Глава 19 · Милана

Понять то, что только что произошло, было сложно. Помешательство, какая-то болезненная тяга и желание. Это был тот момент, когда голова отключилась совершенно, словно не я была ее хозяйкой, словно со стороны смотрю на то, что творю собственными руками и не только.

Когда ранее такого порыва не было, не была желания и… тяги. Но что свершилось, то свершилось. И где-то в глубине души я знала, повторись этот сценарий снова, но в другой жизни, я не отступлю.

Но на деле мне было жутко стыдно смотреть в глаза Марка, как некстати накатил страх, что и теперь он будет надо мной смеяться, снова всем расскажет, какая Милана влюбленная дурочка, какая бесхребетная. Волна паники накрывает так быстро, что невозможно воздохнуть, руки предательски трясутся, а ноги подгибаются. Впервые понимаю, что не смогу во второй раз перенести подобный удар. Как бы нам не было тяжело, в каких бы сложных условиях не находились, что бы не говорил этот мужчина, все равно продолжаю его любить. Всем сердцем и душой. И другого человека не приму…

Но Марк просто сгребает меня в объятья и предельно бережно обнимает. Я чувствую, как он улыбается и тяжело дышит, точно так же чувствую его вкус на губах и не знаю, что теперь делать.

Весь вечер мы разговариваем обо всем на свете. Марк строит какие-то запредельные планы, в которых даже есть я. Только не могу понять в роли кого? Очередного спасителя, друга или девушки? Всеми силами поддерживаю его, но порой ухожу в свои мысли и попросту не запоминаю того, что говорит мужчина.

А ночью не могу найти себе места: верчусь, то накрываюсь пледом, то сбрасываю его, задыхаюсь от духоты и жажды. Мне кажется, что все смотрят на меня, показывают пальцем и громко смеются. И, что страшно, вечером после обхода Марк с кем-то переписывался и улыбался, бросая на меня хитрые взгляды. И после этого мое сердце словно останавливается. Я лишь прикрываю глаза, удобнее сажусь, облокачиваясь на подушку, и думаю. Обо всем и ни о чем одновременно.

Под утро глаза болят, потому что спать хочется невыносимо. Голова кружится от усталости и мыслей, что в ней ходят по кругу. Зато Марк полон сил, из него энергия так и плещет. Он даже самостоятельно перебирается с кровати на кресло, без проблем добирается до ванной комнаты и даже умыться смог и выполнить другие утренние процедуры без меня.

И я рада, действительно рада!

Положительная динамика налицо. В этом центре он действительно стал себя лучше чувствовать, смог пересесть в кресло, стал почти самостоятельным человеком. И это далеко не конец! Впереди, со слов врачей, будут костыли и уже самостоятельные шаги без опоры и поддержки.

Это чудо. Самое настоящее чудо!

– Утра! – сообщает он, подкатываясь ближе.

– Утра, – отвечаю, – как спал?

– Отлично! – улыбка на его лице становится еще шире. – Наконец-то выспался. А ты?

– А я нет, – пожимаю плечами, проглатывая в горле ком. Мне тяжело дается этот разговор, но я сильная девочка, я справлюсь. – Ты хорошо себя чувствуешь?

– Да, – хмурится Марк.

Глаза стали серьезными, но растерянными.

– И сам уже можешь делать многие вещи без посторонней помощи, – это я уже не спрашиваю, а говорю по своим наблюдениям.

Марк несмело кивает и настороженно смотрит на меня. Улыбка с его лица моментально пропала, а мне стыдно и больно, а еще страшно.

– Тогда… Я могу с тобой больше не быть. Ведь мы договаривались, что моя помощь будет временной.

Я не знаю, как правильно подобрать слова, не знаю, что еще сказать. Отвожу взгляд и комкаю в руках кофту, с силой ее сжимаю, накручиваю на палец. Сдерживаю с трудом рвущееся рыдание и слезы, не позволяю себе быть слабой, не хочу показать свою зависимость от этого человека.

