Энергия любви
Римас с головой ушел в работу. Уходил рано, возвращался в районе девяти часов вечера. Мылся, ужинал, спрашивал у Веры, как дети, и садился работать до двух часов ночи. В шесть утра подъем. Полчаса занятий в тренажерном зале, душ, завтрак, поцелуй перед уходом и работа допоздна. Он похудел и осунулся.
Долгих две недели у них не было близости. Вера делала вид, что крепко спит, заботясь о том, чтобы Римас мог немного отдохнуть. А он не решался будить ее, хотя не мог уснуть, не обняв ее.
Прошлой ночью он не выдержал, притянул Веру к себе и, услышав ее признание: «Рим, как же я соскучилась по тебе... Я даже во сне по тебе скучаю», — чуть не сошел с ума от счастья...
Перед тем как уснуть, он крепко обнял ее и тихо рассмеялся, прошептав ей на ухо: «Нам никак нельзя отдаляться. Иначе, как батарейке, нам не хватит заряда. Мы с тобой питаем друг друга энергией нашей любви!»
Несмотря на колоссальную занятость, он держал на контроле вопрос с гранатовым гарнитуром для Веры. 13-го февраля исполнялось 5 лет, как они вновь обрели друг друга спустя долгие годы разлуки.
Юрий не подвел. Гарнитур он сам привез Римасу в воскресенье 8-го февраля. Это была идеально выполненная работа истинного Мастера.
Гарнитур был настолько хорош, что Римас хотел в этот же день подарить его Вере, чтобы увидеть его на ней. Но все-таки взял себя в руки и отложил подарок до следующей пятницы, правда, показал гарнитур Арсу и Гоше.
— Пап, а этот Юрий — настоящий гений, — сказал Арсений. Даже дух захватывает от такой красоты!
— Представляю, как мама обрадуется, увидев такой шедевр. — Поистине царский подарок, пап, — добавил Гоша. А ты маму куда-нибудь пригласишь?
— Если получится, увезу ее на два дня в Калининград или в Ригу, — сказал Римас.
— Нам нравится твоя идея, пап. — С младшими посидим, не волнуйтесь! — поддержали они Римаса.
— Пап, позвони, пожалуйста Павлу. Он вчера звонил, а я забыл тебе передать. У него радостное событие: он женился на Эмилии.
— Да ты что?! Это событие года! Сейчас поднимусь к маме и мы с ней поздравим их и Бориса с Эммой.
* * *
В четверг Римас неожиданно рано приехал с работы. С радостным визгом его встретили дети. Саша и Гриша тут же стащили с его плеча сумку-портфель и поволокли в кабинет. Маша подала отцу домашнюю обувь. Вера готовила ужин и вышла навстречу мужу.
— Рим, ты так рано? Что-то случилось? Неужели командировка?
— Да, солнышко, она самая. Как снег на голову. Летим с Ванькой в Москву на совещание.
— А тема какая?
— Совершенствование банковской системы на современном этапе развития.
— Верушка, не расстраивайся. Всего два дня! В субботу последним рейсом мы вернемся. В крайнем случае, в воскресенье утром.
— Целых два дня, Рим!
— Солнышко, только не плачь, — обнял он Веру. Лучше пойдем соберем мне саквояж и документы. Скоро Ванька приедет с Норой. Она побудет с вами. Все-таки будет веселее.
Андриус отвез Римаса с Иваном в аэропорт.
Вера поднялась в гардеробную, чтобы прибрать разбросанные галстуки Римаса. Телефонному звонку она обрадовалась, услышав родной голос:
— Солнышко, это я!
— Я знала, что ты мне обязательно позвонишь.
— Я люблю тебя, Верушка!
— И я люблю тебя, балбес мой родной!
— Солнышко, я загадал, забудешь ты мне сказать «балбес» или нет, — рассмеялся он.
— Господи, какой же ты все-таки балбес, Штейн! Но я тебя по-прежнему люблю!
— Ну вот, теперь правильно! Как только устроимся в гостинице, сразу позвоню. Жди! Люблю тебя!
Хотелось реветь. Но Вера заставила себя отвлечься. Сначала зашла к детям, чтобы уложить спать великолепную троицу. Она удивилась, когда дети отказались смотреть «Спокойной ночи, малыши».
