно. Очень стыдно. С того самого дня, когда мы с Тороповым решили попробовать еще раз, Влад просто боготворил меня. Он не мог надышаться на меня и иногда мне казалась, что мои щеку треснут от счастливой улыбки на моем лице, и спустя несколько месяцев, я убеждала Торопов, что я верю ему и люблю, но он был неумолим. Свидания, подарки, прогулки и поездки вместе с Никитой, долгие горячие ночи и признания в любви. И он не думал останавливаться.

Конечно, у нас не все сразу получилось.

Мы оба прошли курс лечения у психолога до конца. Но даже после этого иногда ссорились и замыкались после общих воспоминаний о прошлом, и только благодаря Владу ни у одного из нас не возникло желания расстаться и закончить на этом отношения. Я за это просто ему благодарна. Потому что без него моя жизнь была бессмысленной. Я любила этого человека до потери сознания. И только потому, что он всегда был рядом и всегда окружал меня вниманием и заботой, нам удалось выплыть из этой трясины.

Уже через полгода после нашего примирения, я вместе с Никитой переехала в квартиру к Торопову. Сразу же после того как состоялось знакомство с и между родителями, которое прошло не совсем гладко. Нашему союзу была рада только моя мама. Папа по-прежнему злился на Влада, хотя внешне довольно удачно скрывал свою неприязнь. И только после того, как Торопов согласился на то, что расходы на нашу свадьбу буду разделены пополам, а не так, что Влад полностью оплатит наш праздник, папа немного оттаял. А, теперь по прошествии почти трех лет, он даже вроде как бы и начал доверять своему зятю. Хотя иногда и поглядывал с тревогой, но благодаря моей довольному личику и маме, которая не давала папе выдумывать того, чего нет, у Торопова с моим отцом практически не возникало разногласий.

Родители Торопова приняли довольно прохладно. По сути отцу Владу было все равно, лишь бы я не отрывала Влада от работы над своей империей и уже быстрее бы родила ему внуков, а вот маме совсем не понравилось, что я не очень разбираюсь в брендах одежды и различных украшений, и аксессуаров. Нет, она была неплохой женщиной, но очень помешанной на красоте и богатстве и очень хотела найти себе в моем лице напарницу для посещений салонов красоты и благотворительных приемов. Но мне пришлось ее разочаровать и сразу же стать в не очень любимую невестку. Меня это расстроило. Потому что я сразу же почувствовала холод между нами, а мне так хотелось показать им, что я очень люблю их сына, и сделаю все, чтобы он был счастлив.

— Эй, принцесса! Не грусти. Главное, чтобы они тебя не обижали! А со временем все привыкнут друг другу и обязательно найдут общий язык. Вот увидишь. Только дай им время. И помни, что я люблю тебя, и чтобы ни случилось, всегда буду рядом! — успокаивал меня Торопов, когда мы остались одни.

Кроме родителей в ресторане, где проходил ужин-знакомство, присутствовала еще и Катя. Мы к этому времени с ней помирились. Нет, дружбы как прежде у нас не было, но я была рада, что она полностью была на нашей стороне и поддержала наше решение жить вместе, а потом и вовсе узаконить отношения.

Первый наш разговор с Катей состоялся в ближайшие выходные после того, как мы возобновили наши отношения с Владом. Он вытащил меня в клуб вместе со своими друзьями, куда тоже пришла Катя.

Красивая и ухоженная, но такая замученная, что мне стало ее жалко. Она нервно кусала губы и кидала на меня робкие взгляды до тех пор, пока мне это не надоело, и я не ушла в туалет. Меня мучения ее совести не особо интересовали, но это напряжение между нами не давало мне расслабиться и приятно провести вечер. Катя оказалась догадливой и последовала сразу же за мной.

— Маш, прости меня за все! — сразу же начала Катя, при этом задрав подбородок повыше, пытаясь скрыть свое волнение.

— Хорошо, — я пожала плечами.

— Вот так просто?

