Триумф
12-го января Римас, Вера и Иван встречали оппонента Римаса по диссертации профессора Дэниела Харриса.
День был пасмурный. С залива дул пронизывающий ветер, холодный и сырой. Римас заставил Веру надеть брюки, свитер и норковую шубку с шапкой. И теперь она его мысленно благодарила.
К счастью, самолет прибыл без опоздания. В толпе пассажиров Римас сразу узнал Дэниела Харриса. Они сдержанно поприветствовали друг друга и обменялись традиционными фразами о полете и погоде. Оба оценивающе присматривались друг к другу, как это делают бойцы восточных единоборств. В какой-то момент Римас уловил во взгляде Харриса тревогу и понял: Харрис ему не противник.
Он познакомил его с Верой и Иваном. Поскольку профессор прилетел всего на два дня, из вещей у него была только сумка через плечо. Римас заранее оплатил люксовый номер в лучшей гостинице города. Компенсировал его перелет в обе стороны и возможные расходы.
Харрису он сказал, что признателен за то, что, несмотря на колоссальную занятость, тот изыскал возможность приехать на защиту.
Римас извинился и сказал, что у него сегодня два важных совещания, на которых он обязательно должен присутствовать. Но в качестве гидов остаются его супруга Вера и помощник Иван.
Вера и Иван не просто устали, а вымотались с этим бестолковым и нагловатым американцем. Особенно их раздражал его солдафонский юмор.
От посещения музеев он отказался. Попросил покатать его по городу, после чего они поехали в кафе.
Вера спросила мистера Харриса о его гастрономических предпочтениях.
— Меня зовут Дэниел, для вас — Дэни, — сказал он. — Я буду есть все, что вы закажете себе.
— Господи, как же мне надоел этот идиот! — про себя подумала Вера.
И вдруг увидела входящего в кафе Римаса.
— Рим, ты как здесь оказался?! — не помня себя от радости, бросилась она к мужу.
— Привет, солнышко! — обнял и поцеловал он Веру. — У меня хорошие новости. Но все расскажу дома. Что он заказал?
— Он сказал, что будет есть то, что закажу я, и что я могу называть его Дэни. А я есть не хочу и, тем более, называть его Дэни! — пожаловалась Вера.
— Не волнуйся, солнце мое! Сейчас он съест все, что я ему предложу. Вот только руки помою. Вы с Ваней закажите себе, что хотите и посидите вон за тем дальним столиком. Мне надо поговорить с этим профессором.
Римас с аппетитом уплетал пельмени в горячем мясном бульоне, поглядывая на Харриса.
— Вам не нравятся русские пельмени, мистер Харрис? Жаль. Но не беспокойтесь! Я заказал канадские стейки специально для вас!
Римас заметил, как вздрогнул профессор и залпом выпил стопку водки. Вера с Иваном переглянулись. «Ваня, там назревает бой», — взволнованно проговорила Вера.
— ?
— Ваня, говорю тебе, начинается бой, как в карате кекусинкай. Я слишком хорошо знаю своего мужа. Так было, когда на нас с сыном напали бандиты, так было в Лондоне и вот сейчас...
— Ну что, профессор, поговорим? — спросил его неожиданно Римас. Я расскажу тебе одну историю, которая произошла пять лет назад в Оттаве. Некто Аарон Маляр, выдававший себя за дипломированного магистра аналитики бизнеса, оказался в группе участников грандиозного бизнес-проекта по продвижению препаратов для лечения больных туберкулезом и сахарным диабетом.
Будучи незнакомым с тонкостями SWOT-анализа, Маляр проводит работу, что называется «на глазок». Получив мощную финансовую поддержку от фармацевтических фирм, он делает ставку на сильные стороны (Strengths) проекта, используя непроверенные данные. При этом игнорируются остальные составляющие SWOT-анализа: слабые стороны (Weaknesses), возможности (Opportunities), угрозы (Threats). Он выдвигает лозунг «Наши новые препараты помогут всем!»
И люди поверили. Как только появились первые жертвы среди принимавших препараты, разразился грандиозный скандал. Но к тому времени Аарон Маляр волшебным образом исчез. Зато в штате Нью-Гэмпшир появился профессор Дэниел Харрис с умными статьями, которые ему, оказывается, писал сводный брат Саймон Майер, скончавшийся полгода назад.
— Кто ты и чего ты хочешь? — неожиданно заговорил по-русски с сильным американским акцентом бледный как смерть Харрис.