— Там показывают мультики, которые мы смотрели. А как разговаривают Филя и Степашка мы уже знаем. И нам не очень интересно, — убедили они ее.
Но когда она продолжила ежевечернее чтение книги Александра Волкова «Волшебник Изумрудного города», все и раскрылось. Хитрецы попросили добавить время от передачи «Спокойной ночи, малыши» к чтению книги. Уж очень им понравилась и сама книга, и великолепные иллюстрации Леонида Владимирского.
Дети уснули, и Вера зашла к Григорию Ивановичу померить давление. Оно у него днем подскочило. Но сейчас нормализовалось, и он чувствовал себя хорошо.
Немного поболтала с Норой и поднялась к себе. Спать не хотелось. И Вера продолжила читать книгу Клайва Льюиса «Письма Баламута». Эта книга удивила ее. И хотя была написана еще в 1942 году, русского перевода до сих пор еще не было. Поэтому она не просто читала, а серьезно работала над переводом.
Темы, которые поднимал автор в книге, были и будут актуальными во все времена. Старший бес – Баламут наставляет своего племянника Гнусика не только как напакостить человеку, но и как овладеть его душой, сбить с правильного пути.
И все это написано просто ювелирно, умно и с долей тонкого английского юмора.
Она так увлеклась книгой, что не сразу сообразила, что звонит телефон.
— Солнышко, я, наверное, тебя разбудил? Ты так долго не отвечала.
— Привет, мой родной! Я не спала. Меня настолько увлекла книга, что я не сразу услышала звонок.
— А что же такое читала моя девочка на ночь, да еще в мое отсутствие? — вкрадчиво (как же он умеет менять тембр голоса!) спросил Римас.
— Клайва Льюиса.
— Неужели «Хроники Нарнии»?!
— Нет, мой дорогой, ты ошибся! — «Письма Баламута».
— Ух ты! Я уверен, если бы ты взялась за перевод, он получился бы идеальным! Солнышко, а давай я тебе закажу этот перевод?!
— Зачем? — Я и так его делаю.
— Тебе Глеб заказал перевод?
— Мне никто ничего не заказывал, — рассмеялась Вера. — Это я для себя, чтобы не терять квалификацию.
— Солнышко, у вас уже полночь... А это значит, что на календаре 13 февраля — день нашей встречи. А ты видела мой подарок?
— Нет, а где он?
— Неужели ты не заходила в гостиную?
— Нет. Вечером не успела. — Подожди секунду!
Она выбежала в гостиную и увидела букет роскошных роз у камина (конечно же их тринадцать!), конверт и большой футляр с гранатовым гарнитуром. Схватив футляр с украшениями и письмо, она влетела в спальню и схватила трубку.
— Рим, что это, откуда?
— Тебе нравится, любовь моя?
— Ты еще спрашиваешь! — Гарнитур безупречен. Я сейчас рассматриваю браслет и мне кажется, что... Нет, наверное все-таки кажется.
— Что тебе там кажется?!
— Мне кажется, что здесь одинаковое количество камней и в центре и по краям. И их тринадцать. Я права?!
— Ты мое сокровище! Ты сразу поняла мою задумку! Если бы ты знала, как я хотел бы сейчас быть рядом с тобой!
— Если бы малыши были постарше, я бы сама прилетела к тебе!
— А это мысль! Я подумаю над этим!
Они разговаривали уже больше часа. Вера услышала, как в дверь номера постучали, и раздался хохот Ивана.
— А я, дурак, думаю, что же за оператор такой тупой, никак не может соединить нас с Норой! Заканчивай разговор! Я тоже хочу поговорить с женой, — хохотнул Иван и побежал к себе.
Вера долго рассматривала подарок мужа. От него исходило такое тепло, такая мощная энергетика, что она решила надеть весь гарнитур на себя. Покрутилась перед зеркалом. Камни таинственно переливались на свету при каждом ее движении.
Она достала записку из конверта:
«Верушка, я не знал, как еще можно выразить свою любовь к тебе. Долго думал, пока вдруг меня не осенило! Я нарисовал эскиз и решил заказать этот гарнитур у Юрия, ювелира из Калининграда, помнишь его? Он с восторгом согласился и не обманул моих ожиданий.
