Глава 20

А потом был хаос.

Я выскочила из кареты и, несмотря на то, что возница попытался меня задержать, ринулась по улице, тогда как люди в полнейшем ужасе бежали, спешили мне навстречу. Но я упрямо уходила от столкновений, пробиралась вперед, иногда останавливаясь, потому что заходилась в кашле от едкого темного дыма, идущего с места взрыва.

Еще не добежав, издалека увидела Веста – некромант тушил пожар, охвативший шатер, стоя в светящемся защитном круге. А потом заметила и Рэнделла, но уже на другой стороне пустыря. Он пытался обуздать перекинувшееся с полыхающего купола на цирковые повозки пламя.

Были и другие маги, и еще жители близлежащих домов, спешащие на помощь с ведрами, топорами и одеялами. К тому же пропахший гарью воздух был наполнен криками ужаса и боли, и повсюду сновали перепуганные люди, разыскивавшие в царившем хаосе потерявшихся родных и близких.

Но, кажется, представление так и не началось – и все благодаря стараниям некроманта! – иначе все было бы значительно ужаснее. Да, бомба все же взорвалась, но не причинила тот вред, какой могла бы. Правда, пожар разгорелся не на шутку, и я нырнула в магические потоки, вспомнив, что тоже кое-что умею. Принялась тушить пламя, грозившее перекинуться с пустыря на близлежащие деревянные постройки…

О нет, оказалось, что несколько домов на Монетной улице уже были объяты огнем, но общими усилиями нам все-таки удалось их отстоять.

Я помогала на переделе своих возможностей, активируя одно за другим заклинания. Мужчины заливали пламя водой из ведер, накидывались на огонь с одеялами и топорами, загоняя его, как дикого зверя, в ловушку, где тому ничего не оставалось, как только смириться и погаснуть.

Наконец, поняв, что там разберутся и без меня, я побежала дальше, пробираясь к цирковому городку, откуда люди из труппы Дормингера выводили животных и выносили клетки с птицами, оставив бороться с объятым огнем куполом уже магам.

Но с зоопарком все тоже оказалось не так-то просто, потому что внутри, запертые в клетки, метались обезумевшие от страха хищники. Тут на помощь подоспел Рэнделл – он не только усмирил подбиравшееся к клеткам пламя, но и усыпил нескольких огромных диких кошек, после чего с помощью магии перенес их на подоспевшие из местного зоопарка подводы.

К этому времени уже прибыли пожарные расчеты – словно наученные взрывом на борту дирижабля, они оказались на месте очень и очень быстро.

И доктора, они тоже прибыли.

Правда, пострадавших – слава Богам, а еще Весту Кроули и Джасперу Ксавье, а также Рэнделлу со всей его командой – оказалось не так и много. Но все равно нашлось несколько серьезно обожженных зевак, оказавшихся не в том месте и не в то время, а еще часть труппы Дормингера – они были первыми, кто встретился с огнем, бесстрашно кинувшись выводить из-под купола успевших проникнуть туда безбилетников и спасать животных.

Ни один из детей, слава Богам, не пострадал, если только надышались едким дымом, но подводы из госпиталя продолжали прибывать и увозили всех без разбора на Большую Морскую.

Впрочем, я уже знала, что часть пострадавших мы возьмем к себе. И Густав Легран, прибывший на место взрыва, об этом тоже знал, поэтому мы с ним быстро распределили, кто именно после необходимых медицинских и магических вмешательств отправится к нам, в «Охотничий Уголок», а кто останется в госпитале.

Где мы всех разместим? Да уж как-нибудь потеснимся и что-нибудь придумаем!

- Робин!.. – рявкнул кто-то мне прямиком в ухо, на что я буквально взвилась в воздух, а доктор Легран, улыбнувшись, отправился дальше.

Я попыталась повернуться, но тут же оказалась в плену крепких, уверенных рук.

- Робин Дорсон, я наказал тебе быть дома! И ты меня не послушала! – грозным голосом произнес Рэнделл.

Но я видела, понимала, что он несказанно рад тому, что со мной все в полном порядке. Быть может, если только немного болела обожженная ладонь – слишком уж активно и близко от пламени я активировала заклинания, стараясь его потушить.

Но это такие мелочи!..

С Рэнделлом тоже все было в полном порядке, если не считать того, что он выглядел… гм… немного прокопченным. От герцога несло дымом и светлой магией, и этот запах чуть было не свел меня с ума.

