Глава 51

Диего Солер

В лифте мы с сестрой ехали молча. Сара не спешила начинать разговор, но я прекрасно понимал, что со мной она увязалась не просто так. Девяносто процентов времени сестра передвигалась на такси, хотя умела водить и имела собственный авто. Просто ей нравилось проводить время с пользой, даже если это время — стояние в пробке.

В той же тишине мы дошли до моей машины. Я щелкнул брелком, отключая сигнализацию, и открыл сестре переднюю дверь. Она скупо улыбнулась мне, благодаря. Но так ничего и не сказала — ни пока я занимал свое место, ни пока выезжал с придомовой парковки.

Лишь когда я занял место в потоке на проспекте, Сара решилась задать первый вопрос.

— Ты уверен, что это твой сын?

Что называется, не в бровь, а в глаз. Я лишь усмехнулся в ответ и разблокировал телефон, демонстрируя сестре экран. Уже пару недель на заставке у меня красовалось фото счастливого Алекса, возившегося с роботом.

Сара забрала мобильник с панели и долго рассматривала изображение, хмурясь так, словно выискивала что-то. И, вероятно, не находила, раз возвращала телефон с тихим выдохом:

— Кажется, тест ДНК тут делать нет смысла.

Я обрадовался, что семейное сходство замечали не только мы с Хави.

— Анна не против сделать его, — зачем-то заявил я, но тут же добавил: — Только я не вижу в этом смысла. Алекс — мой сын. Я в этом ни секунды не сомневаюсь.

Краем глаза я отметил, как Сара кивнула.

— Она — молодец. Что не отказалась от ребенка. Растить его одной наверняка было тяжело.

Укол вины непроизвольно задел сердце. Избавиться от этого чувства я еще не успел, но понимал, что посыпать голову пеплом уже поздно. Оставалось только сделать выводы и идти дальше, исправляя свои ошибки.

— Я не спрашивал. Но не думаю, что она бы ответила мне честно на этот вопрос.

Когда Анна рассказывала мне о временах, проведенных с сыном в одиночестве, ни разу в ее словах не скользнуло хотя бы намека на усталость, тяжесть или пережитые сложности. Зато всегда на губах была улыбка — счастливая улыбка. Вряд ли моя жена отказалась бы от нее, даже задай я вопрос Сары ей глядя в глаза.

Мы молча проехали еще два светофора, пока неожиданно сестра не повернулась ко мне.

— Ты так защищал ее, словно… ты ее вспомнил?

Я бросил быстрый взгляд на соседнее кресло. Каждый раз, когда кто-то спрашивал у меня, вспомнил я что-то или нет, я натыкался на надежду в чужом взгляде и начинал себя ненавидеть за то, что не мог эту надежду оправдать. Первое время мне хотелось повесить на лоб табличку «Нет, я ничего не вспомнил!» и ходить с ней, чтобы никто не лез с раздражающими уточнениями.

К счастью, со временем стало легче.

Пока не появилась Анна.

Но сейчас в глазах сестры я не заметил чего-то такого, что могло бы вновь вывести меня из себя. Лишь праздный интерес, не более.

Поэтому и ответил честно.

— Нет. Но мне кажется, что я ее и не забывал.

Это трудно было объяснить, и, если бы Сара попросила описать, я вряд ли смог бы это сделать. Все на уровне ощущений, когда рассуждать о чем-то просто глупо. Я это чувствовал, в себе, в своем сердце. И даже разум мирился с происходящим, признавая как факт: чувства к Анне — то, что было во мне всегда. Даже когда я ее не знал.

Но Сара ничего не просила. Она устремляла свой взгляд вперед и поправляла телефон, чтобы ровно лежал на ее обтянутых юбкой коленях. Экран вспыхнул от входящего уведомления, позволяя мне увидеть две улыбающиеся мордочки.

Вероятно, мы с сестрой похожи больше, чем я думал.

— Это хорошо, — вырвала меня из мыслей Сара. — Ты искренне был в нее влюблен, это понимал любой, кто тебя хоть немного знал. Ни на кого больше ты так не смотрел.

Забавно, что то же самое сравнение я услышал от Елены, когда мы с ней расставались. Знать бы еще, что именно все находили в моем взгляде, но посмотреть на себя со стороны я никак не мог.

— И она тебя любила, — не обращая внимание на мою задумчивость, продолжила сестра. — Пожалуй, даже не представляла своей жизни без тебя. Как только ты отходил от нее поговорить по телефону, она сразу же становилась такой потерянной, что хотелось подойти и обнять ее, чтобы не чувствовала себя одинокой.

