Глава 17

* * *

- Эвелина -

Ночь скоро уступит права новому дню, а я не спала. Не смогла даже задремать.

Меня почему-то морозило, хотя во всей комнате было тепло. Закуталась в одеяло, обложилась подушками, но я дрожала, будто оказалась во льдах Арктики.

Попросила у стола-артефакта горячий чай, но и он не помог.

А ещё отчего-то я резко стала чувствовать себя несчастной. Уж к утру я думала, что засну как убитая… Но ничего не получалось.

— Эвелина-Эвелина, — услышала я будто издалека полушёпот, полувздох.

Прищурившись, уставилась в темноту.

Чёрная густая тьма складывалась в высокую фигуру, и я облегчённо выдохнула — лэрд Вейнер.

Вернулся?

Улыбнулась и поняла, что дрожать я перестала.

— Ты рада мне, — пробормотал Вейнер с нотками разочарования. — Твоё сердце заколотилось чаще.

Вот же самоуверенный!

— Вы напугали меня своим внезапным визитом, — произнесла невозмутимо, копируя его привычную манеру речи. — И вообще, ночью к леди без приглашения входить не рекомендуется. Моя репутация пострадает.

— Репутация? Леди? — хмыкнул маг. — Эвелина, ты моя узница. Ко всему прочему — ведьма.

— А ведьма не может быть леди?

— Может, но не в твоём случае, — ухмыльнулся лэрд и приблизился к кровати.

Он остановился в изножье кровати со сложенными на груди руками. Как всегда выглядел маг идеально. Наверняка сила ему помогает в этом. Щёлкнул пальцами и волосы как после стилиста, снова щёлкнул и одежда как новая, свежевыстиранная, отпаренная и накрахмаленная. Эх… «З» — зависть.

— Умеете вы портить настроение, — фыркнула я, хотя не злилась. — Зачем пришли? Не спится?

— Ты замёрзла, — произнёс он как всегда сухо и безжизненно. — И ты слишком громко думала обо мне.

— Э-э-э… — опешила от его заявления.

— Громко думала? — переспросила лэрда. — Вы что же ещё мысли читаете?

— Нет, — ответил коротко, махнул рукой, и к моей кровати подлетело кресло.

Вейнер опустился в него. Закинул ногу на ногу, подбородок подпёр рукой. Взгляд на меня и очень задумчивый. Вроде как задумчивый. В темноте может всякое привидеться. Хотя, с его появлением в комнате стало значительно светлее.

Опять магия. Пора бы мне уже привыкнуть и не удивляться.

— Если нет, то, как же вы могли услышать, что я о вас думала? — решила подоставать мага.

— Сильные эмоции, мысли об одном и том же направленные на определённого человека без желания заставляют «услышать» и почувствовать, — пояснил лэрд.

— От вас ничего не скроешь, — скривилась я. Неприятно, когда ты как раскрытая книга. Хотя… Танец его явно удивил.

— Тебе уже стало теплее? — поинтересовался Вейнер.

— Оу, — удивилась я. — И правда…

Я перестала дрожать и отбивать зубами дробь.

— Что со мной было? Мне так холодно было в камере, куда я попала благодаря ведьме.

— Начинается пробуждение твоей силы, Эвелена, — произнёс маг. И его слова прозвучали почему-то зловеще. Передёрнула плечами и обняла себя, словно пыталась защитить.

— Это первые ласточки, — предупредил он. — Всегда начинается либо с холода, либо с жара.

— А потом что? — спросила почему-то шёпотом.

— «Потом» не будет, — обнадёжил он меня. — Ты будешь инициирована через три дня.

Чего?

— Как? — опешила я и даже с кровати соскочила. — Почему через три? И почему вы всё решили за меня?

Начала злиться.

— Вы даже кандидата не посмотрели, что я выбрала! Сами решили, кто будет меня инициировать, да? Ну и сволочь же вы!

— Эвелина, — вздохнул он и посмотрел на меня как на умалишённую, что взбесило ещё больше.

Схватила подушку и треснула ею по морде лэрда.

Подушка лопнула; оказалось, что она набита разноцветными, яркими перьями! Перья засыпали мужчину как конфетти.

Мужчина явно не ожидал от меня подобной подлости. Лэрд сдул с лица перья и опалил меня сердитым взглядом.

Зато мне капельку полегчало и я испытала лёгкое удовлетворение.

— Я принял решение, что сам инициирую тебя, — прозвучал его голос точно стужа.