Я правда не знала, что ей сказать. Высказывать ей что-то у меня не было желания. Да и что высказывать? Что она оставила меня тогда одну? Так она не единственная, кто так поступил со мной в тот вечер. Хотя у нее у одной из всех была веская причина так поступить. Она считала, что я предала ее брата. И ушла на ту сторону, на которую посчитала нужным. И за это я не могу ее осуждать. Окажись я в ее ситуации, я даже не знаю, как поступила бы я. Но у меня нет братьев и сестер, и я даже приблизительно не могу понять то, чем руководствовалась она тогда. А тем более тогда они больше дружили с Лизой, а я все свое свободное время проводила с Владом. И я не искала ей оправдание. Но винить ее за тот выбор не могла и не хотела. Но вот то, что Катя слишком поздно пришла за прощением — это задевало. Нет, я не ждала от нее этих слов и не нуждалась, но почему-то мне казалось, что она одумается, а когда узнает, что на самом деле произошло, то обязательно найдет меня и поговорит со мной. Но этого не случилось. До сегодняшнего дня.

— Маш, я знаю, ты теперь с Владом, — Катя смотрела на меня через зеркало, — и я не против. Я очень рада за вас…. Он с тобой такой счастливый…

Катя запнулась, а потом отвернулась.

— Я тоже рядом с ним счастлива!

— Это здорово! — Катя повернулась, и я заметила, как блестят ее глаза. Похоже, она с трудом сдерживалась, чтобы не заплакать. — Я знаю, что мы не сможем вернуть былую дружбу. И я не заслуживаю твоего прощения, но нам придется видеться, ну, и как-то общаться. Нет, я не прошу тебя ни о чем. Просто мне очень стыдно за свой поступок, и я очень люблю своего брата. Может ты меня и не поймешь, но поверь, мне тоже тогда было больно тебя потерять. Но я была так слепа, что не обратила на уговоры Лизы никакого внимания. Она одна считала, что вся эта история шита белыми нитками. Но я не услышала ее. И у меня было столько времени, чтобы прийти к тебе раньше, но я… У меня нет слов для оправдания… И я постараюсь не появляться в вашей жизни, нарушая ваше счастье, но…

Кажется, Катя наш разрыв переживала не меньше, чем я разрыв с Тороповым. Ну, по крайней мере, она до сих пор не отпустила эту ситуацию. Я не знаю, что случилось в ее жизни, но выглядела она не очень, и чувствовала себя тоже не очень. И возможно ей даже была нужна помощь.

— Кать! Я не ненавижу тебя и не держу зла! И если ты захочешь увидеться с братом, я никогда этому не буду препятствовать. У меня даже мыслей таких не было. И я действительно тебя простила. Просто не вижу тебя своей подругой. Прости, конечно, но мне сложно вот так сразу взять и снова подружиться с тобой.

Катя окинула меня долгим взглядом, а потом просипела:

— Я все поняла, Маш. Прости меня… Я действительно тогда ошиблась…

А потом она резко развернулась и сбежала. Скорее всего не смогла сдержать слез и решила спрятать их от меня. Я усмехнулась. Все такая же импульсивная и гордая. Когда я вернулась к нашей компании, Кати не было. На мой вопрос о том, где она, Влад ответил, что Катя уехала домой. Прислала сообщение и даже не попрощалась.

— Все нормально? Ты же ведь с ней разговаривала? — догадался Влад.

— Да. И мне, кажется, что не все нормально. Катю что-то мучает, и это явно не наша с ней давняя обида.

— Я заметил. Завтра поговорю с ней.

Так состоялся наш первый разговор. Потому был второй, третий, и мне даже пришлось оказывать помощь Кате, и постепенно мы с ней начали общаться.

А на сегодняшний день Катя для нашей семьи один из самых близких людей. И я, оглядываясь назад, очень рада тому, что мы все же с ней сумели найти общий язык и помириться. Я рада, что смогла простить ее и нисколько не жалею о том, что дала ей еще один шанс. Потому что это самый потрясающий человек на свете. Добрая, веселая, искренне любящая всю нашу семью и желающая нам только счастья. А еще немного ворчливая, неуклюжая и глубоко беременная.

В общем у нас все было отлично.

Медленно, но верно мы решали все проблемы, искореняя наше прошлое и пытались жить настоящим.