Но я знала, что сейчас не время стоять и на него пялиться – с черными разводами на лице и каплями пота, стекавшими по лбу, – думая о том, насколько сильно я в него влюблена.

- Не послушала, – согласилась я. – Но все почти закончилось, поэтому я сейчас же поеду домой. Мы берем к себе часть пострадавших… Думаю, мы справимся! – Тэрги с этим справятся, да и мы не подкачаем. – Рэнделл, вы его поймали?!

- Да, мы его поймали! – возвестил он, и на его лице промелькнула торжествующая улыбка. – Крутился неподалеку, и твой Джаспер помог нам его опознать. Но допросить его я еще не успел. Прийса сейчас везут в управление, где все будут ждать меня, потому что он находится не только под заклинанием подчинения, но еще и под заклинанием молчания. Любая попытка его сломать или снять, подозреваю, убьет этого несчастного.

- Значит, за этими взрывами стоял не он! – выдохнула я. – Так я и думала! В них виновен совсем другой человек!

Хотя организованы они были руками Сидни Прийса.

- Не он, – согласился со мной Рэнделл, – но очень скоро я сниму заклинания, и мы обо всем узнаем. Причем я сделаю это уже сегодня, и тогда все закончится. Я его поймаю, Робин!

- Закончится, – отозвалась я, – и ты его поймаешь. Пора уже это прекращать!

Рэнделл кивнул, после чего быстро меня поцеловал, и его губы были с привкусом гари.

- Будь дома! – приказал мне.

- Буду, – отозвалась я, потому что мне нужно было быть дома.

- И спасибо тебе за Веста Кроули, – кивнул он. – Без него все было бы значительно... разрушительнее.

Кивнула, потому что понимала, о чем говорил Рэнделл. Вест сделал очень и очень многое, так что город не должен о нем забыть – уж я-то об этом позабочусь!

Мне показалось, что Рэнделл засобирался идти дальше, спешить по своим делам, но неожиданно он передумал. Взял меня за руку – сперва за одну, потом за другую – и уставился мне в глаза.

- Робин, – произнес он, – у меня нет ни малейших сомнений в тех чувствах, которые ты у меня вызываешь. Я окончательно в них убедился, увидев тебя здесь, на этом пепелище. Когда я понял, что ты меня ослушалась, то мне захотелось…

- Тебе захотелось меня убить?!

- Убить за непослушание и зацеловать за то, что с тобой все в порядке. Потому что я люблю тебя, Робин Дорсон! Хотел тебе об этом сказать, чтобы у тебя тоже не возникало никаких сомнений.

- И лучшего места ты не нашел, – кивнула я. Потому что место и время были самыми что ни на есть лучшими.

Впрочем, я тоже нисколько не сомневалась в своих чувствах.

- Мне нужно идти, – произнес Рэнделл, – но я надеюсь, что когда все закончится, я застану тебя дома. Тогда мы продолжим этот разговор.

- Конечно же, я буду дома! – отозвалась я. – Но неужели ты не хочешь узнать о том, какие чувства я испытываю к тебе?

Он уставился на меня с улыбкой. Затем убрал с моего лица вечно лезущий в глаза локон.

- Маленькая и очень храбрая девочка, – произнес он. – Даже если ты меня не любишь, я это исправлю.

Качнула головой – ему не придется ничего исправлять!

- Я люблю тебя, Рэнделл Корнвей, – вот что я ему на это ответила. – И ничего уже не изменить.

Затем мы расстались.

Я нашла карету, одолженную мне герцогиней, после чего разыскала кучера, активно помогавшего тушить пожар. Занялась еще одна деревянная постройка на Монетной улице, но у меня сохранились остатки резерва, так что все вместе мы довольно быстро с этим справились, после чего понеслись домой, в «Охотничий Уголок».

По дороге я прикидывала, где именно мы станем размещать пострадавших. Легран собирался отдать нам пятерых, но по пути на Большую Морскую я увидела слишком много подвод из госпиталя и решила, что мы ошиблись в числе.

Серьезно пострадавших оказалось значительно больше, чем я успела насчитать. К тому же купол только что потушили, и вполне возможно, под ним обнаружат еще выживших, которым потребуется серьезное лечение.

Именно поэтому я собиралась еще раз поговорить с Леграном. Доктор казался мне человеком своего дела, и я решилась ему открыться. Рассказать о тэргах и о том, что они в состоянии помочь пострадавшим, которые находились на грани жизни и смерти.

