Запись двадцать седьмая. О чёрном кафеле ванной…

Я сидела на кухне Фабиуса и уплетала самые вкусные в моей жизни макароны с сыром. Оказывается, я была адски голодная и теперь действительно наслаждалась едой. И… обществом. И воспоминаниями о недавнем.

"Я люблю тебя, заблудившаяся мышка".

Эти слова всплыли в моём сознании, и я почувствовала, как заливаюсь краской. Потом осторожно глянула в сторону Фэба. Он стоял у открытого окна с сигаретой и… наблюдал за мной. От его взгляда меня снова бросило в жар.

– Ты и раньше была красивой, Камелия, но, повзрослев, превратилась в прекрасную женщину.

Комплимент. Настоящий комплимент. От Фабиуса. От вечно грубого, холодного, неприступного Фабиуса. Мир сошёл с ума. А я… я была абсолютно счастлива. А кто бы не был, а?

– Спасибо, – сдавленно ответила я.

– Наелась? Или ещё хочешь? – вопрос был заботливым, а не насмешливым.

Он меня любит… Неужели, правда?

– Наелась. Спасибо, очень вкусно! – не покривив душой, сказала я.

– Вот и отлично.

Он затушил сигарету о пепельницу и выкинул окурок в окно, после чего приблизился ко мне. Мне показалось, что так тигры подкрадываются к своей жертве.

Тигр и мышка… Весьма странный союз.

Остановившись рядом со мной, он присел на корточки и заглянул в мои глаза.

– Осмелюсь предложить моей гостье совместный душ. Со всеми вытекающими, – тут он мне подмигнул, и я буквально обомлела.

– Да! – выпалила я, даже не задумавшись.

Мужчина удовлетворённо рассмеялся и направился, как я догадалась, в ванную. Краснеющая, я последовала за ним.

Это не может происходить на самом деле. Или может?

Я стояла в дверях ванной комнаты и наблюдала за тем, как Фабиус регулирует воду. К слову сказать, ванная было чудесной: чёрный и кремовый кафель, стеклянная душевая и просторная ванна. А я сказала, что воду он регулировал именно в душевой? При мыслях о том, что совсем скоро я окажусь с ним там, я почувствовала, как возбуждение делает мои трусики влажными. Снова.

Когда Фабиус обернулся ко мне, я поняла, что он думал о том же, потому что его потемневшие серые глаза горели тем же огнём, каким было объято моё тело с тех самых пор, как я впервые увидела его.

– Мышка, либо ты снимешь с себя платье сама, либо я разорву его к чертям.

И снова моё тело охватила мелкая дрожь. Дьявол, мне было плевать на платье, но остаток здравого смысла подсказал мне, что мне не в чем будет ехать домой. Поэтому, улыбнувшись ему, я стала расстёгивать мелкие пуговички на спине.

Спустя секунд двадцать, Фабиус рыкнул и, в три шага оказавшись позади меня, быстро помог мне разделаться со всеми застёжками. Платье соскользнуло с меня, обнажив большую часть тела и открыв взору кремовое нижнее бельё и кружевной верх чулок.

– Моя сексуальная мышка… Чулки, каблуки, кружева… Да ты – просто ходячее искушение.

Его мурлыкающий голос проникал прямо в душу, и я тихо выдохнула, напрочь сражённая им.

Умелым движением мужчина расстегнул бюстгальтер и тот присоединился к платью у моих ног. Всё так же стоя позади меня, Фабиус обхватил ругами мои груди. Я вздрогнула и выгнулась, наслаждаясь лаской.

– Скучала по этому? – услышала я его шёпот.

– О да… – выдохнула я.

– А если так?..

И он легонько ущипнул меня за соски. Те тут же затвердели и налились цветом.

– Вот так – хорошо?

Ответом ему был мой сладостный стон. И я тут же услышала его удовлетворённый смешок.

Его руки покинули мои груди и, проскользив вниз, по животу, замерли на бёдрах, чтобы подцепить пальцами края трусиков и стянуть их с меня. Я не чувствовала ни малейшего стыда. Да и с чего? Много лет назад он уже видел меня всю… Сейчас моё тело было более зрелым – едва ли мне стоило комплексовать.

В подтверждение своих мыслей, я услышала всего одно слово:

– Прекрасна…

И всё же он изменился… Невероятно.

– Считаешь? – всё же, отозвалась я.

– Вижу.

С этими словами он развернул меня к себе и поцеловал. Нежнее, чем на лестничной площадке. Откровенно говоря, нежнее, чем когда-либо. Я отвечала не менее нежно, пытаясь передать ему, как же скучала…

– Позволь? – отстранившись, спросил он.

Я уже хотела уточнить, что именно позволить, но тут он присел передо мной на колени и медленно принялся стягивать с меня чулки. В скором времени и они, и туфли лежали в общей куче моей одежды. И тогда я принялась за него…

– Слишком много одежды, профессор Грэй, – с усмешкой сказала я, хитро глядя на этого невероятного мужчину.

– О… – вновь мурлыкнул Фэб, – А мышка-то мне с характером досталась.

Далее на пол полетел его свитер. Но когда его рука легла на ширинку, я остановила его:

– Подожди.

Он вопросительно взглянул на меня, и тогда уже я подошла к нему и села перед ним на колени.

– Я сама.

Мужчина хохотнул и, разумеется, позволил мне побыть "у руля". Я расстегнула ширинку джинсов… зубами. И, к своему удовольствию, обнаружила, что под ними нет нижнего белья.

