Мечты сбываются

В четверг прилетел Женя и сразу включился в работу. Вместе с Василием Никитичем, Верой и Локисом они выехали на осмотр дома. Туда же подъехали владелец дома, Борис и Римас с ответственным за выдачу разрешения на ремонт специалистом горисполкома.

Как и предполагал Локис, перепланировки как таковой здесь не предвидится. Начинать необходимо с монтажа приточно-вытяжной вентиляции.

— Инженер толковый у нас есть. Сделаем все на уровне, — сказал Локис. Через месяц сдадим под ключ!

— Как кафе назовете? — спросил он у Жени.

— Слово за хозяином!

— У меня только одно название: «ВЕРА»! Другого быть не может, — ответил Римас, обнимая жену.

— Я и не сомневался. У нас и то кафе называлось так же, — сказал Женя.

— Рим, кафе было у тебя еще до нашей свадьбы, а название ведь ты придумал после свадьбы? — тихо спросила Вера.

— Ничего подобного, солнышко! Оно с первого дня так и называлось. Я просто верил в чудо, что встречу тебя!

— Слушайте, у меня возникла идея! — воскликнул он. — Клинику мы тоже назовем «ВЕРА». Это название станет брендом, маркой высочайшего качества!

Мужчины зааплодировали, а Вера улыбнулась: «Неисправимый фантазер!»

И тут Римас вспомнил, как недавно он случайно обнаружил в одной из дедовых тетрадей ничем не примечательную запись. Он тогда закрыл тетрадь, не читая. Но что-то зацепило его.

Сейчас до него вдруг дошло: его взгляд тогда выхватил слово «ВЕРА». Но телефонный звонок отвлек его. А потом, к стыду своему, он забыл о тетради, спятав ее в сейф.

И вот сейчас, в свете последних событий, слово «ВЕРА» вдруг отчаянно засигналило, замаячило ему из прошлого, будто дед, спустя много лет, пытался ему что-то объяснить.

Дома он достал тетрадь и отыскал эту запись. Это было письмо:

«Мой любимый и умный мальчик, я очень виноват перед тобой, Верочкой, и твоим сыном — моим единственным правнуком.

Я ведь тогда, в 1967 году, видел и твою любимую женщину, и твоего сына, моего правнука, но не сказал тебе об этом.

Я обязан был это сделать. Но в тот момент был так зол на тебя, что смалодушничал. Хотел наказать тебя за то, что ты решил получить второе образование, не посоветовавшись со мной.

Я ведь тогда начинал понемногу готовить тебя себе на замену. Но ты принял самостоятельное решение, которое рушило мои планы и которое я расценил как предательство.

Прости меня, Римас, если сможешь. И да простят меня Верочка и Арсений.

Ты удивишься, когда узнаешь, что я был знаком с отцом Веры, Арсением Ясинским.

Именно он выразил надежду, что вы с ней когда-нибудь обязательно встретитесь, полюбите друг друга, и у вас родится сын. И тогда два мощных рода — Айзенбахов и Ясинских объединятся, что может стать началом новой империи банкиров.

Мы с ним дали клятву, что поможем нашим детям встретиться и всячески будем им ненавязчиво помогать. Чтобы усилить клятву, я сам предложил Арсению зайти в синагогу и пообщаться с ребе. После чего мы обнялись с ним, скрепляя таким образом нашу клятву.

Но предвоенное время и сама война внесли свои зловещие коррективы в наши планы. Мы потеряли с Арсением связь.

После войны я пытался разыскать его, но безуспешно. И только в 1956 году совершенно случайно из газеты узнал о том, что Арсений Ясинский был реабилитирован посмертно.

Когда я случайно столкнулся с Верочкой и твоим сыном, то вместо того, чтобы разобраться в вашей с ней истории и привести ее с сыночком к нам, я сделал вывод, что ты законченный мерзавец и не достоин ее. В результате я тебя уволил. А ты после смерти своей матери уехал, не прощаясь.

Римас, я кругом виноват перед тобой, Верочкой и Арсением. Я не сдержал клятвы! Но прошу об одном: прости и сними с меня великий грех. Выполни наш завет: открой банк «ВЕРА», о котором мы мечтали с Арсением Ясинским.

Ты должен знать, что прапрапрадед Верочки тоже был банкиром.

В название банка мы с Арсением вложили триединый код успешности, выбрав начальные буквы ваших имен: Вера, Римас, Арсений = ВЕРА.

