Глава 19. Иногда прошлое настигает и не дает покоя

Неделя прошла в бесконечных обедах, балах, званых вечерах и прочих активностях. Меня в гостях хотели видеть решительно все, а мачеха так воодушевилась открывающимися перспективами обзавестись связями в высшем обществе столицы, что не слушала никаких возражений.

На этих мероприятиях я часто виделась с принцем, который оказывал мне знаки внимания. Было видно, что ему приятно со мной общаться, и он не упускал случая пригласить меня на танец. Даже наш принц Карлайл однажды удостоил меня чести с ним танцевать, но мне он как мужчина не нравился — казался слишком изнеженным и слабовольным. Но, возможно, я была и неправа — все же слишком мало знала принца.

Альманди зачем-то все это время настойчиво набивался ко мне в ухажеры или друзья, но я благоразумно держала дистанцию, предпочитая с ним не связываться.

Канцлер тоже засветился на нескольких мероприятиях, но ко мне подходил, только чтобы поздороваться. Ну и не очень-то и хотелось с ним общаться…

Вру, конечно. Но кто я такая, чтобы навязывать кому-то свое общество?

Братья Стимлер тоже были частыми гостями на званых обедах. Их изобретение произвело фурор, и они не зевали, договариваясь с аристократами о финансировании своих проектов. Я намекнула им, что нужно искать другой, не такой взрывоопасный газ, но дальше намеков ничего сказать не могла — не имела представления, как добывался гелий в моем мире. Знала только, что обнаружили его случайно, как побочный продукт каких-то химических реакций, и поначалу считали бесполезным. Но эта информация вряд ли способна чем-то помочь изобретателям.

А через неделю в обществе случился очередной скандал. Благо не с моим участием, но отчего-то легче мне не было.

В столицу нашего королевства прибыла бывшая жена канцлера.

Графиня Шарлотта ан Хорман появилась в столице не просто так, а как жена посла еще одного сопредельного королевства Антем. И делегация вряд ли вызвала бы в обществе такой всплеск интереса, но то, что Шарлотта — бывшая жена канцлера, создало немалую шумиху.

Познакомились мы с ней на званом вечере королевы-матери. Хотя сама королева и не была популярна среди аристократов, но на вечера, которые она устраивала, попасть считалось очень престижно. Мачеха разве что до потолка не прыгала, когда получила приглашение.

Когда посол с женой вошли в гостиную, я удивилась тому, насколько они разные: высокая красивая блондинка и низенький полноватый мужчина с эдаким переплюйчиком редких волос на обширной лысине на макушке. Но стоило отдать послу должное — он оказался довольно приятным в общении и умел к себе расположить.

— Милая леди, вы просто очаровательны! — сказал он мне при знакомстве и поцеловал руку. Он отвешивал комплименты всем женщинам, с которыми знакомился, и ни разу не повторился! — Я в который раз убеждаюсь, что королевство Эфрон рождает красивейших женщин. — И с любовью посмотрел на свою жену.

Шарлотта ему улыбнулась, но подняла глаза и внезапно изменилась в лице. И смотрела она при этом на кого-то за моей спиной так, что я поняла: в этой женщине бушует целый океан чувств, и это отнюдь не ненависть. На мгновение мне даже стало жаль ее мужа. А потом я обернулась и увидела того, на кого направлен взгляд Шарлотты.

Арман шел к нам с невозмутимым выражением лица. Я даже восхитилась его выдержкой. И тут же захотела придушить. Не знаю кого: его или эту графиню, которая смотрела на канцлера, как изголодавшаяся тигрица на сочный стейк. Но я быстро взяла себя в руки и улыбнулась подошедшей к нам компании, в которой и находился виновник нашего женского переполоха.

— Арман… — произнесла Шарлотта с придыханием, глядя, как тот склоняется для дежурного поцелуя руки.

Стоило отдать канцлеру должное — он продолжал удерживать на лице маску невозмутимости.

— Прекрасно выглядишь, Шарлотта, — ответил он, изобразив легкую улыбку.

Посмотрел на меня, и его взгляд немного потеплел, что согрело мою женскую душеньку и помогло определить жертву для удушения. И это был не Арман.