Мы должны, просто обязаны вернуть им жизнь и здоровье, которое попытался отнять у них Сидни Прийс, действовавший по чьей-то злой указке!

***

К вечеру «Охотничий Уголок» превратился в лазарет, потому что мы забрали к себе девятерых пострадавших, разместив большую часть из них на первом этаже – в Цветочном и Музыкальном Салонах, а также в библиотеке и еще в той комнатке, в которую сперва въехала Нана, теперь снова перебравшаяся к нам с Лилли.

Маги освободили свой номер, на несколько ночей отправившись во флигель, потому что монахини согласились пожить вместе, а во вторую комнату в покоях леди Флетчер мы положили жену директора цирка, самоотверженно выводившую животных из маленького зоопарка. Подселили и к Эстер – она оказалась совсем не против, наоборот, кинулась помогать и заботиться, словно молоденькая гимнастка оказалась ее личной пациенткой и доброй подругой.

Затем были суматошный вечер, суматошная ночь и суматошный рассвет.

Спала ли я? Признаюсь, не помню…

Быть может, если только прикорнула на несколько минут в кресле, после чего, очнувшись, снова поднялась и отправилась дальше. Решала проблемы с едой, питьем, постельным бельем, магами и докторами. Помогала ухаживать за больными и объяснялась с теми, кто ломился в нашу дверь, разыскивая своих родных и близких, а еще с журналистами, которым оказалось у нас словно медом намазано.

Джаспер с Чарльзом никого не пускали, а пришедшая на помощь Эстер даже поставила на двери простейшие защитные заклинания.

Не помогало – народ пытался пролезть не только в двери, но и в окна, поэтому пришлось забаррикадировать магией еще и их. Наконец, не выдержав, я написала на грифельной доске – купила ее для занятий с детьми – список пострадавших, которые находились в «Охотничьем Уголке», попросив Джаспера повесить это у калитки.

Внизу добавила, что посещение больных только с письменного разрешения доктора Леграна, который эти письменные разрешения выдавать не собирался. И еще, что журналистам на территорию «Охотничьего Уголка» вход строго-настрого запрещен.

Зеваки в доме или же заглядывавшие в окна нам были не нужны, потому что мы решили больше не прятать тэргов. На такое у нас попросту не оставалось времени – многие из пострадавших находились в критическом положении.

Но это не отменяло того факта, что мне все-таки пришлось пообщаться с мэром – тот тоже почтил нас своим вниманием, но дальше дверей не прошел и он.

Я встала стеной, сказав, что мы будем разговаривать с ним только на крыльце. И то, очень быстро.

Оуэн Хейз оказался понятливым и много времени у меня не отнял. Пожелал нам терпения и выдержки, а больным скорейшего выздоровления, заявив, что выполнит все, что я только попрошу. Если что-нибудь понадобится для дома или пациентов – я должна смело к нему обращаться.

Напоследок добавил, что его конкурент на место в кресле главы Монрея Лайонел Вилмер, а также его сообщник Барли Мольен задержаны и сейчас находятся под следствием, после чего с благодарностью жал мне руку, словно я их лично задержала.

Перед самым уходом мэр вновь намекнул, что город меня не забудет.

Кивнула – ну что же, пусть не забывает, но сейчас мне не было до этого никакого дела. Наконец, распрощалась с мэром, выдавив из себя усталую улыбку на просьбы журналистов, толпящихся возле забора, рассказать, как идут дела у больных, после чего вернулась в дом, крепко-накрепко закрыв за собой дверь.

Наступал вечер, поэтому снова нужно было кормить пациентов, приходивших к нам с визитами докторов, монахинь и домочадцев… Но, самое главное, следить, чтобы никто не обидел тэргов, которые играли в лечении такую же важную роль, как и работники госпиталя.

Густав Легран на мой рассказ о существах из другого мира лишь кивнул, заявив, что нечто подобное он предполагал, и даже сказал, что на эту мысль его натолкнула близость Монрея к разлому. Затем выслушал мой сбивчивый рассказ о том, как вирты завоевали мир тэргов и что Зорган и Ирви никакого отношения к демонам не имеют – наоборот, они тоже пострадавшая сторона. Им едва удалось сбежать, так что виртами считать их не стоит.

Снова покивав, Легран вызвался немедленно с ними познакомиться.