— Я соискатель ученой степени доктора экономических наук. — А вот ты не имеешь никакого отношения к науке. Твой отзыв на мою монографию — это детский лепет. И он выдал тебя с головой. Когда я увидел тебя в аэропорту, сразу вспомнил твою рожу и ту скандальную историю. Ни на каком совещании я не был. Я рылся в библиотеке и нашел таки газету «Le Devoir» пятилетней давности. И все сошлось.
Вот только странно. Весь отзыв составлен грамотно, за исключением жалкого лепета по поводу SWOT- и PEST- анализа.
— А что такое PEST-анализ? — испуганно спросил Харрис.
— Профессор, иди... в библиотеку! — схватился за голову Римас. Короче так... Я мог бы ничего тебе не говорить и завтра порвать тебя на куски на защите. И только то, что у тебя тяжело больна младшая дочь, остановило меня.
Мы сейчас едем домой. Можешь оставаться здесь, есть и пить, что и сколько хочешь, я все оплачу. Вызовешь по телефону такси и доедешь до гостиницы. И не вздумай удрать, Аарон! Ищи выход из ситуации! В девять утра за тобой заедет Иван.
— Подожди, Римас! Ты ведь не литовец? Кто ты?
— Я — еврей, но не чета тебе!
— С такой головой ты должен жить в Америке! Это великая страна!
— Я родился здесь, здесь похоронены мои предки. Здесь я получил образование, здесь встретил свою любовь... Я люблю эту страну и хочу быть ей полезным. Ни одна страна в мире не пережила такую страшную войну. А мы выжили. Подняли из руин промышленность, науку, образование, медицину...
Почувствовав растущую мощь страны, вы стали нас бояться и ненавидеть.
— Больше всего ненавидят то, чему больше всего завидуют, — это сказал американский филолог, журналист Генри Луис Менкен. Жаль, что таких людей в Америке становится меньше, чем подобных тебе, Аарон! До завтра!
— Солнышко мое, сейчас поедем домой! Отдохнем, ляжем спать пораньше. Мы с мистером Харрисом все обсудили.
— Ой ли?
— Не понял! — Римас расхохотался. — Ты сомневаешься, что мы все обсудили?
— Сомневаюсь, что отдохнем и ляжем спать пораньше. Мне к завтрашнему фуршету надо готовиться.
— А мы на что?! Мы с Иваном и сыном тебе поможем!
— Слушай, Вань, как хорошо, что ты у нас есть! — признался Римас. — У меня такое чувство, что ты был с нами всегда, разве не так?!
— Так, Римас, все именно так. Мне так хорошо, спокойно и комфортно с вами, что даже думать не хочется...
— Вот и не думай! — перебил его Римас. Ты теперь в стае, — как говорит наш сын. Живи, хоть всю жизнь... Кстати, в твоей комнате надо сделать перестановку. Вечером займемся!
* * *
Утром встали рано. Мужчины позавтракали с аппетитом. Вера через силу съела кусочек пирога и выпила половину чашки сладкого чая.
Втайне от мужа она упаковала сменную рубашку, пиджак и небольшое полотенце в специальный чехол. Она слышала, что в аудитории, где проходит защита настолько жарко, что с соискателей пот льет градом.
Сама надела элегантное твидовое платье цвета слоновой кости, которое купил ей в Лондоне Римас.
— Ух ты! — с трудом выдохнул Римас. Опасное платье!
— Рим, тогда я сейчас быстро переоденусь!
— Куда?! — перехватил ее Римас. — Ты будешь меня вдохновлять! Я буду думать о вознаграждении, которое меня ждет после защиты, и буду вовсю стараться!
— Боже мой, ты совсем спятил! У тебя сегодня защита, ты хоть это понимаешь?
— Понимаю. Но это не мешает мне думать о любимой женщине!
— Господи! Спаси, сохрани и помилуй моего мужа, помоги, чтобы все прошло безупречно!
Римас и Иван установили диапроектор, подключили к сети, проверили, как он работает, выставили точную последовательность слайдов. После чего Иван поехал за Дэниелом Харрисом.
Вера в это время в соседней аудитории готовила фуршет. Она привезла с собой даже чайный набор, но не знала, где раздобыть чайник с кипятком. Помогла ей женщина, убиравшая кабинет. Сказала, что принесет два чайника кипятка к нужному времени и потом поможет все убрать. Она оставила Вере ключ и сказала, что все будет хорошо, потому что все собравшиеся профессора хорошие и доброжелательные люди.
