Наполни дом теплом и светом
С утра Римас, Иван и Олег поехали ставить машины на учет.
Нора пришла в восторг от дома Римаса и Веры. Подруга провела ее по этажам, показала зимний сад, Ванину комнату, детскую, в которой Варя занималась с детьми. Они обрадовались Норе и даже уговорили ее залезть в избушку и съехать по желобку.
— Вера, как же Римас справился со всем этим без поддержки?
— Почему без поддержки? Они с Ваней сюда частенько наведывались: утром рано прилетали сюда, вечером возвращались домой.
— Надо же, и молчали как партизаны! А ты знаешь, вчера мы немного проехали по городу с Ваней. Мне здесь понравилось.
— Нора, давай спускаться вниз. Что-то собаки громко лают.
Вера приоткрыла дверь, приказав собакам стоять. Перед ней возник высокого роста мужчина в рабочем комбинезоне и какими-то бумагами в руках. Во рту он пренеприятно гонял туда-сюда зубочистку. И Вера невольно брезгливо поморщилась.
— Мне нужен Римас Штейн, — сказал он.
— Его сейчас нет дома.
— Контейнер пришел, дамочка! Мне разгружать его надо. Я не собираюсь здесь простаивать. Или же я сейчас все отвезу назад! Хотя я мог бы с тобой...
— А ну-ка затихни, дядя! — рявкнул у него за спиной Арсений, — или я сам тебя кое-куда отвезу. Показывай накладные!
— Давай, шевели грабками! — прикрикнул басом подошедший Гоша.
— Все путем, Гошан. Пришел контейнер.
— Тебе велено его доставить и разгрузить? — спросил Арсений. Так разгружай его, дядя, а то сейчас собачки придадут вам ускорение, им размяться надо.
— Эй! — окликнул мужчину Гоша. — Там слева от тебя стоит контейнер для мусора. Скинь туда свою зубочистку, только не промахнись! Наши собаки этого не любят, могут загрызть!
Арсений свистнул, и собаки мигом стали в стойку. «У вас всего час времени, имейте в виду. Через час они вас порвут!» — предупредил он грузчиков.
— «Как Тузик тряпку!» — добавил Гоша и парни ударили по рукам.
Вера с Норой хохотали на кухне до колик. «Какие они красавцы! И выглядят мощно и взросло!» — восхищалась Нора.
Работали грузчики на совесть. Мебель занесли в кабинеты и расставили так, как объяснила им Вера. Затащили на кухню холодильник. Короба и коробки аккуратно выстроились в холле. Последним был тяжеленный короб с Вериными подарками для мужчин. Его, уставшие грузчики, еле доволокли до ее кабинета. Туда же занесли напольные ковры.
Она хотела напоить их чаем, но они, поглядывая на часы и собак, отказались.
— Ничего не надо, хозяюшка!
Вера с трудом уговорила их взять деньги за работу.
Когда через полтора часа вернулись с обзорной прогулки Андриус, тетя Люда и Лукас с Василием Никитичем, они ахнули.
— Да... Вот это сервис, — удивился дед Вася, — Европа!..
Вера, Нора и ребята расхохотались. Вечером, когда Вера красочно рассказала всем, как ее мальчишки быстро организовали работу по разгрузке контейнера, хохот стоял гомерический. Вот вам и Европа!
* * *
Машины наконец-то поставили на учет, перерегистрировали и сменили номера. Римас предложил заехать на рынок Хале и посмотреть, чем сегодня торгуют фермеры.
Ассортимент и цены приятно удивили. Особенно хороши были копчености: салака, угорь, свиная корейка, ветчина...
Римас затарился мясом, картошкой, взял на пробу копчености и договорился с продавцом, что подъедет с утра за два дня до Нового года за мясом и, если его все устроит, то станет постоянным покупателем.
Иван тоже взял всего понемногу. Они вчера с Норой попытались приготовить ужин. Но из этого ничего не вышло: они дурачились, целовались, потом очутились в спальне. Ужинать пришлось чаем с печеньем. Но в этом была своя прелесть...
