Глава 6

Что я творю?

Застыв напротив зеркала в ванной, я пыталась дать себе ответ на этот незамысловатый вопрос. Ужин? Поцелуи? Да что со мной? Ощущение такое, словно рядом с этим мужчиной я напрочь теряю голову. А как же побег? Неужели, передумала?

Открыла воду. Посмотрела с минуту на бьющую в раковину струю. И снова закрыла.

Пора было что-то решать. Джун мне не просто нравился — от его близости попросту сносило крышу. Но… Но. Долго и счастливо мне с ним не светит. Как и ему со мной. По-хорошему, стоит признать это и оставить глупые надежды. Они растаяли вместе с механическим сердцем. Да и зачем они?

Покинув ванну, выглянула в окно. Всего-то третий этаж. Не то, чтобы высоко, но рисковать сорваться я бы не хотела. Значит ли это, что сбежать я не смогу? А если смогу и всё-таки спущусь, что меня ждёт?

Под окном раскинулся парк, в котором я вчера гуляла. А чуть дальше высилась ограда. Прибитые внахлёст металлические пластины отпугивали красноватым блеском. Там не меньше трёх метров. А может, и все десять — с расстояния не понять. Какие ещё варианты выбраться из дворца?

А так ли я хочу выбираться?

Мысли пустились врассыпную, и я со стоном схватилась за голову, не в силах их собрать. Прожить последние недели в запертой клетке с любимым мужчиной? Или свободной, но вдали от него? И всё это перекрикивала одна совершенно дурацкая пронзительная мысль: что если Тилман Фассбендер прав?

Вдруг меня можно вылечить?

Идиотская мысль, дурацкая. Потому что в том месте, где чувства давно спели успокоиться, снова пустила корни робкая надежда. И от этого было хуже. Намного.

Что же мне делать?

Решительно толкнув дверь, я вышла в гостиную, и потом в коридор. Охранники покосились с любопытством и вежливо кивнули.

— Мне ведь разрешены прогулки? — уточнила зачем-то, прежде чем направиться уже знакомым маршрутом к лифту. Надо было проветрить мозги.

На этот раз роботов я на пути не встретила. А может быть, встретила, но не заметила. Не до них было. Спуск в лифте, коридор — и я оказалась во внутреннем парке.

Задержавшись на пороге, я огляделась. Наверное, надеялась встретить Джуна. Хотя с чего бы — он ведь сказал, что будет занят. И всё же глупое сердце трепыхалось при мысли, что он может так же, как в прошлый раз, подойти со спины и…

Тряхнув головой, я устремилась вглубь парка. Каменная крошка шелестела под ногами. Солнце радостно светило. Деревья росли и зеленели. Мысли разбегались.

Мда, мозги упорно не проветривались. Вот никак.

Замедлив шаг, я прикрыла глаза. Думай, Марьяна. Чего ты вообще хочешь? Вопрос невероятно сложный. Хотя, казалось бы, что может быть проще, чем понять, как желаешь провести ближайшие две-три недели, да?

— Неужели вы и есть та самая временная избранница Кристиана? — послышался надменный голос, и я встала как вкопанная.

Передо мной застыли две дамы в изящных платьях с кожаными вставками и металлическими заклёпками. Обе брезгливо разглядывали меня.

Решив, что совершенно не хочу ни с кем знакомиться, я холодно кивнула и попыталась их обогнуть. Но мне заступили дорогу. Пожав плечами, я развернулась и хотела уже уйти…

— Ты же не думаешь, милочка, что король заинтересовался тобой всерьёз?

Король? Король же Джун. Или нет?

Я неуверенно обернулась и наткнулась на торжествующий взгляд той дамы, что справа.

— Он всего лишь увлёкся тобой, — добавила левая. — Ненадолго. Его величество такой непостоянный…

— А вообще, это я должна стать его невестой, — встряла левая. — Но я прощаю своему зайчику кратковременные увлечения. Мужчины по своей природе полигамны.

Тёмная комната. Светлый коридор. Бежевый свитер. Дорогое бельё.

Сердце болезненно дёрнулось, заставив скривиться. Да уж, полигамность некоторых так вообще никакому сомнению не поддаётся.

