Глава 28. Нахлынувшие воспоминания, приятные и не очень

Ольга, расставшись с Арсением, вошла в свой магазин и, поздоровавшись с новенькой девушкой – флористом, прошла в свой закуток, именуемый кабинетом. Разделась, заварила зеленый чай, села за свой стол и открыла компьютер. Воспоминания нахлынули на неё лавиной.

Ольга не была исключением среди своих одноклассниц, да, наверное, и подавляющего большинства старшеклассниц их школы. Да, ей тоже нравился мальчик по имени Сеня. Сначала просто нравился, а потом, когда он начал ей снится ночами, она поняла, что влюбилась. Сеня был её первой любовью. Любовью безответной, но от этого не менее пылкой!

Рядом с ним всегда крутились девочки яркие и, в отличие от неё самой, физически уже сформированные. Ольга часто видела, как он выходит из школы в обнимку с очередной девушкой. Несколько раз Ольга, завернув за угол школы, налетала на целующуюся парочку. Она не следила за ними специально, нет! Там было укромное место, скрытое кустами от дороги, и там же проходила тропинка, ведущая домой.

Налетев на целующихся в очередной раз, Ольга опешила. Сеня целовал девушку из 10-го А, Ольга узнала её по рыжим, явно крашеным, волосам. Сеня целовал, прижав её к стене школы. Целовал жадно, напористо, впившись в ее рот губами, прижимая ее одной рукой к себе, а второй рукой, задрав ей узкую юбку, трогал ее ТАМ, в стыдном месте. Девчонка стонала, явно получая удовольствие от этого. Ольга застыла столбом, ноги будто приросли к земле.

– Сеня, Сенечка, да… еще… о, даа… – девчонка стонала и прижималась уже сама к его руке, которая была уже в ее красивых кружевных трусиках. Ольга таких трусиков не имела. Почему-то именно эти трусики приковывали взгляд Ольги. Эти, черт возьми, черные кружевные трусы, и под ними двигающаяся уверенно и быстро рука Арсения, стояли у Ольги перед глазами еще несколько дней.

Ольгу тогда вывел из ступора взгляд той девчонки, она вдруг распахнула глаза и встретилась глазами с Ольгой. Но не завизжала и даже не смутилась, а усмехнулась победно. Да, именно победно, торжествующе, вот, мол, смотри, он мой! А Сеня, едва та девчонка усмехнулась куда-то за его спину, замер. Затем медленно, словно боясь, что увидит за спиной хищного зверя, начал поворачивать к Ольге голову, и она, не дожидаясь, того, что будет застукана еще и им, убежала.

Ольга бежала, как первоклассник, застуканный за подглядыванием в замочную скважину за девочками, раздевающимися для урока физкультуры. Да, по сути, это ведь так и было! Она подглядывала! Щеки ее полыхали, внизу живота скрутился тугой узел чего-то странного и непонятного для нее самой. Ольга, в свои 18 лет, еще ни разу не целовалась с мальчиком! А от одной мысли о том, чтобы ее кто-то трогал ТАМ, она заливалась краской стыда. Увиденная картина все еще стояла у нее перед глазами, Ольга бежала домой, желая одного – встать под душ и смыть, забыть все увиденное!

На Сеню Ольга налетела уже почти около своего дома, выбежав из-за угла соседнего дома. Налетела, впечаталась всем телом в его твердое, как камень, тело. Ольга видела Сеню на пляже в одних плавках и знала, что он, несмотря на свою кажущуюся из-за одежды худобу, на самом деле состоит из одних мышц. Да, он не имел всех тех раздутых мышц, как бодибилдеры, а по-простому, качки. О, нет! Но Сеня занимался восточными единоборствами, и его мышцы стали такими, получив свой рельеф в результате долгих тренировок. Ольга сама видела, как Сеня на спор, отжался на кулаках 150 раз. К слову, тот, с кем он спорил, упал на пол, сойдя с дистанции после обидного 99-го отжимания. Сеня же, желая добить оппонента, отжался ещё 50 раз и встал только чуть запыхавшимся, но не уставшим до такой степени, чтобы рухнуть.