Уже на выходе Римас вспомнил о замечательной бараночной на рынке, в которую они частенько забегали с Юргисом и Яшкой после уроков. Баранки — бейгялисы (бейглы, бейгели) — были такие сытные, что приходя домой, они отказывались от обеда.
Рецепт бейгялисов придумали и начали их изготовлять местные евреи, хотя есть и другие версии.
Перед тем, как отправить баранки в печь, их немного обваривали в воде.
Римас любил их разрезать теплыми и намазывать свежим сливочным маслом или сливочным сыром, а еще мягким творогом с копченой семгой. Хрустящие и, в то же время, мягкие, да еще и с чашечкой чая или кофе, баранки-бейгялисы могли свести с ума любого. Неслучайно, они так быстро распространились по всему миру.
Бараночная на рынке по сей день процветала. И Римас купил баранки на всю семью. Но они источали такой аромат, что он не утерпел и, откусив кусочек, зажмурился от удовольствия. Олег с Ваней последовали его примеру.
* * *
Войдя в дом, мужчины онемели: повсюду стояли коробки. Неужели это контейнер? Но как и кто разгрузил его?
Из кухни доносились веселые голоса детей. Обед — дело важное! Приоткрыв дверь, Римас увидел детей, с аппетитом уплетающих суп, и Веру, раскладывающую овощное пюре по тарелкам.
Волна тепла и нежности накатила на него. «Что может быть лучше такого сюжета: любимая жена и твои дети. Это и есть счастье!» — подумал он.
Вера резко обернулась, и в ее глазах тут же засверкали искорки радости. Одними губами она прошептала: «Привет! Люблю тебя!»
— Ура! Папа приехал! — закричали радостно малыши и Катюша вместе с ними.
— Тише, тише, мои хорошие! Ешьте спокойно, набирайтесь сил, вечером все вместе будем наряжать наши елки и петь песни!
В ответ прозвучало еще более громкое «ура!», переходящее в восторженный детский визг.
После обеда Римас организовал работу по очистке холла от коробок. Он принес листы с номерами коробок и перечнем их содержимого. Арс и Гоша сразу перетаскали свои коробки с книгами и личными вещами к себе наверх.
Ваня отобрал свои и загрузил их в багажник. Олег отнес свои в гостиную. Детские коробки с одеждой, игрушками, книгами подняли в игровую, чтобы можно было их развесить и разложить по местам. Вера и тетя Людочка переживали за посуду, но все пришло в целости.
За пару часов освободили холл от груза. Римас с Олегом установили холодильник и подключили его. Теперь можно будет затаривать продуктами оба холодильника.
* * *
Арс и Гоша спустили вниз коробки с елочными игрушками и гирляндами. Наступил момент чудес и волшебства. Для начала детям предложили выбрать любое понравившееся печенье и оценить его вкус.
Интересно, что Гриша, Саша и Катюша выбрали печенье Арсения с ангелочками, а Маша — печенье Гоши с замысловатыми линиями. Вкус печенья привел всех в восторг.
После детей (кто бы сомневался!) за печеньем потянулись взрослые.
Дядя Лукас сосчитал количество печенья с пожеланиями и внес предложение: разыграть его «втемную», чтобы каждый своей рукой выбрал то, что ждет его в Новом году.
Идея понравилась. Печенье выбирали с закрытыми глазами. Вере досталась «любовь», Арсу — «триумф», Гоше — «счастье», Римасу — «успех», Ване — «нежность», Норе — «радость», деду Васе и дяде Лукасу — «здоровье», тете Люде — «веселье», Варе — «сюрприз», Олегу — «новоселье». Смех не умолкал.
Римас попросил сына принести кассетный магнитофон и выбрать кассету с надписью «Happy Christmas!»
Зазвучала музыка, усиливая ощущение праздника. Дети уселись на диване и, затаив дыхание, следили за отцом, как они с Иваном и Олегом осторожно распределяют елочную гирлянду. Затем наступила очередь игрушек. Чести установить ангела на верхушке ели удостоилась Маша, как самая младшая из девочек.