Вера вошла в аудиторию минут за пять до начала защиты. Римас с кем-то беседовал. Увидев жену, помахал ей рукой. Ваня сидел у аппаратуры. Вера поняла, что кого-то ждут. Выяснилось, что ждут переводчика для американского профессора.
Влетевшая в аудиторию секретарь, сообщила, что переводчика не будет. Мужчина, которого она назвала Григорием Ивановичем, возмутился. И Вера решилась.
— Григорий Иванович, простите великодушно, — обратилась к нему Вера. — Меня зовут Ясинская Вера Арсеньевна. Я профессиональный переводчик и могу вам помочь.
Увидев Веру, Григорий Иванович вмиг растаял.
— Дитя мое, вас послал сам Господь,— целуя руку, проворковал грозный председатель комиссии. Скажите... Арсений Владимирович...
— Это мой отец, если вы имели в виду ученого-ботаника.
— Верочка, мы сейчас выслушаем вот этого мо́лодца чисто формально, а потом поговорим с вами.
— А почему формально, Григорий Иванович? — испуганно спросила Вера.
— Да потому, что докторскую ему нужно было сразу присуждать вместо кандидатской. Талантище! И при этом, скромный и деликатный молодой человек. Сейчас школу возглавил. В газетах писали, что недавно в Лондоне он произвел фурор. Нам сегодня обещали принести видеокассету с его уроком и лекцией для учителей.
Вера была так счастлива, что ей хотелось расцеловать Григория Ивановича. Она мельком взглянула на Римаса. Он смотрел на нее с такой же любовью и нежностью, как тогда... в школе, когда они встретились после почти одиннадцати лет разлуки.
— Мы начинаем, Верочка. Я представлю вас этому американцу.
Вере пришлось сесть рядом с мистером Харрисом. К ее удивлению, он вел себя безупречно. «Наверное, Рим вчера промыл ему мозги», — подумала она.
Вера слушала мужа с восторгом. Он был абсолютно спокоен и уверен в себе.
Наконец, наступила очередь мистера Харриса. Он дал высокую оценку монографии Римаса, которая не только отличается новизной, но и представляет огромный интерес как для научного сообщества, так и для представителей органов власти, так как в ее основу положены результаты оригинальных исследований автора.
Когда же дело дошло до замечаний, имевших место в отзыве, Харрис сказал следующее:
— Приношу свои извинения мистеру Йонасу и уважаемым членам комиссии. что ввел их в заблуждение по поводу методики применения SWOT-анализа в монографии мистера Йонаса.
Все дело в том, что экземпляр, присланный мне содержал некоторые дефекты на ряде страниц. В результате чего я сделал не совсем корректные выводы.
Вчера я попросил соискателя предоставить мне еще один экземпляр его научного труда и, просидев всю ночь, я снял все свои замечания в пользу мистера Йонаса и подтверждаю, что работа достойна самой высокой оценки и присвоения ученой степени доктора экономических наук.
* * *
— И что же вы, прозаседавшиеся, делаете? — раздался голос Егора Васильевича Плотникова. — Сегодня канун старого Нового года, я отложил государственные дела, привез вам лондонскую кассету, а вы тут все еще сомневаетесь, что перед вами гений?!
— Прошу всех покинуть аудиторию для тайного голосования, — объявил Григорий Иванович.
— Рим! — бросилась к мужу Вера, обнимая и целуя его. — Я поздравляю тебя, мой родной! Пойдем со мной, ты весь мокрый. Тебе надо переодеться.
— Ванечка, подежурь, пожалуйста, несколько минут у двери, пока Римас переоденется, — попросила Вера.
Она быстро обтерла его полотенцем, дала дезодорирующую салфетку. Затем подала свежую рубашку и пиджак. И даже волосы ему быстро просушила феном. Потрясенный такой заботой, Римас был растроган до слез.
Вера спрятала в чехол мокрую рубашку и пиджак. Еще раз осмотрела фуршетный стол и осталась довольна.
— Ну что, красавица ты наша, ликуй, — обращаясь к Вере, сказал Егор Васильевич. Все единогласно проголосовали «за».
Затем он обнял Римаса. Это триумф, мой дорогой! Я в тебе не сомневался! Поздравляю!
— Верочка, я хотел вас познакомить с нашим новым доктором наук, — развел руками Григорий Иванович, — а вы, оказывается, супруги! Красивая пара! Деток умненьких вам побольше!