Познакомился – доктор пришел к нам в дом, благо от госпиталя идти всего ничего, – и тэрги произвели на него самое сильное впечатление. Мне показалось, что у них с Зорганом даже установился ментальный контакт, а Ирви очаровала Густава Леграна своей любовью и лаской.

Затем доктор заявил, что возьмет монахинь на себя – в нашем полку снова прибыло, к нам вернулась сестра Флоренс, – после чего созвал трех сестер и закрылся с ними в библиотеке.

Вышли они оттуда минут через пятнадцать с крайне благостными лицами.

Уж и не знаю, что именно наплел им доктор, но на тэргов монахини нисколько не косились, и я очень скоро увидела, как сестра Долорес опустилась передохнуть в кресле в гостиной, а у нее на коленях дремала Ирви.

Потом прошла сестра Лючия с Зорганом на руках – кажется, они направлялись на кухню, решив чем-нибудь подкрепиться, – и я решила, что все будет хорошо.

К тому же к рассвету кризис миновал – ни вечером, ни ночью никто из новоприбывших не умер, а усталый доктор Легран, явившийся к нам то ли в три, то ли в четыре утра – словно время перестало иметь для всех в этом доме какое-либо значение, – сообщил, что магия тэргов сотворила чудеса.

Все пациенты «Охотничьего Уголка» непременно поправятся, и произойдет это в самое ближайшее временя.

Тут с кухни пришла Нана – она тоже не ложилась, но выглядела вполне бодрой и довольной жизнью. Выслушала доктора, уперев руки в бока, после чего заявила, что все это несомненно очень хорошо, но ее девочки совсем забегались, поэтому мы с Лилли должны немедленно отправляться спать. И Эстер с собой прихватить – каким-то непостижимым образом невеста некроманта тоже перекочевала в разряд Наниных «девочек».

Иначе она за себя не ручается.

Чтобы не доводить Нану до греха, мы с Лилли, подхватив порядком измучанных тэргов, отправились к себе. И Эстер увели – потому что она выглядела, как восставшая из мертвых, на что доктор Легран заявил ей вслед, чтобы она непременно отдыхала, иначе он лично погрузит ее в магический сон.

Весту самоотверженность невесты, подозреваю, не пришлась бы по душе, но магов с нами не было. Айдан с Корвином Диксоном, захватив с собой еще и некроманта, куда-то отправились на ночь глядя и до сих пор не вернулись, хотя уже рассветало.

Я не могла найти этому факту нормального объяснения, и Лилли с Эстер тоже не знали, почему они бросили нас и больных в столь сложный момент.

Но сил тревожиться еще и из-за магов у меня попросту не оставалось.

Поэтому я добрела до комнаты, последними силами стащила с себя платье и рухнула на кровать. Прижала к себе Ирви – Зорган остался с монахинями, – после чего моментально провалилась в сон.

***

Поднялась я часа через три с гудящей головой. Лилли еще спала, а Ирви, давно научившаяся открывать двери, втихаря куда-то сбежала. Вот и я осторожно выбралась из комнаты и отправилась вниз.

Волновалась – не без этого! – думая о том, что могло произойти за время, пока я спала, но, оказалось, в мое отсутствие ничего страшного не случилось.

На кухне Нана командовала двумя помощницами – интересно, откуда взялась вторая?! Мона гоняла брата, чтобы тот поживее разгружал прибывшие из госпиталя подводы с продуктами. Еще одна подвода была от мэра и городского совета – с деликатесами.

Леди Каталина, помогавшая с ранеными наравне с монахинями, преспокойно допивала кофе на террасе. Рядом с ней сидела сестра Флоренс, кивая на каждое слово герцогини.

Сестра Долорес, устроившись в соседнем кресле, гладила урчащую Ирви, и лицо монахини больше не походило на застывшую маску. Наоборот, на нем читались следы искренней привязанности к существу из другого мира.

Поздоровавшись с ними, я продолжила свой обход.

Прачки стирали, Патрик побежал в город с поручениями, Юну отправили в госпиталь – и тоже с поручениями. Старый Чарльз на повышенных тонах разговаривал с журналистами, которые не оставляли попыток перебраться через забор и заглянуть в окна «Охотничьего Уголка».

На это я подумала, что защиту придется ставить не только на двери и окна, но еще и на забор, потому что чужие нам нисколько не нужны…

А вот свои очень даже – стоило мне вернуться в дом и немного повозиться на кухне, как от дверей явился Чарльз с известием, что в дом пожаловал Рэнделл Корнвей, герцог Суэсский, и желает со мной поговорить.