Я поёжилась от холода в его тоне и выдала только:

— Правда?

Села на постель и захлопала глазами.

— Нет, вы серьёзно? А как же ваши опасения, что я могу не выжить?

— Испугалась? — усмехнулся он как-то уж зло.

— Да не-е-ет… — протянула неуверенно. — Но вы ведь теперь не передумаете?

Показала на перья.

— Простите…

— Теперь жалею о своём решении, — процедил он и исчез, оставив после себя разорванную подушку и цветные перья. Хотя ведь мог и убрать всё — сила позволяет.

Я сделала губы бантиком, с минуту старалась побыть серьёзной, но не вышло. Губы сами собой растянулись в довольной улыбке.

Я громко произнесла, почти что прокричала:

— СПАСИБО, ЛЭРД!

Итак, осталось ТРИ дня и я овладею магической силой!

* * *

- Дэшард -

А ведь есть упорство у Эвелины! Она прибегла к женской уловке, старой как мир, но действенной, чтоб… пробудить во мне страсть.

С воображением у неё прекрасно, и стоит признать, ведь ей удалось. Удалось ведьме пробудить во мне давно потухший огонь, страсть и ревность. И, отныне мои силы уходят на совладание с самим собой.

Я сразу заметил её взгляды, исполненные интересом, любопытством, а затем и благодарности за знания и за жизнь.

Я привык к подобным взглядам. Когда-то я испытывал блаженство и купался в восторгах женщин, но всё со временем пресыщается и начинает вызывать лишь глухое раздражение.

Моё равнодушие вызывало обычно досаду, но не у Эвелины. Ведьма явно не страдала от моей холодности и равнодушия. Казалось, её забавляет моё поведение, и она изучает меня, как подопытный экземпляр, пытается найти ко мне подход весьма своеобразным способом. Женщина не жеманничает, не занимается притворством. Наоборот, она честна и открыта, ведёт себя раскованно и совершенно не так как леди. Совсем не леди, но тем и интересна. Настоящая. Живая. Яркая. Очень эмоциональная.

А когда смотрит с гневом, вызывает в моей души странные чувства, позабытые, спящие, но неожиданно пробужденные.

О, я понимаю её немые разговоры, посланные одним лишь взором — выразительные, сильные.

А её танец… За гранью. Полный страсти, призыва, обещания. Манкая, сладкая…

Впервые за долгое время я утратил контроль, эмоции взяли надо мной верх и после её провокации я больше не могу думать, что кто-то даже взглядом прикоснётся к ведьме.

Что ж, ведьма сама сделала выбор.

Но она даже не понимает, что моя тьма жаждет и волнуется в предвкушении обладать молодой, едва раскрывшейся душой. Тьма желает надышаться ей досыта, испить её, как живительный нектар, а после бросить, ведь от неё не останется ни-че-го. Она станет ничем и никем.

Смогу ли сдержать свою вечно голодную силу, смогу ли бороться с самим собой. Эвелина не понимает, какое пламя пробудила, животворная страсть может погубить…

— Что ж, пора вспомнить все техники и заклятия по укрощению тьмы, — прошептал в пустоту и ощутил недовольство своей силы.

Вызвал огонь и поставил над небольшим, но обжигающим пламенем магический котелок.

Сварю я зелье, что возможно, усыпит ненадолго мою силу.

* * *

- Эвелина -

Вода в ванной была не горячей, а приятно тёплой. Я вволю нанежилась и принялась мыться.

Тщательно почистила зубы щёткой-артефактом, которой не требовалась никакая зубная паста. Эффект как после чистки и отбеливания в одном флаконе.

Затем намылила мочалку и тщательно вымыла тело. Смыла с отросших волос ароматный шампунь и потом целиком нырнула под воду.

Дни, проведённые в этом месте, уже не приносили никакого удовольствия и радости.

Мне стало тесно здесь, плохо и душно. Мне хотелось вырваться на свободу, побегать босиком по траве, увидеть все красоты здешнего мира, о которых я читала в книгах и которые мне показала Элис.

Я стала задыхаться и ощущать себя настоящей пленницей.

Выбралась из ванной, соорудила из полотенца тюрбан на голове, следом медленно, даже с ленцой начала вытирать тело. Потом взяла приятно пахнущий крем, который не только замедлял рост волос, но и делал кожу невероятно гладкой, ровной по цвету и добавлял эффект внутреннего свечения. Хорошие здесь бьюти продукты, за них на Земле любая женщина душу бы продала. А мне можно сказать просто так достались… Хотя, почему просто так? Мне ещё придётся поработать и отработать за все блага, да ещё и за грехи ведьмы отдуваться чёрт знает сколько… лет, эпох…

После наведения красоты, просушила волосы полотенцем и оставила их досыхать распущенными.

