Глава 35. У каждого есть свои скелеты в шкафу

Маргарита, как назвали ее родители, родилась в обычной семье. Отец – слесарь на заводе, мать – повар в заводской же столовой. До семи лет у Риты было обычное детство. А потом случилась школа и одноклассники, дразнящие ее, толстую девочку.

Больше всех старалась Юлька. Рита ее люто ненавидела, но и дико завидовала этой красивой девочке.

Юлька была из обычной семьи! Да и откуда бы в их школе взяться ребенку из другой семьи? В их школе учились дети заводских рабочих. Уровень жизни примерно у всех одинаковый. У трети учеников в их классе пили отцы, у другой трети матери, у оставшихся родители не пили, а потому они жили лучше, но все равно до богатства было далеко. У Риты пили оба родителя, но только по выходным. Жаловаться пьяным родителям на то, что тебя дразнят в школе, смысла не было. Нет, родители, выпив, не буянили, не били друг друга, не били Риту и не приводили в дом друзей алкашей. Компания друг друга их вполне устраивала. Особенно отца! Напившись до определенной кондиции, родители закрывались в спальне и оттуда доносились характерные звуки.

– Как кролики, честное слово! – усмехалась Рита и закрывала дверь и в свою комнату, чтобы не слышать родителей.

Вот такая любовь была у родителей! Странно, что они еще детей не наделали с такой любвеобильностью и по пьяной лавочке! Когда мать забеременела Маргаритой, она еще не пила, да и отец тоже только по праздникам, поэтому Рита и родилась здоровой. А вот потом, после стольких лет пьянки и спариваний по пьяни же, еще неизвестно кто бы у них родился. Но, как говорится, Бог миловал! Братьев и сестер у Риты не было.

В 12 лет у Риты начала расти грудь и она, вдруг, стала самой популярной девочкой у своих одноклассников. В 13 лет Рита выглядела гораздо старше своих тощих одноклассниц, многим из которых и бюстгальтер то было не на что еще надевать. У Риты же, как и у матери, грудь была большой, впрочем, как и попа.

А в 14 лет у Риты случилась ломка голоса. Да, у мальчиков это заметнее происходит, чем у девочек, но, видно, такое уж было ее счастье, что у Риты это прошло почти так же тяжело, с выдаванием петуха во время ответа у доски и саднящими голосовыми связками по вечерам. Наверное, было какое-то средство, чтобы облегчить это, но спросить об этом Рите было не у кого. Не к пьяным же, теперь уже и в будние дни, родителям идти ей было с таким вопросом.

А потом, на ее 15-летие, случилось чудо. Отец вдруг объявил, что бросает пить. И ведь смог же, бросил! Слово ей дал и бросил! А мать не смогла остановиться – слова о том, что женский алкоголизм страшнее мужского – это не пустые слова.

Мать умерла через год – попала под поезд, когда перебегала пути. Там все ходили, мост через эти пути тоже был, но кому пришло в голову построить его в километре от того места, где он был нужен на самом деле, неизвестно. Вот и ходили местные жители через пути там, где привыкли, и где было короче, а не по мосту.

Что там привиделось матери, и почему она шагнула под поезд – они с отцом так и не узнали. Предсмертной записки мать не оставила, а потому они решили, что она не специально шагнула под поезд, а просто, как всегда, была пьяна, и поэтому поезда не увидела и не услышала. Ну, или просто не успела перешагнуть своими заплетающимися ногами через рельсы.

Отец горевал всего полгода, а потом привел в дом новую жену с дочерью. Догадались уже, кого и с кем? Правильно – мать Юльки и саму Юльку. Подругами Рита и Юлька так и не стали. К тому же они уже учились в последнем классе школы, когда их родители решили съехаться, так что уж один год можно было перетерпеть друг друга. И они терпели, заключив перемирие. Зато, живя вместе и деля одну спальню на двоих, Рита узнала, что Юлька, оказывается, занимается танцами. А Юлька, неожиданно для себя, обнаружила, что Рита очень хорошо умеет делать маникюр. Точки соприкосновения были найдены. Рита делала Юльке маникюр, а та в ответ научила Риту правильно двигаться под музыку. И даже отвалила комплимент, сказав:

– А ты, оказывается, очень пластичная! Жила бы ты где-нибудь на Востоке да умела бы танец живота танцевать – цены бы тебе не было!