Конечно, я не имела на него никаких прав и свои кровожадные порывы никогда бы не осуществила, но ревность не спрашивает, когда поднять свою ядовитую голову.

Наверное, именно в этот момент я осознала, что нужно держаться от канцлера подальше, ответить на ухаживания принца и наконец украдкой подарить ему поцелуй.

Не знаю, что Арман прочитал в моем взгляде, но нахмурился и начал на меня подозрительно коситься.

— Арман, тебе идет эта борода, — внезапно произнесла Шарлотта, пристально разглядывая канцлера

Я с удивлением на нее посмотрела. Не ожидала, что она поднимет такую тему.

— Когда-то она тебя раздражала.

— И поэтому ради меня ты брился три раза в день, — стрельнула она в него глазками.

— Это было слишком давно. Я уже не помню, — спокойно ответил канцлер.

— Зато я помню, — вздернула графиня подбородок, глядя на него снизу вверх. — А еще я помню… — Ее ноздри затрепетали.

Шарлотта явно собиралась сказать нечто, что не понравится Арману. Понял это и канцлер, и его взгляд заледенел. Мне стало неприятно смотреть на происходящее. Эта женщина явно хотела напомнить ему о прошлой любви, но ведь она сама с ним развелась? Что теперь-то пытается ему и себе доказать? Или она прибыла сюда не просто так? А чтобы выводить канцлера из себя?

Я покосилась на ее мужа, который чувствовал себя не в своей тарелке, но почему-то молчал, и не сдержалась:

— Знаете, вот только что я узнала, что наш уважаемый канцлер в юности брился по три раза в день. А сколько раз бреется ваш муж? Простите, внезапно стало интересно, раз уж у нас начался такой интимный разговор.

На меня недоуменно посмотрели все. Я же мило улыбнулась, глупо хлопнула глазками и спряла лицо за веером, сделав вид, что смутилась.

— Давайте не будем больше поднимать такие интимные темы, — пряча в глазах смешинки, как мне показалось, с благодарностью посмотрел на меня Арман. — Прошу прощения, но мне придется вас оставить. Еще нужно кое с кем поздороваться.

И он ушел. Ушел! Оставил меня разгребать последствия моей шалости самостоятельно. Ну и ладно! Я перестала демонстративно смущаться и обратилась к послу:

— Граф ан Хорман, я слышала, в Антеме очень любят скачки. Это правда?

— Правда. — Граф еще не отошел от неловкости, но глаза его загорелись, и он начал с удовольствием рассказывать: — Это невероятный вид спорта! В скачках участвуют только лучшие лошади. У меня в конюшне стоят сразу три чемпиона! Уверен, у вас в Эфроне я найду еще несколько экземпляров в свою коллекцию…

Граф продолжал увлеченно рассказывать о лошадях, их мастях, сбруе, а я изображала интерес, чувствуя холодный взгляд его жены и недовольный — моей мачехи. Она за все время не сказала ни слова — похоже, хватило и моего выступления, чтобы наше семейство немного пообсуждали в дамских салонах.

Постепенно вокруг нас собрался довольно большой кружок из желающих послушать о лошадях, и я незаметно выскользнула из него.

Увидела неподалеку дочь герцога ан Клемора, которую прочили в жены принцу Карлайлу, и подошла к компании, в которой она стояла. Во время светских визитов мы с ней как-то незаметно подружились. Она немного стеснительная девушка, но умная и приятная в общении.

— Жанна, ты сегодня будешь играть на фортепиано?

Особенностью званых вечеров здесь было то, что застолий как таковых не устраивалось. Фуршетный стол, конечно, был. И при желании имелась возможность хорошо поесть, но изюминкой таких вечеров были развлечения. Здесь танцевали, выступали приглашенные группы артистов и даже сами аристократы. Кто-то в других комнатах играл в различные игры, а кто-то просто с кем-то общался.

— Возможно, — смущенно улыбнулась она. — Королеве нравится, когда я исполняю ее любимый менуэт.

Жанна хорошо играла и любила это делать, и в гостях ее часто просили что-нибудь исполнить.

