Глава 21

ГЛАВА 21

Постбрачное утро началось с сюрпризов. Я только глаза открыла, как сразу неладное почуяла. Хранителя не было в Золотом чертоге. Он и раньше мне на глаза никогда не показывался, я не была уверена, что у него есть материальная форма. Но я всегда чувствовала, что хранитель находится на своем почти что боевом посту.

Но сейчас его не было.

– О чем тревожишься, Любовь моя? – Норгат с улыбкой помог мне застегнуть на груди форменный жакет адептки академии Пламени.

Уж не знаю, как раздобыл, но этой одежды на территории моего леса раньше точно не было.

– Не чувствую хранителя. Исчез.

– Значит, что-то натворил, – со знанием дела уверенно произнес Норгат.

– Да когда успел-то… – пробормотала я.

И даже не усомнилась в Норгате. Муж тоже это заметил и благодарно крепко поцеловал в губы.

– Когда успел? Ночь была длинная.

Длинная, но все равно пролетела в один миг. Очень короткий миг, который не мешало бы повторить для освежения воспоминаний, но долг хозяйки Золотого чертога требовал, чтобы я выяснила, что такое у нас случилось.

Поэтому я решительно покинула спальню, прошла через несколько залов, через которые меня вчера нес Норгат, и очутилась в тронном, где у стаи золотой белки обнаружила Айдару.

– Что ты здесь делаешь? Как попала в замок?

– Хранитель мне кое-что предложил. Не знаю, как вы это воспримите. Но я согласилась!

Девушка с вызовом вскинула голову, и я вздрогнула при виде отметке на ее шее. Все-таки надо бы посоветовать ей избавиться от шрама.

– И что же тебе предложил коварный и вероломный? – буркнула я.

– Он хочет сделать ее своей жрицей, – объявил с потолка Хвостик и ловко спрыгнул на бортик фонтана. – Сплю я, значит, у этого во всех отношениях замечательного монумента, и вдруг хранитель впускает сюда эту страдалицу и давай ее соблазнять перспективами. Знаешь, Люба, иной мужик так деву не совращает, как этот…

– Ближе к делу. Она согласилась?

– А ты думаешь, что я не подхожу? – с вызовом спросила Айдара.

– Да хоть сейчас жреческое одеяние тебе выдам, только это же навсегда. Ты будешь привязана к лесу. И в княжестве Инферно станешь появляться только по великим магическим праздникам. А Азаарту нормальная жена нужна! А не жрица из святилища! – не выдержав, рыкнула я.

– Ты думаешь, я нужна Азаарту? Ты что-то почувствовала? Да? Да не томи же! – девушка требовательно уставилась на меня.

– Сама спросишь, как такая возможность появится. А станешь жрицей – уже будет без разницы. Если этот лес свяжет свою судьбу с твоей, пути назад уже не будет.

– Я просто хочу стать нужной и полезной.

– Чудесно. Уверена, у леди Агрх всегда найдется для тебя задание. Идем, узнаем, чем ты можешь быть полезна оборотням. Норгат, ты найдешь меня чуть позже?

– Иди, Люба. Мне нужно кое о чем расспросить твоего златохвостого шпиона.

– Говори, Норгат. Мое чутье всегда в твоем распоряжении! – важно объявил бельчонок.

Да, свежие новости из академии нам бы не помешали. Тем более сейчас, когда нам с Норгатом нужно было отправляться в столицу.

***

Азаарт

Академия Пламени была готова взорваться. Весть о бегстве лорда Кхаала от императорских стражей и последующих арестах магистров Эгарта и Арда, глав факультетов защитников и разрушителей, заставила всех адептов негодовать от возмущения. Звучали призывы немедленно отправляться в столицу и требовать встречи с императором. Хорошо, что магистр Лорини сумел остудить горячие головы, а особо инициативным выдал дополнительные задания.

Азаарт был уверен, что император арестовал бы и Лорини, если бы мог заставить его покинуть академию, но вытащить хранителя с его территории не мог даже закон. Магистр Лорини получил гарантии безопасности в обмен на свободу.

