26

В ее огромных глазах вспыхивает недоумение. Брови чуть приподнимаются, а губы разомкнуты. Весь вид моей Таи теперь выражает немой вопрос.

“Твой брат? Как же так?”

Я отказался от семьи десять лет назад. Ни дня об этом не пожалел. Конечно, ей это понять тяжело. Она росла иначе. Расклад у нее совсем другой.

Накрываю ладонью тонкую шею. Поглаживаю большим пальцем. Вверх-вниз. Ловлю гулкие удары пульса под пальцами. Она слегка запрокидывает голову назад, тут же отзывается на мое прикосновение.

Откладываю телефон.

Убийца ее родителей до сих пор не найден. Вроде все очевидно. Шейх давно круги вокруг наматывает, его адвокат приезжал к отцу Таи накануне автокатастрофы. Хотя есть еще один кандидат. Бывший партнер по бизнесу. Скользкий тип, весь в долгах. Херня в том, что мои люди обоих пробили, но доказательств не обнаружили.

Тут кто-то другой. Покруче. Повыше статусом. Расследование быстро закрыли. Дело перекроили за сутки.

Найду след. Доберусь до этой гниды. Заставлю пожалеть. Мразота ответит за каждую слезу, что пролила Тая. Кровью зарыдает.

Ярость внутри опять поднимается. За эту девочку любого порву. Похуй мне на статус, на положение в криминальной цепи. Найду способ разобраться.

Шипящий звук отвлекает.

– Ой, кофе, – выпаливает Тая.

И тянется за туркой, из которой уже через верх жижа льется. Но я опережаю, обхватываю ручку, убираю посудину в мойку, вырубаю печку.

Не хватало еще, чтобы она обожглась.

– Нужно убрать, – роняет девчонка.

– Подождет.

На руки ее подхватываю, отношу в спальню. Укладываю на кровать, сам растягиваюсь рядом. Ближе Таю притягиваю, крепче сжимаю в объятьях. Утыкаюсь в ее макушку, зарываюсь во влажные пряди. Шумно воздух втягиваю.

Ароматная. Пахнет так, что меня сразу от нее ведет.

Жаль, утром надо быть в офисе. Блять, отменить бы на хер все встречи. Вот бы так с ней остаться, зависнуть на целый день. Но нет, нельзя, рано расслабляться.

Она смотрит на меня. Медленно ведет пальцами по моей щеке. Улыбается.

Подаюсь вперед и целую ее. Вкусная она. Просто пиздец. Везде вкусная. Раз за разом тянет пробовать, и всякий раз это все ощущается по-новому.

Сам не знаю, как вынуждаю себя оторваться от нее. Всю волю прикладываю. По ходу просто чую, что еще пара секунд и тормоза к хуям полетят.

А ей отдохнуть нужно. Завтра продолжим.

Она прижимается ко мне. Сама. Прячет голову на моей груди.

Наблюдаю за ней. Каждую черту взглядом повторяю. Каждый изгиб. Накрываю ее поясницу ладонью, притягиваю Таю еще теснее. Не замечаю, когда вырубаюсь.

Когда она рядом, время теряет смысл.

Тишина. Покой. Раньше никогда об этом не задумывался. Не считал чем-то важным. Но теперь возникает такое чувство, будто я прихожу домой.

И самое кайфовое – Тая рядом со мной тоже расслабляется. Ее прежнее напряжение исчезает. Настороженность растворяется. Она льнет ко мне, обвивает руками, запахом своим окутывает.

Под ее тихое дыхание я и засыпаю.

Когда наступает утро, подрываюсь точно по будильнику. Срабатывает привычка, выработанная годами.

За окном рассвет. Надо выезжать в офис. Но я смотрю на Таю и залипаю. Взгляд отвести нереально. Склоняюсь, прижимаюсь губами к темной макушке.

Блядь. Не хочу ее оставлять.

Только выбора нет. Чем быстрее порешаю дела, тем скорее вернусь обратно. Сейчас главное закрыть кипрскую компанию, чтобы никто не вышел на наш след.

Я отстраняюсь от Таи и поднимаюсь. Действую осторожно. Без шума. Стараюсь никак ее не потревожить. Задергиваю шторы, чтобы девчонку не разбудил солнечный свет. Одеваюсь и выхожу. По пути просматриваю почту на телефоне.

Работы намечается дохуя.

+++

– Я давно перестал работать за деньги, – заявляет киприот.

И это херово сочетается с той суммой, которую он запросил вчера прямым переводом на свой евро-счет.

Костас Раптис. Так его зовут. Высокий, смуглый, темноволосый. Вряд ли он намного старше меня. Бьюсь об заклад, биография у него купленная. Качественная, сделанная по высшему разряду, но лживая насквозь. А значит, прежде он наворотил такого, что пришлось разорвать всякую связь с прошлым.

– Процесс ликвидации запущен, – прибавляет киприот. – Но есть важное условие, которое мы можем обсудить только вдвоем.

Перевожу взгляд на Мирона.

Друг мрачнеет.

– Мы уже заключили сделку, – говорю я.

– Верно, – кивает уебок и усмехается. – Но дьявол в деталях. Всегда существует вероятность задержки, если ключевые пункты не приняты во внимание.

– Мы платим за результат.

– Согласен, – замечает вкрадчиво. – Однако не все можно купить.

– Что за условие?

– Наедине, – дальше зубы скалит. – Наедине, господин Черный. Я же сказал, это должно остаться между нами.

– Я доверяю Мирону как себе.

– Ваша дружба впечатляет, но я не делаю исключений. Всегда общаюсь один на один с заказчиком.

Друг смотрит на экран своего мобильного.

– Там подрядчики собрались, Руслан, – говорит отрывисто. – Мне пора идти.

Он поднимается и выходит из кабинета.

Какого хера этот уебок диктует нам порядки?

Сука. Просто ебануться. Но других вариантов реально нет. Поиск другого специалиста займет слишком много времени. Хуже всего – не факт, что найдем замену.

– Я вам не враг, господин Черный, – продолжает он, глядя в мои глаза. – Наоборот, хочу предложить дружбу.

– Не похоже, – кривлюсь.

– Я знаю, кто под вас копает.

Разве это секрет?

Резник. Утренний отчет от службы безопасности многое прояснил. Правда Щербакова загребли благодаря стараниям Шейха. Но суть не меняется. Резник готовится к нашей войне.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