25

– Наш след возьмут быстро, – говорю. – Но официальная волокита займет время. День-два. Нам этого хватит, чтобы обрубить концы. Договаривайся с киприотом.

– Ты уверен? – хмурится Мирон.

И хоть он ничего больше не прибавляет, это, блять, и не требуется. Без того чую, какие схемы друг сейчас в уме прокручивает.

– Уверен.

Взглядом даю понять, что здесь без вариантов.

– Руслан, ты давно у “силовиков” на особом счету. Сам понимаешь. Там многие считают, что тебе повезло. Быстро вышел. Активы сохранил. Даже если мы Шейха загасим, процесс не остановить. Они продолжат давить.

– Я другого не ждал, – скалюсь. – Такая у них работа. Мало кому разрешат легко вывести бизнес из тени. Только и ждут где бы кусок урвать.

– Не нравится мне этот киприот, – цедит Мирон, доставая телефон. – На него ни черта раскопать не удалось. Как будто у этого типа вообще нет прошлого. Никто не в курсе, откуда он взялся. До получения кипрского гражданства его будто и не существовало.

– Главное, что нашу компанию он на раз грохнет.

Мирон отправляет сообщение. Ответ приходит практически сразу.

– Охуевший тип, – бросает друг и показывает сумму, которую требуется внести в качестве предоплаты прямо сейчас.

Да. Нехило.

– Отправляй, – говорю.

Обсуждать тут нечего. Надо все сделать чисто. Потеря денег – не критично. Важно все связи оборвать. Тогда никто нихуя не докажет.

– Он хочет личную встречу с тобой, – заявляет Мирон. – Утром.

Киваю. Не все детали можно обсуждать по телефону. А тут по ходу сотрудничество назревает долгое и серьезное.

– Ты же знаешь, кто может все разрулить.

Мирон прячет свою мобилу в карман и смотрит на меня.

– Разрулить – по-настоящему, – выдает выразительно.

– Нет, – отрезаю.

А кулаки сами собой сжимаются. Даже лучшему другу не стоит запретную тему трогать.

– Руслан…

– Забудь.

– Твой отец давно пытается наладить контакт. Еще до Шейха на меня вышел. До всего этого замеса. Может есть причина? Может там кто покруче под тебя капкан готовит, а он реально помочь хочет?

– Помочь? – смех глотку рвет.

А внутри поднимается ярость. Дикая, гремучая. Быстрее по жилам кровь гонит, заставляет вскипеть.

Мой отец. Отец, сука.

Последний человек в мире, от которого мне нужна помощь. Не важно какая. Не важно каким путем. Похуй. Я лучше договор с дьяволом оформлю.

Конечно, мой отец в теме. Он карьеру построил на отмывании грязных денег. И это только одна сфера. Далеко не самая худшая. Стоит ему отдать приказ, “силовики” быстро про меня забудут. Никто против него не пойдет. Ни рискнет.

Отец напрямую работает с теми, кто этих “силовиков” и содержит. Его главные клиенты любое дело закроют и спустят на тормозах.

Контакты он со мной ищет, блять. Через Мирона подобраться пробует.

Я отлично знаю, чего этот гад хочет.

И давать ему это не собираюсь.

– Ты не руби сгоряча, – продолжает Мирон. – Знаю, что разное между вами бывало. Ты просто подумай. Сам понимаешь, Кипр – временный вариант. Если пойдет настоящая волна, то нихера не спасет.

Ничего не отвечаю.

Мирон по моим глазам понимает, что на выход пора. Слишком много сегодня сказано. Тема моей семьи под запретом.

Прощаемся молча.

Захлопываю дверь. Отхожу. Гнев душит, по вискам бьет. Штормит сильно. Трезво размышлять не выйдет.

Аргументы Мирона логичны. Но у меня против них свои есть. Нерушимые аргументы, блядь.

Сам разрулю. Найду варианты. Шейха размажу первым, а потом буду искать, кто еще под меня роет.

Прохожу по коридору. Бездумно. На автомате отмечаю, что дверь ванной приоткрыта, свет там не горит. А вот на кухне мерцает ночник.

Тая.

Вижу ее возле плиты. Кофе готовит, в турке заваривает. Услышав мои шаги, оборачивается.

– Будешь? – приподнимает бровь. – Я заметила, ты заварной любишь, не из кофе-машины.

– Давай.

Она кивает и отворачивается, продолжает над плитой колдовать. Волосы влажные, спутанные. Укуталась в халат. Тонкая фигурка. Хрупкая. Каждый контур взглядом обвожу. Каждую линию.

Надолго меня не хватает.

Приближаюсь к ней вплотную. Склоняюсь и запах ее втягиваю. Ладони сами к ней тянутся. Обхватываю за талию и разворачиваю Таю лицом к себе.

Она едва уловимо вздрагивает. Пухлые губы приоткрываются, но девчонка ничего не успевает сказать. Не разрешаю. Накрываю ее рот своим ртом и жадно пью сбитое дыхание. Не могу ею насытиться. Голод только нарастает. Жажда внутри дикая.

Злоба моя угасает. Забываю про ярость. Девчонка всю мою ярость в момент гасит, будто и не было ничего.

Она такая вкусная. Горячая. Податливая. Отвечает мне. Смелеет. И хоть совсем робко действует, едва скользит языком по моему языку, даже такого хватает. Мозг отшибает. Рефлексы врубаются на полную мощь.

Подхватываю ее на руки, раздвигаю ноги. Оборачиваю хрупкие бедра вокруг себя. От нежных губ не оторваться. Затягивает, пиздец. Увязаю в ней.

Но тут кайф обламывает звонок мобильного.

Блядь. Личный номер. Нельзя не ответить.

Рычу от раздражения. Отпускаю Таю, усаживаю на стол. Тянусь за трубой. Бросаю взгляд на экран. Номер скрыт.

– Да, – рявкаю.

– Привет, Руслан, – раздается знакомый голос. – Есть разговор…

– Иди на хуй.

Похер мне, что он там заряжать собирается. Выбор свой сделал. Давно. Как и я. Вот поэтому нечего нам обсуждать.

– Кто это звонил? – тихо спрашивает Тая.

– Мой брат.