Сама прошлёпала до сундука с платьями и долго смотрела на красивые ткани.

Мне было грустно.

И даже вчерашний разговор с Вейнером и скорая инициация уже не радовали. Мне на шею села хандра.

Не стала надевать никакое платье. Завернулась в цветной халат и забралась с ногами в кресло у горящего камина.

Просидела так минут десять, двадцать, час или вечность… просто глядела на огненные языки пламени и в моей голове была пустота…

Не знаю, что меня дёрнуло, но я вдруг поднялась с места и подошла к окнам.

Окна находились высоко, под самым потолком.

Мне стало жизненно необходимо вдохнуть чистый воздух, увидеть своими глазами голубое небо и… что-нибудь ещё.

Было бы желание, а дальше началась бурная деятельность.

Ничего, можно запросто выстроить башню из предметов мебели и забраться к окну. А вдруг мне удастся выбить решётку и выбраться наружу?

Если так, то это будет отличный вариант для побега после инициации.

Придвинула с диким скрипом и скрежетом хлебосольный стол к стене с окном.

Потом пришла очередь сундука. Он большой и мощный.

Выкинула из него все шмотки и, пыхтя, покрываясь каплями пота и издавая хрипы от натуги, дотащила тяжеленный сундук.

Как я его взгромоздила на стол?

Никак.

Точнее, когда пыталась это сделать, мне в голову пришла запоздалая гениальная мысль: «Зачем я напрягаюсь, когда у меня есть Элис?»

Активировала артефакт и когда на голубом экране появились светящиеся руны, поприветствовала помощницу и попросила её соорудить из нескольких предметов мебели башню.

Элис не стала задавать вопросы, она просто выпустила щупы и меньше чем за три минуты сделала, как я просила.

Улыбаясь во все тридцать два зуба, вытерла со лба капли пота и поняла, что мыться, наверное, придётся ещё раз.

Потом я начала взбираться. Действовала осторожно, но на всякий пожарный, стоит попросить Элис подстраховать меня, если я вдруг начну падать.

— Элис, ты можешь меня подстраховать? Вдруг, я потеряю равновесие и… — начала я.

— Так может, я вас просто подниму? — поинтересовалась помощница, вызвав у меня ступор. — Зачем же рисковать?

Почувствовала себя последней идиотиной.

Скривилась и произнесла:

— Действительно. Ладно, поднимай меня к тому окну, хочу на небо полюбоваться…

Элис двумя щупами мягко и бережно обхватила меня таким образом, что получилось, будто я сижу в кресле. Она подняла меня на нужную высоту.

Ухватилась руками за прутья решётки и насколько можно, высунула нос из окна и стала смотреть, дышать, мечтать.

Свобода.

Решётка, кстати крепкая. Но разве для Элис это станет преградой?

Уверена, она мне поможет.

Я долго смотрела сквозь прутья и испытывала щемящую грусть, тоску и мне хотелось плакать.

Сквозь слёзы следила за лениво парящей вдалеке птицей.

Лучи яркого солнца пронзали пышные белые облака.

И в этих лучах птица казалась мне золотой.

Волшебная золотая птица. Феникс!

Птица внезапно стала приближаться. Она летела к замку, размахивая своими остроконечными крыльями.

А потом стала взмывать в небеса и вскоре от неё осталась видна только точка.

— Я здесь… — прошептала я и потянула за ней руку.

Попыталась мысленно последовать за птицей. Представила, что могу улететь, стать свободной от чужого долга, от сложной и опасной магии, от этого мира… От всего. Даже от себя.

— Эвелина, что за шалости? — крикнул раздражённый голос снизу.

Лэрд.

— Элис, отныне тебе запрещено использовать по приказу Эвелины свои расширенные возможности! — скомандовал он.

И Элис вдруг разжала свои объятия, и я ахнуть не успела от испуга, как вдруг, что-то холодное подхватило меня прежде, чем я начала падать.

Тьма Вейнера спустила меня и поставила пред грозным хозяином.

Я не стала извиняться, тушеваться и оправдываться.

Сложила руки на груди и требовательно заявила:

— Хочу на свободу. Надоело мне здесь. Устала от запертого пространства.