Глава 26. У всех есть свои скелеты в шкафу

Ольга воспользовалась советом Ильи: она ехала на работу, откусывая на каждой вынужденной остановке у светофоров, по кусочку банана и медленно его рассасывала. Тошнота отступила, уступив место голоду, но стоило ей только подумать о еде, как тошнота возвращалась.

– Будем считать, что сегодня я на банановой диете, – рассмеялась Ольга счастливым смехом.

Что такое чувство голода на фоне осознания того, что она ждет ребенка? Ерунда. Мелочь. Временное неудобство и не более того. У нее, нет, у них с Ильей все получилось. Она, конечно, могла ошибаться, но и последние женские дни прошли странно, так что она уже вполне могла быть беременна дольше, чем они насчитали утром с Ильей.

Подъезжая к повороту на ту самую гостиницу, где она когда-то работала, Ольга дернула рычаг поворота и перестроилась. Ее словно толкнули в бок, заставив это сделать буквально в последний момент. Сзади ожидаемо посигналили, наверняка еще и пару ласковых на великом могучем матерном приложили. Она же поморгала сигналками, благодаря, что пропустили и не врезались, и свернула к гостинице.

Ольга припарковала свой автомобиль на парковке перед гостиницей и усмехнулась, увидев джип Арсения.

– На месте, значит, хозяин. Ну, ты смотри, как мне везет то сегодня. А наша Марго горячая штучка, как я посмотрю – так укатала нашего Сеню, что он тут и заночевал.

О том, что эта самая гостиница, где она когда-то работала, принадлежит Сене, Ольга не сказала Илье. Не сказала, решив, что не нужна мужу эта информация. Какая разница, кому принадлежит гостиница? Она сама там уже давно не работает. Уволилась через месяц после того случая с Иваном. Уволилась сама. Сеня, узнав, что она хочет уйти, усмехнулся тогда:

– Так я и знал, Олька, что ты уйдешь. Вот веришь, задницей чувствовал, что ты уйдешь. Жаль! Хорошо же работали.

– Сень, не могу больше. Хочу по ночам в своей кровати спать. Давай расстанемся по-хорошему.

– О, подруга, хорошо, что нас Ванятка, воздыхатель твой, не слышит сейчас. А то ведь не поймет, честное слово. Он и так мне прохода не дает. Не верит он, понимаете ли, что нас с тобой только рабочие отношения связывают.

– Да здесь никто не верит! – усмехнулась она тогда, – все уверены, что мы с тобой любовники.

– Так, может, не будем людей разочаровывать, а, подруга дней моих суровых? Замутим роман?

– Ой, да нужен ты мне со всеми своими плетками, кляпами и наручниками. Я девушка нежная, и такие отклонения не в моем вкусе! – отмахнулась она тогда.

– А, вдруг бы тебе понравилось, а, Оль? – Сеня сжал ее в объятиях, но попытки поцеловать не предпринимал.

– Сень, да завязывай уже лапать меня и поставь туда, где взял. Я же не твой типаж, от слова совсем! Что ж я, твоих красавиц, не вижу что ли?

– Ох, вот знала бы ты подруга, как меня заводят все эти твои игры с уговорами! – хохотнул тогда Сеня, но объятия отпустил, сказав:

– Да, права, ты, однако. Не будем портить дружбу сексом.

– Вот теперь ты мне по дружбе и ответишь! – бубнила Ольга, входя в холл гостиницы. За стойкой администратора стояла незнакомая ей девушка. Вид имела сонный. Это, конечно, понятно, но, если Ольге не изменяла память, то на смену девушка заступила уже два часа как, то есть, спала дома, а потому странно, что она так неприветливо выглядела.

– Доброе утро! – буркнула девушка, – желаете номер?

– Желаю видеть Арсения Петровича. Он у себя, в 214-м номере?

– Что? Вы кто? – мигом проснулась девушка и захлопала глазами и нарощеными ресницами.

– Жена! – отрезала Ольга и направилась к лестнице на второй этаж.

Девушка не побежала за Ольгой, но зато, и Ольга это точно знала, услышала, как та бросилась набирать номер 214.

Сеня встретил Ольгу в белом махровом халате в дверях своего номера.

– И почему я не удивлен? – хохотнул он, пропуская Ольгу в номер, – скандал устроишь, жена?

– Сень, ты Марго вчера куда отвез? – Ольга обвела номер глазами и увидела на полу, рядом с прикроватной тумбочкой знакомую серьгу.

– Оль, не начинай, а? Твоя пышечка взрослая женщина, а ты ей не нянька!