– Да ладно, не кисни. Ничего император отцу и Эгарту не сделает, – уверенно объявил Эдмард. – Не смог поймать Кхаала, вот и бесится.

– Я думаю о Любе. О том, что она могла стать хранительницей Золотого леса. Уверен, древняя магия ей это предлагала.

– Да что там магия. Ей и Кхаал это предлагал. Что? Не знал? На полном серьезе предлагал ей вечное убежище в академии.

Азаарт выругался.

– Кхаал же знал, кто она такая!

– Знал. Поэтому и притащил в Альтас. Хотел, чтобы Люба раскачала любовь и нервную систему Норгата. Полюби иномирянку – получи дергающийся глаз в подарок, – заржал Эдмард.

– Нервничаешь? – догадался Азаарт.

– Боюсь за отца. Как бы глупостей не наделал, – нехотя признался феникс. – Ард вспыльчивый. А ты сам понимаешь, что сейчас в столице творится.

Весть об обвинении магов смерти в предательстве расколола империю на два лагеря. Одни полагали, что иномирную заразу давно надо было выжечь, другие считали, что император поспешил, рубанул с плеча, но и те и другие испуганно обсуждали, что же ждет империю, если Нижний мир нанесет удар.

– Не понимаю, как император будет выкручиваться, если откроются новые порталы?

– Да плевать на Ардмрака! – воскликнул Эдмард. – Ты о себе лучше думай.

– А я-то что? Я всегда готов, – усмехнулся Азаарт.

– Не готов. И ты это знаешь. У тебя было мало времени для подготовки к отбору. Что ты будешь делать, когда на твоей руке зажжется метка вызова?

Вместо ответа демон закатал рукав и показал другу горящий алым символ призыва. И такие же зажглись на руках всех огненных демонов княжества Инферно. Сила рода призывала всех мужчин клана, чтобы выбрать преемника.

– Азаарт, ты идиот! Ты должен был сказать Норгату! Тебя же не сейчас разукрасило!

– У Норгата и Любы своих забот полон рот. Я уже договорился с портальщиком о переносе домой. Тебе вот говорю.

– Да уж спасибо, что сказал. А не свалил в гордом одиночестве. Ты хоть вид испытаний знаешь?

– Да как обычно. Защита, атака, маскировка…

– И все в огненных условиях, – задумчиво произнес Эдмард. – Идем! В отсутствие отца я храню клановую сокровищницу. Посмотрим, что там у нас осталось приличного для защиты.

– Ты хочешь передать мне артефакты фениксов? – благоговейно произнес Азаарт.

– На твоем месте я бы на них сильно не полагался. Сам знаешь, фениксов они не спасли. В любом случае лишними они не будут.

– Спасибо. Не ожидал, – с чувством выдохнул Азаарт.

– Если бы Норгат знал, то и от себя что-нибудь добавил. И Люба тоже. Зря ты им не сказал.

– Рассчитываю, что все закончится, пока они будут в столице. И не смотри на меня так. Я просто приму участие в отборе, я не собираюсь ни побеждать, ни подыхать на испытаниях.

– Только попробуй сдохнуть. У Любы связи в Нижнем мире. Найдет и прибьет еще раз.

Азаарт вздрогнул и только потом понял, что это у Эдмарда юмор такой странный.

– Вообще не смешно, – буркнул демон.

– Ага. Когда новобрачные до тебя доберутся, тебе точно будет не до смеха, – предельно мрачно спрогнозировал Эдмард.

***

Норгат

Внезапность и своевременность сильнее любого артефакта. Ты можешь привести за собой армию к воротам замка и уткнуться в непробиваемую защиту, если осаждаемые успеют подготовиться.

К прибытию Норгата и Любы во дворце императора никто не подготовился. Хранитель перенес их в гостевую портальную и довел до истерики портальщика, который успел сообщить о незаконном проникновении и активировать сигнализацию. Когда Норгат вел жену под руку по галерее, ее стены зловеще мерцали алым, на пути Норгата вспыхивали парализующие руны, активировали ловушки. После чего гасли, уловив кровь рода Ардмрак.