— Спасибо, Григорий Иванович, один уже есть! — ответила счастливая Вера. — Весь в отца. Экстерном из пятого класса прыгнул в седьмой. Областные олимпиады по математике второй год подряд выигрывает.
— Слава Богу, дождались! — высказал свое недовольство Егор Васильевич ассистенту кафедры, который принес видеомагнитофон. Кассету поставили на стоп, заперли дверь на ключ и разлили всем... водочки. Дэниел попросил слова и первым поздравил Римаса с победой! Он извинился, что не сможет присутствовать на банкете.
— Вы позволите, коллеги, я провожу мистера Харриса, — и через минуту вернусь.
— Ты удивил меня, Аарон. Тебе бы в цирке иллюзионистом выступать... Завязывал бы ты со своими аферами... Держи, это моя книга, внутри — сумма, которой тебе не хватает на лечение дочери. Это от нас с Верой. Дети не должны болеть...
Когда Римас вернулся, все смотрели эпизод с заданием.
— Вот это олимпиадное задание, Григорий Иванович, мой сын-пятиклассник выполнил за пять минут, решив двумя способами, — гордо произнес он.
— Приводи сына на кафедру, Римас, пообщаемся с ним.
— Спасибо, Григорий Иванович, обязательно приведу.
Кассету досмотрели. Оценили уровень британского образования, сравнили с отечественным и сделали вывод: наше лучше! Но... Материально-техническая база и 10 человек в классе — это мечта...
А потом все быстро стали собираться на банкет.
Увидев, что Вера упаковывает только чайный набор, а всю еду, включая трубочки, оставляет, Егор Васильевич возмутился.
— Не беспокойтесь, Егор Васильевич, минимум четыре десятка лежат сейчас в багажнике на холоде и ждут своего часа! — успокоила его Вера.
Несмотря на то, что на банкет они приехали на целый час раньше, стол для гостей был уже сервирован. А навстречу Римасу и Егору Васильевичу бросились Арсений и Гоша.
— Арс, вы как здесь оказались, — строго спросил сына Римас. Опять прогуливаешь?!
— Пап, ты забыл, что сегодня с пятого по седьмой классы все в ТЮЗе. А мы с Гошей попросили, чтобы нас здесь высадили. Нам Егор Васильевич разрешил. Пап, а ты защитился?!
— Защитился твой папа, можешь им гордиться! — сказал подошедший Григорий Иванович.
— Спасибо! — ответил он Григорию Ивановичу. — Я поздравляю тебя, папа! — обнял он Римаса. Я знал, что у тебя все получится!
— Спасибо, сынок!
* * *
Банкет больше напоминал праздничный семейный обед. Взяв на себя обязанности тамады, Егор Васильевич первым делом предложил всем отведать горячего борща, а потом уже начать чествовать талантливого ученого Римаса Йонаса.
Пока слегка подвыпившие ученые мужи отдавали должное наваристому борщу с грудинкой, в кафе вошел молодой человек с красивым букетом разноцветных гербер и спросил Римаса Йонаса.
Достав из букета небольшую открытку, Римас пробежал ее глазами: «My sincere congratulations to Mr. Jonas, a wonderful scientist and person! Do good and be happy! Thanks, Aaron». / Мои искренние поздравления Римасу Йонасу, Человеку и Ученому! Делай добро и будь счастлив! С благодарностью, Аарон/. Затем передал ее Вере. Она сразу все поняла и слегка сжала руку мужа.
— Рим, посмотри на герберы, их ровно тринадцать! — тихо шепнула она.
Подозвав сына, Вера отдала ему букет и попросила поставить его в воду. Пока они занимались букетом, народ выпил по второй стопочке.
— Друзья, я предлагаю тост за нового доктора научной экономики! — перепутав слова, провозгласил Плотников.
Увидев смеющихся Веру, Римаса и Ивана, он смутился.
— Я что-то сказал не так, но не пойму что... — Верочка, помогите, пожалуйста.
— Вы несколько необычно переставили слова, но мы все поняли. — Вы хотели провозгласить тост за нового доктора экономических наук.
— Отец, пойдем посидим на диванчике, — предложил Иван. — Там прохладно. Можешь даже ненадолго прилечь. Я потом отвезу тебя домой.
Римас с Верой танцевали под тихую музыку.
— Я очень счастлива, Рим! Ты так долго шел к этой цели, и у тебя все получилось.
— Это благодаря тебе, любовь моя, все получилось! Ты, действительно, послана мне свыше!