— Удачи вам в семейной жизни, — пожелала я двинулась прочь. Мои охранники стояли поодаль и равнодушно следили за перепалкой. Видимо, отгонять от меня незнакомых девиц в их обязанности не входило.

— А ну стоять! — истерично взвизгнули за спиной, и послышались торопливые шаги. — Ты слышишь, что я говорю? Король будет моим!

— Слышу, — отозвалась я. — Поздравляю.

И ускорила шаг. Не побегут же они за мной, в самом деле? Ещё ревнивых невест мне не хватало.

Ошиблась. Девицы, переходя на бег, засеменили рядом.

— Ты вообще понимаешь, что рушишь семью? — раздалось справа.

— Я любила его девять лет! — справа. — А ты… Пришла на всё готовое!

И снова та же картинка. Коридор и Слава, целующий незнакомую девушку. Я любила его девять лет, а она пришла на всё готовое. И что же, теперь это я на её месте?

Да что за бред?

— Послушайте, дамочки, — устало проговорила я, останавливаясь. Грудь взрывалась от боли, но я держалась. Даже не понятно, почему их слова так меня задели? Потому что были так близки к моей собственной истории? — Я с вами знакомиться не собираюсь. И если я нарушила ваши планы, прошу прощения. Я не хотела.

Зачем извинялась? Даже мне было очевидно, насколько их слова далеки от реальности. Простая злая ревность. Как когда избраннице популярного парня начинают приходить смс с угрозами от фан-клуба этого самого парня. Тут то же самое. Только эти не боятся показывать лиц.

— Оставь его в покое! — прошипела левая.

— Ты его недостойна!

Я чуть не рассмеялась. Вышла проветрить голову, называется. Может, охранников позвать? Пусть уведут от меня этих ненормальных.

— Его величество не баран, — устало проговорила я. — И сам может решать, с кем быть…

— Ты ему наскучишь! — прошипела правая.

— И когда ты уйдёшь, в его постели окажусь я!

А вот это было больно. Прямо сильно. Потому что попало ровненько в самое уязвимое место. Потому что очень скоро я в самом деле уйду. И тогда в постели Джуна окажется кто-то ещё.

Дамы, довольные произведённым эффектом, развернулись на каблуках и двинулись прочь. А я стояла, глядя в одну точку, и старалась справиться с болью, рвущей на части изнутри. В ушах шумело. А кругом внезапно потемнело. Как будто сумерки сгустились. Странно, очень.

Я заметила момент, когда ноги подкосились, и я стала оседать на землю. Прямо как в тот раз.

Только сегодня я так и не упала. За секунду до полной темноты меня подхватили сильные мужские руки.

— Лучше?

Голос казался смутно знакомым, и я открыла глаза. Надо мной виднелся металлический потолок, переходивший в кованые стены уже знакомой беседки. А рядом со мной…

— Добрый день, — поздоровалась я, пытаясь сесть.

— Лежите, — вздохнул тот самый незнакомец из Немара. Как же Джун к нему обращался?.. — Я бы ещё лекаря позвал, но тогда сюда сбежится весь замок.

Я послушно откинулась обратно на скамейку.

— Я сознание потеряла, — сообщила отстранённо и потёрла грудь. Боль не то чтобы ушла, но сильно притупилась.

— Я заметил.

И снова молчание. Интересно, что этому человеку от меня нужно?

— А вы…

— Меня зовут Арно, — опередил он мой вопрос. — Я советник короля. И… Я бы предпочёл, чтобы он вас не встречал.

Надо же, ещё один.

— Сожалею, что нарушила ваши планы.

Я всё-таки села. Неловко общаться с незнакомым мужчиной, находясь в настолько неудобном положении.

— Вы думали о том, что будет дальше?

Я покосилась на собеседника. Ни ненависти во взгляде, ничего. Полное безразличие. Он сидел на соседней скамейке и отстранённо наблюдал, как на дорожке лениво закручивается поднятая ветром пыль.

— Дальше — это когда? — уточнила я. — До или после того, как я умру?

Арно обернулся ко мне с грустной усмешкой. Посмотрел в глаза. И коротко вздохнул.