Игрушки развешивали по очереди: верхнюю часть предоставили старшему поколению, олицетворявшему зрелость. Украсив свою часть елки, они передали эстафету молодости — самому многочисленному среднему поколению. Те, в свою очередь, уступили место юности — самому малочисленному поколению в лице Арсения и Гоши. Украсив свою часть, они передали эстафету детству, и малыши бросились украшать елку в самом низу.
Неожиданно Маша с криком «я сейчас!» побежала в детскую спальню и принесла хрустальную звездочку, которую ей подарил старший брат. Она смотрела на звездочку и шептала какие-то слова, а затем повесила ее на елку.
— Вот, Арс, я загадала желание! Оно же сбудется? — спросила Маша.
— Обязательно сбудется! — ответил он и поцеловал сестренку в пухлую щечку.
***
Пройдет долгих пятнадцать лет, и в свою первую ночь любви красавица Машенька Штейн признается Гоше Плотникову, что она загадала в канун Нового 1981 года выйти за него замуж.
***
Перед ужином Римас позвонил Громову и рассказал о письме, которое пришло на их бывший адрес.
— Ай да Василий Никитич! Герой! Настоящий былинный богатырь! Я от души его и всех вас поздравляю! Это событие значимое: у нас в республике не так много Героев Советского Союза.
Давай завтра к десяти подъезжай ко мне с письмом. Надо организовать награждение героя в обкоме. Там у нас 31-го запланировано мероприятие с награждением сотрудников милиции. Так что будет в самый раз!
Тем временем Арсений с Гошей и малышами заканчивали украшать елку в гостиной. Она отлично туда вписалась и получилась очень красивой.
Правда, не обошлось без слез. Саша не заметил лежавшую на полу коробку со снеговиками и упал на нее. Раздался характерный хруст раздавленной елочной игрушки и следом — рев Сашеньки:
— Папа, я их лопнул!
— Сынок, что случилось? — Римас бросился к сыну. — Ты ударил ножку?
— Нет, папочка, — рыдал малыш. Они... Они... — он никак не мог подобрать нужное слово. — Они лопнули там... в коробке. И теперь их у нас не будет.
Римас открыл коробку. Увы, все семейство снеговиков героически погибло. Хотя нет, кажется, кто-то выжил. Ура!!!
— Сашенька, жалко, конечно, снеговиков! Но у нас остался один, и мы подберем ему друзей. А вот под ножки нужно смотреть. Было бы гораздо хуже, если бы ты разбил себе коленочку, — успокоил сына Римас, целуя его в щечку.
Ну-ка пройди. Нигде не болит?
— Не болит! — Сашенька даже попрыгал немножко. — Я тебя люблю, папа!
— И я тебя люблю, сынок!
* * *
— Солнышко, давай ты поедешь со мной к Громову, — предложил Вере Римас. — Решим вопрос с награждением и заедем на рынок. Ты сама посмотришь, что нам необходимо еще докупить.
После обеда я позанимаюсь с сыном, а потом... Потом предлагаю вот что. Мы, Верушка, забыли о кукольном «Театре теней»! Давайте поставим вечером спектакль для всех. Выберем сказку, порепетируем...
— Рим, я тебя обожаю! Какой ты молодец, что вспомнил о театре. Я даже знаю, какую сказку мы сможем поставить!
— «Щенок и Мама», — я прав?
— Тысячу раз прав, мой родной! И Щенка будет играть Маша, Арс — Волка, Гоша с его басом — злого хозяина, а Маму — пока не знаю кто. Мы ведь можем добавить еще несколько персонажей, например, зайчат. Их сыграют наши мальчишки и Катенька. Мне кажется, они смогут.
— А Маму, солнышко, придется играть тебе!
— А ты, кого будешь играть ты?!
— О, у меня будет шикарная роль ведущего: голос за кадром!
На том и остановились.
Римас с Верой съездили к Дмитрию Анатольевичу. Он встретил их радушно, угостил чаем и печеньем, сказав при этом: «Печенье, Верочка, не такое вкусное как у вас, но супруга старалась!»
