52

Ярость душит. Изнутри такая злоба берет, что кровь закипает.

Она реально замуж собралась? За этого уебана рядом?

Блядь. Какого хуя?

– Поговорить надо, – заявляю.

В глаза ее смотрю, а кулаки сами собой сжимаются. Так и тянет содрать это проклятое кольцо. Сдернуть к чертям.

Хитрый уебок. Момент подгадал.

Только нихуя ему не светит. Моя она. Моя!

– Нам не о чем разговаривать, Руслан, – отвечает девчонка и оборачивается к ублюдку. – Я сейчас вернусь. Вижу, Лика меня зовет.

Проходит мимо. Даже не смотрит в мою сторону. Спокойная. Чужая. Делает вид, будто ничего не чувствует. Будто меня больше не существует в ее жизни. Прямо плывет по залу в блядском платье.

Красное. Вроде и свободное, но каждый изгиб виден. По ходу, сама наряд шила, четко по ней сидит.

Пиздец.

Двигаю следом. Пусть не мечтает, что так легко от меня удерет. Не для того я на эту свадьбу приехал, чтобы ее упустить.

Но тут дорогу перерезает долбоеб. Реально встает прямо на пути.

– Ты же слышал, – говорит. – Она не хочет с тобой общаться.

– Ты кто такой? – кривлюсь. – Никто, блять. Свалил.

– Я, возможно, ее будущий муж.

Уебок совсем охерел.

– Нет, у тебя не получится как в прошлый раз, – продолжает он. – Тогда ты Таю у меня из-под носа увел. Но больше тебе так не повезет.

Смотрю, он умоляет, чтобы я ему ебало разбил.

Нет, нельзя. Тае это не понравится.

– Свалил, – бросаю.

– Лучше бы ты сам свалил, – выдает уебок. – Ты уже наворотил дел. Я второй раз ее раскачал. Еле встряхнул. И вот опять ты появляешься. Вообще, о ней не думаешь.

Сука. Что этот соплежуй себе позволяет?

– ​​Найди себе другую игрушку, – советы раздает. – Или тебя прикалывает, что Тая с характером? Красивая. Ну так ты похожую найди. Или тебе совсем ее не жалко?

Челюсти сводит от его пиздежа.

– Это эгоизм, – дальше заряжает. – Ты никогда ее не любил. Если хоть какие-то чувства у тебя есть, то… пожалей ее. Исчезни из ее жизни. Тае твои разборки и проблемы не нужны. Что хорошего ты можешь ей дать?

Охуеть.

– Все, – чеканю. – Все у нас хорошо будет.

– Нет, – башкой мотает. – Не будет. Гарантий нет у твоего образа жизни.

– Ты откуда такой борзый взялся? – скалюсь.

Моралист хуев.

– Я ей предложение сделал, – говорит. – Я ее жених. У меня нормальный бизнес. Не такие риски, как у тебя, поэтому…

– Шел бы ты отсюда на хер, пока хребет целый.

Пульс по затылку врезает. Гнев жилы заливает.

Уебок не доживет до конца свадьбы. По кускам найдут.

Блядь.

Чувствую ее взгляд. Поворачиваюсь и понимаю, что нихуя уже я этому ебанату не сделаю. Руки связаны.

Тая смотрит. Подходит к нам.

– Андрей, моя любимая песня, – берет уебка за руку. – Пойдем танцевать.

Она уводит своего дружка в центр зала.

А меня накрывает от того, как их пальцы переплетаются. Как он ее обнимает, обхватывает тонкую талию ладонями, кружит мою девочку в танце.

Зубы поскрипывают. Костяшки пальцев хрустят. Кровь по вискам бьет. Под ребрами такая дикая ярость пробуждается, что на хрен кислород выжигает. Забить бы этого ублюдка. Насмерть. Прямо здесь. На куски разодрать.

Багровая пелена глаза застилает. Сам не знаю, как держусь.

Хотя нет. Знаю, блять. Просто понимаю, что такую расправу она мне точно не простит. Без того между нами напряга хватает. Нельзя срываться.

Я же рядом с ней оставался. Всегда. Приглядывал. Близко подойти не имел права, но из вида не упускал. Понимал, время теряю, только был уверен, еще наверстаю.

А теперь?..

Впервые чувствую, что могу ее потерять.

Одну проблему решил. Вопрос по Воронцову закрыл. Но главное упустил. Тая чужое кольцо приняла. Дождусь, пока она реально замуж за другого пойдет?

Нет. Не бывать этому.

Достаточно насмотрелся. Пора действовать.