Да, тут император дал маху, когда завязал защиту не на ауру, а на кровь. Расчет был по сути верный: кровь сложнее подделать, но именно это позволило Норгату спокойно передвигаться по дворцу и пугать всех своей “воскресшей” физиономией. Точнее, на него смотрели как на нежить. Портальщик так вообще выставил оберег, отпугивающий призраков.

– Приятно, когда дом встречает иллюминацией, – фыркнула Люба.

Она сначала четко выполняла приказ и шла за ним след в след, но потом стало ясно, что охранные и атакующие руны замка отскакивают от нее, не причиняя вреда. Закралось даже подозрение, что к установке защиты на замок приложил руку Дамир Золотой, а после его смерти отец просто не стал ничего менять. Император Ардмрак был по натуре редкостным ретроградом, не желающим подстраиваться под перемены.

Он даже Норгата признал сыном и наследником, только когда убедился, что он оказался достаточно живучим для этой великой чести. И сейчас Норгат ликовал. Чувство было для него странным и неожиданным, сам дракон считал, что им движет исключительно логичность и целесообразность. Но сейчас, видя, как шарахаются от него подданные, как вспыхивает и рассыпается бестолковая защита дворца, он испытывал пакостное удовлетворение.

Или стоп…

Норгат с укором посмотрел на Любу.

– Любовь моя, не могла бы ты радоваться не так активно?

– Ничего не могу с собой поделать, – жена скромно потупила взор и невинно улыбнулась.

Сработало бы, если бы при этом ее глаза не горели как два золотых прожектора. Они вспыхнули, едва Люба случайно зацепила первую охранную руну, а Норгат не стал сообщать жене о переменах. Она и так была на взводе. Пусть лучше радуется тому, как все легко и просто складывается, чем начнет нервничать и призывать золотой огонь. Интуиция подсказывала, что против него защита императорского замка окажется бессильна. И вовсе не потому, что у Любы огонь уникальный, просто для настройки любой защиты нужен образец. А магия Дамира Золотого была утрачена, и до появления Любы была рассредоточена по всему Альтасу в виде немногочисленных насекомых, мелких зверей и птиц.

Норгат направлялся к тронному залу, чтобы заявить о своем возвращении так громко, чтобы сегодня же о нем гудела вся столица, но из бокового коридора выступил секретарь отца и произнес:

– Ваше Высочество, император ожидает вас в своем кабинете.

– Я не один.

– Ваша спутница также может проследовать в кабинет.

– Она не моя спутница, а жена.

От секретаря отделилась огненная печать, и из нее раздался мужской голос:

– В мой кабинет! Живо! Оба!

Принц предполагал, что отец не захочет публичного скандала и перехватит их с Любой по пути к тронному залу, где бы пришлось все выяснять еще и в присутствии императрицы Кириллии. А она всегда была несдержанна на язык.

И Норгат красноречиво посмотрел на жену:

– Раз отец вызывает, думаю, мы к нему присоединимся.

***

Люба

Самообладанию Норгата можно было только позавидовать. Он бы еще спросил, не против ли я отправиться в кабинет его отца. По крайней мере, именно этот невысказанный вопрос и угадывался, поэтому из печати вызова прорычали еще раз:

– Я повторять не буду!

А император – мужчина “логичный”, прямо-таки король логики. Мне так и хотелось бросить что-то эдакое едкое, но поэтому я очень эмоционально думала.

– Спокойнее, дорогая. Самое интересное только начинается.

Мы прибыли во дворец, разворошили огненное гнездо и теперь наблюдали, как все жужжат и суетятся. На случай непредвиденной ситуации нас обоих ждала эвакуация. Теперь, когда Норгат был связан с Золотым лесом, я была за него совершенно спокойна.

А еще я злилась.

Меня безумно злило, что отец не обеспечил маму той же защитой. Если бы Золотой дракон провел для нее тот же ритуал, что я для Норгата, маму никогда бы не арестовали, ей не пришлось бы отбиваться от бредовых обвинений. Она просто стала бы наследницей Золотого огня…

И никогда бы не отправилась за отцом на Землю.