У нас была самая лучшая свадьба. Потому что это была свадьба моей мечты. У меня было все самое лучшее. Начиная от жениха и заканчивая двумя медовыми неделями на Мальдивах. И я потом была в эйфории еще несколько недель пока не поняла, что мне не удалось забеременеть.

Мы не предохранялись с Владом весь отпуск. И по всем законам жанра я должна была вернуться счастливой и беременной. Но с беременностью не прокатило.

Влад отнесся к этому довольно спокойно, а я очень расстроилась. И не зря.

За три года нашей совместной жизни я так не смогла забеременеть.

Это был кошмар всей моей жизни.

Я пролила столько слез. Мы прошли столько обследований. Я даже предлагала Торопову развестись, потому что впала в полное отчаяние. Меня от этих мыслей не спасала даже учеба в хореографической академии. Я уже давно не работала на Котова, уйдя от него сразу же после того, как меня приняли на дневное отделение на факультет современного танца

По всем анализам мы с Владом были абсолютно здоровы. И все врачи разводили руками, удивляясь нашей проблеме. Просили немного подождать, но день тянулся за днем, а ничего в этом плане не менялось.

В тайне от Влада я плакала. По ночам, а в те дни, когда он улетал в командировки, я позволяла себе захлебываться слезами. И это продолжалась до тех пор, пока Влад не застал меня за этим делом.

— Маш! Ты с ума сошла? Я люблю тебя и вообще не вижу в этом проблемы! Придет время и у нас обязательно все будет! Мне сейчас Никиты с головой хватает!

С Никитой у Влада действительно сложились невероятно дружеские отношения. Они друг в друге души не чаяли. У них было столько совместных дел и планов, что они очень много проводили времени друг с другом. Я иногда даже им завидовала. По-доброму. Потому что, глядя на них, я для Никиты лучшего отца бы в жизни не нашла. И Никита чувствовал тоже самое. Он сразу же после нашей свадьбы начал называть Влада папой, доведя последнего до слез. Торопов принял это подарок и сейчас никто не сомневался, что Никита нам не родной. А полгода назад мы официально усыновили этого ребенка. И теперь у нас была вполне дружная семья.

Если не считать моего бесплодия.

— Маш, если я еще раз увижу, узнаю, что ты плакала, я тебе задницу надеру. Ты для меня важнее всего на свете. И про развод даже не заикайся! Чтобы это было в первый и последний раз!

Торопов кипятился, а я знала, что это пока что он так говорит. Но вскоре и ему захочется подержать малыша на руках, а я не смогу ему этого дать. И я в этом уверена. У его друзей почти у всех были дети, а у некоторых и не по одному. И Влад тоже нужен был ребенок.

— Маш! Хватит себя изводить! Вот разгребу последние два проекта и займемся этим вопросом вплотную, если ты хочешь! Сделаем ЭКО. Если понадобится, не один раз. Только перестань себя мучить! И меня тоже! Давай лучше дизайном займешься!

И я занялась дизайном. Мне действительно нужно было отвлечься.

Влад для нашей семьи приобрел новый только что отстроенный дом за городом. Два этаж, лужайка перед домом и даже бассейн. Я раньше о так даже и не мечтала.

И я в этот дом вложила все свою душу. Почти полгода я выбирала обои, краски, мебель, каждую мелочь и следила за ремонтными работами. Я просто жила этим домом. А месяц назад мы в него переехали. Конечно, еще не все было достроено, но жить уже можно было. И мы все были рады этому факту. Потому что квартира Торопова была для нас тесновата.

Как только переехали, сразу же решили, что день рождение Влада будем отмечать здесь. Без ресторанов и заводил. Установим беседку, качели поставим мангал, самовар и пригласим самых близких и дорогих людей. Все по-простому и по-домашнему.

И сегодня в полдень в нашем дворе должны были собраться наши родители, Катя, Матвей, Головины и Яроцкие. Даже Захаров приехал из столицы, в которой он жил последние пять лет. А еще Лиза и Котовы. А меня не было.

Просто вчера вечером мне пришла в голову одна мысль, и я не спала практически всю ночь. А рано утром, пока все спали, я уехала в город на встречу со своим врачом. И сейчас я опаздывала, потому что слишком много времени провела в больнице.