Прочитав письмо, он быстро отреагировал. Позвонил в областной военкомат, договорился с военкомом о награждении Карелина Василия Никитича. Затем вызвал помощника и поручил внести изменения в сценарий награждения сотрудников милиции медалями и на первое место поставить награждение Карелина В.Н., созвониться с журналистами и телевидением.
* * *
Калварийский рынок, на который решил заехать Римас, был одним из старейших рынков города. Он удивил Веру изобилием продуктов и их качеством. Первым делом она попробовала творог.
— Это песня! — сказала она мужу.
— Верушка, а давай на Новый год испечем твой знаменитый творожный пирог с этим творогом и трубочки? — Я буду помогать!
В итоге взяли творог, набрали разных сыров, несколько уток, яблоки и чудесный мед.
Дома их ждал сюрприз. Позвонил Григорий Иванович Майский и сообщил, что приезжает 30-го декабря.
— Это замечательно! — обрадовался Римас. — Будем вдвоем гонять тебя! — сказал он Арсению. Через час встречаемся в кабинете!
— Я готов! — рассмеялся сын. Я и сам эти дни занимался. Ты не беспокойся, пап, все будет хорошо!
Ближе к вечеру наступило время подготовки к спектаклю. Из коробки с реквизитом достали фигурки зайчиков, собак, волка, медведя, людей, и даже птиц. Распределили роли, вручили детям фигурки персонажей, которых они будут изображать, объяснили, как правильно держать фигурки перед экраном. Немного порепетировали.
Затянули шторами окна в гостиной, повесили ширму, поставили фонарь, расставили стулья и пригласили на премьеру зрителей.
Свет погас и включили «волшебный» фонарь. На экране в левом углу стояли елочки. Это был лес. А справа — лужайка с цветочками, за которой виднелась труба (обернутая темной бумагой бутылка из-под кефира) — жилище щенка и мамы.
— Жили-были маленький щенок и его мама, — зазвучал в тишине тихий и таинственный, проникновенный и чарующий голос Римаса.
На экране отобразились тени щенка и его мамы.
— Щенка звали Щенок (Маша изобразила поклон), а его маму — Мама (Вера тоже повторила движение, похожее на поклон). Они жили в большой трубе. Каждый день рано утром, пока еще все спали, Мама уходила на работу.
Зал заинтересованно слушал ведущего. А вот дальше началась сплошная импровизация, которую привнесла Маша, и всем пришлось перестраиваться на ходу.
— Мамочка, я скучаю, когда ты уходишь на работу, — неожиданно произнесла она. — Можно я поиграю с друзьями зайцами?
— Можно, мой малыш, — Вере ничего не оставалось, как ответить на реплику Маши. — Ты только не отходи далеко от дома. В лесу живут волки и медведи. Они могут вас съесть!
— Пусть только попробуют! — раздался вдруг веселый голос Гриши. — Я им как дам в нос кулаком!
В зале раздался хохот и аплодисменты. И Гриша тут же собрался выйти на поклон, но Саша его остановил: «Гришка, ты куда пошел? Сказка только началась!»
— Ах вы, неразумные зайчата! — пришлось вмешаться ведущему. — Нельзя убегать далеко от дома! Разве вы забыли, чему учила вас ваша мама?
— Нет, папочка, мы не забыли. Мы сейчас все исправим! — за всех ответил Гриша, а потом шепотом добавил: папа, я очень писать хочу! Можно мне в туалет!
Зал взвыл от смеха.
— Антракт! — хохоча, объявил Римас и понес сына в туалет. И Андриус, ответственный за освещение, тут же включил свет в коридоре, чтобы глазам было легче после темноты привыкнуть к свету.
После антракта, получив дополнительные наставления, сказку доиграли под нескончаемые аплодисменты и хохот. Можно сказать: премьера прошла успешно! Автора сказки и всех актеров вызывали на бис. Они выходили, держась за руки, и смешно кланялись. И их лица сияли от счастья.
А потом детям разрешили подольше посидеть со взрослыми у сверкающей огнями елки.
Они сидели тихо и с интересом слушали рассказы взрослых о том, как они встречали Новый год, когда были маленькими.