Ольга впечаталась и будто прилипла к Сене. Хотя нет, не прилипла, он поймал ее в захват и сам прижал её к своему каменному телу. Прижал, вдавив так сильно, что она слышала, как бьется его сердце. Или это билось её собственное? Билось в ребра, рискуя сломать их.

– Ну, что ты! Тише, тише, моя девочка! – заворковал Сеня непривычным голосом, прижимая ее голову к своей ключице. Ольга видела, как бьется жилка на его шее. А еще она чувствовала духи той девушки на его футболке, нет, он весь пропах ее духами!

– Отпусти меня! Не смей трогать меня! Ты весь воняешь ее духами! – Ольга дернулась, сделав попытку освободиться от его захвата, но, конечно, ее никто не отпустил.

Она билась в его руках, крича и обвиняя его в том, что он бесчувственный и холодный, не видит ничего вокруг и не понимает! Она обзывала его бабником и сдвинутым на сексе, а он гладил ее как, маленькую девочку, по голове и молчал. Ольга поняла, что плачет, лишь увидев, что футболка Сени мокрая в том самом месте, где прижималась ее щека. Ольга затихла, выговорившись, высказав Сене все, что думает о нем. Он провел по ее волосам еще пару раз и, поняв, что она успокоилась, оставил свою горячую ладонь на ее затылке, прижав ее к своей шее. Ольга глубоко вздохнула и прошептала, потребовала туда, в его шею и мокрую от ее слез футболку:

– Отпусти!

Сеня ослабил объятия сразу, Ольга, почувствовав, что ее больше не прижимают к каменному телу, отступила на один шаг и, размахнувшись, влепила Сене звонкую пощечину, припечатав:

– Ненавижу тебя!

Обошла Сеню, так и стоявшего столбом, и пошла домой.

Произошло это за месяц до выпускного бала.

Для вальса прощания со школой Ольгу поставили в пару с каким-то парнем из 10-го Б класса. Их всех так перетасовали. По задумке учителя по внеклассной работе, это должно было означать, что они дружные.

Парень был высоким, им обоим было неудобно из-за большой разницы в росте, но двигался парень хорошо. По хорошему, Ольгу надо было поставить в одну пару с Сеней, но тогда ломалась бы задумка учителя, ведь Сеня и Ольга учились в одном классе. Ольга видела, что Сеня был в паре с той самой рыжей девушкой, как слышала она и то, что та громко возмущалась, когда Сеня наступал ей на ногу. Тренировались они все вместе, разучивая вальс, а потому оба класса слышали возмущение той девицы.

– Носорог! Медведь косолапый! Увалень! – только и слышалось из той части круга, где стояли Сеня и его партнерша. У Ольги вообще складывалось впечатление, что Сеня и эта рыжая больше не вместе. Очень уж она старалась задеть Сеню, придумывая ему прозвища.

А потом та рыжая красавица пришла на выпускной в туфлях на 10-ти сантиметровой платформе. Ольга, увидев ее на этих ходулях, назвать их туфлями язык не поворачивался, все поняла: девушка сделала так специально, чтобы унизить Сеню. И Ольга подошла к их паре со словами:

– Вон того возьми себе в партнеры! Он тебе по росту больше подойдет, чем мне! Коза на ходулях!

К слову, вальс Сеня танцевал хорошо, двигался легко и плавно, не так, конечно, хорошо, как тот парень из 10-го Б, но и не так ужасно, как могло показаться, если вспоминать вопли рыжей красавицы. Он даже ни разу не наступил Ольге на ногу. Весь танец они молчали, Ольга чувствовала, как у Сени дрожат руки и весь он был словно натянутая струна. Впрочем, она и сама чувствовала себя рядом с ним странно, весь месяц после того случая они почти не разговаривали друг с другом. Уля с Лиссой пытались выяснить, какая кошка пробежала между ними, но Ольга отшучивалась, а потом, не выдержав, ответила:

– Рыжая! Красивая, зараза, аппетитная такая, но внутри пустая, как банка из-под компота! – и подруги замолчали переглянувшись. Больше они не приставали со своими вопросами.