Мне названивали все, кому не лень, а я едва сдерживала слезы. Знала, что все так не вовремя, но ничего изменить не могла.

Я въехала во двор, когда все собрались на лужайке. Игнорируя всех, я сразу же припустила в дом, глупо улыбаясь и нелепо махнув рукой. Мне нужно было время. Хотя бы пятнадцать минут. Но добежать успела только до середины гостиной.

— Маш, ты охренела что ли? — разъяренный Торопов схватил меня за руку и развернул к себе.

— Прости, пожалуйста, прости, я все объясню.

— Конечно, объяснишь. И желательно прямо сейчас.

Я глубоко выдохнула. Ну сейчас, так сейчас.

— Я беременна.

Влад внимательно разглядывал мое лицо.

— Еще раз.

— У нас будет ребенок.

Влад сглотнул, а потом резко притянул к себе и прижал меня так крепко к себе, что у меня ребра затрещали.

— Влаааад…

Он чуть ослабил объятия, но не выпустил меня из своих рук. Так и стоял молча, поглаживая меня по спине, а когда поднял голову, я увидела, что его глаза блестят. Нет, он не плакал, но был на грани.

— С днем рождения, — прошептала я и заплакала.

— Спасибо, принцесса. За все спасибо, — Влад склонился к моему лицу и принялся стирать слезы своими нежными поцелуями. — В больницу моталась?

— Да. Я просто вчера вечером вдруг поняла, что у меня задержка. Причем уже столько, что я не помню, когда последний раз были месячные, — Мы с Тороповым уже давно преодолели период стыда по личным и интимным вопросам, но я почувствовала, что все равно заливаюсь краской смущения, — поэтому рванула в больницу. Прости, пожалуйста, что не сказала и не предупредила. Просто я так волновалась и не хотела раньше времени баламутить воду. А до понедельника бы просто не дожила. Тем более ты знаешь, как я ко всему этому отношусь.

— Маш, ты у меня такая глупышка. Я тебя люблю до дрожи. И я так счастлив сейчас. Это самый лучший подарок в моей жизни!

— Наверное, для меня тоже.

— Какой срок?

— Два с половиной месяца!

— Ого!

Да, я тоже в шоке. Представляешь, я с этим ремонтом и переездом так закружилась, что у меня все напрочь вылетела из головы. И самое странное, что меня не тошнило вообще. Только уставала сильно и спать хотелось невероятно. Я иногда была готова заснуть там, где стою.

Муж улыбнулся и снова прижал к себе.

— Маш, у меня просто слов нет. Я чувствую себя дурачком. Потому что кроме того, что я счастлив и люблю вас всех, ничего путного не могу сказать.

— Я тоже тебя люблю.

Мы еще какое-то время стояли, прижавшись друг к другу и говорили приятные глупости, признания и нежности. А потом, когда я немного успокоилась, Влад спросил моего разрешения объявить эту новость всем собравшимся, и получив мое согласие потащил меня к гостям.

— Спасибо! Я все равно так рад, что у меня сейчас ничего нигде не удержится. А если выпью, то сразу же всем разболтаю.

Нас встретили улюлюканьем и высказываниями. Кто-то сердитыми, а кто-то шутливыми. Мама с укором смотрела на меня, а лишь пожала плечами.

На столе уже был готов шашлык и еще куча всякой всячины. Алкоголь был разлит по бокалам и отец Влада, как только мы заняли свои места, приготовился говорить тост.

— Нет, пап, прости, я тебя перебью. Но сегодня первым скажу я.

Отец нахмурился, а остальные удивленно уставились на нас.

— Я хочу этот тост поднять за свою любимую жену. Я благодарен ее родителям за эту девушку, я благодарен небесам за нашу встречу, я благодарен ей, что однажды она смогла сохранить нашу любовь несмотря ни что. Я люблю ее и буду делать это каждый день до нашей глубокой старости. Для меня она самая лучшая на свете женщина. И вы не думайте, что я пою ей дифирамбы. Она иногда тоже косячит. Например, в прошлом году она забыла поздравить меня с днем рождения. Встала с утра пораньше и убежала в свою академию на какие-то зачеты, вернулась вечером и только ближе к полуночи поняла, что натворила.