Мне было сложно представить Анну столь беспомощной, ведь женщина, которую я знал теперь, определенно могла за себя постоять. Но Саре не было никакого смысла меня обманывать.

— Ты никогда не говорила об этом, — прозвучало почти укором.

— Ты никогда не спрашивал, — ровно парировала сестра, пожимая плечами. А спустя небольшую паузу продолжила: — Анна — хорошая девушка. И если ты правда считаешь, что вам не стоит разводиться, не делайте этого. Ребенку всегда лучше в полной семье.

Я понимал, о чем говорила Сара: когда умер отец, ей было всего двенадцать, Марии — и того меньше. Они обе росли без отцовской заботы, которой нам с Хави перепало значительно больше. И до сих пор для обеих эта тема отзывалась болью. Но если Сара могла делиться ею с близкими, то младшая Солер компенсировала отсутствие отца поиском очередного папика, готового ради нее на все.

— Благополучие Алекса — не единственная причина, — признался я сестре. — Я, кажется, влюблен в свою жену.

Сара тихонько рассмеялась.

— Знаешь, если сам Диего Солер дважды влюбляется в одну и ту же женщину — значит, это точно судьба.

Я аккуратно припарковался рядом со студией сестры. Если Анна действительно моя судьба, отпускать ее было бы невероятной глупостью. А я этим не страдал.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я Сару, когда она уже собиралась уходить. — Что поддержала.

Все радушие мигом схлынуло с лица сеньоры Перез.

— Я понимаю, почему ты сегодня сорвался, — выдохнула она, устремляя взгляд куда-то в сторону. — Мама… порой она перегибала палку в своем стремлении заботиться о тебе, и ее нужно было поставить на место, особенно после того, что она сделала с вашей семье. Но, пожалуйста, пообещай мне одну вещь.

Я вопросительно приподнял бровь, требуя пояснений.

— Я верю, что однажды она поймет свою ошибку, — Сара внимательно посмотрела на меня, давая понять, что говорит искренне. — И когда она это сделает — не руби с плеча. Дай ей возможность все исправить. Ведь ты все еще ее сын, а Алекс — ее внук. Не лишай вас всех друг друга.

Пообещать такое было сложно. В свете произошедшего, когда эмоции были еще сильны, единственное, чего мне хотелось, это отмотать время далеко назад и сделать так, чтобы моя мать никогда не встречалась с Анной. Я был уверен, что без матери нам было бы легче, но понимал — это говорила моя злость.

Однажды она пройдет. Или утихнет. И тогда действительно не стоит пороть горячку.

— Хорошо. Я дам ей еще один шанс, если она действительно этого захочет.

Сара вновь расплылась в улыбке и на миг сжала мои пальцы своими, прежде чем выбраться из машины.

— Я жду знакомства с твоим сыном, — бросила она мне в открытое окно. — Уверена, мальчишки быстро найдут с ним общий язык.

— Даже не сомневаюсь.

Сара захлопнула дверь, и я остался один в машине, глядя, как ее стройная фигура растворяется среди прохожих у входа в студию. Ее слова все еще звучали у меня в голове:

«Ты дважды влюбляешься в одну и ту же женщину — значит, это судьба».

Я ухмыльнулся. Если бы кто-то сказал мне это полгода назад, я бы рассмеялся ему в лицо. Судьба? Любовь с первого взгляда? Чушь. Я верил в логику, в расчет, в холодный разум.

Но теперь…

Теперь я верил в Анну.

Запустив двигатель, я выехал на проспект, но вместо того, чтобы ехать в офис, неожиданно для себя свернул в сторону отеля.

Мне нужно было увидеть ее.

Немедленно.

Но добраться до жены и сына удалось только вечером. На половине пути к ним мне позвонила помощница и напомнила о встрече, на которую я уже откровенно опаздывал. Впервые я забыл о чем-то столь важном, но даже не устыдился этого. Семья мне стала важнее всего.

Встреча затянулась, поэтому пообедать со своими я не успел. После как на зло нашлось еще не меньше десятка дел, которые не могли решить без моего участия, и я закружился настолько, что не нашел и минуты на то, чтобы позвонить Анне.

