Глава 25. И день, полный неожиданных открытий

Утро в семье Кузьминых началось странно. Нет, проснулись они, как обычно, одновременно, но Ольга, едва открыв глаза, выпуталась из рук Ильи и рванула в туалет. Через мгновение оттуда раздались характерные звуки разговора с фаянсовым другом. Илья, услышав их, хохотнул в подушку, обращаясь в пустоту:

– Да, Оль, не умеешь ты пить! Намешала, что ли, вчера?

Ольга вышла из туалета с измученным выражением на лице и мокрыми волосами. Рухнула на постель и, прикрыв глаза, произнесла:

– Да что ж так плохо то?

– Надо меньше пить! – выдал Илья фразу из старого предновогоднего фильма.

– Один бокал вина за весь вечер – это много или мало?

– Один бокал и все? – Илья недоверчиво посмотрел на жену.

– Угу, – выдала она, лежа с закрытыми глазами.

– Может, отравилась чем? Что вы там вчера ели со своими одноклассниками?

– Илья, я тебя прошу: не надо о еде! – Ольга простонала это и опять рванула в туалет.

Илья рассмеялся жене в след и улегся на спину, его взгляд упал на настенный календарь. Не увидев на открытой странице ни одного дня, обведенного в кружочек, он медленно встал и подошел к календарю.

– Очень интересно, – протянул Илья задумчиво и, подняв страницы, посмотрел на предыдущий месяц. Заветная дата нашлась на предыдущей странице. День, обведенный в кружочек, был в начале прошлого месяца, а это значит, что причина Ольгиного недомогания крылась не в банальном отравлении. Точнее уж, эта причина крылась в нем самом.

Илья знал эту привычку жены отмечать свой цикл на календаре. Знал, потому что Ольга следила за циклом. Да, Ольга очень хотела детей и он, как ее муж, был не против, чтобы они у них родились, потому то и был Илья в курсе всех этих дней и кружочков. И сейчас, пересчитав дни на календаре, Илья начал улыбаться. С проживанием у них Пашки, со всеми хлопотами, связанными с его сыном, Ольга, конечно, могла банально забыть обвести заветный день на календаре. Но, надо знать Ольгу, чтобы понимать, что это было исключено.

Ольга, выйдя из туалета, застала мужа стоящим у настенного календаря и держащим в руках страницы с предыдущими месяцами.

– Оооль, – протянул Илья вопросительно, не переставая при этом улыбаться.

И тут, что называется, Ольгу накрыло догадкой. Она подошла к мужу на негнущихся ногах и стала тыкать пальцем в числа на листках календаря, считая дни. Как так получилось, что она пропустила это? Она что, не отметила на календаре день начала месячных? А потом она вспомнила, а не было их. Не начались! Грудь налилась и низ живота немного тянуло, но так и не случилось. Святые угодники! А она и в баню, и на горки в аквапарке, а вечером ещё и вино. Красное, правда, но всё равно ведь, вино!

– Илюш? – Ольга опустилась на кровать и смотрела сейчас на мужа, – ты тоже так думаешь, да?

Илья опустился перед ней на колени и уткнулся в ее колени подбородком, глядя на нее снизу вверх счастливыми глазами.

– Нет, погоди, я сегодня заеду в аптеку и куплю тест! Завтра утром сделаю тест, и тогда будем радоваться, хорошо? Не надо раньше времени, ладно? Так. Стоп! Какой, нафиг, тест? Я сегодня же позвоню Марии, своему гинекологу, а еще лучше, съезжу к ней на прием!

– Как скажешь, мамуля! – рассмеялся Илья, – а я то еще, дурак, решил вчера, будто мне показалось, что твоя грудь увеличилась!

– Илья, давай не будем радоваться раньше времени, хорошо? И пообещай мне, что никому пока ничего не скажешь!