Дариния Золотая осталась бы в Альтасе и сражалась бы против нежити Нижнего мира. А меня бы вообще могло бы и не быть, ведь мама забеременела мной уже на Земле.

Причудливая штука жизнь. Удивительно порой, как одно крошечное решение способно полностью изменить чью-то судьбу. И я надеялась, что согласие Норгата на встречу с отцом не было ошибкой.

Да, я не верила императору и опасалась нападения, поэтому порог роскошного кабинета переступила, окутанная золотым огнем. Он эффектно облегал меня от груди до ступней и мог бы сойти за экзотическое платье-футляр, но император все понял с первого взгляда и бросил:

– Норгат, успокой Шумскую, если бы я хотел напасть, то атаковал бы вас обоих еще в портальной.

– Добрый день, Ваше Величество, обычная предосторожность, учитывая, что я на днях просто чудом избежала огненного проклятия.

Император Ардмрак лукавил. Если бы он не думал об атаке или защите, не стал бы встречать нас, стоя в руническом контуре, усиливающем его магию. Едва заметные символы были мастерски вплетены в ковер и казались всего лишь частью рисунка. Мужчина стоял перед письменным столом, и казалось, что ему просто не терпится увидеть сына, но я знала, что именно сейчас черный дракон решал, как повести разговор. И с удовольствием ему помогла, заявив о нападении.

– Проклятие было направлено на вас?

Император обратился ко мне напрямую, так что я расценила это как маленькую победу.

– Оно было направлено на невесту Норгата. На тот момент ею являлась Айдара, – спокойно сообщила я.

Императору хватило несколько секунд, чтобы справиться с удивлением.

– Девчонка жива?

– Сейчас ее жизни ничего не угрожает. Нам с Норгатом удалось снять проклятие.

– Хочешь сказать, что ты предал семью и женился на этой, чтобы спасти Айдару?

– Нет, я женился на Шумской ради уникальной магии и доступа в Золотой чертог, – не моргнув глазом, проговорил Норгат.

– Огненная империя только выиграет от этого союза. Ведь мы же союзники, лорд Ардмрак? – невинно поинтересовалась я.

И тут император сорвался:

– Думаешь, раз смогла прорвать мой барьер и попасть в Золотой лес, то что-то из себя представляешь? Думаешь, что сможешь себя защитить? Уверена, что выживешь в Альтасе?

Рядом эмоционально вспыхнул Норгат, но я взяла его за руку, давая понять, что не стоит вмешиваться. Я старательно создавала образ недалекой иномирянки, а императору Ардмраку было удобно в него верить. Значит, настало время сбросить маски.

– Я представляю всю значимость золотого пламени для Альтаса. И знаю, что после смерти моего отца золотой огонь был практически утрачен. А все потому, что золотой дракон расплескал свою магию, чтобы изменить магов, собравшихся на Золотой арене. Так вот, о чем это я. Я не мой отец. Мне нравится этот мир, но умирать за него я не собираюсь. Никаких ритуалов самопожертвования или гибели во цвете лет ради всеобщего блага. Вам не сделать из меня ни святую, ни мученицу, ни затворницу из Золотого леса. Потому что прятаться я точно не буду, и если мне придется драться – я буду драться.

– И готова погибнуть? Девочка, ты готова умереть?

– Не готова. Но такой вариант не исключается. Но поверьте, в миг своей гибели я смогу рассеять свою магию, она найдет воплощение в самых противных грызунов и насекомых, которые будет преследовать вас и вашу семью, где бы вы ни очутились, и сообщать всем и каждому, что именно вы виновны в моей смерти.

На мгновение в кабинете стало тихо. Норгат первый пришел в себя и прокашлялся.

– Золотко, было бы достаточно, если бы ты напомнила моему отцу, что нас теперь двое и у тебя есть защитник.

– Дорогой, я та принцесса, которая привыкла спасать себя сама. Но мне нравится, когда обо мне заботятся.

– Нижний мир. Что ты о нем думаешь? – отрывисто бросил император.

– Я считаю, что вам всем поздно пить боржоми. Нет, не так… Поздно строить баррикаду у двери, когда тысячи окон нараспашку.