– Сеня, одиноких баб тебе, что ли, мало в городе? Или ты незамужних уже всех оприходовал? Дошла очередь и до замужних, да?

– Фи! Оля! Какой слог! Слышала бы тебя сейчас наша классная руководительница! Староста класса, а так выражаешься: "одинокие бабы", "оприходовал". Марго твоя, между прочим, и сама вчера была не прочь поразвлечься, если ты помнишь. А потом, может, я на нее запал?

– Ты? Запал? – Ольга усмехнулась, – не смеши мои каблуки, Сеня! Запал он, ага!

– А вот представь себе! Что ж я, не живой человек, что ли? Может, и я дорос до создания семьи. Может, я встретил вчера любовь всей своей жизни в лице этой вот Марго? Кончает она, просто зашибись, как! Против жесткого секса тоже ничего не имела, поверь! Правда, я у нее первый был в этом плане, но так это ж и хорошо. Шкурка не испорчена. Была. До сегодняшней ночи! – хохотнул Сеня, – день отоспится и опять будет как новенькая твоя Марго.

– Сень, – начала Ольга и поняла, что в глазах у нее все потемнело.

Очнулась она от того, что кто-то сует ей под нос что-то жутко вонючее.

– Ну, вот, очнулась Ваша красавица, – услышала Ольга и открыла глаза.

– Да уберите Вы от меня свой нашатырь! – она резко села и зажала рот ладошкой.

– Спокойно! – Сеня подхватил Ольгу на руки и бегом отнес ей к унитазу. И не только отнес, а еще и стоял, держа волосы и гладя по спине, пока ее выворачивало.

Ольга с тоской смотрела, как банан смывает водой – Сеня нажал на кнопку на стене.

– Илья знает? – задал неожиданный вопрос Сеня.

– Знает. Сегодня и узнал, – кивнула Ольга.

– Ну, что, поздравляю, подруга! – Сеня протянул ей бутылку с водой, – ополосни рот, знаю, что противно после вот этого вот всего.

– Тоже был беременным? – усмехнулась Ольга.

– О! Шутим, значит, нам полегчало! – одобрил Сеня и отпустил волосы Ольги, – ну, что, ты готова расстаться с белым другом? Или еще тут посидим?

– Сень, спасибо. И ты мог бы не сидеть тут со мной. Не самое приятное зрелище же.

– Ай, да брось, Оль. Я и не такое видал, поверь. Ну, что? Выходим?

– Выходим.

Арсений помог Ольге подняться с пола, и, придерживая ее за плечи, вывел в номер. Там уже никого не было.

Ольга, увидев бутылочку с нашатырем и вспомнив, кто ей совал его под нос, усмехнулась:

– Не боишься сплетен за спиной?

– Я? Издеваешься, что ли? – усмехнулся Сеня, – это ты у нас дама семейная. А мне, может, только лестно будет.

– Шутник, блин. Лестно ему! Может, мне тебе еще лицо расцарапать для полноты картины? – усмехнулась Ольга, – кстати, Сеня, а чего эта твоя сегодняшняя девушка на ресепшн такая неприветливая сидит? Гонять, что ли, ее не кому? Она ж, вроде как, лицо гостиницы. А заходишь и видишь это самое лицо заспанное и недовольное! А ведь она не с ночной смены там сидит, только вот заступила, верно?

– О! Узнаю своего администратора. Да, она не с ночной смены, ты права. А вот некому, веришь ли, их гонять! Едва стоит мне кого-то из них повысить, они сразу решают, что я чуть ли не в разряд любимой жены их записал. Всех остальных гнобят, а сами при этом работать перестают. Одна ты у меня с этим отлично справлялась, Оля. Может, вернешься, а? Деньгами не обижу, график работы тебе сделаю с учетом твоего положения, а? Что скажешь?

Сеня говорил все это и одевался. Ольга, конечно, видела его в плавках, когда-то их школьная компания тесно дружила и на пляж они все вместе ездили и не один раз, но раньше, помнится, этих шрамов не было, как и парочки странных татуировок на груди. Ну, хорошо, только одна из них была странная, вторая обычная для мужчины. Почему странная? Да потому что это была какая-то надпись из трех иероглифов. Хотя, помня о том, что Сеня увлекался восточными единоборствами, в этой надписи не было ничего странного. Просто раньше ее на теле Сени не было.

– Сень, что за шрамы? После той аварии?

– Да, после нее. Оль, не о том сейчас речь, – отмахнулся Арсений и застегнул рубашку, – ну, так что? Пойдешь ко мне обратно на работу?

– Не пойду, Сень. И не строй тут из себя без вины виноватого. Спать не надо с теми, кого повышаешь, и тогда все у тебя будет хорошо. А у меня свой цветочный магазин есть, если ты забыл!

