Глава 28

— Хорошо.

— Хорошо?

Алекс улыбается, я слышу это по тону. А что ещё мне было сказать, если все аргументы разлетаются. От их близости никогда не могла думать. Только желание растекалось по телу, пускало теплоту и одну мысль. Поцеловать. Прижаться. Отдаться.

Даже три мысли, но это мелочи. Сейчас я не могла поддаться им. Не могла же? У меня точно были причины на это, которые не хотят вспоминаться, когда Сэм подставляет меня. Прикасается губами к колену, которое уже совсем не болит.

— Иди ко мне, принцесса.

Секунда, и Сэм утягивает меня вниз. Усаживает на себя, так, чтобы ногами упиралась в пол. Обвивает руками, не оставляя шанса выбраться. И я, если честно, не сильно пытаюсь это сделать.

— А теперь поговорим, да? Потому что ты, кажется, надумала себе лишнего.

— Лишнего? Сэм, ты лапаешь меня, Алекс… Кхм, — слова то, что творил со мной Алекс застревают в горле. — В общем, думаю, я прекрасно всё понимаю.

— Но отталкиваешь? Мы тебе нравимся, это факт. Ты сейчас свободна, мы тоже ни с кем не встречаемся. В чём проблема?

— В том, что я не хочу просто секса.

Выпаливаю, стараясь не встречаться взглядом с Алексом. Тот тоже опускается на пол, укладывая мои ноги к себе на колени. Невесомо ведёт по голени, ласкает подколенную ямку.

Я признаюсь в том, что больше всего меня тревожит. Это нужно сразу выяснить и поставить точку. Только ведь правда в том, что я не смогу просто так от них отказаться. Боюсь, бегу. Но знаю, что даже если это всего на несколько ночей, не смогу справиться с чувствами.

— Значит, хорошо, что мы зовём тебя на свидания, да?

Алекс улыбается, стягивая с моих ног балетки. И у меня даже нет ни одного слова, чтобы его остановить.

— Кажется, ты неправильно нас поняла. Юн, мы не хотим просто переспать и разойтись, — Сэм ловит двумя пальцами мой подбородок, не давая отвернуться. — Мы предлагаем тебе отношения. Свидания, поцелуи. И я не буду врать, я чертовски хочу тебя.

— То есть, вы совсем не знаете меня, и захотели отношений? Звучит, как бред.

— Кажется, мы с Алексом уже доказали, что знаем о тебе многое. А ты не хочешь с нами отношений?

Смотрю в разноцветные глаза Сэма и не могу соврать. Пытаюсь, но в этом нет смысла. Зачем что-то говорить, если мои мурашки говорят всё за меня. Сдают, как мне нравится быть в объятиях мужчины, когда другой выводи узоры на коже.

— Отлично, с этим разобрались. Давай, принцесса, что тебя ещё беспокоит?

— У меня сын, Сэм, и…

— И он от нас не в восторге, да. Но, думаю, мы с ним подружимся, — Алекс подмигивает. Ага, о своих подкупах он уже говорил. — Мы не собираемся лезть в воспитание или ещё что. И прекрасно понимаем, что не можем тебя просто похитить на выходные. Хотя поверь, Юн, очень хотелось бы.

— И мы были все вместе на свидании и, кажется, оно прошло хорошо.

— Это не было свиданием.

— Было!

Мужчины совершенно разные, но синхронно перебивают. Не дают притворяться, что то был просто дружеский ужин. И, видимо, аргумент в виде Марка их вообще не смущал.

— Хорошо, — сдаюсь под довольные улыбки мужчин. — Было. Но я не могу прости привести вас домой и сказать сыну, что у мамы теперь два парня. Я никому не могу сказать. Это не…

Обрываюсь, не желая договаривать.

Ненормально.

Это действительно так. Мы не в фэнтези романе, где в стране два мужа на одну девушку. Не в какой-то общине, где тройнички нормальны. Весь мир живёт парами, и я не могу просто заявить всем, что встречаюсь с двумя мужчинами. Даже такими обаятельными, от которых у меня подгибаются коленки.

Теймур может понять. С трудом, с косыми взглядами на парней и нахмуренными бровями. Примет мое решение, как всегда это делал. Ангелина, наверное, может постараться. У неё самой был любовный треугольник когда-то, из которого оказалось не просто так выбраться. Но треугольник — это не встречаться с двумя.

Мира? Она единственная это примет. Знала о том, что было той ночью. Не каждый момент, но в общих чертах. Не будет задавать глупых вопросов или рассказывать, что мне нужно определяться.

Ну и Ник. Тот конечно лучше всех поймёт. Он — би и, конечно, не устраивает себе отношения на троих, но может легко принять. Без осуждений, но с тонной подколов и заговорческих разговоров.

Четыре человека — это не мир, не город.

Если где-то всплывёт информация, все будут знать. Если узнают журналисты, то скандал разгорится ещё сильнее. Едва справляюсь с тем, что секс-видео слили в интернет, как сама подготавливаю новую тему.

— Это сложно, — заканчиваю в итоге, подбирая правильное слово. — Вы, может, привыкли так делать. Встречаетесь постоянно втроем и всё нормально. Но я не…

— Тише, принцесса, — Сэм целует меня в уголок губ, заставляя замолчать. — Мы со всем разберемся. Давай начнем с простого. Вот сейчас, в моем кабинете, когда мы просто втроем, тебе ведь хорошо? Если не думать об остальном мире, тебя ничего не смущает?