– И что ты предлагаешь? Подчиниться нежити? Норгат, смотри, твоя золотая женушка действует по указке мертвого папы.

О как…

Значит, император в курсе, кто возглавляет темных магов Нижнего мира.

– Ирония в том, что Любовь ни разу не общалась с отцом после его перерождения, – спокойно произнес Норгат. – Но всегда была готова меня защитить, когда он на меня нападал.

– Я несколько раз предлагал тебе свою защиту! Ты отказывался! – рявкнул император.

– Для этого мне нужно было передать тебе полный контроль над моей магией. Я не мог стать твоей марионеткой.

– Поэтому ты просто разрушил все, к чему я шел. Ты лишил род Ардмрак наследника! Ты ослабил империю! И думаешь, что выиграл? Да ты сам проиграл, как маг, отказавшись от огня, который был тебе дарован при рождении!

Вместо ответа на несправедливые обвинения Норгат просто зажег два фаера: золотой и оранжевый. Дракон играючи подбросил их на ладонях и, сжав пальцы, втянул огонь под кожу.

– Никаких жертв. Никаких утрат. Золотой огонь неконфликтный и способен находить компромиссы.

Именно поэтому Норгату отзывался и третий огонь: зеленый. Его муж по понятным причинам демонстрировать не стал, но игнорировать эту сторону дара не собирался. Он и Кхаал уже набросали план тренировок, к которым в будущем планировалось подключить и Самину.

Но император этого не знал и смотрел на нас, как на убогих просителей, которые отважились вылезти из дремучего леса.

– Итак, вы явились просить, чтобы я позволил вам и вашим владениям остаться частью империи?

Н-да, а корона императору Ардмраку совсем не жмет. Он был так уверен в своем превосходстве, что даже древний лес был для него всего лишь жалкой вотчиной. Император точно забыл, чем являлся Золотой лес раньше. Или сделал вид, что забыл. Недаром же он так старательно предавал его забвению. Новое поколение уже не помнило о храме, не воспринимало лес как святилище. И это когда те же демоны и драконы – долгожители. Все равно у них появилось целое поколение, которому осознанно не рассказывали о силе золотого пламени и его особенностях.

А еще у кого-то была двойка по географии.

– Смею вам напомнить, что Золотой лес находится между Огненной империей и княжеством Инферно, – мило улыбнулась я. – Это независимая территория, охраняемая древней магией. Так что у меня возможны варианты. Но да, я готова выслушать ваше предложение. А потом узнаю, что мне предложит князь Инферно, и выберу более выгодное.

Лицо императора исказила непередаваемая гримаса. На мгновение воздух перед ним так уплотнился, что мне показалось, что дракон задействует магию, чтобы вышвырнуть меня из кабинета. Но Норгат ненавязчиво сделал крошечный шаг навстречу отцу, и магическое давление тут же ослабло, а венценосный дракон резко бросил:

– Выгодное для вас?

– Для моего леса. Кстати, не могли бы вы снять барьер? Сами понимаете, мне он не мешает. Но может смутить тех, кто захочет зайти ко мне в гости.

– Например, он очень смущает одного родственника из Нижнего мира.

Сейчас я в полной мере оценила, у кого Норгат научился говорить гадости и ранить словом. Удар императора достиг цели, но я заранее предполагала, что во дворце могут знать о моем отце. И даже подготовила ответ.

– У меня нет родных среди нежити. Мой отец умер на Земле. Я видела его тело в гробу, – хотела, чтобы мой голос звучал бесстрастно, но каждое слово все равно обдирало горло.

Я так и не поняла, как мне относиться к новой версии моего отца. Был ли он моим настоящим папой, или же это Нижний мир подкинул мне своеобразную подделку. Возможно, если бы мы встретились с мамой, она бы мне все объяснила. Если бы она меня обняла, я смогла бы принять то, что для обычной девушки с планета Земля, было за гранью. А так одна часть меня осознавала, что каким-то образом папа стал нежитью, а другая не желала в поверить. Да мне в говорящую белку было легче поверить! Я столько раз сжимала Хвостика в объятиях, что он стал мне другом. А тот мужчина в черных одеждах, повелевающий магией смерти, был мне совершенно чужой.