Особенно заинтересовал детишек рассказ Римаса о том, как он однажды поменял местами имена на рождественских носках с подарками, висевшими на камине.
В результате ему самому достался ликер Danziger Goldwasser «данцигская золотая вода», его маме — трубка с курительным табаком, которая предназначалась другу его деда, другу деда — игрушечная заводная машинка, которую должен был получить сам Римас. Словом, была страшная путаница. Взрослые от души повеселились, а его поставили в угол, правда, ненадолго.
Слушая папин рассказ, Маша взглянула на их камин в гостиной и увидела висящие там четыре носочка с их именами. Она бросилась к своему носочку. В нем лежало сказочно оформленное в виде большой снежинки приглашение на елку в детский кукольный театр «Леле»/«кукла»/. А еще там сидел очень красивый игрушечный петушок.
— Папочка, мамочка! — радостно воскликнула она. — Смотрите, к нам уже приходил Сенялис Шалтис. Видите, он забыл у нас свою вязаную варежку! Нам дедушка Лукас рассказывал про него.
— Ура! — прокричали мальчишки и Катя. И бросились к камину.
— И нам он тоже оставил петушка и волшебное приглашение! — радовались дети.
— Чародей ты мой, — склонила голову на плечо мужа Вера. И когда ты все успел?
— Чудеса еще впереди, любовь моя, — нежно он обнял жену.
— Рим, а почему ты подарил им петушка? Это что, литовский обычай?
— Нет, любовь моя, это просто символ года.
* * *
Дни до Нового года пролетели как одно мгновение, но не без сюрпризов. Если приезд Григория Ивановича был ожидаем, то появление Вика с Верочкой и Павла с Ниной Павловной стало полной неожиданностью, хотя и приятной.
Как потом выяснилось, они даже ехали в одном и том же поезде, но в разных вагонах. Удивительно, что Римас и Арсений, встречавшие Григория Ивановича, никого из них не заметили. Однако к дому подъехали почти одновременно.
Вика и Павла разместили на первом этаже в гостевом доме. Григория Ивановича — в кабинете Веры, напротив комнаты дяди Лукаса.
Хорошо, что за несколько дней им удалось разложить и распределить все вещи по местам.
К сожалению, не все сюрпризы были столь радостными.
Случилось так, что накануне приезда Григория Ивановича мужчины приняли предложение Римаса взять на себя генеральную уборку дома.
Они пропылесосили весь дом на совесть, вытерли пыль, в каждой комнате расставили елочки ручной работы, которые выбрали Вера с Римасом на рождественском базаре, украсили холл красивыми снежинками и светящимися гирляндами.
Пока женщины запекали буженину, варили холодец и продумывали праздничное меню, мужчины решили себя наградить за доблестный труд и устроили заплывы в бассейне.
Римас и Иван выходили последними и прекрасно помнили, как Римас закрыл на ключ дверь в бассейн, а Иван его повесил на крючок в виде рыбки.
Все разбрелись по комнатам, и Гоша тоже решил подняться к себе. В какой-то момент ему показалось, что он услышал Машин крик и тут же мимо него вниз по лестнице пулей пролетел Гром и начал истошно лаять, царапая дверь в бассейн.
Гоша бросился за ним, но Гром умудрился открыть дверь и ворвался туда. Увидев барахтающуюся из последних сил Машу, он, не раздумывая, прыгнул в воду, и она вцепилась в собачью спину.
— Машка, держись! — заорал Гоша и бросился на помощь.
Этот крик услышал направлявшийся на кухню Римас и влетел в бассейн в тот момент, когда Гоша буквально отдирал перепуганную Машу от Грома.
Приняв трясущуюся от ужаса дочь, он обнял свободной рукой Гошку и крепко прижал его к себе.
— Спасибо, мой родной! Ты подарил нам всем счастье, спас Машу!
— Да ладно, пап, Гром успел раньше меня. — Это он услышал крик и бросился к двери бассейна, открыл ее лапой и прыгнул в воду. А кстати, где он? Надо же его достать оттуда!