Шагаю вперед. Выдергиваю ее из объятий уебка. Отталкиваю урода. Разворачиваю Таю лицом к себе, сжимаю за руку.

– Пойдем.

– Нет, Руслан…

Бледнеет. Глаза распахивает. Губы дрожат. Вся она дрожит, когда мои пальцы на ней смыкаются. Дергается, пробует вырваться.

Напрасно. Хрен я теперь отпущу.

– Тебе лучше поехать со мной, – говорю.

– Пусти, – требует.

– Сама подумай, что может быть, – ловлю ее взгляд. – Мне теперь терять нечего. Оторвусь по полной.

– Прекрати, – бормочет. – Мы же на свадьбе.

– Точно, – киваю. – Начну с твоего дружка, а закончу Резником. Бьюсь об заклад, эта свадьба каждому здесь запомнится.

Надо видеть, как округляются и без того огромные глаза. Она явно представляет, как легко я могу сорвать праздник ее подруги. Разнесу все вокруг к чертям. И похуй. Кто меня остановит?

– Руки от нее убери, – подает голос уебок.

Опять лезет.

– Я поеду с тобой, – тихо говорит она.

И выразительно смотрит на мою ладонь.

Отпускаю ее.

– Все в порядке, Андрей, – обращается к своему женишку. – Нам действительно нужно кое-что обсудить.

– Ты уверена? – хмурится урод.

– Да, – улыбается в ответ. – Не волнуйся.

Блядь. Она ему улыбается. Искренне так. Нежно. По-настоящему.

Хватаю ее под локоть. Выволакиваю из зала.

– Отпусти, – шипит. – Мне больно.

Расталкиваю людей, чтобы быстрее добраться до выхода.

– Ай! – вскрикивает, по нервам режет.

Ослабляю захват. Но не отпускаю ее до тех пор, пока в свою машину не заталкиваю. Захлопываю дверцу, усаживаюсь за руль.

– Куда ты меня везешь?

– К себе.

– Не понимаю, – пожимает плечами. – Зачем? О чем нам разговаривать? Ты все самое важное уже сказал раньше.

– Я не собирался жениться.

– Не важно.

Она смотрит прямо перед собой. На дорогу. Но я замечаю, как бешено пульсирует голубая жилка на ее шее.

– Мне пришлось устроить этот спектакль, – говорю. – Так было нужно. Возникли проблемы. Твоей жизни угрожала опасность. Я не хотел рисковать. Надо было устроить все так, будто ты сама от меня ушла.

– Ну у тебя отлично получилось, – нервно усмехается.

– Тая…

– Так было нужно, – выдает мои слова с горечью. – Кому?

– Единственный вариант, чтобы тебя защитить.

– Нет, – качает головой, обнимает себя руками. – Всегда есть разные пути.

Притормозив на светофоре, сдергиваю пиджак. Хочу ей на плечи набросить. Но она не позволяет.

– Не надо, – выставляет руку в сторону.

– Холодно, – хмурюсь. – На улице зима, а ты полуголая. Это платье ни черта не прикрывает.

– Обычное платье, – поворачивается, в глаза мои смотрит. – Мне ничего от тебя не надо, Руслан. Ты просто оставь меня в покое. Хорошо?

– Я все вопросы порешал.

– И что? – роняет глухо.

– Мы начнем с чистого листа.

– А то, что было куда денем? – бросает с горечью. – Или ты всерьез думаешь, можно вывернуть мою душу наизнанку, а потом вернуться, будто ничего не произошло?

– Я делал все для твоей защиты.

– Предложил мне свободные отношения? – хмыкает. – Объяснил, что будешь спать со всеми подряд? Ты вообще помнишь, о чем тогда говорил?

– Я сказал, что хочу только тебя.

– Хочешь, – судорожно выдыхает. – Я не вещь, Руслан. Не инструмент, на котором можно сыграть, а после вышвырнуть. И снова взять, будто ни в чем не бывало.

Раздается протяжный сигнал позади.

Блядь. В зеркало смотрю. Уебку на серой тачке никак не терпится проехать на зеленый свет.

Съезжаю в сторону ближайшей парковки. Глушу двигатель. Поворачиваюсь к ней. Хочу видеть ее глаза. Сейчас.

– Тая, свою жизнь я уладил. Бизнес перевожу из тени. Процесс займет еще некоторое время, но я нашел способ нейтрализовать врага. У нас перемирие. Угрозы нет.

– Твоя работа всегда будет проблемой, – тихо отвечает она.

– Больше нет.

– Как долго продлится это… перемирие? – нижнюю губу закусывает. – И кто знает? Может завтра все повторится? Появится новый враг. Новые проблемы. Это же не закончится.