В итоге, когда выходил из офиса, решил, что звонить смысла нет. В это время Ана и Алекс обычно уже были в своем номере: или только возвращались с прогулки, или собирались на ужин. Я очень хотел успеть перехватить их перед походом в ресторан, поэтому выстроил самый короткий маршрут и успел долететь до пункта назначения за невероятные двадцать минут.

Но, когда я поднялся на нужный этаж и постучал в дверь, открыла мне Лера.

— О, блудный зять! — она криво усмехнулась мне, и я уже приготовился к очередному противостоянию, но девушка легко пропустила меня внутрь. — Проходи, раз пришел.

— Папа!

Алекс подорвался с дивана в тот же момент, как я переступил порог. Словно ракета, мой сын бросился навстречу, и мне оставалось только подхватить его на лету, поднимая в воздух.

— Привет, мой герой, — я улыбнулся, разглядывая его майку с изображением человека-паука. — Чем занимаешься? Спасаешь мир?

— Ужинаю, — признался мой сын.

Я наконец рассмотрел обстановку. Гостиная часть номера Анны и ее сестры сейчас представляла собой склад игрушек. Они лежали на полу, на диване, на столе в окружении тарелок, из которых мой сын, очевидно, и «ужинал». Телевизор включен на канале с мультиками. Кое-где лежала одежда, которую Алекс или снял с себя, или только собирался одеть.

И никакого присутствия его матери.

— А где Анна? — уточнил я, обернувшись к Лере.

Та смотрела на меня с усмешкой, сложив руки на груди.

— Ужинает, — явно испытывая мое терпение, ответила она. Но, к счастью, продолжила почти сразу: — У нее какая-то деловая встреча внизу. Должна уже скоро освободиться, можешь подождать с нами.

Я ждал весь день, чтобы увидеть Ану, летел сюда, как оголтелый, а теперь мне снова предлагали ее ждать? Наверное, в любой другой ситуации я бы согласился. Но не тогда, когда дело касалось женщины, ради которой я менял всю свою жизнь.

— Раз должна освободиться, может, я смог бы ее поторопить? — не обращаясь ни к кому конкретному, спросил я и перевел взгляд на сына. — Отпустишь меня сходить за мамой?

— А мы потом поиграем с Марио? — уточнил Александр с такой надеждой в голосе, что я не смог ему отказать. Да и не собирался.

— Конечно, — пообещал я сыну и опустил его на пол. — Если съешь все, что тебе заказала тетя Лера.

— Хорошо! — Алекс бросился в обратную сторону с не меньшей поспешностью.

— Ну, может, хоть так сработает, — выдохнула Лера, и я вдруг понял, что она устала. — А то этот маленький сорванец совершенно отказывался есть.

— Я могу остаться, — не желая обременять ее, предложил я, но девушка отмахнулась и посмотрела на часы.

— Иди уже. Анька и правда что-то задерживается. Поторопи ее там.

И я пошел. Сначала — в лифт, потом — в ресторан, в котором узнал, что давно уже стал отцом. Оставалось только найти среди посетителей свою жену, и это сделать оказалось совсем не сложно, даже несмотря на полную посадку в зале.

Мой взгляд словно магнитом тянуло к ней, к женщине за дальним столиком слева, что сейчас так искренне смеялась.

Но к чему я не был готов вовсе, так это к тому, что Анна будет не одна.

Точнее, не так: я понимал, что «деловая встреча» подразумевала под собой компанию, но никак не ожидал, что эта компания будет сидеть рядом с моей женой буквально бок о бок.

Мужчина показался смутно знакомым, и мне потребовалось время, чтобы вспомнить, где я его видел. Тоже в ресторане, но другом — том, где я встретил Анну впервые. Именно он подхватил мою женщину на руки, когда та потеряла сознание. Именно он бережно держал ее за руку, когда я совершал самую большую глупость в своей жизни — просил у Аны развод. И он же выставлял меня вон, принимая визитку и сообщая, что лучше все вопросы решать через адвоката.

Сейчас его рука лежала на ее плече слишком естественно, как будто имела на это право. Губы почти касались ее уха, а в уголках глаз собирались смешливые морщинки — он явно говорил что-то интимное. И самое страшное? Как глаза Анны расширились, как она прикусила губу, едва сдерживая улыбку.

В ушах застучал пульс, а во рту появился привкус железа — я слишком сильно сжал зубы. Ладони сами собой сжались в кулаки, ногти впились в кожу. Я не дрался… пожалуй, никогда в своей новой жизни, но именно тот момент мне показался максимально удачным, чтобы это исправить.