По губам императора проскользнула понимающая улыбка. Опытный маг и политик ощутил мою неуверенность.

– Сложно нести на плечах груз ответственности за Золотой лес. У тебя нет ни опыта, ни знаний…

– Зато они есть у меня. Люба больше не одна. Нас теперь двое таких уникальных, – невозмутимо произнес Норгат.

Но я-то чувствовала, что за спокойной вежливостью скрывалась едкая язвительность. Норгат был рад насолить отцу. Чистой воды ребячество, но я его прекрасно понимала. У него было право на этот выпендреж, и он им воспользовался. И это, когда никто еще и не знал…

А ведь действительно.

– Норгат сменил род, но на лбу у него это не написано.

Император удивленно моргнул.

– Никто не узнает, что Норгат сменил фамилию и прописку, если вы об этом не объявите. Нет, не нужно делать поспешные выводы. Норгат не претендует на ваш трон. Но если вы сохраните таинственное молчание, то у вас будет время… Всегда спокойнее, когда есть кому передать трон. Так ведь? Всякие прихлебатели ведут себя разумнее и не пытаются ударить в спину, чтобы побыстрее поделить наследство.

– Дорогая, ты забыла уточнить, согласен ли я продолжить считаться принцем Огненной империи. У меня хватает обязанностей в лесу. Только сегодня мы заказали саженцы и луковицы…

– Хватит! Ты будешь делать то, что… – император судорожно сглотнул, поймав мой взгляд, – что будет выгодно для всех. Вам нужен союз с Огненной империей!

– Союз нужен, чтобы противостоять нежити из Искрящейся долины, – подсказала я. – С тех пор как волков пепла согнали с этих земель, там стало не просто пепельно, а нежитьно.

– Магия пепла уничтожила долину, – упрямо произнес император. – Если бы оборотни Арада не практиковали магию, расширяя источники иномирной магии, порталы, переносящие нежить, никогда бы не открылись.

– Хотите сказать, что маги пепла должны были отказаться от своей магии ради всеобщего блага?

– Хочу сказать, что ты иномирянка и не понимаешь…

– Я хозяйка Золотого леса, давшего приют волкам пепла. И меня очень волнует анклав нежити под боком. Он должен быть зачищен, а волки должны получить возможность вернуться в свои дома, хотя бы чтобы забрать то, что им нужно. Если они не захотят там жить – это их право, но я хочу, чтобы род лорда Арада более не подвергался гонениям…

– Мне нужен ребенок, – внезапно бросил Ардмрак.

– Эм. Да, я в курсе, – непонимающе произнесла я, видя, что император смотри на Норгата.

И этот взгляд мне очень не нравился.

– Я больше не Ардмрак, – спокойно заметил Норгат.

И тут-то до меня дошло. Император хотел не просто ребенка, а нашего с Норгатом ребенка!

– Эм… Думаете, что я отдам вам своего ребенка после всего, что узнала о вашей милой семье? Позволю ему лишиться защиты Золотого леса, чтобы стать Ардмраком? Да это как метка мишени на лбу!

– А ты уж договорись, чтобы другой дедушка не лез к внуку, – как-то совсем по-простому огрызнулся император.

Я могла бы сказать кое-что в ответ о его жене императрице, которая с радостью переключится с Норгата на его сына, но почувствовала, что тогда разговор скатится в балаган и обсуждения еще нерожденного дитя. Да я вообще в ближайшие годы если и буду размножаться, то исключительно белочками и медведями!

– Мой сын не будет Ардмраком, – спокойно произнес Норгат.

– Но он будет владеть магией чистого огня!

– Возможно. А возможно, и нет. Предлагаю вернуться к этому вопросу, когда появится предмет беседы.

Император же строго посмотрел на меня.

– Не затягивай!

Хп! Да золотую белочку могу вручить хоть прямо сейчас! Вдруг ей удастся загнать в дом кукушку, которая давно выскакивала у этого дракона?

Неожиданный стук в дверь в сочетании с отчетливой волной тревоги обозначил, что находящиеся за ней узнали о нашем с Норгатом появлении и очень переживали за императора.