Сразу после школы сводные сестры не общались. Совсем. Они, договорившись между собой, приходили к родителям по очереди. Встречаться они не хотели. Отец, бросив пить, стал очень неплохо зарабатывать, оказывается, он был очень востребованным слесарем. Он даже повысил свою квалификацию, выучившись работать на каких-то там умных станках. Мать Юльки работала на заводе в отделе кадров и даже была там начальницей. Жизнь у них наладилась настолько, что они решили купить дом, оставив эту квартиру Рите. Почему ей? Да потому что Юлька к тому моменту уже вышла замуж. Очень удачно, как говорила ее мать. И подозрительно быстро, всего лишь через 7 месяцев после свадьбы, родила. Рита на той свадьбе не была. На ее счастье, ей вырезали в тот день аппендицит. Почему на счастье? Да потому, что весь этот фарс под названием "Ах, какая любовь!" Рита не хотела видеть. Не верила она в то, что Юлька умеет любить. Охмурила, забеременела и женила на себе мужика. Вот и вся любовь.

Нет. Сама Рита точно не так замуж выйдет. О, нет! Вот уж точно не по залету! Детей она вообще не хочет. Хватит того, что над ней в детстве издевались, обзывая разными обидными прозвищами. Своим детям она такого не хочет. Она просто их не хочет. Все! Точка!

С Максом они познакомились как в кино. Он ее окатил из лужи и не уехал, как можно было того ожидать, а остановился, предложил возместить. И ведь возместил! Отвез в шикарный магазин, торгующий шмотками из Италии. Рита, конечно, знала об этом магазине и даже заходила в него. Покупала там шарфик и перчатки. Цены были не запредельно высокими, но купить себе там плащ Рита точно не могла! Работая мастером по маникюру и живя в старой родительской квартире, она мечтала о том, как встретит богатого мужика, решив для этого похудеть. Но не сидя на изнуряющих диетах, а сделав для этого операцию, которая стоила приличных денег. Вот на операцию Рита и копила, не позволяя себе одеваться в том магазине одежды из Италии. И вот, похоже, в лице Макса она его и встретила! Но самое смешное, что Максу она нравилась вот такая, толстая.

– Моя пышечка! – твердил он ей, думая, что ей это нравится. А Риту это бесило! Как бесили его постоянные, сначала намеки, а потом уже откровенные разговоры о детях.

Ну, вот что за упертый баран ей попался? Какие дети? Свой косметический салон – вот то, к чему надо стремиться, а не к большой семье с вечно кричащими и сопливыми детьми! И Рита, целенаправленно, доносила до сознания Макса, что детей у них не будет. А будет свой косметический салон. У нее. И даже можно без Макса. Об этом она, конечно, ему не говорила. Зачем же раньше времени? Пусть сначала ей салон купит.

И ведь он даже уже согласился съездить и посмотреть один салон, что хозяйка, выйдя замуж за француза, сейчас продавала. И надо же было ей, на свою беду, согласиться и пойти в тот дурацкий караоке бар с Ольгой и ее подругами! Ведь верил же Макс тому, что она сама со своими подругами ходит только днем, и не в бар, а в кафе! Зачем ему знать, что не в кафе Рита ходила, а ездила в свою квартиру, где стоял компьютер да две камеры, развернутые на кровать. Да, именно отсюда Рита выходила в эфир в черном парике, ажурном белье и маске, скрывающей лицо. На онлайн трансляциях в интернете тоже можно хорошо зарабатывать. У Риты даже были свои постоянные зрители, готовые платить за минуты, проведенные с ней и ее секс игрушками, перед компьютером.

Сексом на камеру Рита не занималась. Только сама и только одна, но с различными секс игрушками. Теоретически это даже изменой мужу нельзя было назвать. Выходила она днем по местному времени, потому что там, куда она транслировала свое тело и то, что она вытворяла с ним на камеру, был уже вечер. Ей писали, просили, умоляли, угрожали, если она сейчас же, вот сейчас, не снимет свой сначала бюстгальтер, а потом и трусики. И она, конечно, снимала, но строго по своему регламенту.