— Я думаю, нам с вами есть, что обсудить. — Он поднялся и протянул руку. — Вы пришли в себя? Прогуляемся?

Подумав несколько секунд, я нерешительно кивнула и вложила пальцы в его ладонь. Силы вернулись, а насчёт прогулки… Вряд ли он хочет сделать со мной что-то страшное. Хотел бы — сделал, пока я валялась без сознания.

— Джун вам сообщил, что вы его истинная пара? — прозвучало, едва мы покинули беседку.

— Истинная пара? — Я нахмурилась. — Нет, не говорил. Только то, что я не являюсь парой для Адама.

— Ну разумеется. Невозможно быть парой сразу для двоих, — слово в слово повторил он слова Джуна, сказанные в Немаре.

Я вздрогнула и остановилась, вспомнив момент. Так вот что он тогда имел в виду!

— Подождите. Это значит, что я своим поцелуем смогу снять с него проклятие? — нахмурилась я. И пояснила на вопросительный взгляд Арно: — Поцелуй истинной любви от истинной пары ведь снимает проклятья?

— Вряд ли это сработает, — хмыкнул Арно. — И точно не с вашим сердцем, Марьяна.

Ну да, точно. Больное сердце не сможет снять проклятье. Совсем забыла…

— Тогда зачем мне эта информация? И можно, пожалуйста, покороче — не хочу жаловаться, но чувствую себя отвратительно.

Арно усмехнулся, но возражать не стал.

— Вы знаете, что такое истинная пара, Марьяна? И какие ограничения она накладывает? Хотя о чём я, конечно же нет…

Он задумчиво пригладил светлые волосы и слегка растерянно огляделся по сторонам. Где-то вдалеке прогуливались пары, но рядом с нами не было никого. Словно люди нарочно сворачивали с тропинки, едва завидев нас.

— После того, как завершается привязка, вступают в силу ограничения для истинных пар.

— Что за привязка? — Нахмурилась я. Что-то я сегодня никак не соберусь с мыслями…

— Привязка истинной пары. Партнёры, нашедшие свою пару, клянутся защищать друг друга. И закрепляют привязку поцелуем.

— Но я ни в чём не клялась!

— В этом вопросе важны не слова, Марьяна. Лишь намерения, подкреплённые действиями. Вы в свою очередь бросились защищать избранника перед принцем Конфелии.

— Да из меня тот ещё защитник… — нервно усмехнулась я. Но попытка пошутить оказалась не засчитана. Повисла гнетущая пауза. И я, не выдержав, добавила: — Я ничего не сделала и уж точно ничем там не помогла!

— Это не важно, к сожалению. Главное — намерение. И вы сейчас полноценная пара… Почти.

— Почти?

— Ещё осталась консумация.

От неожиданности я резко покраснела. И так же быстро разозлилась. Он что же, свечку держать собрался?

— А вот это не ваше дело! — вспыхнула я. — Идите вы в…

— Род Лейбер прервётся, — оборвал Арно. Он даже не смотрел на меня. Словно понимал, что я его слушаю, и внимательно. — Истинная пара подразумевает отсутствие измен. Иногда это играет с партнёрами злую шутку. Как в вашем случае.

Мне потребовалась пара минут, чтобы понять, о чём он говорит. Иными словами, Джун никогда не сможет мне изменить? Даже… Потом?

Душу заполнило ликование. Но всего на несколько мгновений. Потому что потом я осознала… Когда я умру, у Джуна не будет женщин. И, следовательно, детей. Вообще, никогда. Нет, такой участи я ему точно не желала.

Беспомощно взглянув на Арно, я поджала губы.

— Мне очень жаль. Если бы я знала… — В конце концов, мне действительно нечего терять. Мне жить осталось всего ничего. А вот Джун… король без наследников. И без возможности их завести. — Если бы я могла что-то сделать…

— Вы можете, — возразил Арно, останавливаясь, и обернулся ко мне. — Вы можете исчезнуть.