– Обещаю, я смогу тебя уберечь.

– Ты уже не смог, – замечает тихо.

Беру ее за руку, но она отстраняется. Тонкие пальцы выскальзывают из моей ладони. Силой не удержать.

– Твои слова, – запинается. – Это не уменьшает боль, Руслан. Если бы ты сказал сразу. Предупредил обо всем. Мне бы не понравилось, но… могло бы сложиться иначе.

Отворачивается. Смотрит на то, как за стекло кружит снег. А ресницы ее слегка подрагивают, отбрасывают тени на бледные щеки.

– Будь со мной, – заявляю.

Обнимаю ее. Прижимаю к себе. Крепко. Вплотную. Так, чтобы между нами никакого расстояния не осталось.

Как же я по ней изголодался. По этому аромату. По теплу ее кожи. По дрожи. По ощущению ее тела под пальцами. Такая нежная. Чистая. Настоящая.

И как же режет выражение ее глаз. Взгляд. Полосует покруче любого лезвия.

– Поверь, Тая, – говорю. – Обещаю, никакой боли не будет.

Упирается ладонями в мою грудь. Отталкивает. Мягкое движение, едва уловимое, но ощущается как удар.

– Поздно.

А это еще больнее бьет. Добивает.

– Что? – рычу. – Почему поздно? Я все могу. Даю тебе полную гарантию безопасности. Иначе бы не пришел за тобой.

Молчит, а после тихо отвечает:

– Ты заигрался, Руслан.

Отдает мне пиджак. Смотрит куда-то в сторону.

– Там знакомая машина, – замечает. – Охранники Глеба. Они в аэропорту нас встречали.

Перехватываю ее взгляд. Вижу внедорожник, который паркуется позади. Номер и правда как из охраны Резника.

– Я пойду, – роняет она.

Отворачивается, открывает дверцу.

Тут меня и срывает.

Подаюсь вперед, накрываю ее пальцы своими. Опять дверцу захлопываю. Врезаю кулаком по панели управления, блокирую замки.

– Никуда ты не уйдешь.

– Руслан…

– Я тебя не отпускал.

Обхватываю ее плечо. Заставляю развернуться. Опять мы лицом к лицу. Глаза высекают искры.

– Тебе все равно придется открыть, – поджимает губы.

– Нет, – отрезаю.

– Ты…

– Я люблю тебя.

Хочу впиться в ее рот, но она отворачивается. Прижимаюсь губами к щеке, чуть кожу на скуле зубами прихватываю.

– Люблю тебя, Тая, – как одержимый шепчу, жадно запах ее втягиваю. – Люблю. Люблю тебя! Слышишь? Люблю, блять. Я без тебя подыхаю.

Кажется, все. Вот. Сейчас разобью лед. Верну все обратно. Докажу ей, что теперь жизнь по-другому пойдет, что она может мне верить.

Но нет. Нихуя.

Она отстраняется. Точно током бьет.

А я не держу, потому что нет силы бороться против ее тонких пальцев. Против той власти, которую она имеет надо мной.

В ее глазах ничего нет. Пустота. Или я не могу разобрать? Меня ведет. Ни черта не понимаю.

– Поздно, Руслан, слишком поздно, – Тая сдавленно выдыхает. – Пожалуйста, больше не приходи. Не нужно нам с тобой говорить.

Она все-таки открывает дверцу. Выходит из машины. К ней тут же подбегают двое из охраны Резника. Один из них подает ее пальто. Второй – сумку.

Тая не оборачивается. Не смотрит назад. Как тогда, когда я наговорил ей дерьма в ресторане. Прямая спина. Четкий разворот плеч.

Толкаю дверцу. Как пьяный иду. Застываю.

На глазах блядская пелена. То ли снег, то ли хуй знает. Но я все равно вижу ее. Тонкий силуэт. Хрупкий.

Горло печет. Грудь жжет каленым железом.

Странное чувство. Вроде делаю вдох. А дышать не могу. Без нее – не могу. Ничего, сука, не получается.

Накрывает.

– Я люблю тебя! Люблю, Тая!

Кричу так, что голос срываю.

Она останавливается. Перед чужой машиной. Чуть ведет головой. Темные волосы слегка колышутся. Тая замирает на месте. И эти пару секунд ощущаются как целая вечность.

Тая. Моя Тая.

Делает шаг вперед. Еще один, еще и еще. А потом разворачивается, чтобы сесть в тачку с охранниками.

Врезаю кулаком по капоту. Боли не чувствую. Не замечаю.

Она дала мне один шанс. И я его проебал.