Гром на своей шкуре не так давно испытал, что такое падать в воду и тонуть.
Но тогда там была ледяная вода, а здесь — настоящий рай. И он решил наградить себя за спасение ребенка, с наслаждением плавая в теплом бассейне.
— Давай, сын, быстрее вытаскивай этого ихтиандра из воды, переодевайся и сушитесь оба. Награждать его будем потом. Я помчался переодевать и сушить Машку, да и мне придется все с себя снимать.
Маша, обняв крепко отца за шею, тряслась не столько от пережитого страха, сколько от того, что опять подвела его, и тихо плакала.
Римас стащил с малышки мокрую одежду и достал из своего шкафа чистое и большое полотенце, закутал ее с головой и побежал наверх сушить и переодевать ее. Он не хотел пугать случившимся Веру, но она окликнула его, когда он поднимался с Машей по лестнице и все без слов поняла.
Вдвоем они сполоснули ее под душем, потом завернули в полотенце, просушили волосы феном и переодели. И ничего не стали ей говорить. От этого Маше стало совсем горько. И когда Арсений с Гошей зашли к ней, чтобы узнать, как она оказалась в бассейне, она, обливаясь слезами, рассказала им, что просто хотела посмотреть, какой же он, этот бассейн.
Она принесла стул, залезла на него, чтобы снять ключ, но не дотянулась. Сбегала за палкой, встала на стул и поддела ключ. Он и упал. Дверь она открыла и заглянула туда. А там так красиво! Она решила обойти бассейн и не поняла, как оступилась и, упав в воду, начала тонуть. Она несколько раз закричала, и к ней на помощь бросился Гром, а за ним Гоша.
Но самое страшное, что папа и мама молча выкупали ее, просушили волосы, переодели и... ничего не сказали. И теперь она не знает, что ей делать.
— Эх ты, глупая Маха, дуреха настоящая, — обнял сестренку Арсений. — Ты же могла захлебнуться и утонуть!
Знаешь, Машка, родители очень переживают. Маме даже капли пришлось пить. Лучше бы ты нам с Гошкой сказала, что хочешь увидеть бассейн. Мы бы тебе его сами показали. Я думаю, родителям ты должна все рассказать!
И Гоша тоже его поддержал: «Не надо бежать сейчас. Успокойся. Обдумай свой поступок, Машенька. И только тогда иди к маме и папе. Они поймут! И впредь, я прошу тебя: прежде чем сделать что-то, думай о последствиях!»
И Маша перед сном зашла к родителям и все им рассказала. Это был последний аккорд ее детских неразумных поступков.
* * *
31-го декабря нарядные Римас, Вера, Арсений и тетя Люда ждали деда Васю, чтобы ехать на награждение. И вот он вышел в парадном мундире: высокий, статный, даже помолодевший подполковник Карелин Василий Никитич. Китель мундира украшали ордена Александра Невского, Красного Знамени, Красной Звезды, Отечественной Войны I степени и многочисленные медали!
Все, даже малыши, замерли в благоговейном почтении перед героем. А он смутился.
— Сынок, мы не опоздаем?
Римас молча покачал головой и подумал: «Вот она сила, мощь, слава и... великая скромность отстоявших мир!»
Награждение прошло очень торжественно и трогательно. Ведуший — актер молодежного театра — обладал хорошо поставленным голосом.
С глубоким почтением он рассказал присутствующим краткую биографию героя, перечислил его основные награды, полученные за особые мужество и отвагу, проявленные при выполнении специальных заданий, за храбрость и стойкость, за мужество и героизм, проявленные в боях за Родину.
В ответном слове голос Василия Никитича предательски дрогнул от переполнявших его эмоций. Но он справился с волнением.
* * *
По дороге домой Вера с тетей Людой вспоминали, что еще надо успеть сделать до прихода гостей.
— Вер, мы ведь забыли твои пирожные твороги испечь! — всплеснула руками тетя Люда. — А чего ты смеешься?
— Пирожные твороги мы точно печь не будем, а творожные пироги я испекла рано утром! — рассмеялась Вера.