— Как — исчезнуть?.. — Он же не предлагает мне…

— Ничего криминального, — усмехнулся он. — Всего-навсего уйти. Вы ведь всё равно планировали побег? — Он на несколько секунд замолчал, наслаждаясь тем, как я в очередной раз краснею. И продолжил. — Я вам помогу. Выведу из дворца. Поселю в отдельной квартире, оплачу все расходы. И ещё выдам содержание. Кроме того, буду лично навещать и следить за вашим благополучием оставшиеся недели.

— А взамен…

— Вы не станете приближаться к Джуну. Видите ли, я нашёл один ритуал, который сможет разорвать связь… — Он резко выдохнул и сжал кулаки. — Но он работает только когда живы оба партнёра и только до первого секса. А с вашей скоростью…

Спохватившись, он резко замолчал. И неловко взглянул на меня.

— Прошу прощения за… Я не хотел вас оскорбить.

Я просто молчала и переваривала. Иными словами, связь можно разорвать, пока я жива. И только если у нас с Джуном не случится близости. И из-за этого меня хотят отослать куда подальше. Так сказать, во избежание.

Мерзко.

— Я понимаю, что вы сомневаетесь…

— Я согласна.

— Ничего?

— Пока нет…

Как выяснилось, пробираться по болоту без слуги, прокладывающего путь, значительно сложнее и дольше. Хорошо, что на этот раз обошлось без нападения изменённых тварей.

Адам искренне надеялся, что дядя позволит взять с собой хотя бы несколько слуг и лодку. Но Маттео Дроссельмейер был неумолим. Единственное, чем они запаслись — так это магическими накопителями. И едой. Иначе Адам точно протянул бы уже ноги, и осталась бы Конфелия вовсе без наследника.

Подумать только — дядя не дал ни как следует отдохнуть, ни прийти в себя, ни успокоить гложущую после смерти спутников совесть. Позволил лишь переночевать во дворце. А прямо с утра потащил обратно в Чёрные топи. Порталом к кромке болот, где они за пару дней до этого сражались с белками, и дальше пешком.

Поляна, окружённая соснами, навевала дурные воспоминания. Марихен здесь отстреливалась от белок, а Джун помогал спастись, втаскивая на дерево. И Адаму приходилось снова и снова повторять себе, что он поступил правильно, избавившись от них. К таким людям никогда нельзя поворачиваться спиной… Сколько бы раз до этого они эту самую спину ни прикрывали.

— Что замолчал? Грустишь? — вклинился в мозг голос дяди.

— Да, так… Это липкое болото навевает грусть.

— Ничего. Ты знаешь, что делать. Избавишься от мышей — всё придёт в норму.

Иногда Адам в этом сомневался. Но дядя говорил уверенно, и у принца не было желания спорить с единственным родственником. Если старик сказал, что уничтожение крыс — единственный способ, значит, так оно и есть.

Сейчас, после двух дней пути, они сидели на том самом острове, где он попрощался со спутниками. Одежду Адам высушил заклинанием (благо, кристаллы позволяли пополнить резерв), и теперь наблюдал, как копошатся в грязи созданные им големы. Они отдалённо напоминали людей, но были гораздо более послушными, и ни за что не стали бы нападать на хозяина. В отличие от Джуна. Что же тогда произошло?.. Явно что-то серьёзное. Но память никак не хотела возвращаться.

— Ну что там? — нетерпеливо переспросил дядя. Словно и сам не видел, что ничего.

— Говорю же, их сожрали, — вздохнул Адам. — Я приманил на кровь…

— Ну тогда хоть кости-то должны были остаться? А девчонка вообще из фарфора, такую не проглотишь.

Адам раздражённо поджал губы. Тут не поспоришь. Если Джуна съесть могли, то с девчонкой такой фокус бы не прошёл никак. И всё же — в том месте, куда он их закинул, ничего не было. Совершенно ничего.

— Сделай ещё големов, — встрял дядя. — Ты ведь можешь сделать ещё.

— Могу, — поморщился Адам. — Но у меня резерв не резиновый. Одно дело контролировать армию кукол, которые уже скреплены шарнирами. Другое дело — сложить из глины и палок вот этих, — он кивнул на флегматично бродящих по болоту чудищ, — и следить, чтобы не развалились.