– Ну это просто приглашение… – заметила я и, не дожидаясь ответа, вобрала в рот его твердеющий орган.

И тут же услышала, как Фабиус с силой втянул в себя воздух. Звук мне понравился, но я мечтала услышать его стон. А потому усердно сосала возбуждённый член, одновременно с тем с трудом осознавая, что всё это происходит на самом деле.

– Ох, да, девочка…

Вот это заставило меня увлажниться между ног ещё сильнее. Чёрт, доводить до исступления мужчину, который во всём опытнее тебя – это невероятно и неописуемо. Поэтому я продолжила свою ласку, положив руки на ягодицы мужчины. От чего он тихо застонал.

Мне определённо нравилось ощущать его твёрдую плоть в своём рту и ласкать её языком, скользя то вдоль всего члена, то круговыми движениями – по влажной головке. На её вершине уже образовывались одна за другой солоноватые капли – пришёл мой черёд застонать.

– В душ, – вдруг скомандовал Фабиус и рывком поднял меня на ноги.

Я надула губки, недовольная тем, что меня прервали. И куда только подевалась та девушка, которая столь нерешительно стояла на пороге этой самой квартиры всего каких-то тридцать-сорок минут назад?

Не дав мне сказать что-либо, Фэб обвил рукой мою талию и жарко прошептал:

– Я хочу взять тебя там, под тёплыми струями, стекающими по твоей нежной коже.

Ну и кому бы пришло в голову тут возразить?

Он вдруг подхватил меня на руки, отчего я вскрикнула, и в следующий миг мы оба уже стояли под струями душа. И это было… волшебно. Я завороженно смотрела, как Фабиус закрывает за нами стеклянную, матовую дверь кабинки.

– Убежать не удастся, мышка.

– Да кому оно надо? – буркнула я.

И он накрыл мои губы поцелуем. Я обхватила руками его стройное тело, наслаждаясь близостью и желая большего. Да, я была ненасытной.

– Если бы ты знала, как часто я думал об этом… О тебе… О нас…

Его слова нашли отклик в моей израненной душе. Разве могла я не откликнуться, когда так сильно и слепо любила?

– Я тоже…

Он взглянул на меня взглядом, которого я не сумела расшифровать. Да и не стала пытаться. Сейчас было достаточно того, что он был со мной и желал меня.

– Я хочу взять тебя, мышка. Повернись ко мне спиной.

Что-то в этой фразе заставило меня задрожать всем телом. Предвкушение смешалось с едва ощутимым страхом. Но таким, от которого не бегут. Понимаете, о чём я?

И я выполнила его просьбу-приказ, уставившись на чёрный кафель стены и ожидая дальнейших действий мужчины. Он не заставил себя долго ждать. Одна его рука легла на мою спину и чуть надавила, заставляя меня наклониться вперёд. Он не сказал ни слова, но мне был ясен его замысел и без слов. Потом я почувствовала, как его ладони раздвинули мои ягодицы. И тогда я поняла, что Фабиус стоит на коленях. Кровь во мне вскипела и я, положив руки на холодный кафель, сжала их в кулаки. И тут его язык коснулся моей задней дырочки. Я охнула, закусив нижнюю губу. А он продолжил ритмично и неспешно вылизывать мой задний проход. Для себя…

От этой мысли я возбудилась ещё сильнее и, погружённая в сладкую негу его смелых ласк, приглушённо застонала. Его язык проделывал невероятные вещи: то скользил по ободку моего тугого колечка, то с силой надавливал на самый центр и погружался внутрь. Я пылала…

– Фэб…

– Скажи, что хочешь почувствовать меня в себе.

И снова эта просьба-приказ.

– Я хочу почувствовать тебя в себе.

Я услышала, как он вновь встаёт с колен и почувствовала, как брызги воды, попадающей на него, отлетают в стороны и попадают на мои кожу и волосы. Ещё всего миг – и я ощутила, как его твёрдый конец касается моего заднего прохода.

– Мм… Да… – сорвалось с моих губ.

– Хочешь?

– Да!

И он стал медленно входить в меня, каждую секунду заставляя меня испытывать тянущее ощущение наслаждения и желания. Он заполнял меня миллиметр за миллиметром до тех пор, пока весь не оказался во мне. С моих губ сорвался очередной стон, но на этот раз ему вторил и стон Фабиуса.

– Сделай же это! – не выдержала я.

– Ненасытная мышка…

И он стал плавно выходить из меня, чтобы вновь заполнять, вгоняя член по самое основание. Я стала двигаться ему навстречу чуть быстрее, изнемогая и теряя голову от возбуждения.

– Да, насаживайся на него… Давай! Давай, давай, давай! – с каждым словом он всё жёстче имел меня.

Наши стоны сливались воедино, как и наши тела. Его ладони крепко держали меня за талию, периодически шлёпая по заду или скользя пальцами по позвоночнику.

– Фабиус… Фабиус… Фабиус…

– Да, Камелия… Да, мышка, да!..

Оргазм надвигался неумолимо. Ещё пара рывков, после которых он вышел из меня почти полностью, чтобы в последний раз резко засадить в меня свою плоть и заставить нас обоих кончить, вздрагивая от наслаждения и спадающего напряжения.

Фабиус схватил меня за плечи и резко дёрнул к себе, заставляя выпрямиться и прижаться к нему спиной. Я тяжело дышала и едва ли могла говорить. А вот он, как выяснилось, мог:

– Моя…

Я прикрыла глаза, мысленно смакуя это слово и буквально наслаждаясь им.

– Твоя… – сумела выговорить я.