Солнышко, поскольку тринадцать — это наше сакральное число, мне пришла в голову идея так группировать гранаты, чтобы в каждом украшении количество камней было кратным тринадцати. А объединяющим элементом, который будет присутствовать во всех украшениях, я выбрал бант как древнейший символ любви и уз брака. Так что связал я нас, любимая, навеки. И это не шутка! Любовь — это навсегда...
Твой Рим. 13 февраля 1981 года».
* * *
Римас заказал в свой номер легкий ужин. Они с Ваней с аппетитом умяли запеченную рыбу и овощи. Выпили по чашке ароматного чая. Обсудили основные темы совещания, и Иван отправился спать.
Перед сном он просмотрел последний номер журнала со своей статьей о перспективах и тенденциях развития банковской системы. И, как потом оказалось, сделал это очень кстати.
Проснулся он в отличном настроении и сразу позвонил Вере. Первым делом сказал, что любит и уже сильно скучает.
— Солнышко, — рассмеялся он в ответ на вопрос жены, хороший ли у них номер. — Номера у нас с Ванькой одноместные, люксовые и расположены рядом, друг напротив друга. И вообще, мы хорошие парни и ведем себя хорошо, — продолжил он смеяться. Сейчас умоемся, оденемся, позавтракаем и отправимся на совещание. Неторопливо дойдем пешком. Здесь рядом. Вечером позвоню. Не скучай, любимая! Надеюсь, завтра ночью мы будем дома.
На регистрации было много народа: члены правления Госбанка, управляющие республиканских, а также краевых, областных, городских контор.
Всем вручали именные бейджи с подробной информацией об участнике, талоны на питание, удобные блокноты в твердом переплете, ручки и повестку совещания.
Римас с Иваном удачно расположились в пятом ряду. Они внимательно слушали выступающих, делали записи.
После перерыва на обед совещание началось с обсуждения экономических реформ, в том числе и в банковской сфере. Рассматривали особенности двухуровневой банковской системы как преобладающей в развитых странах.
Говорилось о том, что двухуровневая система предполагает разделение кредитных организаций на две группы. В упрощенном виде это выглядит так: центральный банк и сеть коммерческих банков.
Эта тема была настолько близка Римасу, что как только появилась возможность, он тут же взял слово, представившись.
— Уважаемые коллеги, позвольте и мне внести свои пять копеек в общую копилку!
В зале раздался смех.
— Та двухуровневая схема, которая была приведена коллегой, являет собой упрощенный вариант. Допускаю, что именно эту цель и ставил перед собой докладчик.
Если посмотреть глубже, то банковская одноуровневая система нашей страны некоторым образом вобрала в себя черты двухуровневой. Попробуем разобраться.
Начнем с того, что она иерархична, поскольку есть центральный аппарат и есть управляемые отделения.
Помимо Государственного банка действуют Стройбанк и Внешторгбанк. Не забываем и про систему Сберегательных касс, а по сути систему небанковских кредитных организаций. Вспоминаем и о кассах взаимопомощи, существующих на предприятиях, в организациях. Они вполне вписываются в роль второго регулируемого уровня отечественной банковской системы.
Но мы забываем о ключевом моменте двухуровневой банковской системы. Не могли бы вы его напомнить? — обратился Римас к предыдущему докладчику.
От неожиданности тот замешкался.
— Не волнуйтесь, коллега, я и сам волнуюсь, но попробую его сформулировать. Это независимость главной структуры — центрального банка. Он не подчиняется в своей текущей деятельности ни исполнительной, ни законодательной власти. Но, — он поднял указательный палец вверх, сделав паузу, — на его решения способны влиять парламенты через принятие законов.
Следует понимать, что необходимость в создании двухуровневой банковской системы обуславливается наличием свободного рынка, что предполагает многообразие форм собственности. Если в одноуровневой системе все кредитные учреждения являются государственными, то в двухуровневой системе на втором уровне функционируют частные и частно-государственные банки.
В утреннем докладе был обозначен ряд серьезных проблем, связанных с сокращением объемов долгосрочного кредитования предприятий; недостаточным уровнем объемов банковского кредитования населения; использованием привлекаемых денежных средств от населения для краткосрочного кредитования предприятий; неэффективным инвестированием сбережений населения в развитие производственного потенциала страны.
Все это говорит о необходимости принятия управленческих решений. Для этого важно провести глубокий анализ обозначенных проблем с вскрытием причин и предложений по выходу из создавшейся ситуации.