— Лентяй, — выплюнул дядя. — Эх, владел бы я магией…

— Тогда я был бы тебе не нужен, — равнодушно отозвался принц.

— Это да… Скажи, а те двое точно не магичили? Ты уверен?

Адам закатил глаза. Дядя задавал этот вопрос не меньше сотни раз за последние пару часов. Ну неужели так сложно запомнить?

— Не владели. Точно. Ни Марихен. Ни Джун.

Висела густая тишина, раздражаемая лишь редким чавканьем, когда големы переставляли конечности на новое место. И ещё иногда поодаль лопались болотные пузыри. За этой картиной умиротворения Адам не сразу понял, что дядя не шевелясь разглядывает его. И выражение у него при этом ну очень странное.

— Что? — буркнул принц.

— Я вот думаю, — процедил старик, — мне послышалось или ты в самом деле такой идиот?

— Не понял…

— Я уж догадался, что ты не понял! — вспыхнул Дроссельмейер. — Ты сказал, его звали Джун?

— Ну?

— И он искал Механическое сердце?

— Возможно искал. Я не уверен…

— Идиот! — взвыл дядя, хватаясь за голову. — Скажи-ка мне, племянничек, по какой такой причине ты забыл имя своего злейшего врага?

Повисла пауза. Адам опешил от такого напора и, кажется, потерял дар речи. Злейший враг? Его злейший враг — Мышиный король. И Адам ничего не забыл. Как вообще такое возможно?

— Я всё помню, — с достоинством отозвался он. — Мышиного короля зовут Кристиан Йохен Лейбер.

— Как и всех королей Мышира до него, не так ли? — съязвил дядя. — Только ты о другом вспомни. Ты же учил в детстве имена всех детей Мышильды?

— Мышильды?

— Которую ты лично убил, чтобы официально стать принцем! — рявкнул дядя.

— Да помню я, кто это!

Забудешь тут… Из-за её проклятия Адам до сих пор не мог взойти на трон. Это сводило с ума. И бесило неимоверно. Возможностей снять посмертное проклятие было всего две — поцелуй истинной любви или уничтожение всего рода Мышильды. В данном случае — последнего оставшегося в живых сына, Мышиного короля.

Обычно был ещё один способ — исполнение какого-то определённого условия, заложенного в формулу проклятия. Но здесь этого условия то ли не было, то ли Адам не расслышал, что там бормотала издыхающая крыса. Поэтому приходилось опираться на первые два.

— Ну! — поторопил дядя.

— Да помню я, помню… Так. Старший Феликс, потом Свен… Лиам, Торстен, Марвин, Килиан и…

— И?

— Джун… — проговорил Адам внезапно севшим голосом.

Осознание приложило обухом по голове. А следом ворвались события той самой ночи, когда слуга его побил. Хотя какой из него теперь слуга.

Просыпайся, спящая красавица…

Законный правитель твоих земель…

Уснёшь и забудешь всё, что здесь было…

Вот же тварь!

— Убью! — прорычал Адам, вскакивая на ноги. — Поймаю и четвертую! Вздёрну на дыбе! Он будет молить о смерти!

— Я так понимаю, искать дальше смысла нет? — криво усмехнулся старик.

Адам покачал головой, и в следующую секунду големы с тихим плеском скрылись под поверхностью болота. Искать смысла не было. Мышиный король был сильным магом, возможно даже сильнее самого Адама. И выбраться из болота для него не составило бы труда.

А вот то, что он мог принимать человеческий облик, стало сюрпризом. Неприятным. И заодно вспомнилось, как в Кавахари на него не подействовало заклятье, скосившее треть площади. У Джуна точно была защита.

— Проклятое крысиное отродье, — прошипел Адам. — Попадись мне только…

— Возвращаемся, — вздохнул дядя. — Будем решать, как искать девчонку.

Принц коротко кивнул и, раскинув руки принялся строить портал. В голове никак не укладывалось, что он столько времени жил бок о бок со своим злейшим врагом, и ничего не заподозрил. Джун даже спас ему жизнь, в той битве с тварями! Какой позор…

Ничего. В следующую встречу всё будет иначе. В следующую встречу Адам отомстит за всё.