– А вчера, – Марк сглатывает, – вчера тоже была помощь?

Я краснею, даже чувствую, как горят лицо и уши.

– Нет, вчера было какое-то помешательство. Недоразумение…

Мужчине хватает такта ничего не говорить. Он просто отъезжает к окну, а я пользуюсь этим – хватаю спешно вещи, натягиваю штаны и кофту, хватаю сумку, в которую заталкиваю ноутбук. Уже в дверях оборачиваюсь и вижу, как пристально смотрит на меня Марк.

– Прощай, – говорю одними губами.

– Я не прощаюсь, – грубо отвечает он и снова отворачивается.

Выскакиваю из палаты, не видя перед собой ничего. Слезы застилают дорогу, а всхлипы «режут» горло, потому что сжимаю губы и не позволяю себе заорать от той боли, что раздирает меня внутри.

Если бы не долгое пребывание в этом центре, давно бы куда-то врезалась или ошиблась лестницей, но я выбираюсь на улицу, где поток холодного ветра моментально бросает в лицо горсть снежинок. С трудом удается сделать судорожный вздох и зажмуриться. Но когда открываю глаза – реальность не меняется. Вот она я, снова одна и несчастна. И, похоже, это карма какая-то или мой путь, который должна преодолеть. Только сил уже нет… и желания.

Руки трясутся невыносимо сильно, не с первого раза, но удается вызвать такси. При этом я чувствую, что Марк смотрит на меня, пристально и внимательно. До последнего стою под тенью старого дуба, ветки которого поскрипывают на ветку. И как только приходит сообщение, что машина подъехала, спешу к воротам, входя из своего укрытия.

Но в самый последний момент несмело оборачиваюсь, прежде чем сесть. И вижу! Вижу, что он встал! Провожает меня своим волчьим взглядом…

Таксист молча поглядывает на меня через зеркало заднего вида, поджимает губы и снова устремляет свой усталый взгляд на дорогу. Через час он высадил меня у дома, где нам с Марком снимали квартиру.

Зайдя в нее, бросаю вещи на пол и сажусь следом, утыкаясь лицом в колени. И вою, как дикий раненый зверь, который остался один. Раскачиваюсь из стороны в сторону, закрываю себе рот руками, но безумные крики заглушить не удается. Мое сердце рвется на части, образуя на месте себя осколки, которая опадают вниз, оставляя после себя зияющую пустоту. Я никогда не думала, что первая любовь может быть такой… длинной, такой мучительной! А ведь люблю! Люблю-ю-ю! Безумно и до сих пор, хоть и доказываю себе обратное, хоть каждый раз и скрываю ее за своей заботой.

Но люблю… и это страшно, ведь после всего того, что было, я должна ненавидеть, жаждать мести. А сердцу не прикажешь, у него свое мнение. Ему плевать на доводы разума, ему все равно на то, что говорят другие. Оно живет в своем мире и по своим законам.

Поднявшись на ноги, бреду в ванную, которая находится буквально в двух шагах. Успеваю выложить на полочку телефон и ключи, прежде чем включаю воду и встаю под душ прямо в одежде.

Я закрываю глаза и слушаю, как шумит вода, слушаю и медленно успокаиваюсь, восстанавливаю дыхание. Я сделала правильно. Сейчас Марк встанет на ноги, вернется к своей прежней жизни, в которой поменяются только лица людей, но будет присутствовать крутая и беззаботная жизнь, наполненная встречами, шумом и запахом алкоголя и табачного дыма. Мне в этой жизни места нет. Я там чужая.