– Это ты сейчас Макса, что ли, имеешь в виду? – усмехнулся Илья, – клянусь! Ничего и никому. Сегодня точно! Да у него сегодня и так голова будет болеть, знаю я его. Вот я просто уверен, что он вчера не голову свою пошел выгуливать, а за вискарем в магазин потащился!

– Точно! Марго же! – Ольга смотрела на мужа испуганными глазами.

– Что, Оль? Причем здесь Марго?

– Ох, Илюш, боюсь я, что Сеня ее вчера не домой отвез, а в свое логово в гостинице!

– Что? – Илья смотрел на Ольгу все еще снизу вверх, но подбородок с ее колен уже убрал.

– Ну, неужели ты не видел вчера, что в машину к Сене я не одна садилась? – удивилась Ольга в ответ. – Хотя да, мог и не видеть. Это я обходила его машину и залезала в нее сама и со стороны водителя. А Марго то юркнула в ту дверь, что ближе к дверям бара была, в ту, что ей Сеня открыл. Конспиратор, блин!

– Чтоо? – опять повторил Илья.

– Да что ты заладил, Илюш? Сеня вчера весь вечер ее лапал, а она и рада была! Льнула к нему как кошка. Пришлось напомнить ей о том, что она замужем, да куда там! Только глазами на меня зыркнула. И ведь конспиратор наш меня сначала высадил, хоть их с Максом дом ближе к бару, а уж потом Марго домой повез. Только вот боюсь я, что не домой он ее отвез, а в свой номер в гостинице. Вот же черт! – Ольга прижала ладошку ко рту и смотрела на мужа испуганно, – что делать то теперь?

– Ты сейчас о том, надо ли говорить Максу? – уточнил Илья.

Ольга кивнула.

– Давай, я сам это решу, хорошо?

– Ладно. Вот же засада то, а? Марго, конечно, не невинная барышня, но ведь это я ее привела вчера в бар. Конечно, того, что мы там встретим парней, никто и подумать не мог, но все равно, – продолжала переживать Ольга.

– Так! Выдохнула! – скомандовал Илья, – не о том тебе сейчас думать надо. Вот совсем не о том! Ты завтракать будешь? Не дело это – будущей мамочке голодной на работу ехать.

Ольга при упоминании еды зажала рот двумя ладошками и закрутила головой.

– Ладно. Я понял. Возьми тогда хотя бы банан. Алена, уж извини, что говорю тебе это, но мне просто больше не с кем сравнивать, так вот она откусывала по кусочку и рассасывала. Говорила, что так было легче.

– Хорошо, спасибо. Я попробую! – улыбнулась Ольга, – может, и мне поможет. Отец то у наших с Аленой детей один! Так что, и токсикоз может одинаково лечиться.

– Олька! – Илья счастливо улыбнулся и чмокнул жену, – уж извини, но я пошел завтракать. Я закрою дверь на кухню и включу на максимум вытяжку, когда буду жарить…, – Илья оборвал сам себя, увидев, побелевшую Ольгу, – все, я понял. О еде ни слова!

Ольга благодарно кивнула.

Всю дорогу до работы Илья улыбался и подпевал песням, звучащим на радио.

– Господи, я никогда Тебя ни о чем не просил, я не умею молиться и не знаю ни одной молитвы! Да, я не белый пушистый заяц и много накосячил за свою жизнь, но пусть Ольга будет беременна! – эти слова сорвались у него сами, пока он стоял на светофоре. Перед его машиной прошла семья с тремя детьми. Нет, не так. С тройняшками. Илья улыбнулся, проводив их взглядом, решив, что это хороший знак.

– Наверное, в этот момент следует сказать, что-то вроде "Господь услышал мои молитвы!" – хохотнул Илья.

На работу Илья всегда приезжал раньше Макса. Вот и сегодняшний день не был исключением. Илья даже успел заварить себе кофе в кружке, когда Макс зашел в их кабинет с улыбкой на лице. Зная то, что рассказала Ольга – это выглядело странно. А, может, вчера у их одноклассничка Сени облом случился? Может, Марго лучше, чем они с Ольгой подумали?