Потом на выпускном вечере случилась та драка, как сказал кто-то "стенка на стенку", а вернее, класс на класс. Когда полицейские выводили и сажали драчунов в полицейский автобус, Ольга увидела, что у Сени разбита бровь и кровь заливает его лицо. Ольга знала, что такие раны надо обязательно зашивать, ее мама работала медсестрой на скорой, она ей и рассказывала. И Ольга, не добившись от полицейских понимания, вызвала скорую помощь сама. Сгустила, конечно, краски, но главное, что медики приехали и зашили Сене бровь.

Парней выпустили только на следующее утро, а потому фейерверка они не видели, как, впрочем, и сама Ольга. Она рыдала дома в подушку, рыдала, потому что понимала, что детство кончилось, а с ним и неизбежно придет конец их дружбе. Не с девочками, нет! С мальчишками.

Так оно и получилось. Те два Новых года в старой компании были уже не в счет. Они уже стали чужими.

– Ольга Борисовна, тут цветы со склада привезли! – вернула Ольгу в реальность продавец, заглянув в каморку.

– Да, иду!

Ольга приняла цветы, подписала счета и вернулась в каморку. Девочка и сама справится с разбором цветов. А Ольга, глянув на часы и поняв, что просидела за воспоминаниями почти час, ругнулась на себя:

– Тьфу, зараза, столько времени потеряла! – и потянулась за телефоном, нашла в телефонной книжке номер своего гинеколога, ставшего уже за много лет подругой, и нажала на вызов.

– Слушаю тебя, Оль! – услышала она в трубке голос Марии, – Хорошо, что ты позвонила, я сама собиралась тебе сегодня звонить. У тебя что-то случилось?

– Да! – радостно выдала Ольга, – случилось! А точнее, НЕ случилось, Маш!

– Тааак! – проговорила врач, и Ольга услышала, как она застучала по клавишам компьютера на своем столе, – говори!

Ольга назвала даты и услышала:

– Сегодня же ко мне на визит! В два часа сможешь приехать?

– Да! Конечно!

– Отлично! Тогда увидимся, Оль!

До назначенного времени к врачу оставалось меньше часа, Ольга оделась, вышла на улицу и замерла: колесо у ее машины было спущено. А еще, стоя сейчас у машины со спущенным колесом, Ольга вспомнила, что забыла забрать у Сени ключи от своего автомобиля. Привезти ключи Сеня вряд ли успел бы, их с Иваном офис был на другом конце города, а потому Ольга решила вызвать такси и даже уже полезла в сумочку за телефоном, но тут рядом с ней остановилась легковушка, и водитель открыв окно, спросил:

– Извините, кажется, Вам нужна помощь?

Ольге помощь нужна была, но другого рода:

– До больницы довезите, пожалуйста!

– Залезайте и диктуйте адрес!

Ольга села в машину к сердобольному мужчине, пристегнулась, поймав насмешливый взгляд водителя, но до его взгляда ей не было никакого дела, безопасность превыше его взглядов, и лишь потом набрала Сеню. На ее звонок он не ответил, а потому ей пришлось писать ему сообщение: "Сеня, ты увез утром ключи от моей машины. Завези, пожалуйста, их ко мне на работу" Подписывать сообщение она не стала, зачем? Ее номер у него в телефоне есть, значит, поймет.

Ольга отправила сообщение Сене, назвала водителю адрес больницы и откинулась на спинку сиденья. Улыбка сама появилась у нее на губах, лишь Ольга положила руку на свой, пока еще плоский, живот.

– Все у нас будет хорошо, моя девочка! – прошептала она. Почему-то Ольга была уверена, что у нее родится дочка.