Именно вы втроем должны осуществить задуманное нами, став началом начал, исходной точкой будущей империи, основанной на надежности, доверии, стабильности».

Прочитав письмо, Римас долго не мог прийти в себя. Деда ему, конечно, было жалко. Он просто запутался в своем одиночестве. Но еще больше он жалел о том, сколько лет они с Верушкой потеряли по его, Римаса, вине.

Наверное там, на небесах, за них все-таки просили безвременно ушедшие родные... И вымолили прощение за все ошибки.

Они наконец-то встретились с Верушкой. У них замечательные дети, семья. И он не отступит от намеченной цели.

А письмо?.. Письмо он обсудит со своим солнышком, когда придет время.

Сейчас же он открывает клиники, кафе, магазины, строительные хозрасчетные конторы, вкладывает деньги в недвижимость, во все, что приносит доход.

Собирает вокруг себя молодых и талантливых ребят, которые составят костяк их будущей империи...

* * *

Вечер начался с телефонных звонков. Сначала позвонил Павел и сообщил, что контейнер с медицинским оборудованием и мебелью он отправил. Нина Павловна улетела в Германию к своей родной сестре. Она очень надеется, что врачи смогут ей помочь избавиться от болей в коленных суставах. Сам он с Эмилией приедет через два дня. Остановятся они пока у Бориса.

Последним позвонил Алексей. Уставшим голосом сообщил, что заявление об отставке сегодня наконец-то принято.

— Если со мной за две недели ничего не случится, значит я скоро появлюсь у вас, — сказал он и затем добавил: «Не поверите, но я очень скучаю по всем!»

— Не переживай, все будет хорошо! Мы тебя ждем!

— Лично я соскучился по своим детям и жене, — подумал про себя Римас и направился к зайчатам.

Увидев его, они радостно завизжали и бросились к нему, забыв про книгу, которую читала им Вера.

Римас уселся на ковер. Все трое малышей тут же обняли его, наперебой рассказывая о своих достижениях.

— Боже, какое это блаженство — вдыхать неповторимый аромат детства и видеть забавные мордашки своих детей, и рядом ту единственную и любимую женщину, которая подарила столько счастья, — подумал он.

— Вот что, друзья мои, даю слово, что в субботу мы будем с вами играть и даже в коня. А сейчас... Achtung, höre auf meinen Befehl!/ (нем.)Внимание, слушай мою команду!/

— Wir sind bereit!/ Мы готовы/

— Солнышко, представляешь, я забылся и скомандовал на немецком! А они, оказывается, уже понимают и знают так много слов! — удивился Римас.

— Рим, это совсем не удивительно! — улыбнулась Вера. — Особенно если учесть, что родители, братья, все дедушки и бабушка разговаривают на немецком!

— И даже собаки, папочка! — добавила Маша. — Мы их тоже учим!

— Молодцы! А теперь все по кроваткам!

— Папочка, я должна попросить у тебя прощения, — обняла Маша сидящего на полу отца и уткнулась носом в его ухо. — Я поступила неправильно, когда ты позвонил, а я сказала тебе, что мама моет посуду, а мы идем заниматься математикой с дедушкой Гри и повесила трубку. Мама потом расстроилась, что я не позвала ее. Я больше так не буду делать. Ведь взрослые могут звонить взрослым по очень важным делам и... Я забыла это слово, в каких случаях.

— Эк-стрен-ных случаях, Маша, — по слогам подсказал сестре Гриша.

— Машенька, я сам хотел с тобой и братьями поговорить на эту тему. Но вы, зайчата мои, понемногу взрослеете и сами начинаете понимать, что хорошо, а что плохо! Я рад, что ты все правильно поняла! — чмокнул он ее в щечку.

— Ну что, солнышко, проверим старших зайцев, чем они там занимаются? Заодно посмотрим, как устроились Юзеф с Антоном, — предложил Римас.

По хохоту, который раздавался из комнаты Арсения, они поняли, что вся четверка сосредоточилась именно там.

Римас постучался в дверь, но это не возымело никакой реакции. И тогда он громко позвал сына. Арс тут же откликнулся.

Ребята смотрели старый фильм «Мистер Питкин в больнице». Оказывается, Антон принес из дома видеомагнитофон и кассеты с фильмами. Арс отключил кухонный телевизор и поднял его к себе и теперь они хохотали над приключениями мистера Гримсдейла и Питкина.