Стягиваю с тела мокрую и тяжелую одежду, выбираюсь из ванны и сразу же забрасываю вещи в стиральную машинку. Наскоро вытираюсь, но медленно заворачиваюсь в полотенце и возвращаюсь в коридор, где быстро разбираю прямо на полу сумку. Мне важно избавиться от запаха лекарств – это словно напоминанием о том, откуда я вернулась. От кого. Ложный шанс успокоиться, но пользуюсь им. Только после того, как машинка запущена, ложусь прямо в полотенце на кровать, накрываюсь теплым одеялом и закрываю глаза. Я не хочу никого слышать и видеть, я хочу спать. Просто спать столько, сколько мне нужно. А о новых проектах, новой жизни и переезде я подумаю потом. Завтра… или послезавтра. Или когда буду к этому готова.

К моему удивлению, никто не тревожит меня до самого вечера. Я только встаю, чтобы переодеться, попить воды. Снова валюсь на кровать, забываясь беспокойным сном, в котором намешано столько, что порой многих лиц даже не узнаю. Зато просыпаюсь рано утром и сладко тянусь до хруста во всем теле.

Неожиданная идея посещает меня за завтраком. Смотрю на свое замученное отражение и осунувшееся лицо и понимаю, что нужно привести себя в порядок. Постричь волосы, поменять их цвет. Да и когда я последний раз делала элементарный уход за лицом?

Бутерброд поспешно отправляется в рот, а я бегу за забытым в ванной телефоном. Разблокирую его и… ничего. Ни единого звонка и сообщения, с другой стороны, откуда им взяться? Я ведь ушла, разрушив за собой все мосты и наговорив столько, что любой мужчина с высокой самооценкой просто удалит мой номер и пошлет к чертям. Марк именно такой – всегда был таким. Я ему не нужна, точнее, была нужна, но как… помощник и друг, не более.

Прогоняю тянущую боль в груди, стараюсь отключить эмоции, которые снова «просыпаются» во мне. Не нужно мне это, не стоит тревожить душу. Итак тошно.

Зайдя в интернет, стала изучать карту местности вокруг квартиры и расположение салонов красоты. Потом полчаса потратила на изучение отзывов и в конце концов позвонила по выбранному адресу и сказала, что мне нужно. По сути, в том салоне было все. Поэтому попросила записать меня на все имеющиеся свободные процедуры. Да, я готова была уйти туда рано утром, а приползти поздно вечером. Лишь бы что-то поменять. Кажется, словно топчусь на месте. Но, как известно, если хочешь начать менять свою жизнь, то начни с себя. Начну с внешности, потом одежды, а дальше будет видно. В моем случае лечить нужно не тело, а душу.

– Если подойдете сейчас, то успеете…, – отвечает девушка, возвращая этими слова в реальность.

– Подойду! Через десять минут! – даже не слушаю, на что именно успею. Мне все равно.

Натянула чистые штаны и кофту, на ноги ботинки, на плечи накинула курточку, которую даже застегивать не стала. Вот и все. Ах да, кошелек надо забрать и телефон, мало ли что… Я же волнуюсь как-никак.

До салона добежала не за десять минут, а за пятнадцать. Но все равно успела и на массаж, и на ногти, и к косметологу. Это такая ускоренная мини-перезагрузка, которую нужно устраивать каждой женщине. Увы, я о ней позабыла. Как и о себе в целом. Потом был перекус на обед в кафе через дорогу и еще один мастер, который обещал что-то сделать с моими «уставшими» волосами.

Я верила, точнее, так: я доверилась. Уже была согласна на все, что угодно. Просто эти обновления – словно запуск к моей новой жизни и моим внутренним изменениям. Пора бы уже и из тени выходить, пора расправить плечи, поднять голову и жить жизнью счастливого и довольного человека. Сейчас еще подкоплю и куплю ту квартиру, что пришлась мне по душе. Ну и пусть собираюсь уехать, пусть! Зато будет место, куда я вернусь. Да и соврала я Марку. Работу мне предложили, но не на постоянной основе. Короткие двух- или трехнедельные командировки, которые могут затянуться из-за сложности проекта.