Вот и я тоже… желала именно этого. И от всего другого также бы не отказалась!

Правда, сперва мы чинно выпили кофе вместе с его матушкой – монахини понятливо нас оставили, прихватив с собой Ирви. Зато Зорган был тут как тут. Оказалось, он отсыпался в комнате сестры Лючии во флигеле, но прибежал ко мне, и я познакомила их с Рэнделлом.

Вернее, попыталась последнему все внятно объяснить.

Впрочем, Зорган тоже старательно мне помогал. Взобрался к растерянному герцогу на колени и заурчал что есть мочи, на что тот вскинул бровь. После этого тэрг уставился Рэнделлу в глаза – кажется, пробовал установить с ним метальный контакт.

И им это удалось.

 - Неожиданно! – заявил на это Рэнделл, после чего осторожно погладил Зоргана по спине.

- Робин с самого детства тянет всякую живность в дом. Не удивлюсь, если по дому скоро начнут расхаживать крокодилы, которым негде жить! – наябедничала подошедшая к нам Нана.

Словно почувствовав, что к нам явился очень важный для меня гость, няня принесла с собой целый поднос с угощением и с явным одобрением кивнула, когда Рэнделл накинулся на еду.

Выглядела она такой же довольной этим фактом, как и герцогиня.

Впрочем, леди Каталина тут же за меня заступилась, сказав Нане, что крокодилы, по ее мнению, довольно милы и не стоит на меня наговаривать.

Позже, отдав герцогине Зоргана, мы с Рэнделлом отправились на прогулку по территории «Охотничьего Уголка». У герцога выдался свободный час, да и у меня тоже оставалось время до прихода докторов.

- Ты выглядишь уставшим, – заявила я Рэнделлу, но уже после того, как он меня поцеловал и я поцеловала его в ответ. – Тебе удалось снять заклинание с Прийса?

- Удалось, – кивнул он, – хотя и провозился с ним целую ночь. Та еще задачка выдалась!..

- Что это было?!

Рэнделл поморщился.

- Высшая Темная магия. Заклинание подчинения вместе с заклинанием молчания, постоянно подпитываемые артефактом, который этот бедолага носил на собственной шее. У него была цепочка с ладанкой, знаешь, такие многие надевают... – На это я кинула, сказав, что знаю. – Прийс клялся, что эта вещица у него с раннего детства. Ее подарила ему мать, когда он проходил обряд посвящения, так что внутри не могло быть никакой магии. Но она там была.

- Ах вот как!..

- Тот, кто это провернул, незаметно вставил в ладанку артефакт для усиления собственных заклинаний. Они продолжали действовать как минимум несколько месяцев.

- И ты знаешь, кто это был?!

- Знаю, – улыбнулся Рэнделл. – Да, Робин, теперь я могу с полной уверенностью заявить, что знаю всю эту историю от начала до конца.

- И ты мне расскажешь?!

- Еще как расскажу!

- Но кто же?! – Мне казалось, что сейчас я начну попрыгивать на месте от нетерпения. – Кто все это задумал?!

- Дью Орвел, – произнес он и уставился на меня, дожидаясь, когда я накинусь на него с вопросами.

Но я…

- Погоди! – выдохнула в ответ. – Погоди, сейчас я вспомню, где его видела! Только не говори мне, я хочу сама…

Рэнделл улыбнулся, не мешая мне вспоминать, и я закрыла глаза. На ум снова пришел прием в мэрии, потому что это имя ассоциировалось именно с тем местом.

Так и есть, он там присутствовал! Племянник мэра Арберга, некромант с неприятным взглядом, который смотрел на всех, как на своих личных врагов, и я тоже не стала исключением...

- Он ведь был учеником умершего артефактора, не так ли?! Того, кто когда-то жил в Арберге?

- Ты права, Робин, он учился у того некроманта, но умело это скрывал. Я беседовал с ним во время своего приезда в Арберг. Уже тогда мне показалось, что Орвел что-то недоговаривает, но у меня не было ни единого основания его подозревать. Зато теперь я знаю правду. Когда артефактор умер – кстати, это оказался его дальний родственник, –Орвел продолжил его дело...

- А заодно он решил помочь своему дяде Эзекилю Роддсу, мэру Арберга, – подхватила я, – получить Золотой Флаг лучшего курорта на восточном побережье, не так ли? Наверное, они действовали сообща, в лучших традициях семейных преступных кланов.