— Пойдем пока потанцуем, — предложила я и покосилась на компанию, из которой только что ушла.

Мне не понравилось, что Шарлотта тоже собралась ее покинуть. Вот уж с кем беседовать мне не хотелось… да и просто находиться в одной компании. Женщина не сделала мне ничего плохого, но антипатия к ней у меня уже зародилась, и я ничего не могла с этим сделать.

Мы с Жанной отправились в соседний зал и встали неподалеку от входа. Рядом тут же появились молодые люди, но ответить на их приглашение на танец я не успела — позади раздался знакомый голос:

— Анна, я ваш должник. — Я обернулась и увидела канцлера. В этот момент как раз заиграла мелодия вальса, и Арман спросил: — Могу я пригласить вас на танец?

— Можете. — Я вложила пальчики в его руку, и он вывел меня в центр зала. — Надеюсь, вы мне все-таки расскажете, чем закончилось расследование покушения на вас во время выставки?

Арман слегка поморщился.

— Опять одержимый. У убитого гвардейца нашли в кармане тот же артефакт призыва духов. На этот раз злоумышленник сработал в спешке, потому одержимый стрелял неточно и его быстро ликвидировали.

— То есть артефакт гвардейцу подкинули прямо на выставке?

Арман с досадой вздохнул:

— Похоже на то. Но кто это сделал — неизвестно. Слишком много там было людей.

— Этот ваш темный жрец какой-то неуловимый, — нахмурилась я.

— Он не мой, — мрачно усмехнулся канцлер. — Но можете не волноваться — такое больше не повторится. Я принял меры. Теперь во дворец невозможно пронести такие артефакты.

— Прямо совсем невозможно?

— Да, — сухо подтвердил канцлер, и я поняла, что расспрашивать его и дальше бесполезно.

А потому решила добавить в нашу беседу немного легкости и подразнить Армана.

— Кстати, почему вы не захотели послушать про бритье посла и так быстро сбежали? — преувеличенно серьезно посмотрела я на него.

Он на мгновение завис от смены темы разговора, а потом сделал большие глаза:

— Я не сбежал, а совершил стратегическое отступление!

— А меня назначили солдатом, который должен был прикрыть это отступление? — продолжала я изображать саму серьезность.

— Нет, генералом. И вы замечательно справились, — доверительным тоном произнес Арман, наклонившись к моему уху, отчего у меня по телу пробежали мурашки. А потом этот… этот нехороший человек добавил: — Я завидую вашему будущему мужу.

Меня чуть не перекосило. Надо же, завистник нашелся.

— А почему Шарлотта с вами развелась? Сегодня она смотрела на вас так, что становилось жарко.

— Кому?

— Думаю, вам. Вы не обратили внимания, у вас ничего нигде не задымилось?

Хватка на моей талии стала сильнее, а голос канцлера приобрел бархатистые нотки:

— Анна, вы меня ревнуете?

— Как вы там сказали? Завидуете моему будущему мужу? Вот его я и буду ревновать, обнимать и целовать.

Взгляд Армана сместился на мои губы, и я невольно их облизала.

— Анна… —  Он поднял на меня потемневший взгляд.

Но мелодия уже подошла к концу, и к нам приближался принц Виттор.

— Арман, позвольте украсть вашу партнершу. Анна, наблюдать, как вы танцуете, одно удовольствие. Вы подарите мне следующий танец?

— Конечно, Виттор. — Я обворожительно улыбнулась принцу и почувствовала, как канцлер на мгновение сильнее сжал мою талию, но тут же отпустил.

Правильно. Нечего тут будущих чужих жен к себе прижимать!

Продолжая смотреть принцу в глаза, я подала ему руку и слегка кивнула канцлеру, как бы прощаясь. Заметила в стороне заинтересованно косившегося на нас троих графа ан Альманди, который в ожидании следующего танца уже обнимал за талию Жанну. Неужели тоже хотел пригласить будущую чужую жену?

Бр-р-р… И откуда во мне столько раздражения? Наверное, так вывести меня из себя мог только Арман. Но ничего, вот стану чьей-то настоящей чужой женой — и пусть локти кусает, или что-то другое, до чего сможет дотянуться!