— Смущает.

Бурчу, утыкаясь в плечо Сэма. Меня столько всего смущает. В себе, в них, в нашем прошлом и настоящем. Столько всего происходит, что я теряюсь. И пускай я тысячу раз представляла, как могло бы быть, если бы не сбежала после Новогодней ночи, всё равно не могу принять.

— Что именно? Юн, если ты не хочешь отношений с кем-то из нас, — голос Сэма садится, становится ниже на несколько тонов. — Просто скажи. Всё нормально. Отношения вдвоём тоже нормальный вариант.

— Вдвоем? А разве тогда третьему не будет… обидно?

— Идеальная.

Алекс смеётся и смотрит на меня с теплотой. Одно слово, а я готова растечься лужицей. Их комплементы всегда такие приятные, легкие. И они говорят их без всяких причин. Просто заваливают, словно ничего такого не говорят.

— Юн, обидней будет, если ты собираешься вступить в отношения, не желая этого. Поэтому вопрос открыт: ты хочешь отношений только с кем-то одним?

— Не хочу. То есть хочу, но…

Знаю, что говорю не самые удачные слова, но мне нужно сформировать весь хаос. Кусаю губы и надеюсь, что мужчины дадут время договорить. Они молчат, ожидая продолжения.

Подрываюсь на ноги, обхватывая себя руками. В кабинете тепло, но ощущение, что холодная дрожь идёт по телу. Обнажать душу и говорить откровенно не так легко. Словно щипцами достаю из себя всю правду.

— Я пытаюсь сформировать правильно всё.

— Принцесса, — я замечаю, как у Алекса дёргается кадык и застывает улыбка. Но всё равно старается говорить мягко. — Давай без утаек и прочего. Мы примем любой ответ, но только правдивый.

— Я не знаю, как правильно сказать. Я хочу с вами отношений, да, — признаюсь, словно уже не понятно. — И с кем-то одним тоже хочу.

— С кем? Юн, это открытый и откровенный разговор, — Сэм поднимается, но не спешит подходить. — Просто говори и мы со всем разберемся.

— Ни с кем. То есть неопределенно с кем. С каждым. Это не… Я хочу встречаться с вами двумя не из-за того, что вас двое. Вы оба мне нравитесь. Вот. И если бы я просто встретила кого-то из вас, то, наверное, была бы готова встречаться с одним.

Сэм всё-таки подходит, обнимая со спины. Разворачивает так, чтобы я смотрела на Алекса, и утыкается подбородком в плечо. Сжимает в своих руках, пробираясь ладонями под край майки.

— Принцесса, расслабься. Ты хочешь отношения с каждым из нас. Если мы будем встречаться втроем, то тебя это устроит. Но если бы был кто-то один, не важно кто, ты бы тоже хотела. Потому что каждый из нас нравится. Правильно?

— Да.

Сэм так легко уложил весь мой бред в простые предложение. Понял всё и не стал делать выводы раньше времени. Откидываюсь на его грудь, позволяя прикоснуться поцелуем к шее.

Прикрываю глаза, чувствуя, как тревога и страх понемногу уходят. Говорить сложно, но не так ужасно. Они понимают меня, и это главное.

— Но, насколько я помню, тебя очень возбуждает факт, что нас двое.

— Сэм! Ты слишком много помнишь.

— О, принцесса, даже не подозреваешь как много. Никакого порно не нужно, только вспомню ту ночь и в штанах сразу тесно. Веришь?

Верю. Потому что прекрасно чувствую возбуждение мужчины, когда он сильнее вжимается пахом в мои ягодицы. Специально, давая всё прочувствовать. Чтобы даже сомнений не возникало.

— Блять, Сэм, мы собирались просто поговорить.

— Как можно просто говорить, когда принцесса, я готов поклясться, уже влажная?

Немецкий грубый язык, и не всегда мне нравился, но от мужчин он звучит просто прекрасно. Раскатисто, властно. Не понимай я смысла, всё равно бы свела ноги, чувствуя нарастающее возбуждение.

А я понимаю. И это делает всё ещё хуже. Они одними словами могут возбудить меня и заставить задыхаться. А когда пальцы цепляют пуговицу на моих шортах, всё летит в пропасть.

— Сэм.

— Я просто хочу сравнять счет с Алексом, принцесса.

— О, значит вы ведёте счёт?

— Именно. Помнишь, как я выманил тебя из комнаты?

Конечно помню! Как я пряталась от мужчин и своих чувств, не желая поддаваться соблазну. А Сэм просто соврал, что звонит моя мама. Или Мира? Уже не помню, так давно было, но помню, что он обманул. Сгреб в свои объятия и больше не отпускал.

— И я выиграл спор с Алексом. Что твой первый оргазм будем принадлежать мне.

— Помню. Хватит! — потому что если я не была влажной до этого, то теперь между ног всё точно горело. От одних слов. — К чему это?

— Считай, что у нас соревнование. Кто больше раз заставит тебя кончить. Алекс вчера пробрался в твою квартиру, и теперь моя очередь.

Пальцы мужчины спускаются к белью, накрывая лоно через промокшую ткань трусиков. Не давят, а лишь едва касаются. Но этого достаточно, чтобы из груди вырвался прерывистый вдох.

— Я ведь могу сравнять счет? — он легко прихватывает кожу на шее, пуская разряды тока. — Ммм, Юн, могу?