— О, пап, мам, мы тут смотрим на английском приключения Питкина. Присоединяйтесь!

— Да нет, не будем вам мешать! — Мы хотели посмотреть, как устроились Антон с Юзефом.

— Спасибо, Вера Арсеньевна! Все отлично, шеф!

— Не проспите утром!

— Have you seen this movie darling?/Ты видела этот фильм, дорогая?/

— No, but I would like to see./ Нет, но хочу посмотреть/.

— Кассету дадите нам посмотреть?

— Конечно!

— Римас Александрович — супер мужик! — закрывая за собой дверь, Римас услышал голос Антона. — Мой бы влетел как бизон и орать начал.

— А я никогда не видел своего отца, — грустно сказал Юзеф. — Может, он и есть где-то...

— Что это тебя потянуло сегодня на иностранные языки? — удивилась Вера. — Неужели командировка намечается?

— Сплюнь три раза, солнышко! Мне сейчас не до командировок.

— Рим, неужели мы сегодня сможем рано лечь спать?!

— Совсем рано никак не получится, любовь моя, — лукаво улыбаясь, посмотрел он на Веру. — Мы сейчас спустимся в бассейн и поплаваем немножко. Я даже ключ заранее взял. Потом в душ, потом я отнесу тебя в спальню и спою тебе самую лучшую колыбельную. Ну а потом уже спать...

— Бог мой, какая насыщенная у тебя программа, особенно ее финальная часть!— рассмеялась Вера.

— Ах, любовь моя, вы еще сомневаетесь во мне?! — театрально покачал он головой и, увидев, как заплясали бесенята в глазах жены, понял: сейчас она просто удерет.

Он быстро схватил ее в охапку и потащил к бассейну. Они старались не шуметь. Однако момент, когда Римас всем телом прижал Веру к стене, а затем, обхватив за запястья, поднял ее руки над головой и принялся целовать, увидели выглянувшие на шум Василий Никитич и дядя Лукас. Они тут же нырнули обратно в комнату Лукаса, довольно улыбаясь и подняв большие пальцы вверх.

— Что это вы там такое увидели? — тут же заинтересовалась тетя Людочка и, решительно сдвинув своим бедром мужа в сторону, выглянула в холл.

— Никого нет! Спятили вы, что ли? Продолжаем игру!

Римас запер бассейн на ключ изнутри.

— Солнышко, теперь нам никто не помешает...

Обессиленные, они добрались до спальни. Нет, не так! Римас, несмотря на протесты, донес Веру до кровати и, обессиленный, упал рядом.

Немного отдохнув, он вспомнил-таки про «колыбельную».

— По-моему, ты окончательно спятил! — попробовала усмирить мужа Вера, но тут же сдалась под напором его ласк...

— Вот теперь, любимая, программа на сегодня полностью выполнена, — обнял он жену, засыпая.

* * *

Через два дня приехал Павел. Дом, который он увидел, совершенно очаровал его. Это был двухэтажный дуплекс — «двойной» дом с мансардой. Отличительная особенность дома заключалась в том, что он состоял из двух абсолютно идентичных по планировке, габаритам, дизайну, зеркально расположенных секций.

Каждая секция представляла собой отдельный дом с собственным входом и небольшим двориком перед ним.

Павел и Эмилия поняли, что лучше дома для клиники и их семьи не найти. И приняли решение остаться жить здесь.

В один из субботних дней Римас с Верой и малышами решили съездить в деревню посмотреть, как идет ремонт больницы и дома деда Степана.

Локис не подвел. Ремонт больницы подходил к концу. Дом деда Степана был основательно отремонтирован. Римас распорядился купить деду новый диван. На новоселье они привезли деду напольный коврик, теплый плед, большой торт и транзистор.

Увидев Римаса с семьей, дед Степан прослезился.

— Ангелы вы мои и ангелочки, за вас молиться буду, пока жив!

Пока Римас вскапывал огород, дед Степан показал Вере и детям свою мастерскую. Здесь он вырезАл необычные деревянные ложки.

Детям понравились забавные ложки с заячьими мордашками на конце. И Степан Ильич с радостью подарил им понравившиеся ложечки.

* * *

Римас с семьей возвращался домой. Дети были довольны поездкой. И дедушка Степан им понравился. Они ехали, весело распевая песни. За несколько километров до развилки на город Римас увидел стоявший на обочине мерседес с прицепом.