Фу-у-ух. Надо все-таки держаться от него подальше. А то я начинаю мыслить и действовать неадекватно.

— Анна, в каких облаках вы витаете? — чуть сильнее сжал мои пальцы принц, привлекая к себе внимание.

Я посмотрела ему в глаза, потом перевела взгляд на его губы, решая для себя, хотела бы я, чтобы он меня поцеловал. Пожалуй, негативных чувств от таких мыслей я не испытывала. Если Арман так держится за свой холостяцкий статус — пусть. А я хочу хоть в этой жизни быть счастливой женой и матерью.

Я снова посмотрела принцу в глаза, и он отчего-то сглотнул, теснее прижимая меня к себе. Кружиться по залу под прицелами многочисленных взглядов отчего-то расхотелось, и я спросила:

— Виттор, вам не кажется, что в зале стало слишком душно?

— Хотите прогуляться в саду?

Компаниями гости выходили в сад проветриться, но парочками там без урона чести могли гулять лишь замужние дамы или вдовы. За их моральным обликом никто пристально не следил. Конечно, можно взять сопровождающую, но вряд ли принц имел это в виду. Я опустила глаза. Неужели он все-таки рассматривает меня лишь как игрушку, и не больше? Что ж, тогда и мне нужно вести себя иначе. Я уже открыла рот, чтобы отказаться, как вдруг Виттор тряхнул головой, будто скидывая наваждение:

— Анна, простите, я хотел сказать: давайте выйдем на балкон. Признаться, вы иногда так смотрите, что у меня мысли разбегаются.

— Это как же я смотрю? — улыбнулась я.

И теперь не Арман, а Виттор склонился к моему уху:

— Так, что больше не могу думать ни о чем, кроме ваших губ.

Мои щеки от таких признаний порозовели. Приятно, черт возьми, чувствовать себя роковой женщиной, но сейчас почему-то стало грустно. Взгляд сам собой нашел Армана, и то, как он смотрел на нас, удивило. Разве не этого он хотел? Или это у него та самая зависть к моему будущему мужу взыграла? Тогда сам дурак, и нечего так зло щуриться.

Я подняла взгляд на Виттора. Высокий, красивый, мужественный, глаза — голубые озера. Мечта, а не мужчина.

— Какие у вас странные мысли возникают. — Я слегка прикусила губу, намеренно провоцируя принца. — А главное — неподобающие. Пожалуй, нам обоим и в самом деле нужно немного проветриться на балконе.

Принц повел меня в танце к тому концу зала, откуда удобнее выйти на дальний балкон.

Стоило нам там оказаться, как я с удовольствием вдохнула свежий вечерний воздух, напоенный ароматом роз, которые так любила королева и которые высаживали по всему периметру замка. Многочисленные фонари освещали садовые дорожки. Шум из зала стал тише. И если бы не несколько парочек неподалеку, атмосфера была бы совсем интимной.

— Как здесь хорошо… — произнесла я и положила ладонь на еще теплые после дневной жары перила.

— Очень хорошо, — согласился Виттор и встал так, чтобы заслонить меня собой от соседней парочки. Одну руку положил на перила поверх моей, а вторую сильнее сжал на моей талии. — Анна, вы сегодня такая задумчивая и загадочная. Это будоражит…

Я ощутила, как он начинает водить большим пальцем по моей спине, более того, осознала, что прямо сейчас меня поцелуют, и почему-то, как девочка, этого испугалась.

— Скажите, Виттор, а вы правда приехали в Эфрон за женой? — решила я немного остудить его пыл и дать себе пространство для маневра.

Обычно такие разговоры действовали на знакомых мне мужчин весьма отрезвляюще, но в этот раз все почему-то пошло не так. Принц переплел наши пальцы на перилах, придвинулся ко мне еще ближе и медленно начал склоняться к моим губам.

— Анна… Анни… — прошептал он.

— Кхм! — раздалось позади нас, и мы с Виттором от неожиданности вздрогнули и даже отскочили друг от друга.