— Ну, ты ж мужик! Ты ж наказал? — шутливо перебил Влада Матвей.

— А тооо, — Влад широко улыбнулся, — так наказал, что моя принцесса обещала сделать мне на следующий год самый грандиозный подарок, от которого я едва буду сдерживать слезы.

Это действительно было так. Я даже улыбнулась, вспомнив как сидела на кровати перед ним и говорила какие-то глупости, обещая Торопову все, что угодно за его прощение. Нет, он совсем не обиделся на меня, но мне было так стыдно.

— И когда я сегодня проснулся и не обнаружил ее в нашей кровати, то решил, что эта врунишка снова забыла о моем празднике и трусливо сбежала от ответственности. И хочу, заметить, что если бы все было именно так, то я все равно бы ее простил. Потому что люблю. Потому не смогу без нее. Потому что она сделала меня сегодня в миллионы раз счастливее всего лишь одной фразой.

Торопов замолчал и посмотрел на меня. В его глазах было столько любви и нежности, что я даже снова едва сдерживала слезы.

— Да не томи ты уже! — снова подал голос Матвей.

— Влад повернулся гостям и с улыбкой на лице сообщил:

— Мы с Машей станем в очередной раз родителями.

Секундная пауза и Торопов напугал меня до чертиков, закричав:

— Я стану па-пой!!!!!!

Что тут началось. Все побросали свои тары с алкоголем и полезли к нам с поздравлениями и объятиями. Я снова расплакалась. И мама плакала. И даже свекровь плакала. Парни вообще затискали Торопова похлеще девчонок. А отцы не хуже мам, едва сдерживали слезы.

— Мальчик? Девочка? — спросил кто-то. Я в суматохе даже не разобрала.

— Конечно, девочка! — откликнулся Влад. — У меня пацан уже есть! Хочу маленькую принцессу.

А я уткнулась Торопову в грудь и снова зарыдала. Нервишки шалили не на шутку.

Влад, извинившись перед гостями, утащил меня на качели, и поудобнее устроившись сам, посадил меня к себе на колени.

— Ну ты чего? Они тебя достали? Давай выгоню всех!

— Нет. Ты что? Просто я счастлива!

— Я тоже, принцесса. — Влад потянулся к моей шее и легко прикусил мочку моего уха, отчего по всему телу сразу побежали мурашки. — Маш, а секс? Можно же, да?

Я рассмеялась сквозь слезы. Знала, что этот вопрос моего мужа будет беспокоить в первую очередь.

— Можно, — протянула я, ощущая его руки на своей талии.

— Ну, чего ты смеешься? Ты же знаешь, что мне тебя всегда мало.

— И мне тебя всегда мало, — я повернулась к Владу лицом и легонько поцеловала.

— Мам, пап, а че это вы тут делаете? — к нам подбежал запыхавшийся Никита, который гонял мяч на лужайке вместе с малышней Головина и Яроцких.

— Имя твоей сестренке выбираем. Есть идеи? — не растерялся Влад.

Ух ты! Мам, что правда? — его взгляд тут же переместился на мой живот. — У меня правда будет сестренка?

— Ага. Даже не сомневайся! — подтвердил его предположения Влад.

— Тогда Вероника, — выдал уверенно Никита.

— Почему Вероника? — удивилась я.

— Потому что красивое имя, — прокричал Никита, убегая на лужайку.

— Ну, Вероника, так Вероника, — согласился Влад и поцеловал меня.

Мы еще долго сидели на качелях, наблюдая как веселятся наши гости, а дети играют на лужайке. Под моей щекой билось сердце моего любимого человека, и слушая его четкий ритм, я была уверена, что счастливей меня нет на всем белом свете. Поэтому мысленно прошептала небесам благодарность за то, что однажды я действительно несмотря ни что выбрала Влада и его любовь. За то, что этот человек оправдал все мои ожидания и превратил мою жизнь в сказку. И кто бы что ни говорил, я знала, что это навсегда.