Глава 22

* * *

- Эвелина -

— Что ж, я безумно рада, что осталась жива, да ещё получила силу! — воскликнула счастливо, сияя широченной улыбкой. — Только поскорее бы её опробовать, силищу свою!

— Благоразумно магией пользоваться малыми дозами. Расширенный резерв, да и само тело привыкает постепенно и если сразу использовать магию в сложных плетениях и заклинаниях, можно выгореть и остаться пустой. Навсегда, — монотонно сообщила Элис.

Я фыркнула.

— Естественно. Я не совсем дура.

Вздохнула и мечтательно представила, как буду колдовать, как создам для себя шикарные наряды, буду делать себе при помощи магии потрясающие причёски (да-да, я помню те чудесные заклинания, что вычитала из книг на полке). Бытовая магия так и вовсе палочка-выручалочка. А ещё я артефакты создам, которым порадуется вся империя. Да кого там — весь мир будет у моих ног!

Всё же не зря я под зельем читала полезные книги и учила заклинания. Правда, всё равно знаний катастрофически мало, но уверена, лэрд заполнит мою голову всем, что знает сам и даже тем, чего не знает.

Мысленно потёрла руки и тут же приуныла.

Ещё работать на империю придётся.

Вспомнила дневник моей предшественницы и передёрнула плечами.

Надеюсь, меня не заставят творить подобные гадости, что творила ведьма. Я всё же выступаю за добро и не важно, что я теперь тёмная ведьма. Тьма не всегда значит зло. Да и свет может нести не только добро. Главное соблюдать баланс.

Тряхнула головой, чтобы прогнать грустные мысли и порадоваться всё же светлому и хорошему будущему.

— Элис, а предоставь мне всю информацию по созданию гримуара. Раз я теперь официально ведьма, то, как и всем ведьмам, мне нужен собственный гримуар-дневник.

— Сейчас сделаю, — отозвалась помощница.

И пока Элис готовила для меня данные, я погрузилась в мечты и подпрыгнула в страхе, когда моё плечо сжала чья-то рука.

— Дэ-эш! — воскликнула, хватаясь за сердце. — Так и до инфаркта можно довести!

Мужчина невозмутимо дёрнул одной бровью и сухо отозвался:

— Твоё сердце в полном порядке. А вот моё сердце ты кажется, разбиваешь.

Моргнула и нахмурилась, осознавая смысл его слов.

Бли-ин, это такое странное признание? Или намёк на что-то… не знаю, на что, но на что-то явно нехорошее.

А раз мне непонятно, то и ответила ему соответственно:

— Невозможно разбить твоё сердце. У тебя нет сердца лэрд Дэшард Вейнер. Или есть?

Мужчина промолчал, лишь сложил руки на груди, выражая всей своей позой недовольство.

Нет, ну а что? Если вдруг решил признаться в любви, то так пусть сделает, как положено!

— Ты был ужасно одинок и не знаешь, как обращаться с женщиной? — решила «помочь» ему. И тут же хитро улыбнулась и проникновенно произнесла: — Хотя, как обращаться, ты знаешь. Инициация доказала, что ты небезнадёжен.

— Ты издеваешься? — раздражённо выдохнул маг.

— Нет необходимости, — сказала невозмутимо, копируя его излюбленный тон. — Ты сам над собой и заодно надо мной издеваешься. Даже объяснить своё странное признание про сердце не можешь. Или не хочешь.

Поднялась с рабочего кресла и обошла лэрда по кругу, неопределённо помахала в воздухе рукой и проговорила:

— Вот ты сказал, что я разбиваю твоё сердце… Это было признание, что я тебе стала небезразлична и ты желаешь, чтобы мы вступили в близкие отношения? Или же это был упрёк и сожаление, что твоё сердечко затрепетало в отношении моей тёмной недавно инициированной персоны?

К моему удивлению, лэрд не стал колко отвечать, грозить мне карой небесной за столь провокационные слова, Дэшард лишь криво ухмыльнулся и сказал:

— Знаешь, я ещё сам не определился.

Я набрала в лёгкие воздуха и гневно выдохнула со словами:

— И теперь тебя это беспокоит.

Мужчина снова усмехнулся и произнёс:

— Нет, конечно. Но… — Лэрд заговорил серьезнее: — Я хотел сказать тебе, что чувства и работа несовместимы. Ты ведь это понимаешь?

Я сделала вид, что зеваю.

— Ну да, ты ведь весь такой принципиальный, грозный, неприступный. Уверена, что сейчас, когда мы с тобой «мило» беседуем о чувствах, кто-то мастерит для тебя знак отличия.

— Не ёрничай, — произнёс маг.

Я пожала плечами и проговорила монотонно:

— Хорошо, я скажу то, что ты так желаешь услышать. Я не стану мешать чувства с работой. Я не стану бегать за тобой, как влюблённая дурочка. Я буду работать, Дэш. Но…

Его лицо заострилось. Взгляд полон арктического льда. Губы поджаты и, кажется, он прямо сейчас стирает свои зубы в крошку от ярости.