– Забудешь такое, как же! Ты единственная из знакомых мне женщин, которая потратила полученные от меня деньги не на шмотки с цацками, а на открытие своего дела, – усмехнулся он.

– Сеня, не нагоняй туману! Деньги я от тебя не за это вот получила, – Ольга кивнула на наручники с кляпом, лежащие сейчас на прикроватной тумбочке, – а по увольнению. Одноразовая акция, так сказать была. И да, ключевые слова здесь "открытие своего дела", и, кстати, пора мне уже ехать и дальше продвигать это самое свое дело.

– Куда? С ума сошла, что ли? Сама за руль она собралась. Поехали, я тебя отвезу, а мои парни твою машину пригонят к твоему магазину, если уж ты боишься лишних вопросов от своего ревнивого мужа.

– Сеня, – начала, было, Ольга.

– Не спорь, я сказал. Ключи давай сюда, и поехали уже строить капитализм! – хохотнул Арсений и протянул руку за ключами от автомобиля.

– Сеня, ну, поехали тогда на моей машине хоть, что ли…

– Оспидя! Да легко! Вперед, мой командир! – хохотнул Арсений и шагнул из номера первым. И ладно бы просто шагнул, так ведь он еще решил и подурачиться. В тот момент, когда они проходили мимо стойки администратора, Сеня состроил виноватую мину на лице и залепетал:

– Ну, мышка моя, ну, не сердись. Тебе это вредно. Ну, прости меня, дурака! Я же только тебя люблю! Обещаю, ты ее рядом со мной больше не увидишь.

Ольга, услышав это, сначала удивленно на него посмотрела, а потом, увидев лицо девушки за стойкой, включилась в игру, сказав нарочито громко:

– Конечно, не увижу! Ни ее, ни какую другую! Потому что лицо я им расцарапаю так, что замучаются восстанавливать былую красоту! Ты меня знаешь, я могу! – и Ольга прибавила шаг, боясь того, что рассмеется.

– Ох, Быков, ну, ведь взрослый же уже мужик, солидный бизнесмен. А все шутки шутишь! – расхохоталась Ольга уже сидя в машине.

– Зато эта звезда за стойкой теперь будет знать, что ко мне опасно подходить. Веришь, проходу не дает! – пояснил Арсений свое поведение, устраиваясь за рулем Ольгиного автомобиля и настраивая сиденье и зеркала под свой рост, – и спасибо, Оль, что подыграла мне.

– Сеня, скажи, а что это за татуировка у тебя такая странная набита на груди? Что там написано? – задала Ольга вопрос, когда они уже ехали к ее магазину.

– И все то она разглядела. Глазастая! Много будешь знать, скоро состаришься! – отшутился Сеня, не ответив, впрочем, на вопрос Ольги.

Пока ехали до магазина Ольги, у Сени разрывался телефон. За рулем он не отвечал на вызов и даже не смотрел на телефон. Но Ольга была уверена, что Сеня точно знает, кто ему названивает. И только припарковав автомобиль, он вытащил телефон из кармана со словами:

– Да кто ж это так по мне соскучился то? – а увидев номер звонившего, расхохотался и повернув телефон к Ольге, произнес:

– Вот! Видела? Имя видишь? А сколько звонков она сделала, тоже видишь?

– А ты, значит, вот так сразу ее и записал к себе в телефон, да, Сеня? И не просто записал, а еще и мелодию ей присвоил, да?

– Страшная ты женщина, Оля! Страшная, потому что умная. Но за это я тебя и люблю! – сказано это было подозрительно серьезно, впрочем, Сеня не был бы собой, если бы он не добавил:

– Ну, так я тебе сразу сказал, что Марго мне понравилась.

– Сводила, называется, девушку в бар по просьбе мужа! – вздохнула Ольга и собралась выходить из машины.

– Что? Погоди, я не понял сейчас! – остановил Ольгу Арсений.

Слушая рассказ Ольги, он хохотал до слез. Отсмеявшись, он со стоном выдохнул:

– Ох, насмешила, мать. А я то и думаю, чего ты над ней, как курица наседка, квохчешь? Все, Оль, выдохни! Твоей вины в том, что Марго эта готова перед первым встречным ноги раздвигать, точно нет. Это уж ее проблемы. И, Оль, если тебе будет нужна моя помощь, звони. Тебе, – Сеня выделил это слово интонацией, – я точно готов помочь всегда и в любое время суток.

– Спасибо, Сеня, правда, спасибо! – Ольга обняла Арсения, чмокнула его в щеку и вошла в свой магазин.