Порой, за два часа, проведенные ею перед компьютером на этой кровати, Рита зарабатывала недельную зарплату маникюрши. Но постоянно она этим заниматься не собиралась. Она копила на черный день. Знала, что всю жизнь с Максом она жить не будет. Да, она планировала после того, как он купит ей салон, уйти от него. Устала Рита от его щенячьих глаз, едва у них заходили разговоры о детях!

И вдруг он ей объявляет о том, что сам подает на развод! Да конечно! А как же ее мечта? Нет уж! Дудки!! Так просто она его не отпустит. Пусть Макс сначала слово свое сдержит и купит ей салон.

А для этого надо все красиво разыграть: любовь, раскаяние и, конечно, разговор с этой мелкой гадиной Ольгой. Которая, вот явно же потому, что и сама чувствует свою вину, даже не пришла к ней на маникюр, хоть и была записана.

О том, что Ольга попала в аварию, а буквально в тот же день, утром, приезжала в гостиницу и представилась женой Арсения, Рите рассказала ее постоянная клиентка Инга. Инга, оказывается, работает в той же гостинице на ресепшен. Нет, сама она этого не слышала и не видела, как не видела и Марго со своим начальником, была не ее смена. Но ведь весь же персонал гостиницы обсуждает то, как Ольга приезжала и устроила скандал. Ольгу еще помнили, она, оказывается, тоже там работала. А вот это уже было интересно! Об этом Рита не знала. И Марго узнала у этой Инги все, что та вспомнила. Зато теперь стало понятно, почему эта Ольга так бесится: и к Арсению то она ее, Риту, убеждала не ездить, якобы потому, что об их с Максом семье печется, ага! Печется она! И сама же потом все и рассказала своему ненаглядному Илюше, когда узнала, что Рита там была. Да эта святоша сама в любовницах у Арсения, вот и почувствовала в Рите соперницу.

Нет! Надо съездить и поговорить с этой Ольгой. Пусть вон с Иваном этим романы крутит, а ей, Рите, Арсения отдаст. А то она Илье все расскажет и об Арсении, и об Иване.

Не в больницу, конечно, надо ехать, а к ним домой. В больнице слишком много любопытных глаз и ушей. И тут, пока Рита ждала, когда Ольгу выпишут, выяснилось, что и Ольга с Ильей разводятся. А вот это уже совсем нехорошо! Это угроза уже для самой Риты. С Арсением она еще планировала встречаться. Зачем ей рядом разведенная Ольга? Конкурентки Рите ни к чему. Пусть и дальше живет со своим ревнивцем Илюшей. Было б еще, что там ревновать, честное слово! От горшка два вершка, да вес, как у кролика, а туда же.

Рита уже почти две недели устраивала представления дома: ходила в своих самых сексуальных нарядах, ненароком, проходя мимо, притрагивалась к Максу то грудью, то попой, то просто даже рукой по спине проведет. Он, всякий раз, когда она так делала, шарахался от нее, как от заразной. Это ничего, это временно! Она Макса знает, он долго без секса не может. И постоянно говорила, твердила, что любит его и развода ему не даст. Осталось совсем чуть-чуть до заветного вопроса из его уст. Да! Он должен сам узнать, чего же она хочет на самом деле. И что надо сделать, чтобы Рита дала ему, наконец, этот чертов развод.

О! Вот об этом она ему объявит, когда он будет предвкушать секс и, может, даже тискать ее начнет своими ручищами. И вот тут то, Рита и поставит ему условие – покупка для нее того самого салона! Он все еще продается, она узнавала.

А пока надо ехать к Ольге и разыгрывать спектакль под названием “Не хочу развода” там, перед ней.

В подъезд Рита попала, благодаря какой-то тетке, выходившей из подъезда с собакой. Да здравствуют такие люди! Тетка придержала дверь для нее, и Рита вошла. Номер квартиры она знала, а потому поднялась и сразу собралась позвонить в дверь, но услышала за дверью голоса и отошла на лестницу, поднявшись выше. Услышала, как Ольга закрыла за Ильей дверь, дождалась, когда он спустился, даже посмотрела, в окно подъезда, убедившись, что он уехал, и лишь тогда позвонила в дверь.

– Ты? – Ольга явно ее не ждала.

– Нам надо поговорить! Наедине! Пустишь? – ждать приглашения Рита не стала, шагнув в квартиру сама и закрыв за собой дверь.