– А скажи-ка мне, Максимушка, чего это ты так блаженно улыбаешься? – встретил Илья вопросом своего друга и компаньона.

– Сам, значит, сияешь, как яйца у кота, а мне нельзя? – отшутился Макс, – в чайнике еще есть вода или ты опять остатки в свою кружку вылил?

– Каюсь, вылил! – признал Илья и блаженно отхлебнул кофе, но вместо этого скривился и выплюнул все туда же, в кружку.

– Ну, так тебе и надо! – увидев это, рассмеялся Макс, – пей свой кофе с ошметками накипи со дна чайника.

– Вот не знал бы я тебя столько лет, решил бы, что ты меня отравить хочешь. Что было в чайнике?

– Лимонная кислота. Ты же не следишь за чайником. Кто-то же должен его хоть изредка отмывать от накипи, – хохотнул Макс и вышел из кабинета, держа в руках чайник.

– Золушек, едрит! – Илья поднялся вслед за другом, но вышел на улицу.

– Начальству доброе утро! – приветствовал его Петрович.

– Было бы еще добрее, если бы мне уже удалось сегодня кофе выпить! – буркнул Илья и выплеснул полную кружку в люк на улице, – нет, ну надо так, а? Залил лимонную кислоту в чайник и мне ничего не сказал.

– Милые бранятся – только тешатся! – хохотнул подошедший Михалыч, – Петрович, дай прикурить, а то моя зажигалка, чегой-то, сдохла.

Михалыч продемонстрировал ту самую сдохшую, как он выразился, зажигалку и убрал ее в карман робы.

– Нет, ну, вы смотрите! Наконец то. Было б почему убиваться. Зажигалка у него сдохла! – фыркнул в ответ Петрович, но спички протянул, – сколько раз я тебе говорил, что её место на помойке.

– Я и сейчас её не выкину. Там просто газ закончился. Вот заправлю, и дальше буду пользоваться! – затянувшись и возвращая спички, произнес Михалыч.

– Пижон. Не дам больше спичку, и не подходи ко мне! – ответил Петрович, забирая спички и пряча их в карман.

– Скряга! Спичку он пожалел! Тьфу! – сплюнул Михалыч и блаженно затянулся.

– А я смотрю, вы тоже тешитесь, да? – хмыкнул Илья.

– Разогреваемся перед началом рабочего дня! – хохотнул Петрович.

– Надо ж настроиться, нужную волну поймать, – поддакнул ему Михалыч, – сейчас вот студенты подтянутся, а мы уже разогрелись.

– Ну-ну! – хмыкнул Илья и зашел в ангар.

К моменту его возвращения в кабинет, чайник как раз успел закипеть и отключиться. Илья успел подсунуть и свою кружку Максу, чтобы он засыпал кофе и ему в кружку. Тот усмехнулся, но кофе и засыпал, и кипятка залил, и даже накрыл блюдцем, чтобы кофе максимально заварился.

– Ну, рассказывай. Ходишь тут, сияешь, как новогодняя ель. Рита пришла домой такая счастливая, что у вас случился феерический секс? – направил Илья разговор в нужное ему русло.

– Нет. Я вообще вчера не слышал, во сколько она вернулась. Засиделись девчонки, с кем не бывает, – хмыкнул Макс.

Илья оставил это без комментария, отметив про себя, что права оказалась Ольга – не домой, выходит, вчера Сеня повез Марго.

– А что, так заметно, что я сияю? – хохотнул Макс.

– Не поверишь. Аж глаза слепит!

– Ну, тогда вот, смотри! – Макс протянул Илье свой телефон. Илья опустил глаза на экран телефона друга и замер. С экрана на него смотрела Ангелина в двойном экземпляре. Причем в двух, так сказать, комплектациях – в очках и без них.