- Иногда ты меня поражаешь, Робин! – выдохнул Рэнделл.

Но я еще не закончила его поражать.

- И все потому, что Монрей выигрывает этот самый Золотой Флаг то ли четвертый, то ли пятый год подряд, и это нисколько их не устраивало. Ни Роддса, ни Орвела. Но во всем замешано не столько тщеславие, сколько деньги. По деньгам они заметно проседали, потому что высшее общество Атрии предпочитает отдыхать в Монрее, а это не только престиж, но еще и огромные суммы, которые богачи тратят здесь, в этом самом месте. Поэтому мэр Арберга и его племянник решили сделать все, чтобы напугать и отвратить от Монрея людей. Испортить имидж города, чтобы вместо этого все отправились именно к ним.

Судя по взгляду Рэнделла, я пока еще ни в чем не ошиблась.

- Дальше сама расскажешь или же предоставишь это мне? – поинтересовался он.

Его глаза смеялись.

- Сама! – отозвалась я. – Но поправь меня, если я забреду в лес и начну блуждать в трех соснах. Каким-то образом выбор Орвела пал на Сидни…

- Прийс искал работу по всему побережью, поэтому Орвел решил, что он им вполне подходит.

- Конечно же, он им подходил, ведь Прийс был из Монрея, а это отводило от них подозрения и еще больше запутывало следствие! Поэтому Орвел взял его к себе в помощники и постепенно подчинил своей воле, незаметно подменив ладанку. А потом каким-то образом устроил на «Королевские Линии»... Но как?! Как ему это удалось?

- Мы вскрыли целую преступную сеть, – заявил мне Рэнделл. – И ты косвенно была к этому причастна.

- Я?!

- Вернее, твое имя. Та, что летела по твоему билету на «Славе Атрии» и погибла во время взрыва... Ее наконец-таки удалось опознать. Ту женщину звали Тереса Лиссант, и она давно находилась в розыске за серию ограблений и краж. Лиссант входила в состав одной из столичных банд, которой удалось проникнуть на Королевские Воздушные Линии. Тереса летала по чужим билетам в первых и вторых классах, воровала драгоценности, после чего исчезала без следа.

- По тем самым билетам, которые возвращали перед самым отлетом? – уточнила я. На что Рэнделл кивнул, а я подхватила: – Именно поэтому никто не мог так долго ее вычислить – ведь этой самой Тересы Лиссант на дирижабле попросту не было! Вместо нее якобы летел совсем другой человек.

- Именно так! Но нам все-таки удалось выбить признание из того, кто пропустил Тересу на «Славу Атрии» по фальшивому билету. След привел на самый верх, к одному из помощников руководителей, как раз занимавшемуся набором персонала. Он ставил на рейсы своих людей, а те на многое закрывали глаза.

- Именно так Сидни Прийс…

- Да, Орвел был связан с бандой и через них смог устроить Сидни Прийса на «Славу Атрии». Сумма взятки оказалась приличной, так что никто не заинтересовался, зачем на «Славе Атрии» нужен еще один техник. Тем самым судьба дирижабля была предрешена.

Теперь покивала уже я.

- Орвелу оставалось лишь выбрать рейс и заставить Прийса подкинуть хронометр и бомбу. Тот находился под заклинанием, так что им удалось все, что они задумали.

- Ты права, хотя Орвел признался, что в тот раз они не собирались никого убивать.

- Значит, ты его тоже взял?!

- Еще как взял! – усмехнулся Рэнделл. – Пришлось порядком побегать, но оно того стоило. Орвел был в Монрее. Судя по всему, решил понаблюдать за деянием своих рук, после чего не особо скрывался, думая, что мы никогда не выйдем на его след. Но он ошибался.

- А его дядя?!

- За Эзекилем Роддсом уже выехала следственная группа. Его тоже возьмут, причем быстро и без шума.

- Этот Орвел, ты успел его допросить?!

Рэнделл кивнул.

- По его словам, бомба должна была взорваться, когда дирижабль опустеет. Но Орвел не знал, что «Слава Атрии» станет делать круг над Монреем, чтобы пассажиры могли полюбоваться городом, поэтому он немного не рассчитал время.