— Тьфу ты, от волнения язык стал заплетаться! А что еще надо? Вспомнила! Порося ставить надо, вот что! А горячее?
— Это позже. Обязательно картошку по-деревенски и запеченные мясные рулеты с ветчиной, сыром и специями. Будет вкусно! И мы все успеем!
— А сколько людей собирается?
— Много, тридцать один человек!
— А где же мы их разместим?
— Тетя Людочка, у нас есть банкетный зал, там места на всех хватит!
К шести часам начали съезжаться гости. Римас с младшими сыновьями и Андриусом встречали гостей и провожали их в импровизированную гардеробную на первом этаже, а затем размещали в гостиной.
Мальчишки очень гордились, что стоят рядом с отцом. На них были темные брючки и красивые джемперы в белую и синюю полоску с той разницей, что у одного воротничок был белым, а у другого синим.
Вера закончила одевать Машеньку. В синем платье в белый горошек с пышной юбкой и рукавом до локтя она была очаровательна. Крупные горошины внизу юбки переходили плавно в мелкий горошек, поднимаясь вверх. Белый отложной воротничок и белый пояс, переходящий спереди в красивый бант, украшали платье. Наряд дополняли белые колготки и синие туфельки.
Маша спустилась вниз, и Римас подхватил ее на руки.
— Горошинка ты моя, какая же ты красавица! Ты так похожа на маму! — поцеловал он ее в щечку. — Беги к Катюше. А я поднимусь к маме.
Вера надевала туфли и уже собиралась выйти к гостям, как вошел Римас. У него даже перехватило дыхание, так хороша она была.
Роскошное синее платье Веры из шифона и кружева было расшито причудливыми морозными узорами серебристым бисером.
Изящно оформленные плечики и кажущаяся открытой спина из-за прозрачной легкой ткани, придавали образу особую выразительность. Прическа (здесь чувствовалась рука Вика), легкий макияж, изысканный парфюм: все было в полной гармонии. Из украшений Римас увидел на ней свой давний и первый подарок: длинные сапфировые серьги, помолвочное кольцо с сапфирами и эмалью из белого золота.
— Верушка, я пропал! Не хочу никуда идти, хочу сидеть и любоваться тобой! Откуда это чудесное платье? Я не помню, чтобы мы его покупали!
— И тем не менее мы его купили. Твоя Нина Петровна постаралась, а ты просто не обратил внимания на сумму, расплачиваясь за покупки, и оплатил его, — рассмеялась она. Пойдем, по-моему еще кто-то пришел, — сказала она, едва коснувшись губами его лица. Родной мой, ты бесподобен в этом сером костюме и черной рубашке! — она слегка поправила его галстук.
Просторный, теплый и уютный банкетный зал с красиво украшенной елкой радушно принял гостей. Когда все расселись по местам, Римас окинул всех взглядом и понял: нет Павла.
Он вышел подышать свежим воздухом более получаса назад. «Где только носит этого любителя вечернего моциона?» — подумал Римас, собираясь выйти на улицу. Но тут в воротах появился Павел с какой-то девушкой на руках.
— Спасибо вам, — сказала она Павлу, — дальше я попробую дойти сама.
— Эмилия?! — воскликнул Римас. — Что с вами случилось?
— С наступающим вас, Римас, — ответила ему средняя из дочерей Бориса. Шла к вам с соседней улицы от подруги и случайно подвернула ногу. Спасибо вот этому молодому человеку, — кивнула она на Павла.
«Да, Пашка, похоже, ты опять влюбился не на шутку!» — подумал Римас.
— А мы вас ждем, прошу!
Прихрамывая, опираясь на руку Павла, она вошла в дом.
— Как у вас красиво, Римас! Ваш дом — мечта любой женщины!
Павел помог ей снять пальто и усадил на диван в холле. Андриус тут же подскочил и отнес ее пальто в гардеробную. Римас шепнул ему, чтобы он поставил еще один прибор рядом с местом Павла и принес стул.
— Не бойтесь, Эмилия, я врач. Я сейчас сниму ваш ботинок и осмотрю ногу.