Например, можно опереться на одно из высказываний Джефри Чосера — средневекового английского поэта: «нет того нового обычая, который не был бы старым».
Раздались аплодисменты. И голос из зала выкрикнул: «новое — это хорошо забытое старое».
— Согласен, — мгновенно отреагировал на реплику Римас, — та же мысль, только с разницей в пять веков, приписываемая мадемуазель Бертен — модистке королевы Марии-Антуанеты.
Прошу простить за отход от основной темы. Возвращаясь к мысли о старом и новом. Можно рассмотреть (как один из вариантов) возможность увеличения числа специализированных банков, создающихся и заточенных под решение конкретных задач.
И последнее, о чем хочу сказать. Время вносит свои коррективы и в специфику банковской системы. И к любым изменениям (нововведениям) мы должны быть заранее готовы. Не констатация факта, а глубокий анализ проблем, ситуаций должен сопровождать любые процессы.
Банкам необходимы аналитики, владеющие методиками SWOT/SNW/GAP - анализа, способные быстро реагировать и оценивать внутренние и внешние факторы, провоцирующие ту или иную ситуацию. Ну и, конечно, необходимо совершенствовать автоматизированные системы обработки банковской информации на базе ЭВМ. Банкам нужны грамотные экономисты, юристы, программисты и т.д. Кадры, одним словом, — завершил свое выступление Римас.
— Коллеги, я кратко изложил свое видение двухуровневой системы и готов ответить на вопросы.
Раздались аплодисменты. Слово взял мужчина лет пятидесяти, сидевший в президиуме, но Римасу он был незнаком (как потом выяснилось это был Данилов Алексей Владимирович, один из партийных боссов).
— Я рад, что сегодня оказался на этом совещании и хочу высказать слова благодарности Римасу Александровичу за его выступление. Жаль, что оно было кратким, но зато четко обозначило все болевые точки и даже возможные пути решения.
Я так полагаю, многие из вас не знают, что перед нами стоит потомственный банкир, внук легендарного банкира Натана Айзенбаха. Во время войны его дед из-под носа фашистов увел не только всю документацию, но и вынес через катакомбы всю наличность и ценности, надежно спрятав. Сразу после освобождения города, все деньги были возвращены государству, и Натан Ааронович продолжил работать управляющим банком.
Раздались аплодисменты.
— Если вы не знакомы, — продолжил Алексей Владимирович, — то могу вам сказать, что я уже пятый год подписываюсь вот на этот журнал. Выходит он в Амстердаме раз в квартал плюс дополнительный новогодний номер. Называется он «Business-Economy-Banks», сокращенно BEB. Так вот, большинство подписчиков со всего мира заказывают журнал только из-за публикаций Римаса Штейна. Так что я сегодня публично прошу автора подписать мой экземпляр. Всем рекомендую ознакомиться со статьей.
И Римасу пришлось подписать журнал со словами: «Уважаемому Алексею Владимировичу с наилучшими пожеланиями. Искренне рад знакомству! Р. Штейн».
Объявили пятнадцатиминутный перерыв. Римас с новым знакомым отошли в сторону. Данилов спросил, где он остановился. Выяснилось, что в одной с ним гостинице.
— Через сорок минут совещание закончится. Чем займетесь?
— Я хотел бы пробежаться по магазинам. Никак нельзя возвращаться домой без подарков детям.
— И сколько их у вас?
— Пятеро.
— По-моему, Егор говорил мне, что у вас трое или четверо. У вас родился еще один ребенок?
— Вы имеете в виду Егора Плотникова? — удивился Римас.
— Да. Простите, я должен был сразу вам сказать. Мы с Егором были друзьями, и он мне рассказавал о вас. Я не знал, что Егор погиб. Был в загранкомандировке. Я еле разыскал вас, Римас, хотел узнать, что с его сыновьями.
Слушай, давай по имени и на ты, — предложил он.
— Алексей, у меня четверо детей. А Гошка теперь тоже мой сын, пятый. Ты можешь сейчас познакомиться со старшим сыном Егора Иваном. Вот он подходит к нам.
— Здравствуйте, Алексей Владимирович, я узнал вас, — сказал, пожимая его руку, Иван.
— Я вижу ты женат, Ваня. — Успел отец погулять на свадьбе?