Ага, не нравится, что говорю.

— Но? — выдавил из себя Дэш.

— Но когда я освоюсь с работой, я хочу получить право иметь личную жизнь. И ты не запретишь мне встречаться с кем-то… делить с ним постель, а возможно в дальнейшем создать семью…

Я едва успела закончить фразу, как вдруг, Вейнер заключил меня в кольцо своих рук, да так крепко, что я услышала треск своих рёбер.

— Хочешь право на личную жизнь, значит? — прошипел он страшным голосом.

Ой.

И мне почему-то захотелось стать маленькой, незаметной, а лучше вот прямо сейчас потерять сознание. Потому что Дэшард в эту минуту был страшен.

Кажется, я перегнула палку.

* * *

- Дэшард -

Кажется, идея поговорить о чувствах не самая удачная.

Эвелина без страха смотрит мне в глаза, дерзит, вызывая массу чувств и эмоций своей свободой мысли и бесстрашием. Безумный коктейль рождается в моей закипающей крови. Сжал её в своих объятиях — крепко, едва сдержался, чтобы не впечатать её в себя, не зарыться лицом в светлые локоны.

Проклятье! Я слишком остро ощущаю ведьму.

У Эвелины растрепались волосы, глаза сверкают, и влажные губы призывно приоткрылись. Эта женщина не даёт мне покоя. Мягкие волосы, живые глаза, губы, которые она иногда задумчиво прикусывает, и тёплое тело под моими руками. Ведьма одним своим присутствием путает мне мысли, я забываю, о чём говорю, что вообще хотел сказать…

А ведь её губы невозможно нежные. Наш первый с ней поцелуй снёс мне крышу. И сейчас, глядя на коралловую сладость, дикое первобытное желание обжигает мои внутренности раскалённой лавой.

Мне не стоило приходить к ней и заводить этот глупый разговор про сердце.

И пахнет она умопомрачительно сладко. Мне нечем дышать. Только её аромат. Кажется, он становится для меня истинным кислородом.

Проклятье… Я схожу с ума.

И мысль, что у неё может быть личная жизнь, взрывается в голове, подобно пробудившемуся вулкану, лишая разума. Остаётся лишь неистовый гнев, слепая ярость и желание спрятать от всего мира эту невозможную, наглую иномирную женщину!

— Ты меня сейчас раздавишь… — выдохнула ведьма и толкнула меня в грудь. — Отпусти.

Нехотя, разомкнул объятия, и сразу стало холодно без её тёплого тела рядом.

— Ты эгоистичная сволочь, — заявила ведьма, сдувая с лица непослушный локон. — Ты уж определись, чего хочешь от меня. Только работать? Быть партнёрами и всё? Или желаешь большего?

Я замер, не в силах ответить. Сам не знал ответ. Или не желал знать. Не желал признавать.

Слишком быстро, даже как-то моментально Эвелина пробралась мне в голову, заняла все мысли и засела под кожей, срослась со мной и, похоже, вырвать чувства к ней можно только одним способом — умереть. Но этот вариант я даже близко не рассматривал.

Хмыкнул про себя.

Глупец.

Магия. Тьма.

Это всё магия.

— Ты молчишь, — выдохнула она разочаровано.

Я кивнул. В голове зашумело.

Сделал шаг ей навстречу. Она два назад.

— Дэш? Ты почему так странно на меня смотришь? — обеспокоенно поинтересовалась ведьма.

Я же ловко поймал её в плен своих рук и хрипло выдохнул ей в губы:

— Помолчи хоть немного.

Медленно разорвал на ней платье, затем прочертил кончиками пальцев линию. От нежной шеи до живота, ниже.

Кажется, у меня дрожат руки…

Сорвал с ней всю одежду, наклонился, тронул губами нежную кожу…

— Дэшард… — пробормотала она. — Остановись…

Я зарычал.

Не могу, мне надо!

Рывком притянул Эвелину к себе, жадно впился в губы.

Обжигающее желание жаром катилось по телу, кипело в крови, дотла выжигая разум. Мне до невозможности надо…

Хочу её до безумия!

На мгновение оторвался от сладких губ и посмотрел на ведьму. Эвелина подняла затуманенный взгляд.

Кажется, ей было, что мне сказать.

Но я снова закрыл ей рот поцелуем.

Что за безумие?

Что за жёсткая необходимость ощущать ведьму рядом с собой, сливаться с ней телом и душой?

— Ты сказала, что у меня нет сердца, — напомнил ей, едва выговаривая слова.

Всё моё тело горело от нестерпимого желания.

— Тогда послушай, Эвелина, — выдохнул едва слышно, — послушай и скажи мне, что колотится в моей груди? Колотится так, словно выломает рёбра.

Положил её ладонь себе на грудь, чтобы она ощутила, с какой невероятной скоростью бьётся моё сердце.

Она дышала часто и не сказала ничего, лишь скомкала в кулачках ткань моей рубашки и дёрнула, пытаясь разорвать.

Я хмыкнул и помог ей. Одежда исчезла в один миг. Эвелина могла рассмотреть меня и увидеть силу моего желания.