– Там нервничают и рвутся спасать, – на всякий случай пояснила я.

Во время беседы с императором я решила проявить вежливость и убрала огненное одеяние. Сейчас же мне хотелось укрыть и себя, и Норгата. Дракон, уловивший мою тревогу, взял меня за руку.

– Спокойнее, Норгат, это всего лишь твоя мать, – император вскинул руку, снял с двери блокирующую печать и холодно произнес: – с каких пор ко мне можно стучать, когда я веду важные переговоры?

– Ваше Величество, мне сообщил, что прибыл ваш сын, которого все считают погибшим, – раздался звонкий, немного истеричный женский голос.

Ему вторил второй:

– Мне сказали, что мой сын погиб! Я должна убедиться, что Норгат настоящий!

Мы с Норгатом переглянулись. И дракон, готовый защитить меня от любой опасности, вдруг начал отступать к письменному столу, явно не желая, чтобы его проверяли. Да и терпеть какие-либо прикосновения матери в присутствии посторонних он тоже не хотел. Ему было противно, но он не хотел, чтобы это кто-то заметил. Зато я почувствовала и теперь растерянно топталась рядом, не зная, как уберечь Норгата от истерики его матери. Норгат не хотел ни ее слез, ни раскаяния, он явился во дворец ни ради женщины, которая обменяла его на положение не простой любовницы, а матери наследника.

– Входите, леди, – несколько обреченно произнес император.

Но его мне точно не было жалко, а к старательно протискивающимся в кабинет женщинам я теплых чувств и раньше не испытывала. Поэтому наблюдала с мрачной отстраненностью, как императрица, точно торговка с рынка, отпихивает соперницу, а она ловко наступает Кириллии на подол. Раздавшийся треск материи был слышен всем присутствующим, но тощая супруга императора не обратила на него внимания. В смешно округлившихся глазах драконицы отразилось такое изумление, что я с трудом сдержала ухмылку. Она смотрела так, словно увидела призрак, но испугал ее не Норгат, а я. Императрица Кириллия замерла, рассматривая меня, это и позволило ее конкурентке, яркой, юркой и невысокой, первой просочиться в кабинет. Я же смотрела на проигравшую.

– Да, я жива и здорова. Огненное проклятие меня не затронуло. Но благодарю, что побеспокоились.

– Как?.. Как ты… Как ты смеешь меня в чем-то обвинять!

– Даже не начинала, но если бы в вашем мире существовал детектор лжи, я бы попросила, чтобы вы подтвердили на нем, что не имеете никакого отношения к огненному проклятию, насланному на невесту Норгата. Кстати, атака была успешна и достигла своей цели. Девушка пострадала, но выжила, а маги сняли слепок ее ауры, чтобы сохранить все нюансы проклятия, – я выждала паузу, считала эмоции присутствующих и добавила: – Не понимаю, за что вы так не любите свою племянницу? Она же из вашего рода.

– Айдара мертва! Ей перерезали горло и сбросили в реку! – истерично, но предельно безразлично объявила императрица.

Я же хотела увести внимание явившихся женщин от Норгата. Просто почувствовала, что ему нужно время, чтобы совладать с эмоциями. Так что маневр удался. И да, в какой-то мере расчет Норгата оказался верным: выжившая Айдара пригодилась нам во дворце.

– Вообще-то, на берегу реки обнаружили только следы ее крови, а тело девушки так и не было найдено. Но думаю, Айдару заинтересует, откуда вам известны такие подробности ее ранения. И опять же, жаль что в вашем мире не умеют отличать истину от лжи.

– Умеют, – зло выдохнула мать Норгата. – Демоны моего клана умеют. И с удовольствием помогут установить правду. Конечно, если Его императорское величество сочтет это уместным.

Тут я только обратила внимание на отца Норгата. Дракон стоял, уперевшись обеими руками в стол, а в его глазах вспыхивал драконий огонь, выглядело зловеще, но не пугающе. Наверное, потому что император смотрел не на нас, а просто вел с кем-то мысленный разговор.