Иван молча покачал головой.
— Вот что, друзья мои, в девять вечера я зайду за вами, и мы поужинаем в ресторане, пообщаемся, помянем Егора.
Они едва успели обменяться визитками, как к Римасу подлетели две дамы.
— Римас Александрович, можно нам с вами и Иваном Егоровичем сфотографироваться? — Нам так понравилось ваше выступление. Будем всем рассказывать. И ваш журнал у нас есть. Нам его в областном комитете вручили для солидности. Только он, оказывается, на английском. А мы языков не знаем, — рассмеялись женщины и с ними вместе Римас с Иваном.
— А вы нам журнал подпишите, пожалуйста. Мы попросим, чтобы нам вашу статью перевели.
Пришлось подписывать журнал и фотографироваться с коллегами из Краснодара.
— Слушай, Римас, тут на тебя начинается охота. Имей в виду. Те две тетки, что сидели за нами, не дали мне толком послушать тебя. Одна, которая постарше, даже готова, как Квазимодо за Эсмеральдой, умереть за ночь с тобой.
— Ты, брат, спятил, что ли? — рассмеялся Римас.
— И не думал. Она сама своей подруге сказала.
— Ну это ее проблемы. Лично у меня есть с кем спать! — улыбнулся он. Сейчас закончится совещание, едем в «Березку» за подарками. Мне как раз за статьи недавно перечислили деньги.
Поход в магазин оказался удачным. Он был рад: наконец-то удалось купить детям знаменитые кубики Рубика и отличные пазлы. Подарки он купил всем: кому-то конфеты, кому-то джинсы, кому-то книги...
Первым делом из гостиницы Римас позвонил Вере. Рассказал про детские подарки.
— Верушка, нас сегодня с Ванькой пригласил в ресторан друг Егора, значимая фигура в партийном мире. Обо мне ему, оказывается, рассказывал Егор. Он искал меня по старому адресу, и вот сегодня на совещании мы встретились.
Солнышко, ты не будешь ругать меня, если я позвоню тебе поздно? Будешь ждать? Я люблю тебя, сокровище мое!
Римас с Иваном и Алексеем отлично поужинали и пообщались друг с другом.
Алексей оказался эрудированным и интересным собеседником. Что особенно поразило и приятно удивило, так это то, что он принципиально не пьет и не курит.
У них оказалось много точек соприкосновения. Чем больше они общались, тем ярче проступало сходство с Плотниковым. В какой-то момент Римасу даже показалось, что перед ним Егор.
Сходство, несомненно, было: примерно тот же возраст, комплекция тела, темперамент. Даже словечки иногда проскальзывали, которые любил использовать в разговоре Егор. В то же время, Римас никак не мог понять, что в этом человеке не так. Вроде балагурит, смеется, но что-то неуловимо-трагическое сквозит в нем… Нет, не в нем, в его глазах.
— Алексей, а твоя семья, она большая? — спросил Римас и почувствовал, как напрягся Данилов.
— Моя жена и сын погибли в авиакатастрофе 9 февраля 1976 года, когда летели с юбилея деда из Иркутска в Ленинград. С ними не стало и меня... Я просто существую, загоняю себя, работаю без устали, практически не сплю и ничего не могу с собой поделать.
— Прости, я не знал, — ужаснулся Римас, что невольно затронул такую жуткую и мучительную для Алексея тему.
— Ну что вы там застыли? — обратился Алексей к двум молодым людям. — Нашли, что я просил?
— Конечно, Алексей Владимирович, — парни подошли к столику и поздоровались с гостями, — два мужских и два женских, как вы и заказывали.
— Садитесь за свободный столик, закажите себе ужин. Скоро поедем.
— Римас, сколько лет твоим детям?
— Гоше шестнадцать исполнилось, недавно паспорт получил. Арсению шестнадцать будет в ноябре. А тройняшкам — четвертый год идет. И вообще все мои дети родились в ноябре в день моего рождения, — рассмеялся Римас.
— Да, Штейн, сильный ты мужик! Уверен, по знаку зодиака ты Скорпион.