Притормозив, он съехал на обочину, узнать, не нужна ли помощь. Каково же было его удивление, когда он понял, что это машина Алексея. Как он здесь оказался? Это ведь не главная трасса...

— Верушка, пересядь за руль, пожалуйста, и заблокируй все двери. Я удивлен, это машина Алексея. Но где он сам, пока не знаю. Я поднимусь на пригорок и посмотрю оттуда.

Поднявшись на пригорок, он увидел Алексея. Очевидно, друг за что-то зацепился и теперь пытался высвободить свой толстый свитер.

— Бог в помощь, мо́лодец! С кем сражаешься? — услышал Данилов, не веря своим ушам, голос Римаса.

Подойдя ближе, Римас принялся хохотать. Скорее всего, Алексей споткнулся обо что-то и свалился в кустарник. А его свитер сыграл с ним злую шутку: чем больше Данилов пытался выдернуть его из колючек, тем глубже они проникали в грубую вязку свитера.

— Прямо живая иллюстрация к «Сказкам дядюшки Римуса» Джоэля Харриса! — не мог остановиться от смеха Римас.

Однако, рассмотрев колючий кустарник, он понял, что Алексею сейчас совсем не до смеха.

— Прости, Леша, за дурацкий смех. Стой спокойно, придется разрезать твой свитер. Пусть остается на кусте, все равно носить ты его не сможешь. Надеюсь, это не подарок любимой женщины? — сказал Римас и, достав свой нож, разрезал одежду со спины, осторожно взрезав рукава.

— Ну ты и голова! — обнял друга Алексей. — Не хватило мне находчивости братца Кролика. А ведь небольшой нож лежит у меня кармане. А этот свитер я купил на Кавказе. Жаль, на зимней рыбалке был незаменим.

— Надевай! — Римас снял с себя куртку и протянул Алексею.

Увидев царапины на руках, груди и животе друга, ужаснулся: некоторые были глубокими.

— Сейчас в машине все царапины обработаем.

— Похоже, дед Степан был прав, когда говорил про шестикрылого Серафима, — грустно усмехнулся про себя Данилов.

— Слушай, Римас, а ты как здесь очутился?

— Ну я же твой ангел, как сказал дед Степан! — рассмеялся Римас. — На новоселье к Степану Ильичу с Верушкой и зайчатами ездили. Заодно и больничку посмотрели. Там уже ремонт завершают.

— Алексей, здравствуйте! — Вера вышла из машины.

— Здравствуй, Верочка, и давай уже перейдем на ты, — попросил он, рискнув слегка обнять ее.

— Верушка, достань-ка аптечку. Надо Алексею царапины обработать.

— Дядя Леша, а ты что, как Братец Кролик попал в колючки? — удивленно воскликнули дети.

— Нет, мои хорошие! Попал я туда как болван. Братец Кролик из тернового куста освободился, вычесывая колючки из шерстки, а я, наоборот, в колючках увяз. Вот спасибо вашему отцу, он спас меня!

Доехав до дома, Римас позвонил Павлу и пригласил его на ужин, предварительно рассказав о случае с Алексеем.

— Заодно познакомишься еще с одним инвестором в нашу клинику, — сказал ему Римас.

Павел все понял и прихватил с собой знаменитый чемоданчик. Обрабатывая царапины специальной противовоспалительной и заживляющей мазью, он удивился, что Алексей не поранил лицо.

— Несколько дней тебе придется походить в просторной футболке, — сказал Павел. — А таблеточки попьешь перед сном.

— Верочка, когда мы приехали домой, дала мне уже две таблетки димедрола.

— Верочка, ты молодец! — похвалил ее Павел. — И царапины обработала, и димедрол дала.

Вечером за ужином Алексей рассказал, как машину стало уводить в сторону, и он сообразил, что это прокол переднего колеса. Он с трудом выровнял машину, снизил скорость и съехал на обочину. Запаска у него была. Хотел для надежности дополнительно зафиксировать колеса с помощью камней. Так нет же! Даже обломка кирпича не нашел.

— Залез я на пригорок. Даже не понял обо что споткнулся и полетел в колючки так, будто кто-то меня сзади пнул.

Лежу в позе морской звезды, раскинув в стороны руки и ноги, боюсь шевельнуться, — рассмеялся он. Не знаю, каким чудом я измудрился встать на ноги. А тут и Римас чудесным образом явился.