- Но все равно!.. – выдохнула я. – Даже если по их дьявольскому замыслу пассажиры должны были покинуть дирижабль к моменту взрыва, это могло повлечь жертвы среди обслуживающего персонала или же тех, кто задержался на Воздушном Вокзале!

- Я задал ему похожий вопрос, на что Орвел высокопарно ответил, что он понимал: без жертв им не обойтись, но они были вынужден пойти на такие меры. Их цель якобы оправдывала средства.

Я ахнула:

- Но какие же мерзавцы!..

- Их план до конца не сработал, поэтому Прийс понадобился им еще раз. Орвел укрывал его в Монрее на то время, пока делал вторую бомбу с хронометром. Но на этот раз они были готовы, по его собственным словам, на куда большее число жертв. И время настало – Орвел отправил Прийса взорвать купол цирка во время дневного представления.

Я покачала головой – у меня попросту не хватало слов, чтобы выразить те чувства, которые меня охватили.

- Но как?! – выдохнула я.

Хотела спросить, как земля может носить таких мерзавцев, но Рэнделл истолковал мой вопрос немного по-другому.

- Почему мы так долго не могли выйти на их след? Потому что начальник жандармерии Монрея лично сообщал Роддсу и Орвелу о ходе следствия, за что получал от мэра Арберга приличные суммы. Они встречались в лесу на подъезде к городу. Однажды я видел, как тот явился на работу в грязной обуви и с налипшей на нее хвоей, и это заставило меня задуматься. Но не сразу, Робин! Именно поэтому моя поездка в Арберг не принесла плодов. Орвел и его дядя обо всем знали и успели замести следы.

- Но теперь…

- Теперь они сядут, причем надолго, и такого больше никогда не повторится. Остается лишь надеяться на то, что все пострадавшие выздоровеют.

- С ними все будет хорошо, – отозвалась я. – Доктор Легран, его команда и наши тэрги непременно об этом позаботятся!

- Ты тоже приложила к этому руку, – улыбнулся он.

Взял меня за ладонь и тут же нахмурился, разглядывая затянувшиеся следы ожогов, хотя Ирви постаралась, подлечила и меня тоже.

Я пожала плечами.

- Моей заслуги в этом почти нет, – сказала я Рэнделлу, на что тот покачал головой, заявив, что он так не думает.

- Но что теперь?! Что ты собираешься делать? – спросила я у него.

Ответ был простым – он намеревался меня поцеловать, и его идея пришлась мне очень даже по душе. Но мы не успели – внезапно рядом с нами раздался магический всплеск.

Рэнделл едва успел задвинуть меня за спину и активировать защитное заклинание, как распахнулся портал, из которого вышел… Айдан Костиган.

Выглядел маг порядком взъерошенным.

- Что еще случилось?! – нахмурилась я.

Мне казалось, что больше ничего плохого произойти не должно – все злоумышленники схвачены, не считая мэра Арберга, но за тем уже выехала группа, чтобы его задержать. И даже Мольен под следствием, а больные непременно поправятся!..

Пусть Сидни Прийс до сих пор был в тюрьме, но если его адвокат – а я собиралась об этом позаботиться – докажет, что он находился под заклинанием подчинения, то и его обязательно оправдают.

- Робин!.. Милорд! – выдохнул Айдан. – Сейсмограф лорда Диксона…

- Сейсмограф? – удивился Рэнделл.

- Да, сейсмограф, который фиксирует повышенную активность у разлома!.. Он измеряет ее в диксонах, и один диксон примерно равен… – попытался объяснить Айдан, но я не выдержала:

- Позже, Айдан! Расскажешь обо всех деталях потом! Что с сейсмографом?!

- Он ее фиксирует, эту самую активность! – боевой маг уставился мне в лицо. – Все указывает на то, что сейчас разлом открывают с другой стороны!

- Неужели они смогли?! – выдохнула я, вспоминая рассказ Зоргана и Ирви.

- Активность очень велика, порядка девяти диксонов. И она продолжает расти, – добавил Айдан. Рэнделл не знал, что это такое, но я в ужасе открыла рот. – Кажется, на этот раз прорыв все-таки состоится. Корвин сейчас там, и Вест вместе с ним. Они пытаются что-то сделать, а еще капитан Ирсон и его люди из Магического Контроля. Но их… Вернее, нас слишком мало, и мы не удержим!.. Если сейсмограф не ошибается, то вирты очень скоро будут в Монрее!

И я выдохнула в полнейшем ужасе – только виртов нам здесь не хватало!