— Не Скорпион, Скорпионище, Алексей Владимирович, — присоединился к разговору Иван. — Арсений — победитель всесоюзной олимпиады по математике, Машенька в свои три года придумывает сказки. Ее книжку издали и спектакль ставят в ТЮЗе. Гриша — конституцию знает почти наизусть, а Саша — математик, изучает закон «Ахримеда», так он его первый раз назвал. Ну и Гошка — победитель всероссийской олимпиады по истории и английскому.
Если бы вы услышали, как трехлетние вундеркинды разнесли в пух и прах стихотворение Маяковского «Что такое хорошо и что такое плохо», то пришли бы в полный восторг. Дети очень талантливые. И Верочка молодец, сама с ними занимается. Она и Гошку к олимпиаде готовила. Победа — это ее заслуга!
— Ванька, дружище, что-то ты сегодня разболтался не на шутку! — заметил Римас.
— Значит так, хотите вы или не хотите, но в следующую субботу я у вас в гостях! — заявил Алексей. — Учтите, приеду на два дня с моими помощниками! Будет, где разместить нас?
— Не волнуйся, места хватит всем, — усмехнулся Римас. — Буду очень рад!
— Эти сундучки, Римас, для вас с Иваном и для ваших любимых женщин. Возражений я не приму!
Алексей расплатился за ужин, и мужчины обнялись на прощание.
Римас с Иваном поднялись к себе.
— Ну, с женскими сундучками все понятно: шоколад, конфеты, печенье, чай, кофе, цукаты, орешки. — Хороший набор, кстати, — оценил презент Римас.
А вот из мужского набора бо́льшую часть убираем, Ваня, в холодильник. И смотри, чтобы мы не забыли все это великолепие здесь!
В субботу с утра повалил снег, и Римас приуныл. Он позвонил домой. Вера, узнав о снегопаде, тоже расстроилась. Римас на всякий случай продумывал варианты, как добраться домой на поезде.
— Солнышко, ты не волнуйся. Я что-нибудь придумаю. Сейчас попробую узнать о наличии билетов на поезд. Если не приехал ночью, знай, мы едем поездом. Просто не было возможности позвонить.
Не успел он повесить трубку, как вновь зазвонил телефон, и голос Алексея Данилова бодренько так произнес:
— Ну что, братцы-кролики, с непогодкой вас! Что делать будете?
— Что, что... Проскочу на вокзал, попробую СВ взять на 18:35. Завтра в 7 будем дома, — буркнул Римас.
— Думаешь, билеты тебя ждут?
— Слушай, Алексей Владимирович, у тебя таки есть что предложить?! И вообще, ты откуда звонишь?
— Сейчас мои гвардейцы принесут вам два билета в СВ. И не вздумайте опоздать на совещание! — рассмеялся Данилов.
— Скажу честно, ты удивил меня. Этого я не забуду!
— Я рад, что смог помочь! — сказал он и повесил трубку.
Римас тут же заказал звонок. Ждать пришлось довольно долго. За это время он успел принять душ, заказать завтрак на двоих, дождаться помощников с билетами. И только перед самым выходом его соединили с домом.
— Верушка, мы выезжаем поездом. Валит снег, погода нелетная. Билеты нам достал Данилов. И его помощники их уже принесли. Не волнуйся, солнышко. Все будет хорошо! В семь утра приходит поезд. Андриус встретит нас. До встречи, любимая!
* * *
В воскресенье с семи утра дети уже стояли у окон в холле в ожидании отца. Хитрецы пораньше встали, сами умылись, заправили кроватки и быстро расправились с завтраком. Они ждали лучшего в мире папочку, ну и совсем чуть-чуть подарки.
Наконец-то машина въехала во двор, и дом наполнился радостными криками детей, подпрыгивающих от нетерпения и прямо-таки щенячьего восторга.
Сбив с ног Андриуса, вносившего багаж, собаки бросились навстречу хозяину. Умудренный горьким опытом, когда псы на радостях изодрали лапами старую куртку, Римас держал наготове в руках лакомство — свиные уши, чтобы сразу раздать их по мордам и отвлечь собак от «признаний в любви».
Команду «Сидеть!» все выполнили мгновенно. Каждый пес знал свой порядковый номер. Первым подошел Ястребок и получил ушко, за ним выстроились Тоша, Ванагас и Гром.