Её взгляд жарко и жадно блуждал по моему телу и от её взгляда я чуть не взвыл.

Не могу больше ждать.

Она мне нужна. Сейчас. Немедленно.

Мой хвалёный самоконтроль слетел в проклятую бездну. Из моего горла раздался хриплый рык. В паху уже не просто горело от желания, уже болело.

Рывком притянул ведьму к себе, глядя в глаза. Подхватил на руки и отнёс желанную женщину в кровать…

— У тебя будет личная жизнь, — прошептал ей в ухо, — но только со мной…

* * *

- Эвелина -

Безумие заволокло разум, сладкое наслаждение скрутило моё тело.

Каждая мышца вздрагивает и пульсирует.

Страсть между нами яркая, как вспышка самой смертельной молнии — дикая, опустошающая.

Но когда агония страсти схлынула, оставив после себя лишь сладкую истому и нежную опустошённость, я поняла, что попала…

Разум к удивлению мгновенно стал кристально чистым и ясным. И я осознала — Дэшард Вейнер становится важным и необходимым для меня. Это плохо. Очень-очень плохо. Он итак имеет право распоряжаться моей судьбой, но отдать ему душу и сердце?

Не лопнет ли его темнейшейство? Всё ему даром, прямо на блюдечке…

Мужчина обнимал меня, крепко и при этом нежно, приблизил своё лицо и хотел что‑то сказать. Но не успел…

Не знаю, чем я думала в этот момент, каким местом, и с чего вдруг на меня накатила злость на Вейнера, но я сжала пальцы на тяжёлом стеклянном кувшине с водой (руки удачно за головой оказались). Крепко сжала и со всей силы ударила. Опустила кувшин точно на макушку лэрда и стекло к моему удивлению треснуло, окатив мужчину и меня студёной водой.

Да, иногда я принимаю странные решения.

Дэшард обмяк, придавив меня своим немаленьким телом, и я, чуть не задохнувшись от тяжести, кое- как выбралась из-под него.

Встала рядом, тяжело дыша, и вдруг отчётливо поняла, что хочу вернуться в его объятия. Хочу снова испытать его силу, мощь, дикое желание… Хочу уткнуться носом в его шею, лежать, дышать и втягивать в себя его аромат.

Ах, девочки, лэрд Вейнер пах изумительно. Можно даже потерять сознание, вдыхая его запах. Его аромат непередаваем — одновременно, горяч, пропитан солнцем и распаренными травами, но и заморожен льдом.

Не удержалась, склонилась над мужчиной и принюхалась, как профессиональный парфюмер.

Я бы назвала его аромат «кашемировая роскошь». И я вся пропиталась этим запахом, с ног до головы, до хруста и скрежета стиснула зубы, чтобы не заорать. Осознание моей тупости накатывало ужасом.

Лэрд меня убьёт.

Ещё немного потопталась вокруг бессознательного тела мага, потом оделась, стараясь не обращать внимания на дрожь в руках и подгибающиеся коленки.

Тряхнула головой.

Какого чёрта со мной происходит?

Сжала виски и постаралась взять себя в руки.

Он сказал, что моя жизнь в его руках, что Он будет диктовать мне, как жить и что моя личная жизнь будет только с Ним одним.

Надоело мне жить по правилам. Не хочу снова быть подчинённой.

Моя жизнь только моя.

Выдохнула и бросилась к сундуку с одеждой.

Собрала все пояса, какие были и, кряхтя, с трудом, но всё же связала Вейнера по рукам и ногам.

Понимаю, глупо, магия в один миг избавит его от пут.

Можно было бы попросить Элис, но Вейнер запретил ей использовать расширенные способности, когда я об этом попрошу.

Потом решительно заказала у хлебосольного стола непортящейся еды, да побольше.

Развернула покрывало и скинула в него самые необходимые пожитки, средства гигиены, несколько книг и только-только завязала узел, как за моей спиной раздался ужасающе страшный и жутко спокойный голос:

— Далеко собралась?

С языка сорвалось трёхэтажное отечественное ругательство.

Нечего было нюхать мага! Лучше бы делом сразу занялась, раз сбежать решила! Дура, как есть дура!

Медленно обернулась и с неудовольствием заметила, что маг уже не связан, стоит прямо передо мной, обнажённый, отвратительно красивый, желанный и… жутко злой.

Тьма развернулась за его спиной кошмарными крыльями. Лицо заострилось и глаза — чёрная бездна лишили меня чувств. Я забыла, что вообще-то могу говорить, дышать, ходить… хоть что-то делать.

Застыла истуканом и не могла проронить ни слова.

Страх парализовал.

Что я наделала?

И куда бы пошла?

Куда?!

— Я задал вопрос, — хлёстко спросил он. Холод в его голосе заставил вздрогнуть.

Сглотнула гулко и этот звук показался мне громче удара в колокол.

— Я… Я… — облизнула губы и выдохнула едва слышно: — Я не хочу быть марионеткой, Дэш… И… Прости…