– Да по какому праву какие-то демоны будут меня проверять? Меня! Огненную драконицу!

– Довольно! – гаркнул император. – Слушайте все. Через два дня князь Инферно проводит отбор, чтобы выбрать магического приемника. Наша семья приглашена на церемонию. Я уже дал свое согласие от лица всех присутствующих и приказал дворцовому портальщику подготовить арку перехода. Дамы, у вас есть только день на сборы. Прошу провести это время с толком.

– Я тоже приглашена? – еле слышно уточнила мать Норгата и растерянно посмотрела на меня, не понимая, какие дамы были упомянуты.

Демоница едва дышала, в ожидании ответа. И отчаянно хотела попасть на этот отбор. Её желание было таким острым и наполненным горечью, что я сама ощутила гадкий привкус во рту. Дочь князя Инферно безумно желала после стольких лет побывать дома.

Гордая дочь князя Инферно была рождена для иного положения в обществе, она должна была заключить блистательный брак, но вместо этого ее пожелал себе черный дракон. И она согласилась, сознательно ушла в тень и стала называться “Сердцем дракона”. Внезапно я поняла, что даже имени ее не знаю.

Но потом демоница родила сына, которого отослала родителям, и вспомнила о Норгате, когда он был совсем взрослым и подающим надежды как сильный маг. Дочь князя поняла, что для нее почетнее быть матерью принца-бастарда, чем простой наложницей. Когда она убеждала императора пригласить Норгата в столицу, то думала только о себе и своем положении, ее не волновало, как будет жить ребенок во дворце, как его примет местный серпентарий. Она же не могла гарантировать его безопасность! Норгата травили, опаивали, говорили колкости в спину и постоянно ждали малейшей ошибки, чтобы ударить по больному…

Так что нет, эту женщину мне не было жалко. И союзницей я ее не считала.

– Отец хочет вас видеть, леди Эрана. Не будем разочаровывать князя. Кириллия, надеюсь, ты сможешь выглядеть достойно. Важно, чтобы мы явили всему Альтасу единство рода.

Император бросил предупреждающий взгляд на Норгата. Наверное, чтобы тот не объявил себя Шумским. Пока император не объявит, что его сын больше не Ардмрак, никто об этом не узнает. А император явно не был заинтересован в том, чтобы остаться единственным представителем рода.

Кириллия, как и моя мама, не смогла слить свою магию с огнем черного дракона. То ли у нее не получилось, то ли она испугалась, что у нее ничего не выйдет из-за того, что между супругами так и не возникла та самая особая духовно-магическая связь. Не зря же император назвал другую своим сердцем. Но сейчас, когда я смотрела на леди Эрану, мне казалось, что это “сердце” какое-то слабенькое, уже без огонька. То ли император устал от любовницы, то ли разучился любить.

Его совершенно не смущало, что он собирался взять с собой в поездку и жену, и любовницу. На этом фоне даже мое приглашение выглядело уже не так уж и странно.

– Императрица всегда и везде выглядит достойно. На то она и императрица, – и Кириллия совсем некрасиво усмехнулась сопернице в лицо, прежде чем удалиться.

Чувствовалось, что ее не смущала возможная проверка. Значит, драконица подстраховалась, и связать ее с нападением на Айдару будет непросто. А вот с огненным проклятием следовало разобраться во что бы то ни стало. Проклятийник такого уровня может доставить немало проблем тем, кто мне был дорог. А я всегда защищаю своих!

– Ваше Величество, нападение на Айдару было организовано теми, кто хотел ослабить Норгата. Девушку планировали уничтожить. Причем еще несколько лет назад.

– Норгат, уведи свою супругу отдыхать. Надеюсь, вы оба поняли, что мы отправимся в княжество Инферно из этого дворца?

– Мы пленники? – едко уточнила я.

– Возможные союзники.

А станем ли мы ими, зависит от нашего поведения. Император понимал, что ему не удержать нас с Норгатом во дворце силой. Золотой огонь мог в любой момент перенести нас в лес. Зато о наших с Норгатом планах он не подозревал, как и о том, что пребывание во дворце в них прекрасно вписывалось.