Макс, увидев удивленное лицо друга, расхохотался.

– Это Геля и её сестра Рина. Знакомься: Ангелина и Арина. Рина мать Марка.

– Ох ты ж, нифига себе! Просто одно лицо! – выдохнул Илья.

– И не говори! – кивнул Макс.

– Погоди, выходит, что мы вчера видели не Ангелину, а ее сестру?

– Да!

Илья замолчал вспоминая.

– Опережая твой вопрос, скажу, Рина и ее муж имеют проблемы со слухом. Проблемы не врожденные, а врачебная ошибка. Геля не вдавалась в подробности, а я не уточнял. Поэтому у Марка такой проблемы нет.

– Ясно. И ты поэтому сияешь, рискуя спалить ангар, да?

– Нет. Я вчера был в гостях у Гели и ее, кто он там ей, не знаю, родственника. Короче, Марк с матерью в больнице – у парня вырезали аппендицит. Видели мы с вами вчера Арину или Рину, как ее зовут домашние, и ее мужа Марата. Он привозил ее домой за вещами – Рина в больнице с сыном. А я вчера был в гостях, подъедал все, что надо было съесть. Геля наготовила, а есть теперь не кому.

– И ты, значит, вчера спасал бедную девушку. Точнее, ее холодильник, изображая дежурного поросенка? Я понял! Готовит хоть вкусно? Надеюсь, Марк не поэтому попал в больницу с аппендицитом, что его тетка не умеет готовить? – попытался пошутить Илья, а увидев взгляд Макса, поднял руки ладонями вверх, – сдаюсь, сдаюсь, я понял, шутка не удалась! Извини!

– Именно! – кивнул Макс и, отхлебнув кофе, полез в аптечку за таблеткой.

– А я смотрю, вы с этим мужем сестры Ангелины хорошо так посидели, да? – хохотнул Илья.

– Виски, односолодовый, ноль семь литра, – последовал лаконичный ответ, – и, кстати, готовит Геля офигенно вкусно, а Марат – мировой парень. И да, тачка у него – космос!

Макс выпил таблетку аспирина и потер виски.

– Теперь твоя очередь. Ты сам то чего сияешь, как новенький пятиалтынный?

Ответить Илья не успел, потому что из-за двери раздался грохот и следом отборный, хитро составленный мат в исполнении Петровича. Илья с Максом переглянулись и одновременно рванули со своих мест. Вылетев в ангар, они застали картину маслом, как говорят в Одессе: одна из машин провалилась двумя правыми колесами в яму. В ней за рулем сидит ученик Петровича с перекошенным от ужаса лицом, сам Петрович стоит напротив и подозрительно молчит, лишь сжимая и разжимая кулаки, все остальные мужики стояли здесь же. Кто-то ржал, кто-то сокрушенно мотал головой.

– Рукожоп! – припечатал Михалыч паренька, – чего застыл испуганным зайцем? Вылазь уже! Сейчас мы будем тебя иметь с проворотом. Да не в эту дверь, недоразумение! Ее ты хрен откроешь теперь! Через пассажирское сиденье перелазь.

– В яме есть кто? – подскочили Илья с Максом.

– Нет никого! – выдохнул Петрович, – правила техники безопасности знаем. Ученые, слава Богу. Шли бы вы, товарищи директора, отсюда восвояси. А то и вам тут, заодно со студентом, да по старой памяти, так сказать, прилетит! Мы тут и без вас справимся, вон мужики помогут.

– Хорошо. Как машину на четыре колеса поставите, список поломок мне на стол! – скомандовал Илья, – и это, Петрович, не убей только парня, ладно? И да, сам принеси этот список, от греха подальше.

– Да ясен пень! С него какой спрос? Анализы только, да и то, боюсь, плохие будут, – выдохнул Петрович, следя за тем, как студент вылезает из машины.