Истомившиеся от ожидания малыши бросились обнимать Римаса. Наперебой они принялись рассказывать, как хорошо себя вели, что вовремя ложились спать и не шкодили. А еще они ходили с мамой и Норой гулять в сквер и там мама отругала взрослых ребят, которые залезли на лавку с ногами. Они начали смеяться, а мама свистнула, и собаки окружили лавку. И тем ребятам уже было не до смеха. Они извинились перед мамой, собрали вокруг лавки руками всю грязь, даже не свою. А дворник стоял и смеялся, а потом поблагодарил нас.
— Я очень рад, мои хорошие. Я сейчас умоюсь и переоденусь, а потом раздам всем подарки, согласны!
— Папочка, а подарков много? — не удержалась Маша.
— Я думаю, доченька, всем хватит. Видишь, даже чемодан новый пришлось купить.
— Ух ты, он на колесиках!
Дети бросились рассматривать чемодан, и Римас наконец-то обнял жену, целуя и шепча ей что-то на ухо.
После завтрака Иван с Норой заторопились к себе. Если бы не Римас, он и не вспомнил бы о подарках Данилова.
Все подарки были вручены. Наступила тишина. Дети были увлечены «волшебным» кубиком, пытаясь разгадать тайну венгерского изобретателя и архитектора Э́рнё Ру́бика.
— Верушка, наконец-то я могу обнять тебя. Вчера был наш день, а я даже не мог поцеловать тебя. Скажи, тебе понравился мой подарок? — спросил он и усадил Веру к себе на колени.
— Рим, он удивительный. Там каждый камешек, переливаясь, словно поет о любви. И потом... эта бесконечность бантиков, она завораживает. Юрий — мастер, конечно, талантливый. Но эскизы твои уникальны. Столько любви и нежности вложить в подарок можешь только ты, мой любимый, — сказала Вера и, обхватив его лицо руками, медленно принялась целовать лоб, щеки, подбородок, пока не прикоснулась к губам...
* * *
— Боже мой, Рим, я совсем забыла о своем подарке! — вскочила она с кровати и понеслась в гардеробную.
— Держи, это мой подарок. Он совсем простой, но с любовью!
— Солнышко, немедленно иди ко мне под одеяло! — Ты что, хочешь застудиться? — подхватил он Веру и накинул на нее одеяло.
— А ты сам?
— Я закаленный, а ты — хрупкая и нежная девочка! Интересно, что же здесь такое? — ощупывал он прямоугольный сверток. Картина? Портрет или фотоколлаж? — спрашивал он ее.
Наконец он развернул сверток и увидел рамку для фотографий. Но то, что было изображено на ней, тронуло Римаса до мурашек.
Фон лицевой стороны рамки был темно-синего цвета. Верхнюю часть занимал фрагмент звездного неба с сеткой, созвездиями, вписанный в круг с белой окантовкой.
Под кругом были указаны координаты — широта и долгота, позволяющие определить местонахождение события: г. Ленинград.
Далее шла дата: 13 февраля 1965 г. Установка дня: Время удивительных встреч, романтики и бесконечной любви.
Чуть ниже были изображены женщина и обнимающий ее мужчина, всматривающиеся в звездное небо.
И в самом низу надпись: «Спасибо звездам за то, что мы встретились!»
— Любовь моя, как чудесно ты это придумала! Твой подарок... он такой трогательный. Ты попала в самую точку: все романтично, волшебно, необычно, проникновенно, с любовью и очень sexy!
— Верушка, а это что?
— Это мягкий велюровый банный халат шоколадного цвета.
Римас тут же решил его примерить. На спине халата была вышита золотом надпись: «Beware Scorpio!» /Осторожно скорпион/.
Прочитав надпись, он повалился на кровать и принялся хохотать.
— Да, прикольно! Солнышко, ты куда!
— Рим, мы забылись! Посмотри на часы. Пора кормить детей!
— Я помогу тебе! Забыл тебе сказать, солнышко, что мы с тобой сегодня идем на концерт органной музыки. Это еще одна часть моего подарка.
— Рим, вчера все наши пришли в полном восторге от концерта. Спасибо тебе!
Вера быстро оделась и спустилась вниз. На кухне никого не было, и она принялась накрывать на стол. Через несколько минут Римас привел детей. Все настолько увлеклись кубиком, что стали просить Римаса показать им, как надо правильно собирать этот кубик.
Пока дети обедали, он попытался собрать его. Но не тут-то было!