Второе, что я сделала, стала просчитывать свой бюджет. Я не хочу больше жить там, где мне некомфортно и плохо. Я хочу ту квартиру, что излучает свет, что дарит тепло и уют. Конечно, придется влезть в кредит или ипотеку. И что? Я молодая, энергичная и амбициозная. Неужели не смогу закрыть кредит? Смогу! Еще как смогу!

План в голове постепенно начал складываться, а жизнь в моих глазах налаживаться. Правда, ближе к вечеру позвонил Лев Константинович и обрадовал тем, что дает три дня на сборы, потом меня ждет долгая командировка. А начнется она намного раньше запланированного мною времени.

– Хорошо, – согласилась, чувствуя, как с каждой секундой нить между мной и Марком рвется. Хотя не этого ли я хотела?

– Твои расхваленные ребята готовы? – уточнил он.

– Готовы, вы же и сами знаете, – да, когда зашел разговор о команде, я порекомендовала тех, с кем уже работала. На то, чтобы принять взвешенное решение, начальнику не потребовалось много времени. Зато, как только он дал свое согласие, стала звонить ребятам.

Они моему предложению удивились и признались, что та работа, которую они выполняют – скучная. И даже зашел разговор о расформировании команды. Так что, мое неожиданное предложение было принято сразу. Я дала адрес офиса, где обитали люди Льва Константиновича и облегченно выдохнула. Работать с теми, кого ты знаешь, в разы легче. Тем более, таких профи еще поискать надо.

– Знаю, но уточняю, – беззаботно отвечает начальник, который все держит на своем контроле.

Марку я так конкретно приврала, а куда деваться? Если решил все начать с чистого листа, то рушь за своими плечами все до основания, вырывай с корнем, круши…

На этом наш короткий разговор с начальством закончился, чему была рада. оказалась готова к более тесным и открытым беседам.

Три последующих дня проходят как в замедленной съемке. Сумку собрала сразу же – только нужное и важное, то, что пригодится на длительное время, но не занимает много места. Всегда можно приобрести на месте те предметы гардероба, которые были забыты или которые неожиданно могут понадобиться.

В остальное время занялась разбором вещей, их стиркой и глажкой. Развешивала верхнюю одежду в шкаф, вспоминала, что и в каких коробках лежит. Пока Марк в больнице, я немного поживу в этой месте. А когда оформлю квартиру на себя, то перееду. Пока же… буду натыкаться на его личные вещи, которая успела расставить на полки, на одежду и обувь в коробках.

Наверное, не было и часа, когда о нем не думала. Почему-то чаще вспоминала свое бегство, вранье и жесткие мужские волосы под пальцами.

* * *

В день отъезда за три часа до самолета мне поступил звонок. Неожиданный, но такой… долгожданный. Смотря на экран, приняла вызов и прикрыла глаза. Пусть уже скажет, что хочет. Лишь бы его голос услышать.

– Привет, – голос Марка был хриплым.

– Привет, – вздохнула, закусывая губы, – ты как?

– Как обычно, – усмехается он. – Говорят, ты сегодня улетаешь?

В горле собрался ком, а слезы как-то сами по себе потекли по щекам.

– Да, уже еду в аэропорт.

– Надолго? – совсем тихо спросил Марк, а я уткнулась лбом в колени.

– На месяц, может, два… наверное.

– Тогда я тебя встречу потом, – он даже не спрашивает, а именно утверждает, что встретит. – Удачи! И, Мила, не пропадай, ладно?

– Ладно…

Я не знаю, что это – облегчение или новая петля на моей шее, но не берусь больше анализировать, я просто хочу жить, не оглядываясь на прошлое.

Как только наш разговор завершился, тихонечко выдохнула. И даже несмело улыбнулась. И через несколько минут на телефон пришло сообщение: «Дай мне второй шанс».

Наверное, я его уже дала, когда пообещала не пропадать.